Параллельные прямые не пересекаются

Ночь Гаснущего лета Россыпями звёзд горит В сумерках рассвета Я Вновь лечу сквозь память снов В лабиринте грёз К призрачному свету

Параллельные прямые — это прямые, которые лежат в одной плоскости и не пересекаются. Голос мистера Симмонса жужжит над ухом надоедливой мухой, не отмахнуться, не отделаться. Сара жалеет, что забыла наушники на заднем сиденье маминого авто — сейчас они пришлись бы весьма кстати. Незаметно подключить их к плееру и внимать голосу Полы Абдул, которая в очередной раз убеждала слушателей, что не может разобраться в чужих чувствах — это то, что ей сейчас нужно. "Скажи мне прямо, — напевает Сара, бездумно черкая ручкой в учебнике по геометрии, — ты правда хочешь любить меня вечно? Или я девочка на время? Будем ли мы вместе?" — Мисс Воннегут! Сара вскидывает белокурую голову, продуманно тряхнув волной кудрей. Мистер Симмонс незаметно приблизился к ней сзади и теперь хищно ухмыляется, пялясь, Сара готова в этом поклясться, ей в декольте. — Мисс Воннегут! — повторяет учитель, кадык ходит туда-сюда. — Сколько параллельных прямых можно провести через точку, не лежащую на данной прямой? Сара хмурит высветленные брови. За спиной мистера Симмонса зубрилка Этель, смешно гримасничая, показывает ей один палец. — Одну. — Сара пожимает плечами, давая понять, что считает вопрос до невозможности глупым. — Хорошо, мисс Воннегут. Но все же уберите ручку подальше от учебника. Не стоит портить школьное имущество. — Да, сэр, — отвечает Сара, вложив в свой голос все возможное презрение. Как только мистер Симмонс отворачивается, Сара показывает ему язык и тут же соединяет две параллельные прямые на странице учебника петлей, отчего те сразу становятся похожи на сосиску на шпажке. "Вот и пересеклись, — фыркает Сара удовлетворенно. — Так тебе, зануда". Звонок спасает ее от дальнейших проклятий в сторону учителя геометрии. Школьники вскакивают и одной мощной волной выплескиваются в коридор, размазываясь по стенам отдельными группками. Скука. Сара неспешно идет мимо шкафчиков, не забывая изредка поглядывать по сторонам: сколько восторженных охов и ахов соберет ее сегодняшний наряд? — Детка! Из-за угла вылетает Джо: капитан школьной футбольной команды и по совместительству ее парень в этом месяце. Собственно, Сара подумывает его бросить, но пока не подобрала Джо замену, а потому лениво позволяет себя приобнять. — Выглядишь потрясно! — выдает Джо, мазнув похотливым взглядом по изящным икрам в малиновых колготках. — Как на счет потусить вместе вечером? Сара неопределенно поводит плечом. В компании с Джо ей скучно, слушать весь вечер о том, какие все придурки ей точно не хочется. Ну да, ну да, один он, Джозеф, ума палата, как же. — Сорри, у меня планы. — Детка, ты режешь меня без ножа, — басит тот, нехотя отпуская Сару. — Мы же договаривались. Что я скажу пацанам? — Что я передумала. — Щурится Сара. — Мы, девушки, народ непостоянный. Она спешит убраться, пока Джо не начал противно канючить, умоляя ее передумать. Какой же он жалкий. Как почти все в их занюханном Клирвью, и поговорить-то толком не с кем. Разве что… Сара вся подбирается, пересекаясь взглядом с Эмбер Смит, которая торчит возле своего шкафчика в компании лузеров. Ну-ка, кто тут у нас? Диковатый индеец-второгодник, из трейлерного парка, косплеящая гигантскую креветку Урсула Астр и ее долговязый брат с пшенкой веснушек на вечно улыбающемся лице, блондинистая дочка главы попечительского совета школы для богатеньких, Миранда Хэмпшир и похожий на доску, до того худой, ботаник Тодд из параллельного класса. Шушукаются себе в сторонке, делают вид, что им совсем неинтересно ничего вокруг, кроме них самих. Позеры. Однако Эмбер интересна Саре хотя бы потому, что у нее определенно есть чувство стиля и нет подобострастного желания снискать уважение королевы школы. То бишь ее. Это не Шерил, которая восторженно пищит, вытягивая по-цыплячьи тонкую, всю в цыпках, шею, и пытается рассмотреть новый Сарин кулон, или браслет, или плеер. Нет, мисс Смит совсем из другого теста. Из какого Сара пока не поняла, но очень хочет разобраться. Эмбер — тихушница, но уже умудрилась очаровать почти всех учителей. Что бы ее ни спросили, она всегда знает ответ, пусть и на зубрилку вроде Эйприл она ни капли не похожа. А эти ее мутные делишки с клубом непризнанных… Сара слышала краем уха, как они сами себя так называли. Одно ясно, что дело тут нечисто, а ей, Саре, до чертиков скучно (это слово определенно стало лейтмотивом ее жизни) в тухлом болотце по имени Клирвью, и она не прочь выведать чужие секретики. И заодно поставить на место эту новенькую. Добыча сама идет в руки — Эмбер Смит приходит записываться в спортивный кружок, вдобавок притаскивая с собой одного из Астров. Рэй очаровательно улыбается, отпускает пару дежурных комплиментов, и из кожи вон лезет, чтобы понравиться ей и Шерил. Эмбер — нет. — Покажи, что ты умеешь. — Сара наклоняет голову набок, оценивающе рассматривая фигурку Смит: узкие плечи, острые, как спицы, коленки, сбитые локти. Эмбер кивает, легко и естественно, словно не слышит в голосе Сары вызова и начинает разминку: пара наклонов в стороны, бег на месте, мах ногой. Разогревает мышцы, тянет стопу на себя, ничуть не смущаясь, что короткая спортивная юбка задралась немного выше допустимой отметки, обнажая округлое бедро. Сара нервно сглатывает и отводит глаза: да что это с ней в самом деле? Рядом приседает Рэй, с шумом втягивая воздух. Он хорош, определенно хорош, вот только Сару это нисколько не цепляет, все ее внимание сосредоточено на его спутнице. — Раз, два, три, — говорит вдруг Эмбер и синхронно с Астром делает сальто. И еще раз. И еще. Затем разворачивается к Саре и посылает ей легкий, воздушный поцелуй. Сара открывает рот, пытаясь сказать хоть что-нибудь, но язык словно прилип к небу. Эмбер крута. Охренительно крута и не делает ничего, чтобы бороться с Сарой за звание королевы школы. Возможно, этого и не требуется: Эмбер вручат его на блюдечке не сегодня, так завтра. — Ммм, неплохо. — выдавливает из себя Сара. — Мы берем вас обоих. Рядом беззвучно мотает головой Шерил. — Спасибо. — Щеки Эмбер трогает румянец. Она застенчиво шаркает кроссовкой по пыльному полу спортзала и опускает голову. Вот же хитрюга. Сара наблюдает за новенькой, отмечая, что та словно светится. Не как Мария Кюри, конечно, открывшая на свою голову радий, но как яркая звезда из далекой-далекой галактики. И Саре очень хочется… Она даже не знает чего. Дружить с этой девочкой? Ненавидеть ее? Или просто сделать так, чтобы Эмбер Смит ее заметила и признала ее преимущество? Эх, была не была. — Слушай. — Сара оттаскивает Эмбер от глазеющей на Рэя Шерил. — Не хочешь завтра сходить со мной на роллердром? Покатаемся, поболтаем. Если умеешь, конечно. А нет, я научу. — Извини, я не могу, — твердо говорит Эмбер, и Сара невольно отшатывается от нее, словно ее ударили. Никаких «мне очень жаль». Никаких «я бы с удовольствием, но у меня свидание, давай в другой раз». Эмбер спокойно встречает гневный огонек, вспыхнувший в глазах Сары и никак не объясняет свой отказ. — Тебе родители запрещают? — пробует уточнить Сара. — Или трусишь? — Нет. Просто не могу. — Ясно. Эмбер Смит отвергает дружбу Сары Воннегут, а это означает негласную войну. Хорошо, что никто кроме них не был свидетелем ее фиаско — Шерил все никак не отлипнет от Рэя, стоит и поедает его глазами, будто Рэй не человек, а попкорн с соленой карамелью по акции. Сара медленно кивает. «Ты еще поплатишься, Смит, — думает она со злостью. — Ты еще пожалеешь». Эмбер никак не идет из головы Сары до конца дня, та строит всевозможные догадки о причине отказа. Чем таким занята мисс Смит, и не замешан ли тут клуб непризнанных? Одно Сара знает точно: никто просто так не откажется провести время в ее обществе: это аксиома, вроде параллельных прямых, что никогда не пересекаются. Выкуси, мистер Симмонс. Решение проследить за странной компашкой после уроков приходит к ней спонтанно, когда Сара видит, как Эмбер Смит сваливает из школы вместе с ботаником Тоддом Мэддисоном. Неужели у этих двоих может быть что-то общее? Судя по всему, Тодд и Эмбер направляются в ближайший дайнер, где, как помнит Сара, делают очень неплохие молочные коктейли по вполне приемлемой цене. Стараясь не шуметь, она выуживает из сумочки солнечные очки, бандану, стягивает волосы в хвост и незаметно движется за сладкой парочкой. Держатся за руки, ну надо же. Эмбер — эффектная девушка, могла бы найти себе кого получше. Пока Тодд делает заказ, а его подружка посещает дамскую комнату, Сара прошмыгивает между столиков к видавшему виды дивану с красной кожаной обивкой, сползает по сиденью и обращается в слух. Места Эмбер и Тодда прямо у нее за спиной, оба не отличаются тихими голосами, и если окружающие не будут сильно шуметь, то она сумеет узнать все, что ей требуется. Через пару минут перед ней материализуется молочный коктейль, украшенный завитком апельсиновой кожуры и бургер с чеддером за счет заведения (улыбка Сары — отличная валюта для официанта, переживающего особенно бурный пубертат). Эмбер проходит мимо и шумно плюхается на стул позади, чуть не уронив сумочку. Ну надо же, мисс Совершенство оказывается у нас неуклюжая. Сара прихлебывает коктейль, прижавшись спиной к тонкой решетчатой перегородке, отделяющей зону диванчиков от столиков, и вслушивается в разговор, стараясь не пропустить ни слова. А разговор, надо сказать, выходит на редкость занимательным. — Ночью у Рэя появилась одна идейка. — Судя по звукам, Тодд протирает стол влажной салфеткой. — Омниус и я сумели кое-что сварганить из остатков робота-убийцы и обломков корабля. Сара едва не давится бургером. Робот-убийца? Это что, шутка такая? — Вы наладили связь? — в голосе Эмбер звучит надежда. — Почти. Пока она работает в одну сторону. И мы сумели перехватить кое-какие сообщения общей галактической связи. Еще немного, и можно будет найти кого-то, кто поможет разобраться с подготовкой к гиперпрыжку. Гиперпрыжок? Межгалактическая связь? Сара невольно обводит дайнер пристальным взглядом, пытаясь найти скрытые камеры. Она точно не в программе «розыгрыш» сейчас? Может, Эмбер и Тодд ее раскусили и потому намеренно несут непонятную чушь? — Даже не верится, — продолжает между тем Эмбер, — что скоро все закончится. И если нам и правда удастся починить корабль, Рэй и Урсула вернутся домой. — Ты бы полетела с ним? Сара застывает с коктейлем в руке. Обычно уверенный голос Тодда вдруг ломается, точно лед на реке, крошится вопросительными интонациями. Вот так выдать себя одной фразой еще надо суметь. — С кем? — напрягается Эмбер. — Урсула тоже летит, зачем ты… — Ну, Рэй — принц, и всякое такое… — Такое какое? — Ну… Так полетела бы? Сара за перегородкой задерживает дыхание. Неудивительно, что Эмбер не согласилась сходить с ней на роллердром. Какие ролики, когда у мисс Смит и компании есть настоящая полновесная тайна, к которой она, Сара Воннегут, к своей досаде, оказалась непричастна. Пока Сара крутилась перед зеркалом, выбирая наряды, и выгрызала зубами место на вершине пирамиды школьной иерархии, кто-то встретил настоящих пришельцев. Астры и правда с самого начала выглядели подозрительно, да и легенда об их появлении в Клирвью была шита белыми нитками, но все же теперь, когда правда невольно вылезла наружу, Сара не могла прийти в себя от удивления. Пришельцы! У них, в богом забытом месте. И ни одна живая душа об этом не знает. А это, кстати, можно использовать… — Здесь мои родители, — прерывает поток размышлений Сары Эмбер. — Мои друзья. Ты. — Значит, нет? А со мной полетела бы? — Не обольщайся, Мэддисон. — Эмбер фыркает . Полетела бы. Сара спиной чувствует, как алеют кончики ушей Эмбер и улыбается Тодд. Пока она обжималась с Джо в переулке, уверяя себя в том, что это показатель крутости, Эмбер Смит нашла что-то настоящее. Сара достает карманное зеркальце и всматривается в дрожащее изображение позади: Тодд сейчас и правда похож на кетчуп. Сара хмурит брови, ощущая, как острое чувство сожаления пополам с тоской гнездится где-то под левой грудью. Впервые она за бортом лодки приключений, и даже девушкой мечты выбрали не ее. — Я и не обольщаюсь, — говорит Тодд, с трудом сдерживая ликование. — Вот и славно. Я домой, ты со мной? — Нет, посижу еще немного, тут на удивление вкусные коктейли. — Окей, увидимся. Эмбер уходит, оставляя после себя шлейф цветочных духов, а Сара напряженно думает. Возможно, это ее шанс на персональное приключение. Просто так внедриться в клуб непризнанных у нее не получится, но если взяться за Тодда, то может быть, она сможет что-то узнать об Астрах, инопланетянах и прочем. Это куда интереснее, чем гонять по кругу сплетни, большая часть из которых не что иное, как выдумка. И есть еще кое-что. Взгляд, что дарит Тодду на прощание мисс Смит, полон плохо прикрытой нежности. На Сару никто никогда так не смотрел, и ей очень, очень хочется, получить в свой адрес нечто похожее. На Джо надежды нет, а вот Тодд… Собственно, выбор у нее невелик. Припереть Мэддисона к стенке сейчас, признавшись, что слышала весь разговор, и потребовав влиться в их компашку или действовать осторожно, узнавая все исподволь. Что-что, а охмурить Тодда она сумеет, невелика наука. Заодно и щелкнет по носу мисс Смит, чтобы не воображала себя королевой вселенной. Да, второе, пожалуй, куда приятнее. Пока Сара размышляет, Тодд уже готовится уходить: неспешно протирает стол (поборник чистоты, ну надо же), относит стаканчики на стойку, мурлыкая под нос какой-то мотивчик. И Сара решается: как только Мэддисон покидает дайнер, она припускает следом, не забыв освежить макияж и одернуть блузку, открывая лучший доступ к декольте. Так, на всякий случай. — Эй! — она практически впечатывается Тодду в грудь. — Тодд! Мэддисон ошалело пялится на Сару, к его чести надо признать, не в декольте, а на лицо, где сейчас главенствуют голубые тени под черными стрелками на веках. — Ты мне? — он часто-часто моргает, словно механическая кукла, у которой вот-вот кончится завод. — А ты видишь еще кого-то по имени Тодд? — моментально раздражается Сара. — Ммм… — ее собеседник переминается с ноги на ногу. — Ну… Нет. Просто не припомню, заговаривали ли мы с тобой хоть раз. Мы вроде как из разных компаний. — Скажи еще — с другой планеты, — выпаливает Сара. Упс. Вот это, пожалуй, лишнее. По лицу Тодда пробегает судорога. — Чем обязан, Сара? О, а он ее имя знает. Пустячок, но приятно. — Я слышала, ты хорош в компьютерных играх, — небрежно говорит Сара, рассматривая надпись на футболке Тодда: красные пылающие буквы на черном фоне. Айрон Мейден. Какая-то панк-группа? — Ну, — Тодд пожимает плечами. — Смотря с кем сравнивать. А что такое? — Никак не могу пройти последний уровень «Легенды Зельды». — Сара хлопает ресницами. — И это меня ужасно бесит. Я подумала, ты сможешь мне помочь. — Я? — искренне изумляется Тодд. — Ну, если ты и правда хорош в компьютерных играх так, как об этом говорят… — Сара вымучивает застенчивую улыбку. — Эмбер тебя очень хвалила. Бинго. Тодд расцветает чуть ли не на глазах. — Правда? — спрашивает он с придыханием. — А что она еще говорила? Боже. Ну что за жалкое зрелище. — Ну… Не помню. Так ты поможешь? — Когда? — Почему бы и не сейчас? Еще одна улыбка не повредит. Тодд обалдело кивает головой и послушно идет за Сарой. По комнате Сары, должно быть, прошлась настоящая тряпичная буря, оставив после себя разрушения в виде раскиданных по полу вещей и обуви: бальные туфли соседствуют с пышными юбками, а ролики — с цветными чирлидерскими помпонами. Довершает картину кружевное бюстье на створке трюмо, при виде которого Сара мысленно чертыхается (ведь планировала же запихнуть его в шкаф перед уходом), а Тодд краснеет и отводит взгляд. — Не успела прибраться, — неловко поясняет Сара. — Ты уж извини. — Да все нормально. — Тодд нервно сглатывает и аккуратно присаживается на край дивана, отодвинув в сторону смятый спортивный топик. — Может, выпьешь что-нибудь? — Сара кружит по комнате, распихивая вещи по ящикам. — Чай? Или колу? — Нннет. А где приставка? — А, сейчас. Взмах рукой, и еще пара платьев летит в шкаф. Сара откапывает приставку из горы учебников и тряпья, попутно вставляя дискету. — Как раз на проблемном месте остановилась, — говорит она. — Девятый уровень. — То есть все восемь фрагментов трифорса мудрости ты нашла? — Да, я зависла на последнем лабиринте. — Сара смахивает с лица прилипшую прядь волос. — Может, все же будешь колу? — Ну только если ты будешь. Сара уходит в кухню, в голове настойчиво звучит взволнованный мальчишеский голос: «А с ним полетела бы?» Все идет не по плану, пусть она и притащила Мэддисона к себе домой под дурацким предлогом. Будь рядом Джо, все оказалось бы проще: пара проходок перед ним в короткой юбке, несколько двусмысленных шуточек и все — кавалер у нее в кармане. Но Тодд начинает заикаться при виде лифчиков, о каких подкатах может идти речь? — А вот и я. — Она появляется на пороге комнаты и находит Тодда на полу — тот увлеченно рассматривает какой-то рисунок. Это же не… Черт. Вот черт. — Красиво. — Тодд протягивает ей листочек. — Ты рисовала? Господи, ну почему она не догадалась спрятать свой комикс. — Мое. Дай сюда. — Сара практически вырывает листок из рук Тодда. — Классно сделано. Не знал, что ты придумываешь комиксы. Очень круто. — Ну, по-моему, ерунда. — Сара фыркает. — Просто история о девочке с суперспособностями. Подобных пруд пруди. — Ну не скажи! — Тодд поднимает вверх указательный палец. — С плохой рисовкой и правда сколько угодно, а вот хороших мало. Тебе нужно их куда-нибудь отправить. В редакцию, если есть знакомые издатели… — Да как раз завалялась парочка под диваном, — язвит Сара. — Слушай, забей. Давай просто помоги мне пройти уровень. — Как знаешь, — кивает Тодд. — Но я бы все же показал кому-нибудь. Кто в этом что-то смыслит. У тебя талант. Щеки Сары вмиг становятся малиновыми. Получать комплименты от Тодда на удивление приятно. — Ладно, — говорит она медленно. — Может, и покажу. Ты первый, кто его увидел, — добавляет она застенчиво. Просто мама считает это баловством, ну а остальные… Не думаю, что оценят. — Значит, они дураки, — уверенно произносит Тодд. — Никого не слушай. — И тебя, получается, тоже? — Гляди-ка. Подловила. Они смеются, в груди появляется новое, незнакомое ощущение: будто бабочка взмахивает крыльями. Как там было в «Касабланке?» Думаю, это начало отличной дружбы? — Слушай, а может, ну ее, эту игру? — Сара просительно заглядывает Тодду в глаза. — Давай лучше фильм какой-нибудь посмотрим? Выбор падает на «Бунтаря без причины». Сара притаскивает в комнату попкорн, включает видеомагнитофон и устраивается в кресле рядом с Тоддом. Это странно, действительно странно сидеть просто так рядом с парнем, существования которого до последних нескольких дней ты даже и не замечала, хрустеть жареной кукурузой и ни о чем не думать. Тодд оказывается поклонником нуара, и под злоключения героя Джеймса Дина они тихо спорят до хрипоты что круче: «Бульвар Сансет» или «Мальтийский сокол». В какой-то момент они чуть было не дерутся. Но все спасает голубоглазый Джеймс Дин, вопрошая с экрана, какие же парни нужны девушкам. — Мужчины, которые могут быть ласковыми и приятными, — цитирует по памяти Сара, украдкой глядя на Тодда. Губы у того блестят от масла, кажется, Сара перестаралась, поливая попкорн. — А он красивый, — Понимает Сара с удивлением. — Не так, как Джеймс Дин, конечно, но все же. Если сейчас наплевать на все и поцеловать Тодда, то он точно не станет возражать. Или… В полутьме ее рука находит его ладонь, чуть влажную и на удивление горячую. Отнять бы его у Эмбер, забрать себе, обсуждать с ним фильмы, комиксы, да что угодно. Один поцелуй, и все изменится. — Уф! — говорит вдруг Тодд и вытаскивает из-за спины учебник геометрии. — Кажется, я на него случайно сел. Все же тут дикий бардак. Учебник сам собой раскрывается на страницах со знакомым постулатом. Параллельные линии не пересекаются. Никогда. Нигде. Очарование момента исчезает, оставляя после себя привкус горечи. Сара затравленно смотрит на Тодда. Что, черт возьми, она творит? Почти поцеловала едва знакомого, и, это важно, чужого парня. И ради чего — из желания что-то себе доказать? Тодд ей не принадлежит, Тодду нравится Эмбер, у них на двоих один большой секрет, а у Тодда и Сары секретов нет. Где-то там, за пределами Клирвью есть множество бесконечных вселенных, множество параллельных миров, что никогда не пересекаются, а что делает она? Проводит ручкой по чужой жизни, пытаясь изобразить соединение не соединяемого? Ну уж нет, лучше оборвать все сейчас. — Слушай, тебе лучше уйти. — А? — Тодд отрывается от экрана и сконфуженно смотрит на Сару. — Я что-то не так сделал? — Нет. — Сара смотрит в сторону. — Просто сейчас вернется моя мама, и у нее будут вопросы… Ты ничего не сделал. Забей. — Хорошо. — Он явно обескуражен, но не требует объяснений. Еще одно отличие от Джо — тот явно закатил бы истерику. — Спасибо за вечер. — Тодд протягивает ей на прощанье руку. — Было неожиданно и приятно. — Да. Слушай, — Сара набирает побольше воздуха в грудь и, заранее презирая себя, произносит, — забудь обо всем, ладно? Если что — ты меня не знаешь. Не подходи ко мне в школе. — Но я не понимаю, зачем тогда… — Я ошиблась, окей? — Сара сердито вздыхает. — Хотела изменить с тобой своему парню. Но это изначально была дохлая идея, так что давай, счастливо. — Что ты хотела? — остолбенело переспрашивает Тодд. — Просто не бери в голову, — повторяет Сара и захлопывает перед носом Тодда дверь. Едва ли сейчас на земле, да и во всей вселенной есть человек, которого она ненавидит больше, чем себя. Утро в школе ничем не отличается от предыдущих: снова бубнящий мистер Симмонс, снова подобострастный взгляд Шерил и приставания Джо. Разве что сама Сара мрачнее тучи. Она хмуро наблюдает за клубом непризнанных издалека: Джейкоб, Астры и Эмбер обмениваются блестящими наручными браслетами, не обращая ни на кого внимания. Тодда нигде не видно. Сара специально высматривает его среди учеников, и едва не опаздывает на занятия. Бесполезно — Мэддисон словно испарился. Неужели из-за нее? — Эй. Она вздрагивает, слыша знакомый голос. Иллюзия, или… Поворот головы, и она видит знакомую вихрастую макушку в проеме раскрытого окна. — Извините, можно выйти? — Сара перебивает мистера Симмонса на полуслове и, не дожидаясь ответа, шагает к двери. Она королева школы, ей все можно. — Разумеется, мисс Воннегут, — растерянно отвечает мистер Симмонс, по привычке пялясь ей в декольте. — Чего тебе? — Сара выбегает на школьный двор. — И ты почему не на занятиях? — Важное дело. — Тодд усмехается. — Решил кое-что оставить тебе напоследок. Сердце совершает кульбит и устремляется в пятки. Напоследок? — Я же говорила, чтобы ты ко мне не подходил. — Ты неплохой человек, Сара, — перебивает ее Тодд. — Даже если хочешь доказать другим обратное. — Откуда ты знаешь? — Я видел твой комикс. Человек, который так рисует, не может быть плохим. — Ну ты и дурак, Мэддисон. — Эмбер тоже так говорит. Сара осекается и опускает голову. Эмбер, значит. Эта встреча — ее инициатива? — Я хотел бы столько тебе рассказать, но боюсь, что у нас почти не осталось времени. — Тодд грустно смотрит на Сару. — Если бы ты немного раньше… Впрочем, забудь. Вот, держи. И прежде чем Сара успевает что-то ответить, сует ей в руку знакомый браслет — синий, с черным ободком. — Это коммуникатор, — говорит Тодд. — Просто настрой его на сорок вторую частоту, и сможешь со мной связаться. Не факт, что я смогу ответить сразу, но буду очень стараться. — Сорок вторая частота, — послушно повторяет Сара. — Легко запомнить. 42 — ответ на главный вопрос жизни, вселенной и всего такого. — Я тоже люблю Дугласа Адамса. — Умница, сечешь. — Вы улетаете на родину Рэя и Урсулы, да? — Откуда ты… — Ну, я же умница. Вы вернетесь? — Никто не знает. Но мне бы хотелось. Наши пути обязательно пересекутся, вот увидишь. — Это вряд ли. Мы как параллельные прямые, а они не пересекаются, — возражает Сара с грустью. — Никогда. — Только в Евклидовом пространстве, Сара. Не забывай об этом. Она поднимает голову, в глазах вспыхивает огонек надежды. — Так значит, мы еще встретимся? — Я в этом уверен. Где-то в школе звенит звонок. Тодд машет Саре рукой на прощанье и исчезает. Она медленно бредет в класс, игнорируя бубнеж мистера Симмонса. Листает учебник, вчитываясь в постулаты Евклида. На следующий день, когда в небо над Клирвью взмывает космолет с клубом непризнанных на борту, Сара Воннегут отправляет свои комиксы о супергероине в редакцию одного известного журнала, загадывая, что получит ответ если Тодд Мэдисон вернется на землю. Вечером она ест попкорн и смотрит «Касабланку». — Луи, думаю, что это начало прекрасной дружбы, — говорит Сара телевизору. Лежащий на столе коммуникатор издает тихий писк.