Новый экипаж.

Утро было обычным. Никаких признаков чего-то особенного — те же чашки в столовой, те же усталые лица. Он сидел за дальним столом, ближе к иллюминатору. В руках — кружка с кофе, крепким и немного горьким. Старший особенно ценил эти утренние моменты тишины, когда не надо ничего делать. Сегодня был выходной. Один из тех редких дней, где можно расслабиться. Не думать о графиках, отчётах и бесконечном заполнении документов. За соседним столом кто-то лениво листал планшет с заданиями. Это был Офицер, наверное как всегда проверяет наличие чего-то. В этот момент дверь открылась, и в столовую вошла Галя. Она оглядела столовую, задержав взгляд на Он’е и, немного помедлив, пошагала прямо к нему. — Доброе утро! Как спалось?» — с привычной улыбкой сказала она. — Нормально,» — сказал Он хрипло, не поднимая глаз. — А ты вообще спишь? В Последнее время ты какой-то уставший. Тот лишь усмехнулся и сказал: — А ты разве когда-нибудь видела меня выспавшимся? — Ну… и то правда,» — ответила она, слегка пожав плечами. — Сколько ты ещё собираешься жить на одном кофе? — Пока работает. Сама же знаешь ответ. Она молча кивнула, ничего не говорив. Между ними повисло молчание — тёплое, но немного тяжёлое, как будто каждый боялся сказать лишнее. — Хватит уже пить кофе! Идём подышим свежим воздухом. -Кхм. На космическом корабле? — Давай не начинай, а!» — засмеялась Галя и слегка подтолкнула его в плечо. — Ладно, ладно! — Везёт же Офицеру живёт один, и никто не мешает, да? — Ага. Хотя, если честно, они не мешают. — Ну. Значит, тебе повезло. — Пошли уже, пока я не передумал. — Ого,» — усмехнулась девушка. Они двинулись к выходу из столовой, не торопясь. За спиной осталась столовая — тёплая, наполненная звоном посуды и разными запахами. Коридор встретил тишиной и резким, стерильным воздухом. Свет здесь был тусклее — холодный, почти голубоватый. Каждый шаг отдавался глухим эхом в металле. — Как думаешь, что случилось бы, если б не споймали серого? — Ничего хорошего,» — сразу же ответил он. — Мы бы сейчас точно не болтали. И точно не были на так называемой «прогулке». — Наверное.» — согласилась она, а взгляд её стал жёстче. Разговор тёк легко: о мелочах, о том, как Офицер вечно копается в планшете, о том, как кто-то опять забыл выключить свет в складе. Но вскоре Галя замедлила шаг. — А. Знаешь. — М? — Может, выкинем Серого из корабля. я говорила, что ему стало лучше. Вроде бы. Но всё равно… он меня пугает. Я его… побаиваюсь, если честно. — Почему раньше не говорила? — А что бы это изменило? Он ведёт себя как обычно… иногда его обычная личность проскакивает. — Мы не можем просто взять и выкинуть его в открытый космос, как бы я сам не хотел. Он под наблюдением. Он лечится. Может, что-то изменится. Есть шанс. В конце концов, ты его лечишь, а я тебе доверяю. «Доверяю» — словно выстрел в тишине, это слово пронзило её изнутри. — Ладно. давай не об этом, хорошо? Всё-таки я позвала тебя не ради этого. А чтобы мы просто прогулялись как раньше. Они прошли ещё немного в тишине, вдоль сервисного коридора, пока не свернули в боковой шлюз — небольшой отсек с большим панорамным стеклом. За стеклом в безмолвной темноте мерцали звёзды, и в этой безбрежной пустоте каждый из них искал что-то своё — утешение, а может, надежду. Однако это молчание нарушил резкий щелчок автоматической двери. Галя едва заметно вздрогнула. — Галя! Срочно! Белый… кажется, вышел из комы!» — голос Черри прозвучал неожиданно громко. Галя резко обернулась, словно вырванная из глубоких мыслей. — Что?.. — Его пульс резко подскочил, давление нестабильное. Я думаю, он может выйти из комы. Или что-то идёт не так. Галя выдохнула и взглянула на Он’а: — Похоже, даже в выходной мне не удастся отдохнуть,» — сказала она и шагнула к выходу, уже без слов. Он остался стоять в шлюзе, не двинувшись с места. Дверь за ней закрылась с тихим шипением. Выходной, да. Смешно. *** — Так, что?» — Чюпеп наклонился чуть ближе, его голос звучал с лёгкой насмешкой. — Ты всегда такой. торопливый, а?» — хмыкнул Он. — Не думаю, просто интересно,» — пожал плечами юноша, глядя на него пристально, будто выискивая на лице хоть какую-то подсказку. И добавил: — Я не любопытный, знаешь ли. Просто не люблю, когда тянут время. Так что рассказывай, что у тебя на уме. Он прикрыл глаза на пару секунд. Медленно выдохнул. — Ты странный. — Зато честный,» — легко ответил Чюпеп. — А ты всё равно улыбаешься. — Понимаешь, Галя… она ведёт себя странно. Всё время говорит о сером. Да, на этой неделе много что случилось. Но… Он замолчал, а потом добавил, тише: — Я боюсь за неё. За всех. Всё же я капитан. — Ты всегда всё держишь внутри, да? По типу «я справлюсь, не волнуйтесь.» Хоть я тут и неделю, я это заметил. — И что, теперь будешь мне лекции читать о том, как расслабляться? Не забывай кто тебя учит. — А. Ладно. Так что? Как тебе первоначальная идея? — Думаю, был бы не против. — Вот и хорошо. Вдруг свет в комнате мигнул — раз, другой, как будто корабль подмигивал им с недоброй ухмылкой. — Чёрт. — Чюпеп, иди за Чупой! Срочно! А я пойду Галю проверю. Он задержался на секунду. Взгляд скользнул по потолку, где лампы ещё мигали. Будто предупреждали. Или прощались. Он выругался под нос, тише, чем обычно, и быстрым шагом двинулся по противоположному коридору. Его шаги гулко отдавались в металлическом полу, смешиваясь с далёким гудением корабельных систем. Дверь мед-отсека показалась впереди. Она была приоткрыта, и из щели пробивался холодный, стерильный свет который мерцал. — Галь? Ты тут? Ответа не было. Полная темнота обрушилась на отсек, словно кто-то выдернул кабель из корабельной сети. Гудение систем затихло, сменившись гробовой тишиной, от которой заложило уши. Он инстинктивно отступил назад, наткнувшись спиной на стену. В кромешной тьме он слышал только собственное дыхание и слабый, почти неуловимый шорох где-то в глубине отсека. — Куда я положил этот проклятый фонарик?! Понимая, что искать дальше бесполезно — либо потерял, либо оставил где-то в коридоре. — Галя! Ты тут?!» — выкрикнул он, и голос, хриплый от напряжения, разорвал тишину, отразившись от стен гулким эхом. Ответа не последовало, снова. Люк был приоткрыт — он заметил это, когда глаза чуть привыкли к темноте. Из щели тянуло холодом и тем же металлическим запахом, смешанным с какой-то гнилью. Скрип за люком стал отчётливее, словно что-то медленно волочилось по металлу, приближаясь. Задержавши дыхание он шагнул к люку, осознавая, что стоять на месте сейчас равно смерти. — Что здесь творится?! Люк скрипнул сам собой, открываясь чуть шире. Он замер, прислушиваясь к шороху, который теперь звучал почти ритмично, как шаги. И вдруг, из темноты, непонятно откуда, раздался до жути знакомый голос: — Хей.! Любимый.! — Галя.? - Я их убила. даже его. ради тебя. Ха-ха,» — голос Гали, искажённый, с хриплым смешком, резанул по нервам, как самый острый нож. — Чего.? Запах гнили усилился, обволакивая, заставляя горло сжиматься от тошноты. — Галя… это не ты,» — прошептал парень, больше для себя, чем для неё. Сердце колотилось так, что заглушало всё, даже шорох, который теперь звучал прямо перед ним. Тень шагнула из люка, и у двери он увидел её. Или то, что притворялось Галей. Лицо, искажённое, с провалами вместо глаз, улыбалось, но улыбка была неправильной, слишком широкой. — Это ради тебя… Любимый. Ха-ха. Я хочу прогуляться, почти как раньше, без них. — Ч-что ты такое?! — выдавил он, голос сорвался в хрип. — Я Галя. — Ты. не она.! — Раскусил… и что?» — её голос, теперь почти рычание, звучал прямо у его уха. — Бежать некуда… — Сержеос.? — Я его третья личность, которая может принимать всё облики. и голоса. Он почувствовал, как пол уходит из-под ног. Сержеос? Третья личность? Мысли путались. Тот сразу же рванул двери мед-отсека, ударив по панели управления кулаком. Дверь зашипела, но открывалась слишком медленно. — Чёрт. — Тебе даже не интересно, как я выбрался? — Нет! — Я сам тогда расскажу, зануда. Я отключил свет со своего изолятора, ха-ха. А потом выбежал, когда свет полностью потух! — Как.?! — Хмм. Я ж вроде как, уже всё рассказал. Дверь наконец открылась, и он вывалился в коридор, споткнувшись о металлический пол. Мигающий свет ламп ослепил, но он вскочил и бросился бежать, не оглядываясь. Топот за спиной нарастал, смешиваясь с рваным гулом систем, которые звучали, как предсмертный хрип. — Сейчас включать свет, ну вот мне пора прятаться назад в изолятор,» — донёсся голос Сержеоса сзади, насмешливый и хриплый. — Ещё увидимся. Я знаю будущее,» — напоследок решил добавить серый. После этого он скрылся в тени, растворившись в темноте коридора, словно его никогда и не было. Свет замигал, и это означало одно — его починили. Лампы загудели ровнее, заливая коридор стабильным сиянием света. Внезапно из громкоговорителей по всему кораблю разорвался резкий вой тревожной сирены, от которого у него заложило уши. «Я не успел. снова подвёл всех. Почему всё так сложно? Уже где-то десять раз набирали экипаж, и не было таких проблем.» — Мысли сами закрутились в голове. Набравшись сил, он начал медленно шагать в сторону столовой, воздух становился тяжелее с каждым шагом. Он чувствовал, как вина и страх сжимают грудь. Войдя в столовую, он осмотрел её — все уже были в сборе, кроме Куста. Тусклый свет иллюминаторов, за которыми чернела пустота космоса, — всё было как утром, но теперь казалось чужим, угрожающим. — Все в сборе. Начнём собрание.» — сказал Спедак своим хриплым голосом. — Стой, а как же куст?» — подал голос Ждунижка, его тон был резким, почти обвиняющим. — Он умер. Вот для этого я собрал собрание. Труп был найден возле склада. Горло разорвано, как бы странно это не звучало. — Если Сержеос в изоляторе, тогда «предатель» он может быть здесь. Среди нас.» — предположил Офицер. — Кто где был? Олег, Офицер вместе со мной чинили саботаж, как я понял. — Саботаж?» — переспросила Галя, её голос дрожал. — Ты имеешь в виду, кто-то нарочно повредил систему? — Да. Провода были перерезаны, когда свет полностью потух. — Я был в комнате отдыхал, всё же выходной,» — сказал Шантерпур. — А, если это вы втроём?!» — Кто-то из них запротестовал. — Хватит!» — крикнула Галя, её голос дрожал, но в нём была решимость. — Мы не можем просто обвинять друг друга! Куст мёртв, а мы тут спорим! Надо действовать. — Галя права. И вы не доверяете вашим наставникам? Вам не стыдно?» — наконец подал голос Он. — Кто за то, чтобы серого с корабля выкинуть? — Он лечится. Мы не можем просто его выкинуть. Галя как результаты? — Олег, насчёт результатов, их нет. Но выкидывать не стоит. Она посмотрела на Он’а, и в её взгляде мелькнуло что-то по типу «извини». — Я был в медпункте. Когда начались проблемы со светом. Я хотел найти Галю там. — У меня есть вопросы к Ждунижке,» — фыркнул Офицер. — Да? — Чём занимался? — Я всё время спал. Потом проснулся от тревоги. — Понятно. — Чупа? Тебя Чюпеп нашёл? А и Человек что делал? — Да, я был возле навигации. Смотрел в иллюминатор. — Я пил кофе в столовой. — Кто-то из вас явно лжёт, или не договаривает,» — заговорил Спедак. — Я была с Черри всё время! Белый. снова в коме. — Да, я с Галей вместе была. — И что делать? У каждого есть алиби. — Чюпеп. — Что? Я был с Чупой! — Кхм. Дай договорить. Чюпеп, алиби — это когда у тебя есть очевидный свидетель. Шантерпур, Ждунижка и Человек были одни. На них и падают подозрения,» — продолжал говорить Спедак. — Чего? Он тоже был один!» — возмутился Человек. — Он, в отличие от вас главный на этом корабле. — Это не меняет ничего!» — рявкнул Человек, шагнув вперёд — Думаешь, ему было бы в кайф начать резню?! — Может. — Может, в другой вселенной мы бы поладили! А он убить не мог. — Но! Ладно,» — буркнул Человек, отступив. Ждунижка и Шантерпур о чём-то шептались в стороне, их голоса были едва слышны, однако напряжённые взгляды выдавали тревогу. Остальные наблюдали за этим в полном шоке, их лица отражали смесь испуга и растерянности. — Давайте, просто проследим за ними?» — предложила идею Черри. — Неплохой вариант,» — поддержал идею Офицер. — Э. В каком смысле?» — Ждунижка оторвался от шёпота. — Нам в туалет будет нельзя ходить без глаз? — Не преувеличивай,» — ответил один из детективов, кто непонятно. — Кто за слежку?» — громко спросил Он, оглядывая экипаж. Большинство замерло, переглядываясь. Чюпеп поднял руку, за ним Галя. А потом и всё. — Вот и решили,» — сказал Он. — А теперь попрошу всех покинуть столовую, кроме наставников. Всё медленно, но покинули помещение, оставив только Спедака, Офицер, Галю, Он’а и Олега обсуждать, что дальше. — Надо вести дежурство,» — произнёс Он, уголки губ немного подрагивали. — Согласен,» — кивнул Олег. — Галь, придумаешь список дежурств?» — спросил Офицер, глядя на неё. — А? Да, конечно. Как вам такой план: первый день дежурю я, второй — Офицер, третий — Он, четвёртый — Олег, ну а пятый — Спедак. А вот последние два дня… чёрт, не сходится. — Может, из новеньких, кого-то подберём?» — предложил Олег. — Опасно. Хотя, Он, ты кому-то доверяешь? — Никому полностью, Спедак. Но если выбирать, то Чюпепа и Черри. — Интересный выбор,» — сказал Офицер, прищурившись. — Он не выглядит ответственным. Есть вопрос: почему тогда Чюпепа? — Да, может вести себя легкомысленно, но когда надо — включается. — Тогда Чюпеп на шестой день, Черри на седьмой,» — кивнула Галя. — Думаю, всё решили. Я пойду скажу Чюпепу, а ты, Галь, иди к Черри. — Стойте! Время дежурств какое?» — резко спросил Спедак. — Точно! От десяти до шести утра,» — ответила Галя. — Сейчас запишу это в блокнот. Он направился к выходу, после сегодняшнего происшествия можно отдыхать вечность. Мысли по пути в комнату путались. «Почему я не рассказал? Я снова подвёл всех.» Запах гнили, едва уловимый, всё ещё витал в воздухе, напоминая о том, что произошло. На стене была кровь. «Чья это кровь на полу? Куст? Или… кто-то ещё?» — мысли крутились, не давая покоя. Он стиснул кулаки, пытаясь отогнать страх. Дойдя до комнаты, он ещё стоял пару минут возле двери. Он шагнул внутрь, закрыв дверь за собой. Тишина помещения обрушилась на него, как тяжесть космоса за бортом. — Чюпеп,» — сказал Он, голос хриплый, почти сорвавшийся. — А? Что? — Слушай, не обижайся, но. Ты теперь на дежурстве. — Чего? Ладно. Понял. Но ты… ты сам-то в порядке? Выглядишь, будто призрака встретил. Он не ответил, лишь бросил взгляд на Чюпепа. Затем он подошёл к небольшому терминалу в углу, сел за компьютер и включил экран. Холодный голубоватый свет отразился на гладкой поверхности маски. Он начал заполнять данные, внося расписание дежурств и заметки о сегодняшнем собрании.