Кожаные ремни

      Гость никогда не верил в удачу и неудачу. Если выживал на задании во время своей военной карьеры — значит, просто использовал свой ум и навыки. Споткнулся и упал — значит, слишком спешил или ходил по неровной поверхности. Всё шло так, как заготовила жестокая или нет судьба. И в принципе его судьба устраивала его. Вот, дослужился до полковника в свой тридцать шестой год, закрыл ипотеку, до сих пор остался со своими конечностями во время военных приключений, вернулся живым с плена и ещё много чего интересного.       Ему нравилась его работа. Адреналин, когда ты дёргаешь спусковой крючок, смотришь в прицел на свою очередную цель или прыгаешь с парашюта... Ощущения незабываемы. Это опасно, да, одно неправильное движение и тебя может не стать, но пугающее чувство пропасти у ног заставляет сердце ныть и трепетать. Его сердце бьётся не от страха. От предвкушения. Он опытный боец, побывал в самых горячих точках мира, получил награды, авторитет, деньги — всё, о чём он мог только мечтать, будучи зелёным юнцом.       Теперь Гость считает себя удачным человеком и наоборот, самым неудачным.       Теперь он вынужден бегать с другими "неудачниками" от каких-то маньяков, чтобы не умереть в очередной раз и получить свою порцию боли. Эти адские круги продолжаются раз за разом, сколько бы ты раз не умер. Ты всё время будешь возрождаться в этом чёртовом Лобби и молиться, что на следующий раз всё будет лучше.       Его подготовка явно сыграла ему на руку. Выносливость на высоте, может бегать, сколько влезет, рефлексы выработаны за годы службы и он может легко уворачиваться и прочие штуки, которые помогают ему не чувствовать боль. Он клянётся, что иногда хочется умереть. В глазах других он стал надёжным лидером, опорой, надёжным человеком, только вот эту, хм, «надёжность» может прорвать, как чёртову плотину!       В данный момент он явно считал себя неудачным неудачником среди такой же кучки неудачников.

***

      Если бы он знал, чем всё обернётся, он бы предпочёл просто залезть в воду, которая раздирает кожу, а потом сидеть в Лобби и отдыхать. Хотя, надо отдать должное, сначала всё было так же. С начала раунда Мафиозо успел немного побегать за ним; наворачивал круги, замахивался когтями, но, как забавно, Шедлетский в самый последний момент оглушал его мечом.       Но чуйка, верная чуйка Гостя, кажется, знала, что произойдёт что-то «грандиозное». Если Мафиозо начал бегать за кем-то конкретным, он не остановится ни перед чем, чтобы убить выбранную жертву, а тут он, как бы это странно не звучало, побаловался своими полномочиями и устрашающим видом, а потом пошёл потрошить других, совершенно не обращая внимания на Гостя. Как будто его и нет здесь! Он пытался отвлечь его. Размахивал руками, бегал рядом, закрывал товарищей собой, готовясь отбивать удары, но... Он просто отталкивает его, обходит стороной, словно он чума какая-то, а не тот, кого он должен убить. Ещё и его подсосы, ой, то есть коллекторы куда-то пропали. Ясное дело — что-то тут нечисто!       Сегодня он в два раза быстрее, наносит больше урона, чем следует. Не подкрутил ли он себе лишнюю, блять, гаечку? Гость думает, что подкрутил, потому что один его удар снёс Нубу восемьдесят здоровья, и даже лечение пиццей от Эллиота выглядело жалко: восстановилось мало, хотя раньше вполне хватало.       И какие выводы стоит делать? Коллекторов нет, он стал сильнее и быстрее, игнорирует его... В мозг ничего не приходит. Он банально не успевает догнать Мафиозо, чтобы защитить кого-то! Стоп, он уже остался один на один с НИМ?       Он просто неудачник. Серьёзно.

***

— Да я тебя... — Заткнись! Сегодня говорить буду я — грубо отрезал Мафиозо.       Кто бы мог подумать, что Гость будет стоять перед Мафиозо на коленях, а его руки будут намертво прикованы к щиколоткам кожаными ремнями, оставляя на запястьях ярко-красные полосы. Держать равновесие та ещё задачка, а выбраться — невозможно. Сколько бы он не напрягал руки, ноги, его старания были бесполезны. Положение максимально неудобное, и всё затекло, а особенно его несчастная спина. Карие глаза прожигали эту мерзкую улыбку. — И ты думаешь, что я послушаюсь? Буду молчать? — назло Мафиозо сказал Гость, предпринимая попытку избавиться от ремней — Будь добр: скажи-ка мне, из чего сделаны эти ремни? — он звучал приторно спокойно, хотя внутри кипел гнев, словно кипящее масло. — О, это кожаные ремни — ласково уступил он, ходя вокруг своей жертвы — Красивые, элегантные: всё, как я люблю.       Мягкие шаги, заглушаемые сочной травой прекратились у его спины. Гостю это не понравилось, и он завертел головой, пытаясь уловить знакомую фигуру в своё поле зрения. Это только позабавило Мафиозо и он решил застать его врасплох; резко положил руки в перчатках на сильные плечи, сжимая их крепко, но не болезненно. Острый палец прошёлся ему от подбородка до самых ключиц. Подозрительно аккуратные движения. — А ещё наверняка пёстрые, прямо как перья павлина. И, надо сказать, характером ты действительно похож на павлина. Только пёрышки, у тебя то осыпались — Гость помолчал, любопытствуя, что же за реакция будет у его собеседника. Не получив ответа, он облизал пересохшие губы и продолжил —Ты первосортный урод, что в душе, что и внешне.       В качестве ответа его синие волосы больно сжали, оттягивая голову назад. Корни потянули вверх, не жалея. Гость поджал губы, особо не впечатлённый, и даже потянул свою голову вниз, усиливая натяжение. Резко пальцы разжали железную хватку, и голова Гостя забавно откинулась вниз, прежде чем он вернул прежнее положение. На чёрных перчатках выделялись синие, тонкие нити волос, и, не обращая на них внимания, их стряхнули и они медленно полетели вниз, к сырой земле. — Что случилось? Я задел твоё хрупкое эго? Иди сюда, я тебя утешу — продолжал Гость свои нападки. На этот раз Мафиозо не собирался уступать. Но сначала нужно ослабить внимание.       Изящные пальцы обвели заднюю часть шеи Гостя, слегка надавливая круговыми движениями. Он едва успел подавить удивлённый вдох; этот подлец наверняка ищет чувствительное место, и, надо признаться, он попал точно в яблочко, коснувшись его шеи. Табун мурашек прошёлся до самых ног. Он старался не подавать виду, что так остро среагировал, но слегка вздрогнувшие плечи выдали его с головой. Пальцы невесомо касались его затылка, почти фантомно, слегка поглаживая и игриво царапая, заставляя думать, прикасались ли к нему вообще? — Кис-кис, котик — затылок Гостя почесали, и здесь он даже не заметил, как выгнул свою затёкшую спину до неприятного, тихого хруста — О, так тебе нравится? Ну тогда помурлыкай... — Мурлыкать я не умею, за то умею вот так — Он покачнулся назад, со всей силы ударяя ноги Мафиозо спиной, за что сразу ему прилетел удар коленом между лопаток.       В его положении с этими чёртовыми ремнями удержать равновесие он не смог, и он повалился, утыкаясь грудью и лицом в землю. Трава щекотала его лицо и попала ему в приоткрытый от удивления рот, из-за чего он начал откашливаться. Как только он приподнялся, то чужая рука грубо откинула его на землю. — Сука, я пытался быть хорошим — ласковая маска спала — Сейчас будет по-плохому. — Где твои манеры?       Он мог бы и дальше язвить, если бы не следующие действия Мафиозо. Вот теперь ситуация явно накалилась. Этот мерзавец начал расстёгивать ремень, и уже ясно, что последует дальше. Он плотно закрыл рот, когда его потянули за волосы, поднимая голову вверх. — Соси — сказал Мафиозо, присаживаясь на землю. Влажная головка прижалась у бледной щеке — Ты глухой? Соси, я тебе говорю — перейдя на агрессивные ноты, он зажимает ему нос, перекрывая доступ к воздуху.       Задерживать дыхание он мог долго — три минуты с лишним, и он терпел, надеясь, что Мафиозо наскучит ждать. С каждой секундой надежда затухала; Мафиозо нетерпеливо сжимал его нос, пристально глядя на него, отчего он почувствовал себя обнажённым. Тревога, тревога, тревога. И перед минутами своей, так называемой «смерти» он вновь прокрутил абсурдность ситуации: он лежит на земле, связанный, с затёкшим телом, он скоро откроет рот, чтобы вдохнуть воздуха, а в его щёку тычится член с явно понятными намерениями.       Как он и предполагал, спустя три минуты и десять секунд он уже отчаянно хотел воздуха, и организм не выдержал. Он открыл рот, жадно глотая воздух, но желанного он так и не получил. Рука наклонила его голову, а сам Мафиозо двинул бёдрами, плавно входя в рот.        Гость был в шоке, и первые секунды не понимал, что вообще происходит и как. И только потом, наконец, к нему пришло осознание: его трахают в рот. Темп набрался быстрый, и с каждым толчком издавался пошлый хлюпающий звук слюны, будто они в дешёвом порно. Хотя, нет, в дорогом, ведь Мафиозо любит «подороже» Он не понимал, что ему стоит предпринять, ведь с каждым ударов головки о стенку его горла у него кружилась голова. Воздух, нужен воздух, но вдыхая через нос, он не получал нужного, из-за чего он издавал странные звуки.       Он почувствовал солоноватый привкус предэкулянта на языке, а голова его чуть дёргалась, когда он пытался отвести её в сторону. Полный хаос; сначала толчки нежные, медленные, член едва ли доходят до языка, а потом набирается бешеный темп, в рот входят с новой силой. Из-за весьма неудобного положения Мафиозо промахивался и попадал в сторону внутренних щёк, после чего на внешней стороне образовывался забавный бугорок.       У глаз скопились тоненькие прозрачные капельки слёз, и Гость зажмурился, пытаясь прогнать их. Показывать слабость перед этим ублюдком, это всё равно что получить тонну физических унижений. В горле неприятно першило, хотелось прокашляться и наконец-то вдохнуть. Единственный выход, который он нашёл — это прикусить его член.       Его зубы уже сомкнулись и он хотел сжать челюсти, но, кажется, Мафиозо уже догадался, что последует, поэтому с громким хлопком он отстранился от его рта. — Хотел, блять, укусить? — оскалился Мафиозо, поднимая Гостя так, как он стоял в начале. Он снова был на коленях — Попробуй только укусить, и я тебя буду убивать долго и мучительно, пока не окажешься в своём любимом Лобби.       Он не успел даже сказать что-то колкое в ответ, да и не вариант это, ведь горло саднит. Его голову запрокинули назад, и движения стали хаотичные и очень быстрые; его волосы сжали так, что, наверное, оторвутся небольшие клочки. По подбородку капала клюна и медленно текла по шее, пропитываясь в тактическую рубашку, а кристаллики слёз успели превратиться в капельки и мелким водопадом стекать по щекам. Он уже не утруждал себя тем, чтобы скрыть их. Насаживали его до самого основания, и Гость носом ощутил жёсткие волосы на лобке. И сейчас сердце его замерло; он округлил глаза так, будто сейчас они вылезут из орбит, с ужасом осознавая, что в штанах тесно. Тесно... Тесно, блять, очень сильно! Он мысленно помолился, чтобы Мафиозо не заметил его румянца. Хотя, вряд ли, учитывая, что он красный из-за недостатка кислорода.       И через несколько секунд, носок туфли Мафиозо надавил на его пах, мягко надавливая и обводя кругом. От желанной для тела стимуляции он простонал, но стон был заглушён членом. Даже сквозь штаны он ощущал идеальную гладкость лакированной туфли, что продолжала водить вверх-вниз, из стороны в сторону по его паху. — Сосёшь нормально... — член вышел с его рта, и он начал дышать в полную грудь, через нос и рот. Его голова кружилась, а перед глазами помутнело, когда он услышал продолжение фразы — Дам отдышаться, пока буду растягивать тебя.       Мафиозо получил достаточно прелюдий и достал с внутреннего, очень удобного кармана пальто тюбик смазки. Он наигрался и уже хочет разрядки, так что быстро разбирается с ремнём Гостя и спускает штаны; те сползли до щиколоток, цепляясь за ремни. Трусы стянули так же быстро, словно у них будет секс на скорость. Чтобы было легче контролировать извивания Гостя, он опять повалил его на землю и устроился сзади. И наконец запясться и щиколотки почувствовали приятное освобождение: ремни откинули в сторону и Гость, наспех размяв руки пытался встать, но его удачно придавило тело сзади.       Уж в чём Мафиозо был хорош, так это в выжидании. Да, ему с самого начала хотелось безумно присунуть Гостю, но он терпел, и терпел долго, но как всем известно, терпению свойственно заканчиваться. Перчатки не снимал, ведь они сильно смягчали остроту его когтей, а залазить в сокровенное местечко без перчаток не самая лучшая идея. Он выдавил гель на палец и сновал по краю, втирая гель в колечко мышц. Пока Гость извивался внизу, он, прикусив сухие губы ввёл в него первый палец. Тот вошёл достаточно легко, не смотря на то, что Гость сжался со всей силы, пытаясь вытолкнуть нежеланное. Текстура перчатки и скользкая смазка сделала своё дело. Однако Мафиозо это не остановило, и он до упора ввёл палец, прокручивая его внутри и размазывая гель как можно глубже. Гость замер от дискомфорта, а потом на остатках сил пытался выбраться. Ха, он был похож извивающуюся змею. — А вот тело твоё явно высказывает другое мнение — он просунул руку под Гостя, обхватывая его влажный член и обводя головку. — З-заткнись — он слабо дёрнулся, когда с него вытащили палец. Но не успели прийти ощущение пустоты, как в него протолкнулось уже два пальца. Сам он уже не заметил, как расслабился, обмякнув лужицей на земле. Сил нету, он всё ещё восстанавливает дыхание, а тело отходит от ремней. Его щёки настолько красные и горячие, что там можно поджарить что-то дотла.       Терпение лопнуло, и Мафиозо вытащил пальцы, уже смазывая свой член. Гость не видел происходящего сзади и лишь мог ощущать, и прямо сейчас он ощутил, как в него проникло что-то более толстое. Он уткнулся в свою руку, лежащую на земле, когда начались первые толчки.       Несомненно, он чувствовал лёгкую боль и дискомфорт, но со стыдом он подметил, что его тело охотно принимает предложенное. С звонким шлёпком из раскалённые тела на мгновение прижимаются друг к другу в страстном танце, а потом ещё, ещё и ещё. Мафиозо толкался неуверенно, но услышав громкий стон, намекающий на то, что он, скорее всего нашёл простату, он установил быстрые движения, долбясь внутрь.       Грудью он навалился на чужую спину, без остановки двигая бёдрами. Он прикусил шею там, где начинался рост волос и оставляя багровый засос. Зубами он снял с себя перчатки, и те с тихим звуком упали в траву. Руки скользнули под рубашку, на которую в приступе желания он наплевал. Подушечки пальцев обводили грубые с шершавые шрамы, следуя пальцем от начала шрама до конца, в голове прикидывая саму форму. Вся спина была усыпана рубцами, словно тёмное ночное небо звёздами, которые закружились у обоих мужчин перед глазами. Оргазм распался приятным узлом в животах, заставляя дёргаться в экстазе. У Гостя свело бёдра, а Гость прикусил свою руку, чтобы заглушить вскрик. — Так и быть, сегодня отдам победу выжившим.