Безотказный

      Все начинается, как и многие вещи, с Джисона. Он забирается в кровать, прижимается, обжигает шею шепотом: «Хен, мне очень хочется, помоги…» Чан не умеет ему отказывать. Он послушно сжимает ладонь на члене, позволяя трахать себя в кулак, пока Джисон прижимается губами к шее, заглушая стоны. Свободной рукой он дрочит себе. Они кончают почти одновременно.              Это входит в привычку. Джисон продолжает приходить в постель Чана за легкой разрядкой и постепенно позволяет себе все больше и больше. Наглые руки лезут под футболку, мнут грудь, дергают за соски. Спускаются на бедра, ощупывают ягодицы. Чан пытается возразить, когда Джисон спускает с него трусы, чтобы более тщательно изучить его зад, но натыкается на щенячий взгляд и тихий шепот: «Хен, ну пожалуйста, я чуть-чуть!»              Чан не способен с этим спорить. Он рвано выдыхает, когда руки Джисона сжимают его ягодицы сильнее. Он мнет его как какой-то сквиш, и стоит Чану немного расслабиться, как Джисон раздвигает их в стороны, спускаясь пальцами ко входу. Чан дергается. «Тише, хен, тише», – шепчет Джисон, прижимаясь еще теснее. Чан дрожит и выгибается, предоставляя лучший доступ.              В этот раз Джисон не заходит дальше, снова трахает кулак Чана, упрашивая на ухо: «Хочу внутрь тебя, хен». Пальцы продолжают упираться в анус, оглаживать вокруг. «Приготовься для меня в следующий раз». Джисон лижет ухо, чувствительную шею, вжимается носом, ускоряя движения бедрами. «Пожалуйста, хен! У тебя там наверняка так узко и хорошо!» Чан кончает в трусы, когда палец Джисона самую малость погружается внутрь.              Когда Джисон приходит в следующий раз, он сразу переворачивает Чана на живот и наваливается сверху. «Можно?» Чан может только кивнуть – слишком стыдно. Это был самый мучительный гугл поиск в его жизни, хуже – только то, что он потом делал в душе. Джисон мурчит довольно, стягивает с него трусы и рассматривает.              Чан вжимается лицом в подушку и передает Джисону смазку. Горячие ладони сжимают его ягодицы и разводят в стороны. Чан делает глубокий вдох, готовясь к вторжению, но вместо холодных пальцев чувствует что-то горячее. Он оборачивается и испуганно дергается, но Джисон достаточно крепко держит его за бедра, прижимаясь лицом между ног. Его язык скользит по входу.              Чан скулит и снова дергается. «Не надо, это слишком!» Джисон его не слушает. Он вжимается лицом еще сильнее, целуя и облизывая Чана там, где ему стыдно больше всего. «Расслабься, детка!» – говорит Джисон прямо туда, и снова присасывается губами. Чан не может смотреть.              Чан теряется во времени, слишком охваченный смущением. Джисон действует быстро и ловко, растягивает пальцами, надрачивает член Чана, упирается головкой в узкий вход. «Дыши глубже, хен». Толстый член распирает непривыкшие к такому обращению мышцы.              Ощущение не совсем приятное и даже болезненное, но от этого почему-то не менее возбуждающее. Джисон шумно дышит над ухом, водит руками по телу, сжимает ягодицы, теребит соски. Чан жалобно поскуливает с каждым хлопком бедер о свой зад. «Чани, Чани-хен, ты такой горячий, такой тесный…» – Джисон замедляется, заставляя чувствовать свой член особенно четко, – «Твоя задница просто создана для членов, хен!»              Член Чана постепенно напрягается, прижатый его телом к одеялу. Джисон выходит и переворачивает его на спину, кладет ноги себе на плечи. Горячая волна стыда снова заливает Чана, стоит им встретиться взглядами. «Я хочу видеть твое лицо, когда кончу в тебя», – Джисон нагло улыбается. Его щеки покрыты румянцем, но весь вид источает уверенность.              Джисон наклоняется, спуская ноги Чана с плеч, целует в шею. Его рука снова на члене Чана. «Тебе хорошо? Минхо говорит, что у меня волшебный член!» – Джисон хихикает в шею Чана. Минхо? Смысл слов доходит до Чана постепенно. Чан вздрагивает и открывает рот, но бессвязные звуки не складываются в слова.              Джисон двигается быстрее, резче, и его рука на члене сжимается туже. Чан не успевает даже понять, что он близок, когда внезапно кончает в кулак Джисона. Джисон стонет ему в ухо, не останавливаясь, и вскоре замирает. Он гладит бедра Чана, тяжело дыша. «Мм, хен, тебе понравилось?» – Джисон немного отстраняется, заглядывая в глаза.              Чан не знает, что на это ответить. Чувство неправильности происходящего накатывает на него с новой силой. У Чана много вопросов. Зачем все это было? Что на счет Минхо? Что будет дальше? Но он не решается задать ни один, лишь кивает и гладит Джисона по волосам, заправляя прядь волос за ухо.              Некоторое время Джисон не приходит в постель Чана, и вообще не ночует в их общежитии. Чан успевает расслабиться, подумав, что Джисон, видимо, просто хотел экспериментов. Пока Минхо не просит его задержаться после репетиции.              «Ты трахался с моим Сони?»