i like me better

в планы вону, мечтавшего оказаться в кровати и уснуть едва ли не навсегда, абсолютно точно не входил футбольный мяч, прилетевший прямо в очки и довольно сильно ударивший его по правой щеке. оправа, к счастью и удивлению, не пострадала, а вот стеклу пришлось не сладко. — извините, пожалуйста! — еще не до конца сломавшийся юношеский голос донесся до его ушей, а затем прямо перед ним возник его владелец. вону сразу обратил внимание на озорное мерцание в карих глазах напротив, пусть его и затмевала очевидная вина на чужом лице. — я не хотел, клянусь! мяч просто вылетел за ворота, и оно… извините, мне жаль. — все нормально, — вону лишь отмахнулся. чинить очки он пойдет далеко не в первый раз, а успокаивать очевидно взволнованного парня сил у него не хватит. — просто играйте аккуратнее. — обещаю! — парень напомнил ему щенка. того, который подходит даже к незнакомым людям и трется об их ноги, умоляя почесать ему за ухом. или сразу падает на спину, подставляя пушистый живот. — я мингю. протянутая ладонь, чуть влажная, но довольно крепкая, должна была стать не больше, чем подтверждением того, что все в порядке, и завершением этой глупой встречи. вот только этот парень каждый день выжидал вону у выхода из школы, протягивая ему то шоколадный батончик, то банку газировки. чон отказывался поначалу, потому что это странно. однако мингю даже не думал прекращать. и вону пришлось просто сдаться. мингю пришел даже в день экзамена вону (и в свой выходной), чтобы пожелать удачи. вот так просто, хотя вону и другом его тогда не считал. мингю крепко обнял его и пообещал дождаться, чтобы они отметили окончание учебы старшего. даже не спросил, хочет ли вону этого, что можно было посчитать довольно нахальным, но на лице вону лишь появилась робкая улыбка и легкий румянец, наполовину скрытый желтоватым синяком на правой щеке. когда вону исполнилось восемнадцать, они впервые выпили вместе. мингю без умолку болтал о чем-то, а вону просто наблюдал, осознавая, что еще ни с кем не улыбался так много и искренне, как с этим забавным парнем. потом вону уехал на учебу, оставляя позади гордящихся и взволнованных родителей и мингю, который сдерживал слезы изо всех сил, чтобы потом просто расплакаться в плечо мамы старшего. вону слушал об этом, лежа на не самой удобной кровати в общежитии, смотря на потрепанный потолок и искренне улыбаясь. первый учебный год в университете пролетел со стремительной скоростью, а потом к нему в комнату подселили мингю, который буквально умолял всех возможных и невозможных людей провернуть это. повезло только в том, что прошлый сосед вону съехал практически сразу, а подселить нового человека не успели. и они снова болтали до поздней ночи каждый день, не думая о грядущих парах, экзаменах и других заботах. существовали только они вдвоем, их крошечная комната и прикроватная лампа с теплым желтым светом. — о чем задумался? — мингю, уже значительно старше и мужественнее, смотрит на него, опустив палочки в тарелку с лапшой, которую он сам приготовил им часом ранее. вону откашливается, вытирая уголок губ салфеткой. — ерунда, — он пожимает плечами и отводит взгляд, улавливая заметную складку между чужими бровями. — не ерунда. мне интересно. — просто вспоминал нас. как все начиналось, знаешь, — мингю понимающе хмыкает, но ничего не говорит. побуждает продолжить. — ты был забавным. — я и сейчас забав… — и из-за тебя я пошел на выпускной с огромным синяком под глазом, — вону хитро улыбается, в то время как мингю недовольно скулит. действительно похож на щенка. — он был не такой уж и большой! и ты мог бы закончить чем-то более добрым! — могу вспомнить, как ты выпил больше своей нормы, и тебе стало плохо прямо посреди… — достаточно, — ворчит мингю. он недовольно ковыряет остатки еды в своей тарелке, и вону просто улыбается. цепляет несколько кусочков мяса и перекладывает в тарелку младшего. — извини. и ты правда все еще забавный, — ким фыркает, но все равно принимает еду, сразу же набивая щеки. возможно, вону с самого начала понимал, что их с мингю свяжет нечто большее, чем случайное попадание мяча в его лицо. он догадывался, что останется с младшим надолго, но никак не мог сообразить почему. теперь он понимает. — я нравлюсь себе больше, когда я с тобой. мингю, очевидно не ожидавший такой искренности, давится едой и начинает кашлять. вону тут же оказывается рядом, осторожно хлопая его по спине. ким, как только приступ кашля сходит на нет, не теряет ни секунды и обнимает его за талию, смотря своими искренне распахнутыми глазами до того пронзительно, словно видит даже душу. — мне ты тоже нравишься, — шепчет, улыбаясь так широко, что видно буквально все его зубы. вону лишь заправляет прядь волос ему за ухо, кончики пальцев мелко трясутся. «нравишься» от младшего заставляет сердце биться сильнее, чем любое признание в любви заставило бы. наверное, так и должно быть. и он улыбается в ответ.