Трагедия в Новолунную Ночь. Глава 5: Пролог.

      Страх. Непонимание. Вина. Глаза сидящего на своей кровати волка были наполнены болью и страхом. Он сидел на своей кровати, немного наклонившись и закрыв лицо руками так, что оставались открытыми только глаза. Он не смог ничего сделать, чтобы остановить полицию, и его лучшего друга забрали далеко от него, как ему теперь казалось, по его вине. Здесь-то Гаррет и предположил, что разбитый стакан и странное поведение Дэна были связаны с тем, что он всё узнал: он не появился на обеде, по-видимому, был чем-то сильно зол, пока был один в комнате, и заснул намеренно, чтобы не разговаривать с ним. Определённо, это всё могло быть только догадками в голове волка, но тогда он был поглощён эмоциями, он был в замешательстве. За одну ночь как будто бы земля ушла из-под ног Гаррета, и он потерял всё.       Делать было нечего, он напялил на себя какую-то первую попавшуюся одежду, протёр глаза и пошёл к Рокки. Гарри до конца не знал, что он делает, не только в его голове была страшная неразбериха, но и его тело всё ещё было сонным и не размялось. Хотя он и не мог точно знать, что случилось вчера в их комнате и за что увезли Дэна, но его невинный и жалобный взгляд был у Гарта перед глазами, и ему было очень больно на душе. Уже спустя пару минут он стучится в дверь к Рокки и Кею. Ему очень повезло, что Кей всё ещё спал, поэтому дверь ему медленно открыл тигр. С взъерошенными волосами на голове, полотенцем на плече и со щёткой в зубах он уставился на поникшего волка в большом удивлении. Рокки пустил его в комнату, но только тихо. Чтобы тот не мешал, Рокки осторожно взял его телефон и выключил ему будильник (они были друзьями, и тигр знал его пароль). Гаррет сел на кровать к Рокки, а тот быстро умылся и вернулся к нему. Всё происходило почти бесшумно, и двое почти не разговаривали в процессе. Рокки подсел к Гаррету так, чтобы их руки касались друг друга, и сказал: “Рассказывай. Чего такой грустный?” Бедняга посмотрел на него, но недолго, его взгляд снова упал на пол. "Я не знаю, что мне делать..." “Почему? Что случилось?” Гарт объяснил всё, что сейчас случилось с ним, и его мысли по поводу Дэнни. “О-о-оу... Тяжёлый случай... Однако”. "Я даже не знаю наверняка, хочет ли он меня видеть... Я впал в ступор, когда его уводили в машину... И теперь он может попасть в тюрьму, а я даже не успел извиниться..." (Голова волка опускалась всё ниже) “Не говори так, не смей. Он ещё не попал под суд, и, скорее всего, на него даже не успели завести дело. Время есть, а несмотря на то, что он в участке, ты можешь написать прошение об аудиенции. Ну... Если говорить формальным языком, хех”. “Возможно..." (Миг молчания) Эмоции всё ещё переполняли его тело, и сердце казалось очень тяжёлым. “Всё будет хорошо..." Здесь у волка потекла слеза. Он чувствовал себя виноватым во всём, что сейчас случилось. Всё, чего он хотел, это плакать... Однако, в комнате были не они одни, и после небольшого затишья Гаррет протёр глаза ещё раз, но уже от слёз, и попытался ободриться... Но ком в горле всё ещё выдавал его чувства. “Что ж, может так и... есть”. “Вот и отлично. Давай сегодня также встретимся на обеде, как и вчера, а?” “Хорошо”. После этих слов двое ещё немного посидели вместе, но вскоре Гаррет ушёл, не сказав ни слова, но Рокки не был оскорблён, он знал, что Гарри ему благодарен, просто не хочет это говорить.       День тянулся довольно скучно, никто не интересовался тем, куда пропал Дэн, несмотря на то что они всегда сидели вместе. Неудивительно то, что, разделив такую крепкую пару, всё, что останется делать Гарту, это рисовать у себя в тетрадях от скукоты. Рисовать он не умел и ни разу ни в каких художественных кружках не состоял. Эмоции поутихли, но неприятный осадок горечи остался, слова преподавателей часто превращались в откуда-то издалека доносившийся шум, пока разум волка был забит своими мыслями. Сам же Даниэль в это время сидел в участке, обдумывающий, за что и как он сюда попал, однако злость на Гаррета никуда не рассеялась, наоборот, в воздухе витала очень напряжённая, почти наэлектризованная атмосфера. Дэн не исключал, что из-за него он и попал за решётку. Всё-таки от него скрывали столько событий и нагло врали, смотря в лицо. Кто знает, что ещё Гаррет мог от него скрыть?       Пришло время обеденного перерыва для всех в университете. Гарт, как он и договаривался с Рокки, пришёл и стал дожидаться двоих. Пока он дожидался, он просматривал еду, предлагаемую в кафетерии, с тоской и безразличием в глазах. Весь день его глаза выдавали тоску и были полузакрытыми. Прошла уже неделя с момента, как студент оказался втянут в эту непонятную вереницу событий с исчезновениями, и вот он здесь, в кафетерии, выбирает еду, пока его друг сидит в другой части города и, возможно, даже не хочет его видеть. Основным блюдом сегодня был грибной крем-суп или рис с овощами и приправами. Гарри выбрал суп, к нему взял пару кусочков хлеба. На второе была стандартная пицца или рыбные котлеты с соусом. На мгновение волк даже отвлёкся от своих мыслей и начал думать, что он больше хочет, но тут же его чувство тоски вернулось. Он выбрал рыбные котлеты в соусе. Взял зелёный чай как напиток и отказался от десертов вообще. Ему не хотелось сладкого. Он сел за столик, за который он садился вчера, и начал медленно и размеренно есть. Впрочем, такой вид он делал ненамеренно и просто дожидался тигра и его гиену. Через пару минут они появились, Рокки помахал Гаррету, и они быстро направились к стойке с блюдами, чтобы выбрать себе что-нибудь. Пока двое стояли у стойки и прокатывали свои подносы, наполняя их едой, к нему попытался подсесть какой-то случайный окапи из толпы. Как только он услышал, что к нему кто-то приблизился, он повернулся и с предельно недовольным взглядом сказал: “Могу я вас, пожалуйста, попросить не садиться здесь? Здесь уже занято этими двумя”, — и он указал в сторону Рокки и Кея, при этом не сводя взгляд с назойливого вторженца. “Тебе так жалко? Они придут, и я уйду”, — и начал есть прямо на глазах у Гарта. Такого Гаррет не хотел терпеть и посмотрел на еду, которую взял окапи.“А можно спросить? А что это ты себе взял?” — пальцем указал на красноватый напиток на его подносе. С набитым ртом еды он говорит: “Это ягодный морс, а что?” Гаррет немного посмотрел на него и спросил: “Можно его взять?” Ему ответили: “Ну-у, да, почему бы нет”. Гаррет осторожно взял стакан с кислым напитком и поднёс перед своим лицом, пару секунд его заинтересованно рассматривал, а потом вылил весь стакан на него, что тот почти упал с лавки. Окапи хотел было что-то сказать, но он был так ошеломлён и рот забит едой, что он сразу убежал в уборочную оттираться, а еду оставил. Волк же, в свою очередь, взял пару тройку сухих салфеток со стола и быстро вытер весь разлившийся морс на лавке и на полу, он отодвинул его поднос, чтобы не мозолил глаза. Почти сразу после этого пара друзей подсела за другую сторону стола. Недовольный лик Гаррета всё ещё был у него на лице, но Рокки знал, почему так, и стал пытаться разбавлять обстановку: “Привет! Как дела?”  Рокки хотел понять, как сейчас нужно разговаривать с ним. “Как дела... Думаю, ты уже знаешь. Вопрос только в том, знает ли он?”  Гаррет надменно посмотрел на Кея. “Да, он знает.” После этих слов он положил руку ему на плечи, словно показывая, что “он свой”. “Значит так... Хм, ну ладно.” — ответил Гарт. “На самом деле, знаешь... Несмотря на твой вид, у меня всё ещё есть, что тебе предложить.” — сказал Рокки с новым энтузиазмом. “Мм?” “За время уроков у меня и Кея созрел план, как вернуть тебе твоего друга”. Кей ворвался в разговор:  “Да, хочешь верь, хочешь нет, но... Но теперь ты нам друг, и мы хотим тебе помочь вернуть своего друга. Это даже не учитывая то, что, скорее всего, нам придётся с ним поговорить, раз уж Дэн обо всём знает” .Эти слова заинтересовали поникшего беднягу: “Ну... И что вы двое предлагаете делать?” “Во-первых, —” (Кей перебивает) “А ну дай я скажу. Во-первых, я за эти несколько часов узнал о том, что на Дэна завели уголовное дело “о похищении животного”, но дату суда ещё назначить не успели. Группа криминалистов и полиция, что оцепляли место похищения, находили следы лап на стенах, грязь на полу и пальцев на дверной ручке”. “И что это всё должно нам дать?” “Следы совпадают со следами Дэна.” Кей знал, о чём говорит. “Чего...” (Кей отвёл глаза)  “Немало важно и то, что следствие потребовало записи камер наблюдения, и они нашли на них что-то, что тоже используют как улику для обвинения против него. Что конкретно — не знаю”. Взгляд Гаррета нахмурился и с безразличного быстро сменился на возмущённый. “Чего вообще?! Это... Нет! Нет, это какая-то херня чистой воды! Нет, ну что это?!? Он не мог такое сделать!” Гаррет почти что начал кричать, пока говорил. Возможно, он реально продолжил бы так злиться, если бы его не оборвал Рокки: “Да, мы знаем, знаем! Мы знаем, что это фикция! Мы верим и тебе, и ему, но одной веры недостаточно в суде. Если Дэну всё же назначат судебное заседание, то нам будут нужны довольно веские доказательства, чтобы оправдать его”. В попытке успокоиться Гаррет взялся рукой за лоб, сделал пару глубоких вдохов и выдохов и, к удивлению двоих... успокоился. “Хорошо, думаю, вы правы. Мне стоит попробовать с ним поговорить...” После недолгого, но неловкого молчания Рокки решил закончить: “...Вот и хорошо. Всё будет хорошо”. Кей присоединился: “Мы обещаем”. Трое взялись за руки, негласно знаменуя свою дружбу между собой и готовность на самоотверженность, после чего их разговор ненадолго перешёл на еду и других зверей, но время обеденного перерыва подходило к концу, и Гаррет удалился первым. Свою еду он не доел.       Придя домой в общежитие, Гарт быстро скинул с себя свой рюкзак, переоделся из белой рубашки в рубашку с длинным рукавом болотного цвета с серыми рукавами. Также переоделся из чёрных, немного заношенных снизу брюк в свои классические синие, тоже немного заношенные и выцветшие джинсы и снова вышел из комнаты. Он направился в полицейский участок, который находился почти что на противоположной стороне города. Пока он шёл до автобусной остановки, а потом пока ждал нужного автобуса, курсирующего внутри города, Гаррет думал, что будет говорить Даниэлю. В его голове у него возникали образы оскалившего клыки и держащегося за стенки клетки льва, но он надеялся на лучшее. Через десять минут ожидания городской автобус подоспел, и, к счастью, несмотря на вечернее время, он был почти не заполнен. Звери стали выходить на остановку и расходиться по своим сторонам, а волк вежливо стоял в стороне и ждал, пока все выйдут. Вышла и бледно-розовая лиса, до боли знакомая ему. Заприметив её, он хотел было уставиться на Лию, однако, похоже, она его не заметила и спокойно вышла, и направилась в сторону университета, он мог упустить автобус, так что, ничего не успев сказать, он зашёл внутрь и глядел на неё, пока двери закрывались и автобус начал отъезжать от остановки. Гаррет хотел было уже расплачиваться за проезд, но его снова колыхнул глухой голос позади: “И тебе привет!” Инстинктивно он обернулся ещё раз, медленно назад, заплатил за проезд и сел на свободное место. Он вспомнил, что не расспросил друзей о ней и знают ли они что-то об этой Лии.       Через чуть более чем 10 минут он стоял у полицейского участка. Только войдя внутрь, он как будто бы вошёл на чужую территорию, и воздух вокруг него слегка потяжелел. Он подошёл к стойке администрации и вежливо спросил пару вопросов насчёт подачи заявления о свидании с задержанным. К счастью Гаррета, никаких обвинений против Дэна на официальном уровне ещё не поступало, что значительно облегчало процесс подачи заявления. Имей Даниэль статус арестованного или осуждённого, то был высок шанс, что простого друга к нему бы не пустили, но, оставляя все законодательные формальности в стороне, будучи в статусе “задержанный” дело не осложняется. Гаррету подали бланк для заявления, он потратил пару-тройку минут, рассматривая и заполняя его. Стройная и в форме молодая кошечка в очках и офисном пиджачке, сидящая за своей стойкой и всё время что-то печатающая в компьютере, время от времени поглядывала на волка, хотя пыталась это скрыть. В конце концов Гарри разобрался и заполнил заявление о свидании с Даниэлем Мизлором. Отдал его ресепшионистке, она оглядела его за пару секунд, где-то расписалась в нижней части листа, отложила в сторону от себя и провела Гаррета лично до двери перед входом в комнату для разговоров. Она сказала Гаррету немного подождать, пока она сходит и уведомит охранника о том, чтобы тот также сопроводил Даниэля до комнаты. В это время на другой стороне к клетке Дэна подошла делового вида женщина, подошла почти вплотную к его камере содержания и сказала: “Месье Мизлор, к вам пришёл некий Гаррет Грей на очное свидание. Он отметился как знакомый вас. Вы его знаете?” Уже начинающий привыкать к условиям клетки Дэн читал книги, которые ему ранее принесли из городской библиотеки по его личному прошению, однако, услышав то, что к нему заявился Гарт, его заинтересовало: “Хм... Грей... Грей... Гаррет Грей. Да, знаю такого”. “Вы согласны принять его просьбу?” “...Да”. После приглушённого согласия офисного вида кошка ушла из отделения, охранник открыл дверь клетки Дэна и нацепил на него наручники, повёл в сторону комнаты для разговоров... Не успел заждаться Гарт, как к нему вернулась ресепшионистка и сказала, что он согласился на свидание и у них есть 15 минут на разговор, после чего за ним зайдёт охранник и уведёт обратно. Волк кивнул. Кошка ушла, протирая очки, а он зашёл в комнату и стал дожидаться своего друга по ту сторону стекла. В комнате разговоров не находилось ничего, кроме двух ярких ламп с обоих сторон комнаты, стеклянной перегородки, разделяющей заключённых в участке и приходящих, и круглые стулья без спинок, почти как в барах, только немного ниже. В это время Дэна довели до комнаты, сняли наручники и сказали, что с момента, как он зайдёт, у него и его собеседника будет 15 минут на разговор, после чего он зайдёт за Дэном и уведёт его обратно в камеру. Дэн кивнул. Охранник немного отошёл от льва, тот размялся от наручников и вошёл в комнату. Так получилось, что они зашли в комнату почти что одновременно и поэтому были немного удивлены видеть своего собеседника только что пришедшего, а не уже ожидающего. Лев сел на своей стороне комнаты и указал пальцем Гаррету на переговорное устройство, которое он забыл включить. Последнему же было немного непривычно видеть его в той же одежде, в которой его и увезли из общежития. Его обычная белая футболка и тёмно-зелёного, скорее болотного цвета пижамные штаны, в которых он любит спать. Рукава у футболки были немного засучены, что обнажало его крепкие и прилично мускулистые руки. Гаррет знал, что помимо учёбы у него была подработка в каком-то местном городском магазине, название которого он никогда не мог запомнить. Дэн работал на складе и разгружал приезжающие коробки с товаром. Он их переносил и открывал, а двое сортировщиков непосредственно внутри магазина распределяли вещи по полкам и стеллажам. Однако из-за учебного графика, в котором у него только один выходной, он иногда стал опаздывать на работу в дни, когда надо было. Несмотря на это, закалке его тела в целом это не помешало. На этих же руках Гаррет сразу отметил не уложенную и местами грязную шерсть. Он провёл в участке менее дня, но в глазах Гаррета уже выглядел порядком измученным. Как только Гарт включил голосовое устройство, Даниэль сложил руки на груди, как обычно делают чем-то недовольные или требующие. Первым начал говорить он же: “Ну и? Есть что сказать? Или ты просто пришёл меня проведать, как жест злорадства?” “...”  (Глубоко выдыхает и отводит глаза) “Просто как напоминание, что у тебя осталось где-то тринадцать с половиной минут до того, как меня уведут обратно”. “...я...я не знаю...” “Я тоже не знаю, но, предполагаю, знаешь ты. Как минимум знаешь положение, в котором сейчас находишься”. “Прости... пожалуйста, прости...” “Прости за то... что не рассказал тебе всё, как было, и врал тебе в лицо...” (Взгляд Даниэля вернулся на опустившего голову Гарта) “То есть ты таки догадался, что вчера было, да?” — тон льва ни на секунду не обещал сменяться на милосердный. “Я честно не знаю, за что тебя задержали...” “...правда?” “Да. Я знаю, насколько это было тупо не посвятить тебя в наше дело, и ты можешь полноценно называть меня предателем, но я не имею понятия, за что тебя задержали”. (Гаррет немного оживился, а Дэн — озадачился) “Те двое, что приходили за мной, говорили, что подозревают меня в похищении животного”. “Я искренне не знаю ничего об этом. Честно...”  “Эх... даже если представить, что я тебе поверил, то я всё ещё не нахожу причин тебя прощать так просто”.  “...я знаю”  “Я верил тебе, как брату...” — Дэн более не был настроен агрессивно, а скорее звучал с горечью в голосе. (Миг молчания) “Убирайся”.  “...прости”.  “...на данный момент мне прощать тебя не за что, а теперь я лучше вернусь к себе читать. Даже персонажи из книг бывают сговорчивее таких крыс, как ты. Не в обиду крысам.” — Даниэль встал и почти вышел из комнаты.  “Нет! Подожди! Дай мне как-то искупиться! Что я могу сделать для тебя? Я не хотел, чтобы всё так вышло!”  Лев остановился у выхода, сжал кулаки, но тут же разжал:  “Не хотел? Смотри-ка, у тебя всё равно получилось”.       Даниэль вышел, закрыл за собой дверь и позволил охраннику снова нацепить на себя наручники и увести обратно. Гаррет же остался в замешательстве от разговора. Он тоже встал, выключил устройство и вышел из комнаты. Тяжёлая атмосфера рассеялась, как осенний туман, но теперь сменилась дождём. Чувство вины и давление со стороны Дэна не дали ему что-то адекватно сказать. Однако, что Гаррет также чувствовал, это отсутствие желания сдаваться. Он уже планировал прийти сюда завтра на ещё один разговор с Дэном, к которому он подготовится лучше.       Этот вечер, в отличие от большинства, Гарри пришлось проводить одному. Тёплый майский вечер, колыхающиеся листья деревьев, милые любовные парочки собак, волков и оленей, прогуливающихся за руки. Гаррет приходит домой, заваривает себе чай в пакетике и медленно засыпает. Дело о похищении животных обещает только набирать свой оборот...