Одинокие в Новый год.

ГЛАВА ПЕРВАЯ. — Пиздец. Именно так началось мое утро. Меня зовут Ян, мне 17. Совсем недавно я начал подрабатывать баристой в одной кофейне, расположенной в престижном районе Москвы. Из-за этого иногда удаётся сорвать хорошие чаевые. Я ни в чём себе не отказываю — живу, наслаждаясь моментом. Конечно, чуть-чуть тяжело без родных. В ноябре я переехал в Москву, и теперь частенько созваниваюсь с сестрой — болтаем до поздней ночи, пока кто-то из нас не уснёт. Сейчас уже декабрь. На улице бешеный снег. Но мне это даже нравится — я обожаю пальто и модную зимнюю одежду. Я надел утеплённую водолазку, сверху — чёрное пальто. Перед выходом бросил последний взгляд на двухкомнатную квартиру и захлопнул дверь. На улице — влюблённые пары, подарки, огоньки... Новый год приближается. И, честно говоря, немного завидно — это мой первый Новый год вдали от семьи. Отбросив мысли, я зашёл в автобус, пробил проездной и занял место у окна. Просто смотрел в окно и ехал. И стоя уже в вход в кафе, я еще раз обернулся. Никого почти не было, я пришел раньше, только только будет 7 утра. Я зашел в помещение, включил свет и протер столы еще раз. Вернувшись на свое место, я начал мыть кофемашинку, чтобы та, отработала и этот день хорошо. Первый посетитель не дал себя долго ждать. Блондинистая девушка, попросила двойное американо, я приступил к работе. Через время, уже пришел сам владелец этого заведения. Он был мужчиной, лет так 45. Рядом с ним я будто был со своим отцом, он прикармливал меня, когда у нас оставалась лишние выпечки, да и в целом, я ему очень благодарен. Под вечер я уже готовился к закрытию заведения, но какой-то парень зашел за 3 минуты до закрытия. - Извините, мы уже закрываемся. Он промолчал и подошел к кассе. Ну а что остается делать, только принят. - Что бы вы хотели? Спросил я, но тот явно не слушал меня. Я еще раз спросил, но уже громче, а ему будто до лампочки. - Тогда, я вам выберу на свой вкус. Я сделал ему капучина и добавил туда два пакетика с сахара. - Пожалуйста, классический капучино, с вас 159 рублей. Оплата картой или наличными? Он только поднес карту. Вот грубиян, нет бы сказать хоть что либо. Оплатив заказ он так и стоял, смотрел на меня. Я надул себе губы и выпалил следующее: - Почему вы молчите, меня это напрягает. Я сделал недовольное лицо. Он смотрел на меня, и его губа, дернулась в улыбке. Я смотрел на него, как на сумасшедшего. Он улыбнулся мне и вышел из заведения. Как только это случилось, я протер столы и пошел переодеваться. Закрыв кафе, я помчался домой. Уже дома, я быстро снял с себя все и побежал в душ. Одев штаны потеплее и кофту, я лег на кровать. Открыв телеграмм, я увидел соо от друзей, ответив им я ушел в глубокий сон. ЧАСТЬ ВТОРАЯ. Всю неделю я работал, как обычно. До Нового года оставалось 4 дня. Кафе украшали мишурой, гирляндами, окна обвели искристым контуром из наклеек со снежинками и еловыми ветками. Внутри пахло свежей выпечкой, кофе и немного корицей — хозяин настоял, чтобы добавили в меню сезонные напитки. Каждый день повторялся как под копирку. Но один момент никак не выходил из головы — тот парень. Молчаливый. Упрямо игнорирующий. Улыбнувшийся. С тех пор я его больше не видел. И это, наверное, раздражало. Хотя зачем — сам не знал. И вот, за три дня до праздника, вечером, когда за окном уже темно, а я протирал стойку в зале, дверь снова приоткрылась, и в помещение вошёл он. Как будто всё по сценарию: ровно за несколько минут до закрытия, тот же чёрный капюшон, опущенный взгляд. Я, не сдержавшись, закатил глаза. — Ну, конечно… Он подошёл к кассе и молча взглянул на меня. — Будет классика? — спросил я, доставая стакан. Он кивнул. Хоть что-то. Я сделал капучино, снова положил два пакетика сахара — как в прошлый раз. Протянул ему стакан. Он взял его, провёл картой и снова остался стоять. В этот раз я решил не молчать. — У нас, между прочим, не бесплатный спектакль «бариста в конце рабочего дня». Что вы вообще тут делаете? Он посмотрел на меня чуть дольше, чем нужно, и спокойно сказал: — Слушаю, как ты ворчишь. У тебя забавный голос, когда ты злишься. Я опешил. — А ты вообще нормальный? — только и смог выдавить я. Он снова улыбнулся, глотнул кофе и направился к выходу. Но перед самой дверью остановился. — Меня зовут Эш. Я просто… тут рядом работаю. И исчез за дверью. Я стоял за стойкой, в руке тряпка, на лице — абсолютное непонимание. ------------------------------------- С тех пор прошло два дня. Эш не приходил. Я вроде бы и не ждал. Правда. Просто… Каждый вечер перед закрытием я машинально косился на дверь. Проверял, всё ли в порядке на стойке. Готовил капучино чуть раньше времени — ну, вдруг кто-то зайдёт. Ну мало ли. Но никто не заходил. Обычные пары, спешащие с подарками. Мамы с детьми. Одинокие люди с уставшими лицами, которые берут кофе, словно утешение. Но не он. Я пытался отвлечься — включал в наушниках песни, болтал с коллегой, ел чересчур сладкие булочки из остатков. Даже пошёл домой пешком — просто чтобы прочистить голову. Но от этого становилось только тише. Внутри. Ночью не мог заснуть. Смотрел на экран телефона, ждал хоть какого-то сообщения — от кого угодно, чтобы сбить это странное ощущение. Сестра написала. Она прислала мне стикер с мандарином. Ну а я, ответил смайликом. Но как-то не спасло. В окно падал снег — мягкий, плотный. Казалось, будто Москва накрыта ватным одеялом, и в этом уюте ты вдруг осознаёшь, как одинок. Я встал, подошёл к подоконнику. Там, внизу, под фонарём, шёл кто-то один, закутавшись в шарф. На секунду сердце дёрнулось — вдруг это он? Но нет. Просто прохожий. Я вернулся в кровать и долго лежал, глядя в потолок. Наверное, просто глупость. Пройдёт. Просто зима, просто усталость. Просто... Но я снова представил его лицо. Улыбку, такую неожиданную, как будто она не для меня, а сама по себе, где-то между нами. Голос, наконец-то прозвучавший. Имя — Эш. И исчезновение. И в этой тишине, среди всего "просто", вдруг возникла пугающая мысль: а если я его больше никогда не увижу? На следующий день у меня была короткая смена — с утра до обеда. Я отпил кофе на дорожку, запихнул наушники в уши и вышел в город. Снег валил медленно и уверенно, как будто кто-то наверху пролистывал старую киноплёнку. Я решил прогуляться. Без цели. Просто пройтись по улице, где магазины стояли в ряд, у витрин крутились гирлянды, а с колонок играли дурацкие новогодние песни. Люди сновали торопились туда-сюда, пахло жареными орешками и мандаринами. Мне стало теплее, хоть внутри всё ещё было как-то гулко. Я зашёл в книжный. Просто чтобы посмотреть обложки. Взял один томик Мураками, полистал — не зацепило. Пошёл к комиксам. Остановился у стойки с артбуками. И вдруг услышал: — Ян? Я обернулся. Он. Эш. Стоял в двух метрах от меня с книгой в руках. Без капюшона. Темноволосый, в шарфе, с чуть растрёпанной чёлкой. Та же лёгкая усмешка, но в глазах — удивление. Настоящее. — Ты… — начал я, но язык сам запутался. — А ты что здесь…? Он пожал плечами: — Я работаю через дорогу. Иногда захожу сюда, чтобы не сойти с ума от клиентов. Я хмыкнул. — Забавно. Я думал, ты вообще фантом. Он усмехнулся, сделал шаг ближе. — А ты всё так же бурчишь? — Только по расписанию, — фыркнул я. Между нами на секунду повисла тишина. Но на этот раз — не неловкая. Скорее… внимательная. Как будто оба вслушивались в то, чего ещё не сказали. — Слушай, — сказал он и понизил голос. — У тебя будет завтра время после работы? Я удивился. — Завтра? Почему? — Потому что, — он слегка улыбнулся. — Я хотел бы попить с тобой глинтвейн. Или чай. Или просто… погулять. Всё равно Новый год скоро. Я посмотрел на него. В этом странном предложении было что-то простое и тёплое. И мне вдруг не захотелось отказываться. Совсем. — Ладно. После этого слова, мы обменялись номерами. —Только не опаздывай, Эш, — сказал я, стараясь говорить ровно, но голос всё равно выдал лёгкую улыбку. Он посмотрел прямо в глаза — не поверхностно, а будто действительно видел. — Обещаю, — тихо сказал он, почти шёпотом. И после короткой паузы добавил: — Увидимся завтра, Ян. Он медленно развернулся и ушёл между полками, растворившись в мягком свете книжного заведения. А я ещё долго стоял с книгой в руках, чувствуя, как внутри будто что-то сдвинулось. Словно кто-то снял замок с двери, которую я давно даже не пытался открыть. Я ещё долго стоял с книгой в руках, чувствуя, как внутри будто что-то сдвинулось. Словно кто-то снял замок с двери, которую я давно даже не пытался открыть. Снег падал, тихий и мягкий, а вокруг — звуки вечернего города, приглушённые и спокойные. Я взглянул на экран телефона — от Эша пока ни звука. И в этом молчании чувствовалась какая-то особенная напряжённость, словно он говорил без слов. Я убрал книгу и шагнул на улицу. Холодный воздух щипал нос и щеки, но в груди было тепло — странное и новое. В голове крутилось одно слово — трепет. Тот самый, который обычно приходит неожиданно, когда что-то важное только начинается. Я не знал, что будет дальше. Но понял — ждать стоит. ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. Вечером, когда город уже зажёг гирлянды и улицы окутал лёгкий мороз, я направился в парк. Мы договорились встретиться там — место простое, но уютное, со светящимися дорожками и редкими прохожими. Он стоял у входа, в своём привычном чёрном пальто и шарфе, и смотрел на меня как будто без слов говорил — «я здесь». Мы молчали, и это молчание не давило, а скорее согревало. Оно было наполнено спокойствием и каким-то тихим взаимопониманием. Медленно шаг за шагом мы шли по заснеженным дорожкам, скрипя снегом под ногами. Город казался немножко волшебным — огни отражались в ветках, а воздух был свеж и звенел. Время от времени я ловил его взгляд — задумчивый, немного спрятанный под тенью капюшона. — Ты веришь в чудеса? — тихо спросил я, всё ещё боясь разрушить атмосферу словами. Он улыбнулся — той самой лёгкой, искренней улыбкой, что заставила меня забыть про холод. — Может, не в сказочные, — ответил он, — а в те, что происходят с нами здесь и сейчас. Мы остановились у скамейки. Он достал термос с горячим чаем, и мы разделили его, грея руки. Когда часы начали бить полночь, мы решили пойти к нему домой — чтобы встретить Новый год вдвоём, тихо и без лишних слов. В его комнате свет был приглушённым, а воздух пахнул сосной и свежестью. Чуть-чуть попив глинтвейна, мы сели рядом, но расстояние между нами казалось слишком большим, и всё же слишком важным. Он посмотрел на меня, и в его глазах загорелся тихий огонёк — нежность, смешанная с лёгкой нерешительностью, словно он сам не до конца понимал, что собирается сделать. Его взгляд стал глубже, будто он пытался прочесть мои мысли и почувствовать, как я к нему отношусь. Я замер, не отводя глаз. В комнате стояла почти полная тишина, прерываемая лишь тихим потрескиванием вдалеке и мягким дыханием. Медленно он наклонился ближе, будто боясь напугать этот хрупкий момент, будто первый раз в жизни решался сделать шаг в неизвестность. Его руки слегка дрожали, но касание губ было лёгким и осторожным — нежным, как первые робкие прикосновения ребёнка, который только начинает познавать мир. Тот поцелуй был не столько страстью, сколько искренностью и доверием. В нем не было торопливости или смущения — только чистота и желание быть рядом. Я не отстранился. Наоборот, ответил ему тем же — с такой же мягкостью и теплом. Этот миг растянулся, став бесценным — моментом, в котором слова казались излишними. В этот самый момент я понял — иногда самые важные чувства не нуждаются в объяснениях. Они просто есть, между двумя людьми, и этого достаточно, чтобы согреть даже самый холодный зимний вечер. Когда его губы оторвались от моих, воздух между нами стал другим — будто хрупким. Эш отпрянул на пару сантиметров, и я сразу заметил, как он будто оступился внутри себя. Его глаза расширились, взгляд метался куда-то мимо меня, а пальцы чуть дрогнули, будто он вдруг понял, что делает. — Боже… — выдохнул он. — Что я сделал?.. Он отвёл взгляд и провёл рукой по лицу. — Прости, Ян. Это... было глупо. Я не должен был... — он замолчал, не закончив, и сглотнул. Я тоже не знал, что сказать. Щёки жгло, сердце стучало в ушах, и я, кажется, тоже немного дрожал. Всё это было слишком неожиданным. Но... не неправильным. — Нет, ты не... — начал я, и голос у меня сорвался. Я кашлянул, смутился ещё сильнее и отвёл глаза. — Не то чтобы я против. Просто… я не ожидал. Эш посмотрел на меня — удивлённо, будто не верил, что я не зол. — Ты не... обиделся? Или не считаешь, что я странный? — Эш, — сказал я и слабо улыбнулся. — Мне вообще кажется, что мы оба немного странные. Думаю, это нормально, наверное... Он тоже чуть усмехнулся. Осторожно. И, кажется, впервые за этот вечер, чуть-чуть выдохнул. — Я просто... — он замялся, — с тобой как будто всё рушится. Все стены. Всё, что я держал внутри, будто рушится, ты меня зацепил, очень и очень сильно. — Я понимаю, — сказал я. — Я тоже не очень умею с этим. Снова повисла тишина. Но не глупая и не неловкая. Такая, в которой обоим было легче молчать, чем испортить словами. Мы сидели почти вплотную, и хоть руки не касались, казалось, будто между нами уже что-то прорастает. За окном вдалеке хлопнул фейерверк. Мы оба вздрогнули, переглянулись — и не смогли не рассмеяться. Негромко, почти шёпотом, но это был тот смех, когда тебе немного стыдно и очень спокойно. — Кажется, Новый год, — сказал я, глядя в окно. — Да, Новый год. Эш принёс мне тёплое одеяло, хотя я и не мёрз. Просто... ему хотелось, чтобы мне было хорошо. Это чувствовалось в каждом его движении. — На самом деле, ты мой типаж, — сказал он неожиданно, чуть улыбаясь. — Как бы странно ни звучало, пусть мы и знакомы совсем недолго, но... ты поселился у меня внутри. Твоя улыбка, взгляд. Ты — особенный. Я почувствовал, как щеки заливает румянец. Хотел было отшутиться, но не смог. Всё было слишком честно, слишком близко. — Ты тоже мне нравишься, — пробормотал я, отворачиваясь. — Очень. Он сел рядом, тихо, не торопясь. Диван скрипнул, и я почувствовал, как его ладонь легла мне на живот — осторожно, почти невесомо. Словно спрашивая: "Можно?" — Если ты не против, — прошептал он, — я хотел бы быть ближе. Хотя бы на немного. Я посмотрел на него — в этих словах не было ни давления, ни ожидания. Только желание быть рядом. — Я не против, — сказал я так тихо, что едва сам себя услышал. Он наклонился, наши лбы коснулись. Поцелуй был такой же — спокойный, неторопливый. Не страсть, не голод, а... поиск. Нежный способ сказать «я рядом» без слов. Он провёл пальцами по моим волосам, убирая прядь с лица. Я чувствовал, как сердце бьётся неуверенно, будто я на краю чего-то важного и нового. Мы легли рядом, просто обнявшись. Его рука — у меня под шеей. Моя ладонь — на его груди. Ни слов, ни движений. Только дыхание, тепло, и редкие вспышки салютов за окном. Именно так, две души наконец-то нашли друг друга. И их любовь продлится на всю жизнь, ведь именно случайные люди в нашей жизни, становятся для нас ближе, чем кто либо. И сейчас, один из таких случае. И все это случилось случайно. В Новогоднюю ночь.