Пыль и клешни

Гарри Поттер не верил в судьбу, но всё равно оказался на Клондару. Где-то наверху, в тёплых и чистых залах Федерального Совета, политики щёлкали указами, словно играли в шахматы. А внизу, под палящим солнцем этой чертовой пустыни, они, простые солдаты мобильной пехоты, умирали. За что — никто толком не знал. — Поттер, снаряжение проверь! — рявкнул сержант Филч. — А то снова, как на Трояне, пусковую в клешню засадишь! — Уже проверил, сержант, — ответил Гарри и хлопнул себя по нагруднику. — На этот раз всё по уставу. Филч одобрительно хмыкнул и пошёл проверять других. Гарри остался у посадочной платформы, прислушиваясь к гулу — арахниды были близко. Он не был героем. Он был "десантиком" — одним из миллионов. Сирота с Нового Лондона, сын погибших в теракте, ставший солдатом по традиции, по инерции. Выбор между тюрьмой и гражданством — не выбор. — Десять минут до высадки, — прогремел голос командира через шлем. — Подтвердить готовность. Гарри подтвердил. Ему было двадцать один, и это была уже его шестая операция. Первую он почти не помнил — только запах горелого хитина и чей-то крик, оборвавшийся на середине слова. С ним рядом сидел Рон Уизли, здоровяк из секторов с красной пылью. Смешной, шумный, но в бою — железный. Они были неразлучны, пока Гермиона не ушла в Аналитику. Она однажды сказала: — Гарри, ты не обязан всё время быть на передовой. У тебя мозги есть, не только реакция. А он ответил: — Кому-то надо держать линию. Не все могут командовать издали. Хрясь. Платформа вздрогнула. Они вошли в атмосферу. — Первый взвод, к высадке! — гаркнул Филч. — Арахниды идут на юг, прикроем инженерку! Гарри включил привод брони, почувствовал, как усилители подхватывают ноги. Клондар был вонючей, враждебной дырой. Но здесь был враг. Всё остальное — не важно. Высадка. Песок. Жара. Крики. Они бежали под обстрелом, вокруг взрывались снаряды арахнид. В небе зависли дроны разведки, а с запада шли инженерные машины — нужно было расчистить путь к руинам, где, как утверждали аналитики, находился "умный жук". Гарри с Роном пробивались к скале, откуда вели огонь крупные тараканы. Гигантские, с белыми панцирями. Плотный залп из пусковой — один жук развалился на части. Но второй всё же ударил. — Рон! — закричал Гарри. Вспышка, дым. Друг лежал, ноги искалечены. — Уходи, Гарри… — прохрипел Рон. — Скажи Гермионе… — Сам скажешь! — Гарри накинул Рона на плечо, активировал импульсные шаги и бросился назад. Панцири хрустели под ногами, но он бежал. За ними шёл огонь, но в голове — другое. В памяти всплывали фразы из новостных каналов: «Федерация ведёт справедливую войну за безопасность человечества». «Служба — путь к гражданству». «Арахниды начали — мы завершим». Он видел слишком много, чтобы верить. Десятки планет, зачищенных под добычу. Миры, где не было "первого удара", просто жуки жили на ресурсах, нужных корпорациям. Он добежал. Медики подхватили Рона. — Поттер, ты снова пошёл против приказа! — крикнул Филч. — Тебе не медаль дадут, а допрос. Гарри молчал. Смотрел на капсулу, где уже исчезала фигура друга. Позже. База. Ночь. Гермиона стояла у окна штабной капсулы. Она подняла глаза, когда вошёл Гарри. — Он жив. Но протезы… — начал Гарри. — Я знаю. Мне уже сообщили. — Она сжала губы. — Ты опять спас всех, кого не должен был спасать. — Он — человек. — А приказ? — Приказы отдают те, кто никогда не нюхал крови. Кто даже не знает, как выглядит арахнид вблизи. Она подошла ближе. Он видел в её глазах усталость, страх — и отчуждение. Они были на разных фронтах. Она с цифрами, он с винтовкой. — Есть новости, — сказала она тихо. — Мы получили данные. Жуки не атакуют. Они — защищаются. Их просто стравили с нами, чтобы начать интервенцию. Гарри ничего не сказал. Только сел на кровать. — Что будешь делать? — спросила она. Он пожал плечами. — Подумаю. Может, напишу статью. Может, подорву склад с боеприпасами. Она горько усмехнулась: — Ты не изменишь систему, Гарри. Он посмотрел на неё и произнёс: — Тогда хотя бы пусть система поймёт, что мы умеем драться не только с жуками.