Новый мир без тебя

***

Тело новорожденного титана сияло яркими красками, но часть рассыпалась крохотными переливающимися частичками, потрескивающими в воздухе, как искры костра. Воля была исполнена. Цикл рождения и смерти разомкнут. Мир превратился из хорошо смоделированной структуры в первобытные руины, словно планета заново создавалась в первобытном хаосе. Но только он знал, что это был и конец, и начало. Золотистая грудь, вобравшая в себя всю сущность и мощь, вздымалась от попыток дышать. Хотя зачем титанам дышать? Или он уже нечто большее? Бессмысленно. Фаенон чувствовал в данный момент что-то, кроме наполнявшей до краёв силы? Словно чаша, переполненная жидкостью, его тело кричало, выплескивало энергию. Вся энергия была отдана другим, чтобы разрушить мир и восстановить их личности, жизнь. Ведь это симуляция, а чтобы всё восстановить, изменить, надо сбросить настройки и перезагрузить с исходными параметрами. Но одно он всё же чувствовал — тяжесть чужого тела на себе. Божественные глаза распахнулись, испуская свет. Голова человека лежала на его груди; первое, что бросилось взору, — светлые волосы. Мидеймос. От него не чувствовалось привычного тепла раскалённого до предела железа. Из спины сочилась золотистая жидкость — подтверждение умершей божественности. Попытавшись немного приподняться, Спаситель не смог обнаружить своих рук — всё, что было выше локтей, начало разваливаться. Паники не было: он помнил, что сделал, и, видимо, плоть начала коллапсировать. Это неизбежный конец. Главное — что в скором времени Амфореус и все его жители вернутся, и жизнь придёт, будет такой, как раньше, только без его существования. Вздох — и темнота. Огненный воздух проник в лёгкие, наполняя их. «NeiKos496» безумно хотел остаться человеком, совершая уже привычные действия. Даже если они уже не были нужны. Даже если это было последнее желание. Выдохнув, Фаенон открыл глаза. Взору предстала картина разрушений — огня, руин, обрывков пространства. Сила, способная разрушать само пространство, поработала над этим. Стерев горизонт, он воссоздал новый, подобный ему, регенерирующий в данный момент, как пришитая конечность. Нужно было время, чтобы дыры в пространстве аннигилировали. Тело на нём пошевелилось. Мидей поднялся, но, увидев предстающую перед ним картину, напрягся и стиснул кулаки до хруста. Больше всего его сердце болело за друга, который был искалечен и видоизменён. — Ты спас всех? Почему ты в таком состоянии? — серьёзно спросил бывший полубог. — Мидей, послушай, я восстановил Амфореус… Скоро все будет так, как должно быть. Позаботься обо всех. Проживи славную жизнь как король своего народа. Мне пора встретить свой последний рассвет. — Спокойный, нежный голос умирающего божества, но такой близкий и тёплый… Трогал самые глубинные части души. — Фаенон, не будь глупцом. Ты же хотел, обещал, как Спаситель этого мира, как мой самый близкий человек… — его слова стали переходить в дрожащий шёпот, — Увидеть эру воскресающей земли вместе. Глаза принца наполнились слезами. Были влажные и глубокие, словно большие озёра, в которых соединялись водные потоки грусти и ярости. Зарницы жгло; Мидей прикрыл их, и скромные ручьи потекли по его щекам. Он бросился на своего спасителя и аккуратно обнял рассыпающееся тело, хотя ему хотелось сильнее. — Мой принц, хех, — усмехнувшись, на лице Фаенона появилась лёгкая улыбка. — Мы уже вместе, и всегда будем. Я буду жить в твоём сердце. Знаешь, сколько я пожирал твоих ядер? Ты был частью меня миллионы раз. И знаю, что ты чувствуешь. Мидей отстранился; на его лице читался шок и полное отчаяние. Не лучший момент для признания в вечно-обречённой любви. В конце старого и начале нового мира. — Так что, Мидеймос, любимый, передаю эту ношу тебе. Оболочка Эона начала стремительно разрушаться, доходя до плеч. Но умирающий человек продолжал улыбаться. — Какой же ты дурак! — прошептал принц и коснулся сухих губ своими. — Оставь свои сладкие речи до нашего следующего поединка. — Он старался держаться всеми силами, показывая былое величие и смотря в глаза любимого человека. — Обязательно… сразимся… вместе. — На последнем слове Фаенон прикрыл глаза и окончательно растворился в пространстве. Золотые частицы из рук Мидея окончательно взлетели в воздух и рассеялись, оставляя после себя абсолютную пустоту. Горестный крик царственно-одинокого льва раздался в этом мире, эхом отражаясь в пустом мироздании, которое должно вернуться на круги своя — только без одного человека, Спасителя.

***