Друг

– Кучнее, кучнее! – командовал физрук и угрожающе потряхивал фотоаппаратом. – Сразу видно, кто все мои уроки отсидел на скамейке. Синицына! Сейчас не поместишься в кадр. – Да что я, Виталий Петрович, – прогнусавила девушка и втянула несуществующий живот. – У меня было освобождение! Но физрук ее уже не слышал: – Гетман в кадр не помещается! – тем временем переключился он на самого маленького парнишку класса. – Может его в центр поставить? – спросила классуха, которая до сих пор тактично не вмешивалась. Каждый делал свою работу. Виталия Петровича вот родители попросили пофоткать, чтобы сэкономить на профессиональном фотографе. И он делал свое дело рьяно, со всей щепетильностью спортсмена. – А в центре уже занято, в центре будут стоять короли и королевы бала! – яркой молнией парнишка в изумрудном пиджаке растолкал одноклассников и за руки затащил за собой в середину кадра сразу трех человек. Свою спутницу, своего лучшего друга и девушку, с которой тот пришел. – Марс! У нас нет такой номинации, прекрати разводить балаган! А девчонки, что внезапно оказались в центре, хихикали. Явно польщенные его словами. Пашку даже учителя звали ярким и мужественным прозвищем – Марс. Как приклеилось в пятом классе, так и было с ним до сих пор. Он был звездой школы. Заметный издалека из-за своих пшеничных волос с несколькими прядками рубинового. А еще из-за громкого голоса и шила в одном месте. Вот и сейчас, все хоть и цокали языками, но ничего не говорили против главному заводиле. Он ненавязчиво, как истинный джентльмен, положил ладонь на талию Насти. Настя – она же Фея – в воздушном платье с блестками кокетливо подняла ножку и чуть не зарядила каблуком кому-то по колену. – Я так счастлива, – воспользовавшись шумихой шепнула своему спутнику другая девушка и заправила прядь за ухо. Но другой парень, что выглядел более блеклым на фоне своего друга, не успел промычать даже вежливое «угу». Его перебил физрук: – Бэлла! Не смотри в пол, ты и так на всех фотографиях с закрытыми глазами. – Виталий Петрович, да называйте их по именам, а не по прозвищам. Вы же не школьник, в конце концов, – не выдержала классуха. Но настоящее имя Бэллы вряд ли бы кто-то вспомнил, не посмотрев в журнал. Слишком давно и фанатично она любила «Сумерки». Даже сегодня оделась как главная героиня на свой выпускной. Она и Влада пыталась втянуть в свое увлечение. Пыталась называть Эдвардом. Но после того, как Марс поржал несколько раз, делать это перестала. – Да какой он Эдвард. Руки-ножницы, разве что. Ну или Филин. Так Влад и стал Филином. Марс вообще обладал талантом давать людям прозвища так, чтобы они к ним приклеивались на долгие годы. – А теперь скажите «выпускной»! – вместо пресловутого «сыра» скомандовал физрук, когда удалось скучковать всех ребят. – А может лучше «сиськи»? – крикнул кто-то с заднего ряда. – Сиськи! – тут же крикнули школьники в момент вспышки. Останавливать их уже было поздно. И этот мини-взрыв словно ненадолго остановил время. Влад бы поклялся, что видел как в замедленной съемке улыбки одноклассников становились все шире. Как Фея прижалась губами к щеке Марса. Как несколько девчонок подняли аттестаты высоко над головой. Как кто-то из парней запрыгнул на спину другому. Как блеснули слезы у кого-то в уголках глаз... Вся эта какофония была идеальным прикрытием, чтобы... Марс смотрел прямо перед собой, в объектив. Улыбался и кривлялся. Размазывал по щеке помаду Феи, а сам невзначай переплел пальцы свободной руки с пальцами Филина. Несмотря на маски, которые они были вынуждены носить, это был их вечер. И Филин знал, что Марс ни на что не променяет возможность быть рядом.

***

ДК встречал их жаром, как будто кто-то с утра забыл выключить отопление. Внутри пахло дым-машиной, лаком для волос и гелием, который просачивался из шаров и делал воздух почти несъедобным. — Офигеть как всё светится, — заметила Фея, приподняв подол платья, чтобы не наступить на что-то прилипшее к полу. — Ну, ковер хоть постелили, — отозвался Марс и тут же подмигнул Владy, который шел позади. Филин, как всегда, держался чуть особняком — не из стеснения, а скорее из привычки. Он подмечал всё: как Белла чуть дольше, чем надо, смотрела на Марса. Как Марс чуть громче, чем надо, шутил для публики. И как сам Влад каждый раз переводил дыхание, прежде чем заговорить вслух. — В баре только компот, — возмущённо сообщила Белла, вернувшись с пластиковым стаканчиком. — Даже безо льда. Мы вообще на выпускном или где? — Ну а ты что ожидала, мартини? — хмыкнул Марс. — Хотя для Беллы из Форкса — можно было сделать исключение. Она рассмеялась. Тонко. Нарочито. Марс наклонился к ней ближе, и кто-то со стороны мог бы подумать — флиртует. Фея, впрочем, так и решила. И тут же обняла Марса за плечи, чтобы напомнить, с кем именно он пришел на выпускной. Это вызвало у Влада улыбку. Таким был его друг. «Друг»... Любимец девчонок. Претендент номер один на роль кавалера для школьного вальса. — Пойдём отдадим аттестаты ведущему, — предложила Фея, чтобы разрядить обстановку. — Он вроде вешает их в рамки и на экран выводят. Кринжово, но такая традиция. Марс согласно кивнул. И когда девчонки ушли вперед, чуть задержался, будто случайно, чтобы остаться рядом с Владом. — Ты чего такой кислый? Мы же не на похоронах детства, а на вечере, где можно танцевать под Ранеток и делать глупости. Хочешь учебник подожжем? – и начал лезть к себе за пазуху, словно действительно прихватил с собой учебник. – Марс! Классуха же смотрит, – а после того как Пашка заозирался, ухмыльнулся. – Купился, да? – Ах ты... На сцене тем временем что-то зашипело — диджей, не разобравшись, включил звук из «Смешариков». Толпа захихикала. Кто-то попытался свистнуть. Белла вернулась к ним без подружки, прихлёбывая компот, и на ходу подула в трубочку. — Кстати, а куда вы делись сразу после последнего звонка? — спросила она, глядя на парней поверх стаканчика. — Мы даже не сфоткались все вместе, а вас уже и след простыл. Влад застыл. Потом пожал плечами: — Мы… просто хотели перекусить. Купили шаву у школы и пошли в парк. Посидели немного. — М-м, ясно, — Бэлла кивнула, но с таким выражением лица, как будто разочаровалась в своем Эдварде. Ну да, Филин не только предпочитал обычную еду человеческой крови, но и парней девушкам. Но этого Бэлла не должна была узнать. Марс усмехнулся, когда она наконец отвернулась. — Когда ты врёшь, ты выглядишь глупо, — тихо сказал он, глядя прямо на Влада. Без укора. Скорее с нежностью. Филин хмыкнул: — А ты как будто выглядишь умно, когда делаешь вид, что флиртуешь со всеми подряд? — Это не флирт, это инстинкт самосохранения, — огрызнулся Паша. Но быстро улыбнулся, будто сдался. — Если хочешь, могу начать флиртовать только с тобой. — Ты уже, кажется, этим и занимаешься, — буркнул Влад, но щёки всё-таки чуть зарделись. В этот момент его нестерпимо хотелось поцеловать. Но Фея так не вовремя втиснулась между ними двумя. – Блестки, – только и сказал Марс, проводя подушечками пальцев по щеке Филина. Слишком короткое прикосновение, которое в этот момент было не продлить.

***

– Я думал, мы уйдем при первой возможности, – голос раздавался на ступеньках. Там, на один пролет ниже собирались одноклассники, чтобы покурить. А сюда никто не доходил. Музыка здесь почти не вибрировала о ступени и огни зала – тусклые, освещающие лишь носки туфель – сливались с несмелыми огнями фонарей. – И пропустить наш последний школьный вечер? – наедине с ним Марс становился не по годам серьёзным. Вот и сейчас сел на ступеньку выше и обнял Влада со спины. – Нет. Давай задержимся здесь, в тени. В моменте, где мы еще школьники. Но Филин не разделил его мыслей. – Что же тут хорошего? Притворяться? Жить чужой жизнью? – он уткнулся носом в локоть Марса. Туда, где пиджак собрался складками. – Или ты забыл как мы мечтали поскорее выпуститься, уехать в универ и... быть собой. – Я помню, – голос Марса был мягок. Он потрепал парня по макушке, а затем и сам наклонился, чтобы спрятать лицо в его волосах. – Но именно так все началось. А, повзрослев и обретя свободу, мы потеряем эту часть романтики. – Если тебе так нравится прятаться со мной по подъездам, мы можем продолжить и дальше, – фыркнул Влад. Конечно же, это была шутка. Он с радостью откажется от тайн как только предоставится возможность. Но Марса уже было не остановить. Он отстранился подобрал на одной из ступенек камушек и принялся корябать стену. – Марс! – крикнул было Филин, но шаги внизу быстро отрезвили и он перешел на громкий шепот. – Ты что, с ума сошёл?! Ты ведь не первоклассник. Но Марс лишь ускорился, боясь, что Влад вознамерится отобрать камушек.

П+В=<3

– И что это? Почему не Филин и не Марс? – Потому что это мы. Настоящие, – шепот обжег ухо, а в следующий миг и пересохшие губы. Внизу песня очень вовремя сменилась на медляк, и Марс мог целовать своего парня, осторожно топчась на месте, словно невзначай приглашая на танец.

Целовались в парадке,

Целовались в парадке до трёх.

Села зарядка. Не бойся,

Не спалят, а спалят – и пох...

Глаза Филина распахнулись. Он и не хотел отстраняться, это получилось само собой. Он знал песню. И это был полный сюр – слышать ее здесь на выпускном. – Нравится? Я для тебя ее заказал, – губы Марса расплылись в глуповатой улыбке. Он продолжал держать Филина за пальцы и ловил каждую новую эмоцию на его лице. – Как думаешь, на какой строчке они ее вырубят? – И знать не хочу, – хмыкнул Влад. Беззлобно, а уголки губ все же дрогнули в улыбке. – Побежали отсюда, – и дернул Марса за собой вниз по лестнице к выходу из ДК. Туда, где воздух успел пропитаться росой, а небо еще не отошло от недавних залпов фейерверка.