Demon for Hire

Джину не до конца был ясен план, и, признаться, он слишком боялся спросить. Дорога к дому Селин прошла в полной тишине. Даже Saja Boys не решались шуметь. Все были на взводе и сгорали от любопытства, гадая, что произойдет сегодня. Селин отправила девушкам загадочное сообщение о том, что пришло время. Селин явно что-то замышляла. Что-то гнусное. И Руми… Джину украдкой взглянул на неё, пока Мира виртуозно втискивала фургон на парковочное место. Что творилось в ее голове? Скажет ли она ли правду, если он осмелится спросить? Он так сильно нарушил условия их контракта. Но, честно говоря, она тоже. Он был почти уверен, что она до сих пор не заплатила ему ни гроша за его услуги демона по найму. Джину потянулся к её ладони, надеясь хоть немного успокоить и себя, и ее. Но Руми выпорхнула из фургона раньше, чем он успел коснуться её. Он смущенно одернул руку. Смирись, проворчал он себе под нос. Соберись. Если сегодня твой последний день, то ты все равно задержался на этом свете. Эбби хлопнул его по спине, ободряюще улыбаясь, когда они выбрались из фургона и двинулись к дому Селин. — Сегодня ничего не ломать, — скомандовала Зои, грозя демонам пальцем, пока Руми звонила в дверь. — Только меч Руми, — парировал Бэйби. — Именно, но это наша забота, — отрезала Зои. — Вы пятеро – ведите себя прилично. Просто стойте столбом. Будьте начеку. Но все остальное оставьте нам. Мы сами разберемся с Се… Дверь распахнулась, явив миру саму Селин, скрестившую руки на груди. Невысокая, но энергия, исходящая от неё, делала любое пространство тесным и душным. — С чем именно, дорогая? Выражение лица Зои мгновенно преобразилось – от суровой решимости до притворной радости. — Селин! Ах да, ничего особенного. Новый меч Руми готов? — Почти. — Селин посторонилась, пропуская гостей. Взгляд её скользнул по парням, стоявшим позади. — Все еще таскаете за собой этот балласт? Мира пожала плечами. — Они идут туда, куда идёт Джину, а Джину идет туда, куда идет Руми. Селин это объяснение не впечатлило. Они вернулись на место преступления – в гостиную Селин, где Джину и "мальчики" умудрились сломать одну из её картин. Никто не спешил садиться, но в итоге все неохотно опустились на мебель. Джину чувствовал себя до жути неуютно, и его нога непроизвольно задергалась. Когда Руми положила руку ему на колено, он замер, тяжело вздохнул и выдохнул, пытаясь хоть немного унять напряжение. Селин неспешно вошла в комнату. Руки её были пусты. — Эм… — Руми подалась вперед, к краю дивана, но её рука всё ещё лежала на колене Джину, словно якорь. — Так что, мой новый меч готов? Напряжённая тишина окутала комнату, пока Селин осматривала каждого присутствующего. Когда она наконец заговорила, у Джину чуть глаза из орбит не вылезли. — Это зависит от обстоятельств. — Зависит? — В тоне Миры прозвучали стальные нотки. — От чего зависит, Селин? — Если Руми сейчас отдаст мне свой старый. Руми немного отодвинулась и придвинулась ближе к Джину. — Ну, вообще-то… — Руми запнулась, её пальцы впились в колено Джина. На коже должны были остаться багровые полумесяцы. — Я решила отдать свой меч Джину… — Ни в коем случае! — Селин оборвала её, отчеканив каждое слово. И тут же заговорила о Руми: — …потому что он ещё не готов уйти, да и я не хочу. Так что плевать на обещания. — Она перевела дух. — Это его душа, и я не хочу, чтобы он исчез. Вот и всё. На виске Селин угрожающе запульсировала вена, готовая лопнуть. — Оружие Охотницы в руках демона? Руми, ты совсем обезумела? — Я наполовину демон… — Тебя воспитывали как человека, и ты это знаешь. Даже не пытайся оправдываться. Все вы знаете, что это безумие, — она бросила гневный взгляд на Миру и Зои, будто обвиняя и их в том, что Руми дошла до такого. Джину вздохнул, готовясь вступиться, но Селин испепелила его враждебным взглядом. — Заткнись, отродье демона. Руми вскочила, как ужаленная. — Не смей так с ним разговаривать! — Её кулаки сжались до побелевших костяшек. По предплечьям и запястьям заклубились фиолетовые узоры. Джину хотелось сохранять хладнокровие. Хотелось быть рациональным, умнее всех этих людей. Но эта мерзкая старуха оскорбила его не так, как рассчитывала. Его это не задело, но этот удар пришелся по Руми, а это было неприемлемо. От его ног по полу расползлись черные тени, взметнулись вверх по стенам, поглощая солнечный свет. Глаза вспыхнули нечестивым огнём, узоры проявились во всей демонической красе. — Ты воздержишься от оскорблений в адрес демонов, — произнес Джину голосом, полным уверенности, голосом древнего демона высшего ранга, намного старше этой вздорной женщины. — И перестанешь перебивать Руми. — Джину… — Рука Руми скользнула по его плечу. — Успокойся… — Я спокоен. Ни капли. Его низкий голос, тяжелые слова, отягощенные угрозами – всего лишь маска. — Видите! — Селин указала на него пальцем. — Он – зло во плоти. Он не может себя контролировать и никогда не сможет. Если бы у него был твой меч, представь, какой хаос он бы устроил. — Она яростно покачала головой. — Нет. Я этого не допущу. Я не дам тебе новый меч только для того, чтобы ты отдала свой первый такому, как он. Чудовищу. Руми разочарованно вздохнула. — Но не тебе решать. Я сделала свой выбор. Так где второй меч? Селин продолжала трясти головой. — Нет… Нет, нет, нет. — Селин, пожалуйста, — Мира тоже поднялась. — Мы обыщем весь дом, если понадобится. Селин издала безумный смешок. — Думаете, я спрятала его здесь? Думаете, я не подозревала, что ты выкинешь что-то подобное? Конечно, его здесь нет! И я не скажу вам, где он, и не отдам его, пока Руми не согласится сломать свой меч… — Хватит! — Руми зажала уши руками, и из её горла вырвался хриплый демонический рык. Её взгляд был безумным. Она теряла контроль, и Джину слишком поздно понял, что только усугубляет ситуацию. Он встал и обнял её, отгораживая от остальной комнаты, оставляя только их двоих. — Дыши, — приказал он. — Не торопись. Вместе со мной. Вспомни наши тренировки. Заставь узоры исчезнуть. Она смотрела только на него, но в её глазах плескалось безумие. — Тебе тоже нужно успокоиться, — прошипела она. Джину сухо усмехнулся. — Я пытаюсь. Так что помоги мне. Через несколько мгновений они оба взяли себя в руки. Но хрупкое равновесие рухнуло, когда Селин произнесла: — Я иду прямиком в Совет Охотниц в отставке. Я положу этому конец. Ты сделала свой выбор, Руми, так что гори оно огнём, моё обещание твоей матери. Джину смутно услышал, как Бэйби прошептал: — Ого, а такой Совет вообще существует? — Но в основном он слышал только звон в ушах. Он начал закатывать рукава, не сводя глаз с Селин. Руми потянула его за руку. — Не надо. Джину, не надо. Он почти не слышал её. Кулак сжался, отводя руку назад. Он собирался вышвырнуть Селин в окно. К черту её обещания? Что ж, к черту и её лицо. С него хватит этого дерьма. С него хватит ее… В последнюю секунду между ними возникли Мира и Зои. Обе с оружием наготове. Удивлённое выражение лица Селин доставляло им явное удовольствие. — Девочки. Что вы творите? Опустите оружие. По крайней мере, направьте его на реальную угрозу! — Насколько я могу судить, реальную угрозу представляешь ты, — Мира ткнула оружием в сторону Селин, заставив ту ахнуть и испуганно отступить на шаг. — А теперь говори, где меч Руми, и прекрати нести эту чушь про Совет, или я позволю ребятам обыскать твой дом. Если они ничего не найдут, Зои свяжет тебя, и ты будешь сидеть с нами, пока не будешь готова рассказать нам всё. Часть гнева Джину отступила перед язвительными угрозами Миры и кивком Зои, которая угрожающе направила свои ножи на их старую наставницу. Даже если он редко сходился во взглядах с остальными Охотницами, он был рад, что у Руми есть такие подруги, готовые защитить её любой ценой. По крайней мере, в этом они всегда были единодушны. Звон обнажённого клинка заставил Джину обернуться. Руми, стоявшая позади, держала меч наготове, её взгляд несколько долгих мгновений буравил его. Затем она подняла оружие, предлагая его. Просто. Без лишних слов. Бери, мол, мой дар. — Но ты… — Возьми же, — она подтолкнула его ладонь к мечу. — Хватит дурацких игр. Я обещала отдать его тебе, значит, он твой. — Руми, он тебе нужен… В уголке губ мелькнула печальная тень улыбки. — Ты будешь беречь его. А мои девочки присмотрят за мной. С этим не поспоришь. Мира и Зои только что доказали свою преданность. Готовы обнажить клинки против семьи ради неё. И она права, он использует меч во благо. Защитит её от любого недоброго взгляда. Джину протянул руку, обхватывая рукоять, которой никогда не должна была касаться рука демона. На удивление тёплая, она словно сама легла в ладонь. И как только она отпустила меч, его осенило – он знает, как им владеть, как заставить лезвие появляться и исчезать по воле. Когда меч растаял в воздухе, утратив своё сияние, он ощутил лёгкое покалывание. Тёплое, как рукоять, и до странности знакомое. А затем… взрыв. Джину втянул воздух, отшатнувшись, когда душа хлынула обратно в тело. Вспышки света плясали перед глазами, воспоминания обрушились лавиной. Все пробелы, недостающие фрагменты заполнились разом, так неистово, что он не мог даже вздохнуть. — Джину? Ему казалось, что Руми повторяет его имя снова и снова. Когда ослепительный свет погас, он обнаружил себя лежащим на диване, а щёки были мокрые от слёз. — Ты в порядке? — Руми вытерла соленую влагу большими пальцами, нежно обхватив его лицо ладонями. — Я… — Голос сорвался на хрип. — Думаю, да. Просто… да. Столько воспоминаний… На лице Руми мелькнула тень сочувствия, понимание его боли. Но это выражение тут же исчезло, когда Селин пробормотала: — Что ты натворила? — Я сделала то, что должна была. Нам пора. Можешь жаловаться в Совет, если хочешь, но дело сделано. Джину едва мог собраться с мыслями, когда Руми потянула его за руку. Он слышал, как остальные идут следом, вздрогнул от хлопка дверцы фургона. Даже не помнил, как забрался внутрь, поглощённый своим прошлым, лицом давно забытой сестры. — Джину? Фургон мчался по шоссе. Руми наклонилась ближе, пытаясь прочесть его мысли. Он чувствовал на себе взгляды остальных, Зои, выглядывавшей из-за спинки сиденья. Даже Мира украдкой бросала взгляды в зеркало заднего вида. — О чём ты думаешь? Всё в порядке? — спросила Руми. — Я… — Слова давались с трудом. Их было слишком много. Наконец, собравшись, он выдавил из себя: — Моё отношение к тебе не изменилось. Она едва слышно рассмеялась, просто выдохнула через нос и уткнулась лбом ему в плечо. — Я не об этом спрашивала, но всё равно рада слышать. Слова хлынули потоком, он продолжал: — Теперь я понимаю ещё лучше. Это тяжело. И больно. Вот здесь. — Джину прижал ладонь к груди. — Наверное, сейчас ты нужна мне больше, чем когда-либо. Я… я хочу тебя, как никогда. Бэйби начал задыхаться на заднем сиденье, Мира фыркнула. — Отлично. Ты стал ещё более невыносимым, чем раньше. Теперь ты приклеишься к ней навеки, да? Мы никогда не вернём нашу подругу. Зои игриво шлёпнула Миру по руке. Она уже вовсю плакала, приговаривая: — Это так мило! Не будь такой циничной. Джину украдкой оглянулся. Эбби поддерживал Бэйби, чтобы того не стошнило (безуспешно), Романс смахивал слезу умиления, наблюдая за этой сценой. Мистери был… ну, Мистери. Его лицо скрывала челка, невозможно было понять, о чём он думает. Он задумчиво смотрел в окно, подперев подбородок кулаком. Руми подняла голову с плеча Джину и поцеловала его в щёку. — Тебе от меня уже не избавиться, даже если бы захотел. — Я бы и не смог. — И теперь он помнил это. Руми проложила себе путь к его сердцу с самого начала, и он никогда не пытался остановить её. Он хотел, чтобы она осталась там, в глубине, навсегда. — И что нам теперь делать? — спросил Эбби. Бэйби яростно брыкался в его руках, пытаясь вырваться из удушающего захвата. — Разве не очевидно? — Мира посмотрела в зеркало заднего вида и хищно ухмыльнулась. — Готовиться. А если Совет придёт за нами, мы им покажем. Этот план Джину мог поддержать.