Гермиона Каллен?

*Малфой-Мэнор*  В темном зале, освещенном лишь дрожащим светом люстр, раздался пронзительный женский крик, от которого содрогнулись даже холодные каменные стены. Гермиона лежала на полу, корчась от боли, ее пальцы судорожно впивались в пыльный паркет, пока Беллатриса Лестрейндж вырезала на ее нежной коже слово за словом. Лезвие проклятого кинжала впивалось в плоть, оставляя на запястье девушки кровавые буквы: «Грязнокровка». Еще один душераздирающий вопль вырвался из ее пересохшего горла. Гермиона думала, что нет муки страшнее, чем «Круциатус», но эта боль… Она была живой, жгучей, словно раскаленный металл прожигал ее кожу снова и снова. Глаза застилали слезы, но сознание, к счастью, еще не покидало ее.  Мысли путались, перескакивая с одной на другую:  «Почему только меня?..»  «Я ведь ничего не украла…»  «Где Гарри? Где Рон?..»  Сквозь пелену боли Гермиона чувствовала ярость, горячую и всепоглощающую, направленную на ведьму, склонившуюся над ней с безумной ухмылкой. Она знала, почему Беллатриса выбрала именно ее. Это слово на руке говорило само за себя.  Беллатриса никогда бы не посмела тронуть Рона — чистокровного волшебника. Или Гарри — пусть и полукровку, но «Избранного», чей статус сдерживал даже самых рьяных. Они могли быть врагами номер один, но их кровь защищала их лучше любой магии.И вдруг…  Именно эта несправедливость будоражила ее душу. Именно она разжигала воображение — и магию. Вдруг Гермиона ощутила, как по венам проносится нечто древнее и могучее. Сила — сырая, непокорная, как дикий зверь — рвалась изнутри наружу. И в какой-то момент… Раздался еще один крик — но теперь это был голос Беллатрисы. Гермиона распахнула глаза: над ними загорелась люстра. В следующее мгновение она сорвалась и с грохотом рухнула прямо на мучительницу. Гермиона не поняла, как это случилось, но в тот момент она почувствовала только одно: ей нужно исчезнуть. Эта мысль была с ней с первых секунд пытки, и теперь магия откликнулась на её отчаянный зов. --- Форкс, штат Вашингтон. За городом, среди деревьев, перед уютным домом раздался резкий хлопок — звук, будто воздух сам лопнул. Обитатели дома насторожились и немедленно вышли наружу. На земле лежала девушка — изможденная, окровавленная, с порванной одеждой. Вид у нее был такой, будто она прошла через ад. Каллены мгновенно напряглись — запах ее крови разнесся по воздуху, густой, пряный, почти невыносимый. Но годы сдержанности и дисциплины помогли удержать жажду. Карлайл Каллен, самый старший, уже опустился перед незнакомкой, проверяя пульс. — Мы должны помочь ей, — твердо сказал Карлайл, подавляя жажду. Годы воздержания давали о себе знать.  — Но кто она? — Розали осторожно приблизилась. — Откуда она взялась?  — Сначала — медицинская помощь. Вопросы потом.  *** Когда Гермиона проснулась, первое, что она поняла — она больше не в Малфой-мэноре. Потолок был гладким и белым, окна — панорамные, повсюду маггловская техника. Она медленно приподнялась, голова гудела. Через окно виднелся лес, но не тот, который она знала. Это был не Динский лес. Что-то другое, более влажное, более дикое. — О, ты проснулась! — Послышался радостный голос. В комнату вошла миниатюрная девушка с короткими темными волосами и глазами цвета янтаря. . Ее кожа была бледной, почти фарфоровой, а движения — слишком плавными, слишком совершенными.  — Где я?.. — прохрипела Гермиона. — Я не узнаю это место… — Ты в Форксе, — спокойно ответила незнакомка. — Мы нашли тебя у себя во дворе. Ты была в ужасном состоянии, честно говоря, мы думали, ты не выживешь. Наш отец — врач. Он сделал всё возможное, чтобы спасти тебя. — Я… спасибо. — Гермиона попыталась подняться, но ноги тут же предали ее, и она осела обратно на подушки. — Осторожно! — девушка мягко придержала её за плечо. — Ты еще очень слаба. Ты не ела несколько дней. Вот, я принесла тебе еду. — На тумбочку рядом она поставила поднос с горячей пищей. — Поешь, потом мы поможем тебе связаться с родными. Кстати, меня зовут Элис. Элис Каллен. — Гермиона… — прошептала девушка, всё еще пытаясь уложить в голове происходящее. Она не решалась называть свое полное имя , ведь они до сих пор в розыске. И она пока не доверяла этим людям.