Целебные свойства горячих источников

Мадара опустился в воду с низким стоном, чувствуя, как кипящая влага обжигает его израненную кожу. Раны от последнего боя — глубокие, но уже затягивающиеся, ныли, но жар источника притуплял боль, заставляя мышцы расслабляться. Он откинул голову назад, закрыл глаза и выпустил долгий выдох. — А-а-ах, вот это да… — Хаширама плюхнулся рядом, расплескав воду, и тут же заговорил, будто слова копились в нём всю дорогу. — Чёрт, этот тип из… как их там?.. ну ты понял! Он реально достал! Ты видел, как он метал эти молнии? Я сначала подумал, что… — Хаширама, — Мадара не открывал глаз, но его голос, низкий и хриплый от усталости, прозвучал как предупреждение. — Заткнись. Хаширама засмеялся, но ненадолго притих, тоже откинувшись на каменный выступ. Тишина повисла между ними, нарушаемая только плеском воды и редкими всплесками, когда один из них менял позу. — Всё-таки… — начал снова Хаширама, но уже тише, — неплохо, что мы сюда зашли. Мадара приоткрыл один глаз, скосив взгляд в его сторону. — Неплохо? После боя мы еле ноги волочим… Если бы не твоё идиотское решение лезть в ловушку… — Но мы же справились! — Хаширама ухмыльнулся, и в его тёмных глазах вспыхнул знакомый огонь азарта. — И, знаешь, я думал… — Не думай. Это для тебя сложно. Хаширама фыркнул, но не обиделся. Они знали друг друга слишком долго, чтобы всерьёз злиться на такие колкости. — Ладно, ладно… Просто… — Он замолчал, но через пару секунд продолжил, уже серьёзнее. — Интересно, сколько ещё таких миссий впереди? Мадара наконец повернул к нему голову, изучая его лицо. — Мы будем делать это, пока не умрём. Разве не очевидно? Хаширама вздохнул, но улыбка не сошла с его губ. — Вечно ты такой. — А ты вечно слишком болтливый. — Зато ты за меня отдуваешься. Мадара хмыкнул, но не стал спорить. Всё вновь погрузилось в тишину. Пар медленно кружился, заполняя пространство. Горячая вода обволакивала их тела, медленно смывая напряжение. — Эй, Мадара… — Что ещё? — А помнишь, как мы в детстве в реке купались после тренировок? Мадара на секунду замер, затем усмехнулся. — Помню, как ты чуть не утонул, потому что орал, что видел карпа размером с тебя. — Он БЫЛ! — Идиот. Хаширама рассмеялся, и Мадара, сам того не замечая, тоже позволил себе слабую ухмылку. И в этот момент… — Простите, господа… — раздался девичий голос из-за спины. Звучал он тихо, почти робко. Хаширама обернулся первым, широко улыбнувшись, заметив свою ученицу, которую взял с собой на это задание под предлогом того, что она целительница, и ей необходимо попрактиковаться «в поле». Девушка стояла, неуверенно переминаясь с ноги на ногу, закутанная в большое полотенце почти по горло. Явно смущенная. В отличие от неё, мужчин её присутствие ни капельки не смущало. — О-о, а вот и помощь подоспела! — Сенджу тут же подмигнул Мадаре. — Видишь, а ты говорил, что медики нас бросили. Мадара лишь хмыкнул, но его взгляд скользнул по фигуре девушки — тонкие бёдра, влажные от пара волосы, полотенце, сжатое в дрожащих пальцах. — Господин Хаширама… — она покраснела ещё сильнее, но собралась с духом. — Вам нужно выйти. Я должна проверить ваши раны. Хаширама рассмеялся, разведя руки. — Вообще-то я голый. Но если надо… — он с преувеличенной театральностью начал подниматься из воды, и девушка аж подпрыгнула, зажмурившись. — Н-нет! То есть… я сама! — Она поспешно сделала шаг вперёд, одной рукой прижимая полотенце к груди ещё сильнее, а другой балансируя, чтобы не поскользнуться на камнях. Мадара усмехнулся вполголоса: — Смелая у тебя ученица. Вода плавно сомкнулась вокруг её ног, когда она осторожно зашла в источник. Пар скрыл её дрожь, но не румянец. — Сядьте, пожалуйста, —сказала она Хашираме, стараясь говорить твёрже, но голос всё равно дрожал. Тот послушно опустился обратно, ухмыляясь. — Так-так, доктор, что у меня? Она нахмурилась, собрав всю серьёзность, и принялась осматривать его плечо — глубокий порез, уже затянутый медицинским ниндзюцу, но всё ещё красный. — Вы плохо обработали этот шрам, — пробормотала она, водя пальцами по его коже. — Если не промыть как следует, может загноиться. — Ой, правда? — Хаширама притворно испугался. — Тогда мне точно нужна твоя помощь. Она кивнула, совершенно серьёзно, и принялась выспрашивать: — А другие раны есть? Спина? Ноги? Вы не чувствуете головокружения? — Ого, — Хаширама рассмеялся. — Ты прямо как… — Как жена. — Мадара закончил за него, голос низкий и насмешливый. — Только вот жёны обычно не осматривают мужей голыми в горячем источнике. Девушка резко отдернула пальцы от груди Хаширамы, будто обожглась. Её щёки вспыхнули таким ярким румянцем, что казалось, будто пар исходит не только от воды. — Я… я просто выполняю свои обязанности, — прошептала она, опустив глаза. Хаширама рассмеялся, но в его смехе внезапно прозвучала лёгкая нотка напряжения. — Ну, если уж на то пошло… — он небрежно махнул рукой в сторону Мадары, — Осмотри и его тоже. Уверен, у него ран не меньше. Глаза девушки расширились. Она неуверенно перевела взгляд на Учиху, который до сих пор полулежал в воде, наблюдая за ними с холодноватой усмешкой. Какое-то время было слышно только шум воды, переливающейся повсюду. Мадара не шевелился, лишь приподнял одну бровь, словно проверяя, осмелится ли она подойти. — Я… — её голос дрогнул. — Какая разница на ком оттачивать мастерство? — Хаширама поддел её мягко, но в его тоне явственно читался вызов. — Тебе нужно больше практики, я тебя для того и взял. Она кивнула, шагнув вперед. Вода расступилась перед ней. Девушка приблизилась к Мадаре медленно, будто подходя к дикому зверю. Её пальцы, только что такие уверенные на коже Хаширамы, теперь дрожали, когда она протянула руку к его плечу — там зиял глубокий след от куная. Мадара не помогал ей, но и не отстранялся. Он просто смотрел. Пристально. Будто видел её насквозь. — Это… нужно промыть, — она едва слышно прошептала, избегая его взгляда. — Тогда мой, — его голос прозвучал неожиданно грубо в тишине источника. Её пальцы коснулись его кожи — и она почувствовала, как под ними напряглись мышцы. Вода была обжигающе горячей, но тело Учихи казалось ещё горячее. Она украдкой подняла глаза — и сразу вновь уткнулась взглядом в его раненую грудь, быстро обрабатывая как надо, заживляя рану. Пристальный взгляд напрягал. Её сердце билось как у загнанного зверя. Ещё бы, она стояла в одном полотенце рядом с двумя обнаженными мужчинами, чьи взгляды скользили по ней… оценивающе. И если внимание учителя было ей приятно, то… Учих она всегда немного побаивалась. А особенно того, кто ничуть не смущаясь сейчас изучал взглядом тонкий шрам на её ключице. Нервы сдали. На мгновение обернувшись к наставнику, куноичи бросила на него полный мольбы взгляд. Тот лишь подмигнул, не желая внимать безмолвной мольбе. Девушка резко опустила взгляд, но было поздно — Мадара уже что-то заметил. — Хаширама, — он произнёс медленно, не отводя глаз от её покрасневших ушей, и трепещущих ресничек. — А ты точно ничего не забыл мне рассказать про свою ученицу? Тон был лёгким, но в нём явственно читалась сталь. Хаширама, до сих пор наблюдавший за сценой с довольной ухмылкой, замер. — О? — только и выдавил он. Девушка резко отпрянула от Мадары, но тот внезапно поймал её запястье — не грубо, но достаточно сильно, чтобы она не смогла убежать. — Интересно, — продолжил Учиха, медленно проводя большим пальцем по её пульсирующей вене, ясно ощущая страх и панику, как у загнанного зверька. — Сколько ещё уроков ты ей даёшь, помимо медицинских? Девушка в ужасе перевела взгляд на Хашираму, кусая губы и явно сожалея о своей слабости. Наивно было думать, что Учиха не заметит… Хаширама же спокойно улыбнулся и пожал плечами, не отрицая догадку друга. Его глаза блеснули веселым огоньком, а губы растянулись в беззаботной ухмылке. Мадара фыркнул, но в его голосе прозвучало скорее насмешливое одобрение, чем раздражение: — Я поражен, Хаширама. Не ожидал, что ты настолько практичен. Таскаешь с собой не только лекаря, но и девчонку, которая так удобно… на всё готова для своего наставника… даже бесстыдно залезть в воду к двум мужчинам. Девушка аж поджала губы, её лицо пылало таким румянцем, что могло бы осветить весь источник. Она попыталась отстраниться, но Мадара всё ещё держал её за запястье. Хаширама рассмеялся, развалившись поудобнее в воде: — Не завидуй, Мадара. Ты и сам мог бы брать с собой какую-нибудь девицу — благо, поклонниц у тебя хватает. — Поклонниц? — Учиха язвительно приподнял бровь. — Ты путаешь их с теми, кто просто боится мне перечить. — Ох, значит, тебе нравятся строптивые? — Хаширама подмигнул. — Интересно… Мадара хмыкнул, но не стал продолжать спор. Вместо этого он наконец отпустил запястье девушки, позволив ей отпрянуть. Та унижено опустив голову, торопливо направилась к ступеням, но была перехвачена теперь уже другим мужчиной. Поймав её испуганный взгляд, Хаширама внезапно переменился в лице, его взгляд стал чуть более тёплым, чуть более притягательным. — Ну, раз уж Мадара нас раскусил… — он мягко погладил её по щеке, — Оставайся, ты тоже должно быть устала. Та замерла, но после секундного колебания она медленно сделала шаг в его сторону. Она доверяла ему. Да что уж там, была влюблена в него уже не один год, потому и позволила когда-то сделать себя любовницей, понимая, что на большее рассчитывать не сможет. Хаширама без лишних слов притянул её к себе. Вода обволокла их тела, скрывая то, как его руки скользнули по её бёдрам, настойчиво стягивая полотенце. Девушка, не в силах выдержать взгляд Мадары, уронила лицо на грудь Хаширамы, прячась от смущения. Тот лишь рассмеялся и обнял её крепче, ладонь нежно легла на её спину. — Ну что, Мадара, — спросил Хаширама. — Не чувствуешь себя лишним? — Лишним? — Учиха медленно провёл языком по зубам, его голос стал глубже, с хрипотцой. — Нет, Хаши… Я чувствую себя скорее зрителем на интересном представлении. Хаширама рассмеялся, и в его смехе прозвучал вызов. Он намеренно притянул девушку ближе, его большие ладони скользнули по её мокрой от воды коже — от талии вверх, к рёбрам, затем вниз, к бёдрам. — А представление, — прошептал он ей на ухо, но так, чтобы Мадара точно слышал. — Только начинается… Её дыхание участилось. Губы приоткрылись. Она не сопротивлялась, когда его пальцы впились в её плоть, будто проверяя, насколько она податлива сейчас. Она вообще, казалось, уже ничему не способна была сопротивляться. Её любимый мужчина был рядом, ласкал её так нежно, что любые рациональные мысли на подлете разбивались о непрошибаемый купол девичьей влюбленности. И уже было плевать на Учиху, на наготу, на сорвавшийся с губ стон. Хаширама был чутким любовником, всегда тонко чувствуя, когда и куда следует надавить. Потом Сенджу взял её руку, ту самую, что только что лечила его раны — и положил себе между ног. Девушка выдохнула, но не отдернула ладонь. Её пальцы дрогнули, нащупывая под водой твёрдую, горячую плоть. Она бросила взгляд через плечо на Мадару и снова вспыхнула, опять пряча лицо в шее Хаширамы, осторожно сжимая его член в кулаке. Тот застонал, запрокинув голову. А куноичи всеже не удержалась, опять глянув на Мадару. — Вот так… — прошипел наставник, толкаясь в её ладонь. — Да, именно так… Мадара наблюдал. Его собственное тело требовало внимания. Он раздвинул бёдра чуть шире, рука скользнула вниз по животу, ниже, ниже… Девушка видела это. Видела, как его пальцы обхватили себя, как мускулы на его животе напряглись. — Смотри, — прошептал Хаширама, кусая мочку её уха. Похоже из всех присутствующих, его эта ситуация заводила едва ли не сильнее всех. — Смотри, как он заводится из-за тебя… Её пальцы замедлили движение. Она чувствовала Хашираму — его пульс, его жар, как он набухал в её руке. Но её глаза были прикованы к Мадаре. Тот ласкал себя медленно, почти лениво, но его ответный взгляд прожигал её насквозь. — Ты… — она прошептала, не осознавая, что говорит. — Ты тоже хочешь…? Хаширама резко засмеялся: — О-о, прямо так и спрашиваешь? Но Мадара уже поднялся, вода стекала по его торсу. Он сделал шаг вперёд. — Ты действительно хочешь знать, чего я хочу? Она кивнула. Слишком быстро. Слишком жадно. Вот бы кто-нибудь остановил её в этот момент, но… единственный, кто мог это сделать, наоборот отпустил её и откинулся назад. Девушка замерла на мгновение, чувствуя, как её сердце колотится где-то в горле. Рука Хаширамы всё ещё лежит на её бедре, его пальцы впиваются в кожу — не отпуская совсем, но и не удерживая. Мадара остановился в шаге от неё. Вода ещё струилась по его груди, капли задерживались на шрамах, скользили вниз, к тому месту, где его кулак медленно двигался вдоль возбуждённой плоти. — Ну? — он бросает вызов одним словом. Она сделала маленький шаг. Потом ещё один. Вода сопротивлялась, но тело горело сильнее. Её пальцы дрожали, когда она подняла руку и накрыла ей ладонь Мадары, неотрывно глядя ему в глаза. Хаширама резко вдохнул за её спиной. — Ммм… как мило, — его голос звучал глубже обычного, но в нём не было гнева. Только азарт. Мадара не двигается, позволяя ей вести. Её ладонь скользила по его кулаку, тонкие, нежные пальчики проскользнули между его мозолистых, переплетая руки и двигая вместе. Он был твёрже, чем Хаширама. Горячее. Совсем другой. — Ты… — начала она, но голос предательски сорвался, когда она почувствовала, как он пульсирует у неё в руке. — Я что? — Мадара наклоняется ближе, его дыхание обожгло щёку. — Ты терпеливее, чем я думала… Хаширама фыркнул за её спиной, но почти сразу его руки обвились вокруг её талии: — О, он просто любит, когда его дразнят… Мадара собрался съязвить, но прервался на полуслове, когда её пальцы сжали чуть сильнее. Теперь уже он заставлял себя не стонать. Хаширама прижимается к её спине, его губы нашли чувствительное место под ушком: — Покажи ему, — прошептал он, — что моя ученица умеет… И она показала. Её рука ускорилась, другой ладонью она провела по животу Мадары, чувствуя, как напрягаются его мышцы. — Да… — вырывается у него, грубо, почти зверино. Хаширама смеётся, но смех быстро оборвался, когда она отклонилась назад, прижимаясь к нему задом, потираясь о его возбуждение. — Двое… — она задыхается, — мне нужно… Мадара рычит, хватая её за подбородок: — Выбирай. Она повернула голову, смотря на Хашираму — его тёплые глаза, его улыбку. Потом на Мадару — его ярость, его жар. — Нет, — говорит она наконец, и её голос крепнет. — Я хочу обоих… Вода шумно расступилась, когда Мадара шагнул ближе, зажимая её между их телами. Хаширама не сопротивлялся, тоже принимая правила игры. Мадара не дал времени передумать. Его руки — грубые, покрытые шрамами ладони — с силой сжали её бёдра, поднимая в воде. Девушка едва не задохнулась, почувствовав, как его член упруго прижимается к её животу, твёрдый и горячий. — Ты действительно этого хочешь? — спросил Учиха ей в губы. Хаширама за её спиной не позволил ответить — его зубы впились в её плечо, а рука скользит между её ног, находит её уже влажной, готовой. — Она уже ответила, — усмехнулся он, пока его пальцы вошли в неё, и она застонала, запрокидывая голову. — Покажи мне, — приказал Мадара, и его голос звучал как раскалённый металл. Хаширама понял его раньше, чем слова дошли до её сознания. Он приподнял её выше, направляя на член Мадары, и она почувствовала, как его твёрдость упирается в её вход. — Готовься, — горячо прошептал Хаширама ей на ухо, крепко удерживая за талию. Она опустилась медленно, чувствуя, как Мадара вошел в неё, растягивая, наполняя. — Чёрт… — Вырвалось у Учихи, его пальцы впились в её бёдра. Она тесная, горячая, идеальная, сводила его с ума. Хаширама тоже не давал передышки, его руки обвили её тело сзади, пальцы нашли клитор, массируя, нажимая, отчего она стонет ещё громче, пока её тело сжимается вокруг Мадары. — Так тесно… — рычит Учиха, его бёдра дёргаются вперёд, загоняя себя в неё глубже. Хаширама между тем прижался к её спине, его член твёрдый и требующий внимания оказался между её ягодиц. — Я следующий, — прошептал он ей, между поцелуями, чуть прикусывая кожу на шее, пока Мадара продолжал двигаться в ней, медленно, мучительно глубоко. — Быстрее, — забывшись, требует она, её ногти впились в его спину. Мадара смеётся, низко, хрипло, и удовлетворяет её просьбу. Она потеряла счёт времени и потеряла себя между ними… Мадара внутри неё, Хаширама вокруг неё, их руки, их губы, их желание, которое сжигало её изнутри. — Я… я не… — она задыхается, пока её разум готов сорваться в пропасть. И в этот момент Мадара её отпустил, вырвав полный разочарования стон. Вода хлестала через край источника, когда Хаширама плотно прижал её к себе, так, что его сильные руки, испещрённые боевыми шрамами, крепко обхватили её бёдра. Она нетерпеливо заерзала, желая поскорее ощутить наставника в себе. — Не спеши, дорогая… ты же знаешь, как я люблю… медленное начало, — прошептал Хаширама, и его обычно жизнерадостный голос звучал теперь низко и хрипло прямо рядом с её ухом. Его возбуждённый член скользил между её ягодиц, обжигающе горячий даже сквозь воду. Она ощущала каждую пульсацию, каждый сантиметр его напряжённой плоти. Мадара наблюдал за ними, опёршись о каменный выступ, его рука медленно двигалась вдоль собственного члена. — Ты всегда был слишком нежен с ними, Хаширама, — усмехнулся он, но в его темных глазах горел тот же огонь желания. Пальцы Хаширамы нашли её вход, всё ещё влажный после Мадары, и медленно ввели два пальца внутрь. — Ах!.. — её голос сорвался, когда он намеренно нашёл особо чувствительное место внутри. — Видишь? — Хаширама повернул голову к Мадаре, не прекращая движений пальцев. — Я хорошо её знаю. Она любит нежность… По крайней мере сначала. Его член заменил пальцы, входя мучительно медленно, заставляя её прочувствовать каждый сантиметр проникновения. Мадара хмыкнул, протянув руку, хватая её за подбородок: — Но потом… ей нравится, когда её берут как следует. Не так ли? Она не успела ответить — Хаширама резко вошёл до конца, вырвав у неё громкий вопль. — Сам видишь, — выдохнул Хаширама задавая свой ритм, глубокий и неумолимый, крепко держа её за талию. Наклонившись, он обратился уже к ней: — Ты можешь принять нас обоих, да? Мадара не стал ждать ответа. Его пальцы впились в её волосы, заставляя нагнуться, когда он направил свой член к её рту. Хаширама помог, надавливая на талию, заставляя встать удобнее для них двоих. — Возьми его, — прозвучал приказ, не оставляющий места для возражений. Она покорно обхватила член губами, её язык скользнул по чувствительной головке. Вода, сперма и её соки, их вкусы смешивались у неё во рту. Хаширама ускорился, его толчки становились жёстче, глубже. — Да… вот так… ты чувствуешь меня? — его голос сорвался, когда она сжалась вокруг него. Мадара двигался в её рту, его пальцы запутались в её волосах. Она захлёбывалась, но не останавливалась — не могла остановиться. — Кончай, — прорычал Мадара, и это слово прозвучало как заклинание. Хаширама потерял контроль первым. Его горячее семя заполнило её, а её собственное тело содрогнулось в оргазме. Её крик заглушился членом Мадары. В последний момент Учиха вынул себя из её рта, его семя разбрызгалось по её лицу, шее, груди. Воцарилась тишина, нарушаемая только тяжёлым дыханием и плеском воды. Хаширама обнял её сзади, его губы коснулись её плеча: — Ну что… кто был лучше? Мадара рассмеялся, снова усаживаясь на камни, расслабленно вытягивая ноги: — Сомневаюсь, что твоя юная целительница сможет ответить прямо сейчас. Она действительно не могла — её тело дрожало от только что пережитого, а сознание уплывало куда-то далеко. Очень далеко…