Подтекст

– Ну и... Для чего это нужно? – Хмурясь, лёжа спиной на кушетке, продолжал возмущаться Скаут. Он с недовольством пялился на Медика, закинув руки за голову, пытаясь выглядеть как можно более собрано и уверенно. На деле, в возмущениях сейчас не было смысла, так как он уже на всё согласился, но потребность хоть как-то защититься (хоть и тщетно), помогала сохранить гордость и не причинять боли своему эго. – Ты когда-нибудь до этого в больнице был хоть раз? – Раздраженно цокнул на него Медик, махнув рукой. Скаут не распознал этого жеста, так что просто уставился в ожидании дальнейших пояснений – Раздевайся и ложись на бок. – При чём тут больницы? – Скаут сделал как попросили – нехотя стянул с себя штаны и трусы, оголяя перед взором Медика ягодицы. Было ужасно не по себе, хоть он уже проходил достаточно много процедур, подразумевающих, что ему придется раздеться, но... Подтекст не давал ему покоя. Это навязчивое чувство неправильности. – При том, что в больнице есть уролог, и он пальпирует простату, чтобы проверить на предмет нарушений – Скаут лег спиной к Медику и он не видел, но слышал, как тот натягивает на руки эластичные перчатки, берёт что-то со стола... В теории ведь он был наслышан о том как проходит такой «осмотр», вот только на практике это происходило с ним первый раз. – Я же сказал тебе, что со мной всё в порядке и мне не нужно- – Если у тебя ничего не болит, это не значит, что всё в порядке – Горячие руки едва прикоснулись к заднице Скаута, а он уже дернулся, моментально реагируя – Ты боишься?... – С лёгкой улыбкой в голосе спросил Медик. – Нет. Я... Бля, давай уже быстрее, мне идти надо – Скаут бегал глазами по кабинету, в невозможности сосредоточить свой взор на чем-то одном, теребил в руке ткань футболки, которую ему так милосердно разрешили не снимать. Господи... нужно было скорее покончить с этим. – Подожми ноги к груди – Нагнувшись чуть ближе к Скауту, почти нежным полушепотом скомандовал Медик. Скаут уже не знал, что говорить, так что он просто сделал, как ему сказали. Ладно. Это просто осмотр, в этом нет ничего такого, так ведь? Обтянутая резиной рука скользнула между ягодиц и Скаута пробила дрожь, когда горячий, смазанный лубрикантом палец легко толкнулся в него. Ну да, конечно же Медик не позаботился о том, чтобы предупридить его. Щёки покраснели, дыхание сперло от дискомфорта. Хоть это и не было приятно, скорее странно – само ощущение проникновения было непривычным, и несмотря на это, внутри всё начинало гореть, а чувствительность усиливалась с каждым проминающим движением пальца. – М-м... Всё? Долго там ещё- И вот теперь Скаут понял, что, судя всему, длиться это будет дольше, чем он ожидал. Как только Медик нащупал простату, едва прикоснувшись к ней, его пациент оборвался на полуслове, крупно вздрогнув. Это было... Неожиданно хорошо. Болезненно хорошо. Эта чувствительность была такой выраженной, что Скауту пришлось вцепиться зубами в свою руку, чтобы отвлечься. И у него не получалось – он скулил, ёрзал на кушетке и шумно дышал. – Ещё минут десять потерпи – Скаут покорно кивнул, зажмурившись до звезд в глазах. Медик медленно и очень аккуратно щупал чувствительную точку внутри, внимательно наблюдая за реакцией Скаута, которого натурально так начало трясти. Он отстранился от своей руки, стиснул зубы и глубоко дышал сквозь них, краснел, продолжал дергаться, в надежде найти себе более удобное положение. Ему стало так невыносимо стыдно. Из-за этих разогревающих касаний у него ныло всё тело и он никак не мог это контролировать, просто беспомощно постанывал и содрогался, мысленно пытаясь убедить себя, что нужно всего лишь чуть-чуть потерпеть. – Б-блять... Это странно... – Сквозь мутное наваждение он зыркнул на склонившегося над ним Медика снизу-вверх. Унизительно. – Почему странно? – Медик поднял одну бровь, принявшись внимательнее изучать своего пациента. Было что-то именно в его реакции такое, что в груди поднималось какое-то непонятное чувство, подозрительно схожее с жаждой живодерства. – От этого можно... кончить? Я н-не хочу как-то – Он смущенно увёл взгляд обратно к стене, переводя дыхание. Скаут был готов поклясться, что ещё ни разу так сильно не возбуждался, тем более без дрочки. – Как врач тебе говорю, если ты действительно не хочешь кончать, то этого и не произойдет – Наврал. – Н-но... Я серьёзно, я не хочу, д-док... Но не могу... Я не выдержу ещё десять минут, вытяни... – Этот скулёж только больше мотивировал не прекращать. Тоже самое что зверушку пытать. Сравнение звучит неуместно, но импульсы которые Медик испытывал сейчас были действительно очень похожи на эту жажду помучать. – Скаут – От услышанной строгости в голосе страх будто лезвием полоснул по животу: Скаут напрягся и замер – Потерпи пока я не закончу осмотр. – Я пытаюсь... – Медику не было слышно, но Скаут злился на него за это. И несмотря на всё продолжал подчиняться из испуга. – Пытайся лучше. Ты же можешь побыть хорошим мальчиком для меня хотя бы один раз? – Это обращение... Зацепило что-то внутри, словно крючок с наживкой. Скаут осознавал, как это тупо, но видимо из-за возбуждения сразу же повелся, надеясь на одобрение и утешение. – ...М-могу. – Тогда прекращай рыпаться и заткнись. Это было слишком грубо и обидно. Скаут и хотел бы снова начать прерикаться, вот только он побоялся, что Медик знает как сделать эту процедуру ещё невыносимее. Медик счёл эту реакцию забавной. На касания Скаут реагировал чрезмерно чувствительно, это не могло оставить его безразличным (очень громкие стоны в особенности). Несмотря на то, что Медик уже ощупал всё, что было нужно, оставлять всё так не хотелось. Картина, разворачивающаяся под ним сейчас вызывала уже не только интерес, но и абсолютно извращенную похоть – Скаут прикрыл лицо ладонями, не в силах перестать всхлипывать и скулить, он не контролировал себя, ему было стыдно от того, что это так иступляюще приятно. Медик прибавил второй палец и Скаут сжался, подавившись воздухом от того, как быстро пальцы вернулись «на место», почти не прекращая стимуляцию. – Ах... А это ещё зачем? Т-ты что... – В его голове была сплошная путаница, Скаут даже забыл, что хотел сказать на этот счёт. Он просто знал, что что-то идёт не так. – Я же сказал тебе потерпеть. Ты вообще хоть что-то знаешь о том как проверяется предстательная железа? – Он облизнулся, ухмыляясь самому себе в мыслях – Проверка может включать в себя небольшой массаж. – ...Угу – Скаут нахмурился и попытался уткнуться лицом в кушетку, но он никак не мог отвести своё внимание от слишком ярких ощущений, бьющих словно током. – Тем более, тебе же это нравится? – Второй рукой Медик лишь намёком огладил член Скаута, пальцем обводя головку, мягко подразнивая уздечку, с удовольствием слушая томные вздохи. Скаут задыхался. Он хотел что-то ответить, хотел прекратить это, но то, что с ним делал Медик было слишком. Было невозможно контролировать себя, будучи доведенным до такого состояния. Пальцы покинули горячее нутро, и только стоило Скауту выпустить судорожный выдох, так Медик продолжил массировать его простату, но уже гораздо настойчивее, хоть и по-прежнему мучительно медленно. Каждое прикосновение, нажатие, длилось долго и усиливалось, пока пальцы вновь не выскользнут. Это уже не было похоже на то, что Медик назвал «пальпацией». Хоть Скаут и не знал такого слова, но из краткого объяснения от самого же Медика, он понял, что бессовестно ебать и изводить его не должны. Вот только было сложно воспротивиться – стоит ему только рот открыть, вместо слов с губ снова срывались глубокие, непристойные стоны. – ...Х-хватит, я сейчас... – Его голос звучал гораздо выше обычного. Скаут чувствовал, что может кончить в любой момент, это было бы ещё более унизительно, чем всё, что Медик уже успел сделать с его телом. Внезапно, Медик схватил его за волосы, вжал лицом в тонкую подушку на кушетке. Скаут стал дышать глубже и прерывистее, в таком положении вообще можно было удушиться. – ...Ты можешь быть потише? – Процедил тот ему на ухо, сжав волосы в хватке сильнее, заставив Скаута пискнуть, как загнанный в угол кролик – Господи... Ты же это нарочно? – На момент, Медик достал из него пальцы, чтобы больно шлепнуть по заднице. Тот всхлипнул, и закусил губу, толком не веря в происходящее – Ты мешаешь мне выполнять свою работу. Думаешь, у меня помимо тебя нет никаких дел? Так ведь? Тебе не стыдно? Стыдно конечно. Но стонал он действительно не специально и продолжать точно не хотел, вот только то, как в него снова вдалбливались пальцы, то, как его трясло, как его член жался к животу, прося прикосновений... Скаут не хотел это всё чувствовать. Медик целиком и полностью захватил контроль над его телом, не оставляя и шанса на прекращение пытки. – М-медик... Я всё понял... О-отпусти меня уже... – Да ну? Ты же так напрашивался... – С этими словами Медик прибавил третий палец, начав уверенно растягивать тугие стенки. Пошлый звук скольжения обжигал уши, заставлял краснеть, краснеть и плакать. Скаут не хотел думать о том, что Медик сделает с ним дальше... Может ли быть ещё хуже? Эти ощущения стали настолько сильными, что было почти больно. В глазах начинало темнеть, Скаут думал, что сейчас кончит, но Медик вытянул из него пальцы, грубо развернул его обратно на спину. – Я не... – Скаут слышал сам себя и не верил себе. Ему казалось, что он звучит неправильно, что его дыхание, звуки, тело – вообще всё убедит Медика в обратном. И неважно как сильно ему хотелось вырваться, что-то его останавливало. – Если продолжишь тут кричать, нас точно услышат – Медик грубо сжимал ягодицы Скаута, вынуждая того дрожать от дискомфорта и возбуждения – Или ты этого и добиваешься? Тебя это заводит? – Нет...! Не хочу я... П-почему ты так говоришь вообще? Ты правда думаешь, что я специально? – Обижено шмыгнув носом, он сжал простыню в кулак, машинально подавшись вперёд. Медик с завидным безразличием проигнорировал его вопрос, потянувшись руками к брюкам. Звякнула пряжка ремня – Скаут вздрогнул. Звук расстегивающейся ширинки тоже не успокаивал, особенно когда Медик притянул его ближе. Скаут видел, как тот смазывает свой член лубрикантом и от мыслей о том, что он сейчас окажется внутри него ему становилось дурно. Каждый звук казался таким громким, таким скользким и вульгарным, что хотелось содрать с себя кожу живьём, чтобы избавиться от этой грязи. – Неважно специально или не специально... Ты же понимаешь, что я должен сделать это? Ты просто не оставил мне выбора – Наклонившись ближе, чеканил Медик – Ну-ну, не плачь... Скаут. Всё ведь хорошо – Плавно входя в извивающееся тело, изрекал Медик, пронизывающе смотря на напуганного, перевозбужденного парня. У него были заплаканные глаза, мокрые от слёз щеки... Он выглядел разбитым и беспомощным, и именно это и подстегивало Медика к дальнейшим действиям. Скаут не понял, почему приятные ощущения стали обращаться в боль. Наверное, так обозначался какой-то предел для его тела. От этих грубых толчков, от этого невыносимого трения внутри ему ужасно хотелось потрогать себя, вот только стоило ему трясущейся рукой потянуться к изнывающему от возбуждения члену, так Медик грубо хватал его за запястье. И он ревел в открытую, это всё было ему омерзительно. Живот скручивало от свалившихся на него ощушений, когда он видел краем глаза чужой оскал и чистейший восторг от того, что ему плохо. Это была самая настоящая пытка. Медик толчком выбил воздух из лёгких Скаута, вынуждая его хрипло стонать и ловить ртом кислород, в отчаянной попытке отдышаться. Но его тело было в слишком большом стрессе, он был напуган и от этого его чувствительность только больше разгонялась с приближением к оргазму. И вот вспышка перед глазами, дрожь в теле и этот невыносимый и уже трудно различаемый электрический разряд, проходящийся по всему телу – Скаут прогибался в спине до боли, пока Медик продолжал трахать его измождённое тело. Невыносимо, просто невыносимо. Было уже попросту больно. Медик вдавил Скаута в кушетку, тяжело кончая, задерживаясь внутри. Поправив очки и облегченно вздохнув, Медик наконец-то отстал от Скаута, оставляя его разбито лежать и приходить в себя. Что было удивительно, он больше ничего не сказал. Никак не прокомментировал то, что сделал с ним. Скаут не мог понять, радоваться тому, что Медик молчит, или же мучаться от навязчивых мыслей, упрашивающих его спросить зачем с ним это сделали.