Подземелья и HR-ы

      После слепого лучника, Гилрик Железнобров был уверн, что никого страннее в гильдию на своём веку уже не примет. Прошло уже несколько месяцев, осень во Вратах Балдура настала тёплая и солнечная. Приключенцы приходили кто по одному, кто сразу группами, но все какие-то стандартные, нормальные, совершенно незапоминающиеся. А ведь Гилрик уже обсудил Какаха с коллегами во всех деталях. Никому больше нет дела до шутки про колени. Теперь все обсуждают гнома-варвара и «убитого» им гоблина-колдуна. — Эх, — грустно вздыхает дворф и болтает ножками под столом. — Эх…       Рабочий день подходит к концу. Пора собираться. Ничего интересного. Опять.       Поднявшись из-за стола, Гилрик врезается во что-то. — Извините, — сверху пробасило что-то.       Дворф поднимает голову и видит… великана под плащом. И как только сразу не заметил?! — Здра-асьте, — немного растеряно говорит Гилрик. — Моё резюме, — великан протягивает ему бумагу, на которой большими буквами написано «Резю- ме. Тих- ий мыш. Плут.» На этом бумага собственно заканчивается. — Плут? — радостно удивляется Гилрик, вот будет что коллегам рассказать! — Плут. — подтверждает великан, сурово глядя на дворфа из-под черного капюшона. Это могло бы быть очень угрожающе, если бы великану не приходилось сидеть в позе креветки, чтобы помещаться в маленькой комнатушке. — Ну, что же, плут, давай проверим твои способности!       Железнобров достаёт из-под стола небольшой сундучок и предагает его вскрыть. Мыш нахмуривается обдумывая варианты, рассматривает замок, кивает, что-то решив, берёт сундучок в руку и сжимает кулак. Сундук с треском ломается. Мыш разжимает кулак и стряхивает остатки сундучка на стол. — Вскрыт.       Гилрик признаёт, что с таким заявлением не поспорить. После чего предлагает тест на мировоззрение. — Смотри, допустим, что твоя новая команда просит тебя украсть реликвию из церкви. Что ты будешь делать? — Убью. — ни секунды не раздумывая, отвечает Мыш. — Кого? — Церковь.       Почесав лоб, Гилрик склоняется к отметке «хаотично-злой», но, вспомнив о своём профессионализме, решает уточнить. — Это что-то личное? Ну, с церковью? — Да. Культисты убили мою «семью», — Мыш старательно делает кавычки пальцами. — Ох, соболезную, ты любил их? — Я хотел их убить. Они предатели. Теперь не могу их убить из-за культистов. Ненавижу их. Я им отомщу. — А какие конкретно культисты виноваты? — уточняет дворф, заполняя бумаги. — Не знаю. На всякий случай ненавижу всех.       Гилрик призадумывается, ненависть к культистам может быть большой проблемой, в хорошей команде авантюристов всегда есть жрец, монах или паладин. — А если в команде будет культист, который точно не виноват? — Точно? — Точно. — Тогда пусть будет.       Потянувшись записать полученную информацию, дворф обнаруживает, что перо пропало. Он осматривает весь стол, слезает осмотреть пол, глядит даже по всем углам, но нигде не находит его. Прямо же под носом лежало. Из рук же не выпускал. — Это? — Мыш с невозмутимым видом протягивает Гилрику его перо. — А ты справляешься лучше, чем кажется. — Тюрьма всему научит. Семья отправляла меня туда слишком много раз. Поумнел. — Это хорошо. В смысле, сожалею о тюрьме, но хорошо, что поумнел, — бубнит под нос Гилрик, записывая результаты. — Замечательно! Мы пришлём вам ответ в письменном виде в течение трёх рабочих дней!       Закончив заполнять заявление, дворф хотел было попросить Мыша расписаться, но тот будто исчез. Растеряно поглядев по сторонам, Гилрик встаёт из-за стола и хочет спуститься и догнать плута, но снова врезается во что-то. — Мыш? — поднимая взгляд, спрашиваеь Гилрик. — Да. — Вы определённо точно будете приняты. Подпишите здесь.       Мыш тяпает на бумаге большую кляксу.       Если раньше Гилрику было интересно, как Мыш смог незаметно пробраться в контору, то после десяти неудачных попыток плута протиснуться в дверь, чтобы выйти, Гилрику стало ОЧЕНЬ интересно. Плюсы: суров, проворен, неожиданно профессионален (иногда), хорошо обучаем. Минусы: объективно слишком велик, хоть и умеет с этим общаться, проблемы с культами и местью. Вывод: незаметен, как слон в комнате, ловок, как корова на льду, коварен, как овца в волчьей шкуре.