Лесные просторы

      Сенку держит чемодан в руке и сверяется со смартфоном. Убедившись, что он нашел нужный лагерь, он сообщает это и друзьям. Хром и Тайджу так и полыхают энергией, пока Юдзуриха виновато улыбается Ишигами, зная, что ее парень и их общий друг буквально насильно вытащили его из лаборатории. Да еще и не дали взять с собой ни одного реактива. От Хрома это неожиданно, и ученый чувствует себя почти что предано, но потом вспоминает, что он уже успел разочароваться в людях, так что становится чуть легче. Вздохнув, Сенку первым идет в сторону палаток, высматривая цифры от «3» до «6» и не понимая, почему такие вроде большие палатки рассчитаны всего на одного человека.       Палатки стоят в один ряд по пять, и Ишигами сразу занимает последнюю из предложенных им — как можно дальше от друзей, зная, что те бывают довольно громкими. А раз уж его вытащили сюда на отдых, то Сенку предпочтет и правда отдохнуть, правда уже от самих друзей.       Они решают встретиться возле палатки Хрома, когда разберут вещи, поэтому у Сенку есть время осмотреться вокруг. Всего тут десять палаток, а значит — десять человек. И, судя по некоторым выставленным вещам, в палатке напротив уже кто-то живет. Как и в палатке с номером два. Разве что возле первой было более опрятно.       Восхищенный крик Хрома заставил Ишигами выскочить из палатки, просто чтобы убедиться, что его лабораторный раб еще будет дееспособен. Хром сидел на корточках рядом с таким же восхищенным Тайджу, пока Юдзуриха стояла чуть позади них.        — Сенку, смотри, жук-олень! — Хром подскочил к нему, и Ишигами даже отшатнулся, потому что жука почти сунули ему прямо в лицо.        — Конечно он тут есть. Мы же в чертовом лесу, — недовольно фыркнул ученый, спуская Хрома с небес на землю.        — Дал бы парню порадоваться, что ли, — раздался незнакомый голос со спины.       Сенку фыркнул и обернулся, глядя на незнакомого парня. Тот опирался плечом на одну из свай палатки и был одет в черные спортивные штаны и белую футболку. Поверх этого было накинуто удлиненное фиолетовое хаори скорее для красоты, чем для тепла, и, подметил ученый, обуви на парне не было.        — Ой, извините, пожалуйста, если мы вам помешали, — вздрогнула Юдзуриха и вежливо поклонилась.       Вслед за ней поклонились и остальные два парня, а Сенку наконец-то поднял взгляд на чужое лицо. Сплит-окрашивание на волосах, одна прядь которых значительно длиннее остальных, прямой ровный нос, тонкая татуировка в виде усмешки, сама почти ехидная усмешка на тонких губах и хитро прищуренные сизые глаза. Ишигами вздрогнул, когда они столкнулись взглядами, и парень стал выглядеть еще более насмешливым.        — Не переживайте, — ответил тот, хотя Сенку и пропустил это мимо ушей, рассматривая в этот момент незнакомца. — Судя по вашей активности, вы еще школьники, да?        — Ошибаешься. Мы закончили ее в этом году, — Сенку складывает руки на груди и пристально смотрит на незнакомца.        — Вот оно что, — парень кивает, принимая своеобразную игру и тоже не сводя с Ишигами взгляда.       По крайней мере до тех пор, пока в соседней палатке не начинается какое-то движение. Когда из нее выходит еще один парень, Сенку с удивлением отмечает, что тот даже выше и шире Тайджу.        — Асагири, чтоб тебя черти драли, что ты уже натворил? — глухим со сна голосом спрашивает еще один незнакомец, осматривая четыре незнакомых лица. — Что этот идиот натворил? — он останавливается взглядом на Ишигами.        — Эй, ничего я не делал! — возмущается Асагири, но его полностью игнорируют.        — Мы только приехали, поэтому, полагаю, это мы должны извиниться, что помешали вам, — кивает Сенку. Бьякуя бы гордился его вежливым тоном. — Меня зовут Сенку, а это Хром, Тайджу и Юдзуриха.        — Цукаса Шишио, — кивает мужчина, и Сенку на секунду задумывается, что он смог бы одолеть и льва голыми руками. — А это недоразумение на ножках — Ген Асагири.       Ген снова начинает возмущаться, но Сенку только приветственно кивает и скрывается в своей палатке. Он еще не успел нормально разобрать вещи, поэтому оставшееся знакомство оставляет на друзей. И с тихим фырканьем слышит, как Хром просит прощения за его характер. Видимо, ему так сильно не терпится испытать на себе новый прибор в лаборатории. Что ж, Сенку с радостью воспользуется его столь благородно предложенной помощью.

***

      Сенку не выходит из палатки весь день, читая один из научных трудов, которые ему прислал научный руководитель. И он бы предпочел провести так всю неделю, но вечером даже без спросу к нему заходит Ген. Осмотревшись вокруг, Асагири фыркает что-то вроде «могло быть и уютнее» и падает на одеяло рядом, с интересом глядя на нового знакомого. Ишигами его радости совершенно не разделяет, скептически глядя на вторжение в его личное пространство.        — Итак, Сенку-чан, и когда же ты освободишься? Между прочим, уже и остальные приехали. Пора бы выйти и познакомиться, — Ген садится в позу лотоса и склоняет голову к плечу, наивно хлопая глазами.       И явно ехидно усмехаясь. Сенку готов дать руку на отсечение, что парень перед ним просто умело играет разные роли. И, признаться честно, его это начинает интриговать. Ишигами любит загадки. Поэтому парня с пока неизвестным количеством масок очень хочется вывести на эмоции, чтобы посмотреть, каким он может быть. И понять, какой он, когда настоящий.        — Не горю желанием, — только и фыркает Ишигами, глазами вновь возвращаясь к тексту на телефоне. — Уверен, что вы и без меня прекрасно проведете время.        — Да, Хром предупреждал, что ты можешь сказать что-то подобное, — Ген кивает с видом знатока, а затем подскакивает на ноги. — Но как твой старший наставник я просто не могу оставить тебя в одиночестве, — Асагири хватает парня за руку и тянет к себе, заставляя подняться. — Хотя бы потому, что тебе нужно поесть. А Франсуа уже приготовила отличный ужин.        — Ты слишком активный, недоразумение на ножках, — фыркает Сенку, используя то прозвище, которое услышал от Цукасы. — Разве ты не носился все это время по поляне, помогая остальным?        — Сенку-чан, ты интересовался тем, что я делаю? — усмехается Ген, на что получает только недовольное закатывание глаз. — Как мило, — усмехается он каким-то своим мыслям.       Сенку в последний момент успевает кинуть телефон на одеяло, прежде чем Ген вытащит его на улицу. Солнце уже почти полностью зашло и сейчас только последние лучи освещают верхушки деревьев. Их главный источник света — небольшие фонарики над входом в каждую палатку и костер чуть поодаль. Сенку замечает, что за ним — еще одна палатка, которой там раньше не было.        — Сенку! — радостно вскрикивает Тайджу, когда замечает их двоих. — Ты все же пришел!        — Ага, — вздыхает Ишигами и все же вырывает собственное запястье из чужой хватки. — Не то, чтобы меня кто-то спрашивал, хочу ли я этого, — он раздраженно смотрит на Асагири, но тот уже уселся на бревне рядом с двумя незнакомыми девушками и посадил ребенка себе на колени.        — Так, значит, это о тебе твои друзья говорили, — усмехается одна из девушек. Она одета в короткое синее платье, что, вообще-то, должно быть неудобно на природе, а светлые волосы затянуты в высокий хвост.        — Кохаку, это не вежливо, — упрекает ее вторая девушка, а затем с улыбкой смотрит на Сенку, который садится рядом с Юдзурихой. — Здравствуй, Сенку, верно? Меня зовут Рури, а мою сестру — Кохаку. Это — Суйка, — она указывает на девочку, которая очень удобно чувствует себя на коленях Асагири. — А это — Рюсуй, Юкио и Франсуа.        — Привет, — фыркает Сенку, чувствуя себя не очень удобно под всеми заинтересованными взглядами от людей, которых он видит впервые в жизни.        — Слушайте, — привлекает всеобщее внимание Юкио, понимая, что недавнему школьнику неуютно, — а как вы четверо попали сюда? Обычно места на эту область не продаются.        — На самом деле, благодаря Сенку, — отвечает Хром. — Он защитил один проект, а места сюда — один из нескольких полученных призов. Он отдал их нам со словами, чтобы нашли еще кого-то вместо него, но мы решили, что, раз он победил, то и поехать тоже должен он.        — Скажите, — вежливо начинает Юдзуриха, когда они некоторое время молчат, — вы все кажетесь мне очень знакомыми. Мы с вами нигде не встречались?        — Сомневаюсь, что встречались, но вы могли нас видеть! Я был бы очень удивлен, если бы не видели! — пафосно начинает Рюсуй, для большего эффекта даже вскочив с бревна. — Мы потому и сказали, что места сюда очень трудно достать. Каждый тут так или иначе широко известен.        — Сенку, ты их знаешь? — Тайджу по привычке обращается к самому умному человеку в их компании.        — Догадываюсь, — пару секунд посверлив Асагири взглядом, более раздраженно фыркнул Ишигами. — Вы постоянно зачитывались этими отвратительно недоказательными книжонками под его вот авторством, — он подбородком указывает на Асагири.        — Сенку-чан, ты ранишь меня в самое сердце! — воскликнул Ген, хватаясь за хаори в области груди и драматично падая на плечо Кохаку под смех Суйки. — Между прочим, мои книги очень познавательны!        — Психология не наука, — флегматично отвечает Ишигами.        — Что ты… Да ты… — на такое знаменитый писатель и иллюзионист даже не может подобрать слов ответа.        — Какая неожиданность, наш дорогой менталист не знает, что сказать? — Рюсуй насмешливо хихикает, а затем хватается за бок, куда прилетел локоть Юкио.       Сенку наблюдает за разговорившимися друзьями и новыми знакомыми с легкой улыбкой. Когда все внимание не сосредоточено на нем одном, он чувствует себя более спокойно. А все потому, что этих людей он не знал. Как не знал и их интересы. На научных конференциях с этим было легче — он четко знал, что и кого интересует. Но сейчас он знает только то, что Ген — иллюзионист с собственным шоу и серией книг, Цукаса — боксер с серией побед, Рюсуй — один из наследников корпорации Нанами, Франсуа — его личный помощник, без которого он не путешествует, Юкио — лучший наставник по кюдо во всей Японии, Кохаку — фигуристка с золотыми медалями, а Рури — знаменитая в определенных кругах художница. Неожиданным становится только то, что Суйка, которая приехала вместе с Кохаку, — приемная дочь Гена, но Ишигами не спрашивает ничего об этом, не желая ненароком разворошить неприятные воспоминания.       А часа через три они все наконец-то расходятся по палаткам и, когда Сенку ложится спать, он с удивлением чувствует, что эта атмосфера ни капли его не опустошила, как бывало, когда он общался с некоторыми своими одноклассниками, которых почти ничего нормального не интересовало. Кинув эсэмэску наставнику, что он не пропал, а просто уехал в поход не совсем по своему желанию, Ишигами засыпает, так и не прочитав ответ. И снятся ему почему-то паслены под сизыми тучами.

***

      Несколько дней ничего из ряда вон не происходит — они все общаются, купаются в озере неподалеку, и Сенку наконец-то соединяет в голове нужные ниточки, не понимая, почему не сделал этого раньше — весь их лагерь такой ухоженный как раз потому, что это — место отдыха знаменитостей. Если так подумать, то становится даже удивительным, как простые без пяти минут студенты первого курса смогли попасть в такой круг. Впрочем, немного поразмышляв, Ишигами вспомнил, что о поездке сюда ему сказал его наставник. И теперь вопрос полностью отпал — для Ксено Хьюстона Уингфилда ничего не было невозможным.       *Сенку Ишигами: ты знал, что этот палаточный лагерь для определенной «элиты»? *       *Ксено Уингфилд: конечно знал, мальчишка. Почему, думаешь, я вас отправил именно туда? Разве мог я выбрать менее элегантное место? *       Ответ от наставника приходит почти сразу. Сенку даже на секунду задумывается, что тот словно ждал его сообщения.       *Сенку Ишигами: что тебе нужно? Я уверен, что это не просто так*       *Ксено Уингфилд: присмотри за Асагири*       Признаться, такого ответа Ишигами совершенно не ожидал. Он мог составить список из ста пунктов с подпунктами на настоящие планы Ксено, но ни в одном Ген даже мельком не фигурировал. Поэтому на секунду это выбивает из колеи, и Сенку не может не посмотреть на менталиста. Тот весело смеется в компании Цукасы и Хрома, пока Суйку забрали на прогулку девушки.       *Сенку Ишигами: не объяснишь? *       *Ксено Уингфилд: ты уже должен был заметить его характер. Боюсь, как бы он не сожрал какой-то дряни в лесу. Он может. Проверяли.*       *Сенку Ишигами: откуда вы знакомы, что ты так за него переживаешь? *       *Ксено Уингфилд: передай ему от меня «привет» и спроси сам*       Сенку отправляет ему еще несколько сообщений, но те так и остаются без ответа. Вздохнув, Ишигами закидывает телефон в палатку и идет прогуляться. Солнце медленно опускается за деревья, поэтому, потеряв счёт времени в собственных мыслях, Сенку вздрагивает, когда кто-то хватает его за руку.        — Сенку! — Асагири недоволен и, кажется, запыхался. — Вот ведь глупый ребенок, — он качает головой, а затем достает телефон. — Цукаса, я нашел его. Все нормально.       Только сейчас Ишигами замечает, что парень перед ним волнуется. А затем осматривается вокруг, и понимает, что он еще недавно шел не пойми куда под звездным небом. Без света и костра в лесу оказывается до неприятного темно, так что даже удивительно, как он еще не запнулся ни об один корень или камень.        — Твои друзья там чуть не поседели, когда мы не нашли тебя и даже не докричались до тебя, — Асагири качает головой, а затем накидывает на чужие плечи собственное хаори. Только сейчас Сенку понимает, что в лесу еще и на удивление холодно, несмотря на середину лета. — Ты бы хоть предупреждал, когда пропадаешь так внезапно.        — Извини, — искренне просит Ишигами. — Я задумался. Не думал, что вы потеряете меня так быстро.        — Быстро? — Ген недовольно складывает руки на груди. — Мальчишка, тебя не было больше трех часов.        — Не называй меня так, — уже недовольно фыркнул Сенку. — Ты не слишком-то старше. Всего на два года.        — Но даже я знаю, что нельзя пропадать так неожиданно, — Асагири берет его за руку и тащит в сторону лагеря. — Меня бы родители связали и пустили на опыты, если бы я так сделал.        — Сомневаюсь, что Стэнли бы позволил это Ксено, — хмыкает Сенку, хотя он совершенно не уверен, что прав в этом своем предположении.       Но Асагири вздрагивает и останавливается, а затем ошеломленно смотрит на него, и Сенку понимает, что, да, он оказался прав. Это неожиданно. Он не думал, что Уингфилд вообще способен вытерпеть в своем постоянном окружении кого-то кроме Стэнли.        — Вот идиот, — Ген вдруг хлопнул себя по лбу и рассмеялся. — Я мог бы и догадаться, когда Хром рассказал, какой именно проект ты защитил. Надо было сопоставить слова отца о его ученике и твою личность раньше, — он улыбается, но вовсе не выглядит раздраженным.        — Как ты терпишь этих двоих на постоянной основе? — усмехается Сенку, уже самостоятельно направляясь к их лагерю.        — Они хорошие. Со своими тараканами в голове, но кто нет? — Ген посмеивается и идет следом.       Они возвращаются в лагерь только минут через двадцать, а Сенку вдруг понимает, что на самом деле был более плохого мнения о Гене — тот, оказалось, мог поддержать любую тему для разговора. При этом делал ее менее напряженной и более веселой, какой бы ни была тема. Ишигами даже почувствовал, что говорить с этим парнем было довольно легко.       Поэтому он не ожидал, что по возвращении в лагерь окажется стиснут в медвежьих объятиях сначала Тайджу, а затем и остальных его друзей. Те люди, с которыми он познакомился уже в лагере, ограничились похлопыванием по плечу, легким ударом в плечо (Кохаку) и попыткой растрепать и без того растрепанные волосы (Рюсуй).       Когда Сенку направился к себе в палатку, он не мог не почувствовать чужого взгляда. Обернувшись, он наткнулся на задумчивого Цукасу, не сводящего с него взгляд.        — Что-то не так? — Ишигами выгнул бровь.        — Ген никогда и никому не давал свое хаори, — медленно сказал Шишио, зная, что их не услышат. — Никогда, — добавил он с усмешкой и скрылся в своей палатке.       Сенку проводил его недоуменным взглядом, но затем пожал плечами и вошел к себе. Он не совсем понял, какой подтекст вкладывал Цукаса в слова. Но фиолетовая ткань оказалась на удивление приятной к коже. И приятно пахла. Цветами, сосной и чем-то еще почти неуловимым, но при этом отчетливым. Ишигами не стал над этим задумываться, но на стул чужую вещь сложил аккуратнее, чем свои собственные, планируя завтра вернуть кофту хозяину. Стоит ли говорить, что хаори он так и не вернул, а затем вообще забыл про него, когда Ген появился в идентичном..?

***

      Не выдержав собственных мыслей, Цукаса буквально через полчаса заглянул в палатку к другу, зная, что не разбудит Суйку, ведь та ночевать оставалась вместе с Кохаку. Ген не спал, но при этом закутался в одеяло с головой. Шишио хотел было позвать его, но замер, не издав и звука.        — Сенку… — тихо простонал Асагири, и одеяло еще больше заглушило звуки.       Пару раз моргнув, Цукаса мысленно взвыл и крайне тихо вернулся к себе. А потом фыркнул и пошел к Рюсую. На трезвую голову переварить такую ситуацию он просто не мог. Нанами неизвестно откуда достал закрытую бутылку коньяка, а затем, будучи почти трезвым, вливал все больше алкоголя в старого друга, со смехом выслушивая все его россказни. И, конечно же, уверяя, что все будет хорошо, и Цукасе не стоит так переживать за Гена. В конце концов, Асагири — взрослый мальчик, который лучше знает, на кого ему хочется спускать. После этой фразы громкий смех Нанами не смогла окончательно загасить даже подушка, в которую он уткнулся лицом.       Поэтому, когда на следующий день Ген спросил у него, не видел ли он Цукасу, Нанами снова громко рассмеялся. А затем заметил вышедшего из палатки Сенку и заржал еще сильнее, даже не зная, как ему теперь успокоиться.        — Твои друзья всегда такие? — спросил Сенку вечером, махнув рукой на выползшего из палатки Рюсуя Цукасу.        — Большую часть времени, — улыбнулся Ген, мельком глянув на друзей и снова вернув взгляд дочери. Та плела вместе с Рури венок из полевых цветов, и Ген не мог не чувствовать, как в груди у него от этого расцветает одна нежность по отношению к обеим девушкам.        — Слушай, я все хотел спросить… — на удивление неуверенно начал Ишигами. — Суйка… Что случилось с ее родителями?        — Ох, это… — Асагири задержал воздух в легких, но все же поджал губы и согласно покивал. — Они погибли, когда мы были младше. Вообще, Суйка не моя дочь. Ну, ты, наверное, и так догадался из-за нашего возраста. Она — моя младшая сестра. Но она была слишком маленькой, чтобы понимать все произошедшее, а благодаря связям Рюсуя ее оформили как мою дочь. Чисто для того, чтобы она не осталась одна в детском доме после моего совершеннолетия. Даже как старший брат я не смог бы ее забрать. Мы планируем в скором времени оформить опеку на моих родителей. Правда, еще не знаем, сколько это займет времени.       Сенку кивнул, принимая такой ответ, и тоже посмотрел в сторону девочки. Сейчас она весело смеялась, когда пыталась надеть венок на подошедшую Кохаку, и парень даже представить себе не мог, как бы она вела себя, если бы ей пришлось посетить детский дом.        — Не грусти, Сенку-чан, — улыбнулся Ген и ткнул собеседника в щеку. — В детских домах не так плохо, как ты мог подумать. Проблема в причине попадания туда.        — Я знаю, — прежде, чем Асагири успел продолжить, Сенку перебил его. — Бьякуя… Мой отец, забрал меня из такого, когда мне было десять. Я прекрасно помню, как на самом деле идут дела в детских домах.       Асагири поджал губы, чувствуя в груди всплеск грусти и нежности после такого откровения. И даже понимая, что это всего лишь «ответ» на его рассказ, ему хотелось обнять Ишигами. И все же он не мог себе такого позволить, а потому только крепче обхватил себя руками.       Чуть поодаль от них грустно улыбнулся Юкио. Уж кто, кроме него, мог понять, что испытывал Ген на самом деле. Не в плане судьбы, а в плане чувств. Иногда люди были такими слепыми, раз не замечали совсем неприкрытых эмоций во взгляде. Сайонджи грустно вздохнул и кинул быстрый взгляд на Рюсуя. Тот что-то активно рассказывал Франсуа и совершенно не замечал ничего вокруг.       Зато сама Франсуа только мысленно фыркнула. Уж кому говорить о слепоте других, так это именно ей. Ведь она прекрасно все видела. Тайджу с Юдзурихой, которые даже не скрывали свое отношение друг к другу, но так и не могли признаться. Цукаса и Кохаку, которые бегали вокруг друг друга последний год. Хром с Рури, которые обменивались смущенными улыбками. Рюсуй с Юкио, которые уже не знали, как намекнуть друг другу на свои чувства, но при этом совершенно не видели намеков с другой стороны. И Ген с Сенку, которые подпустили друг друга ближе, чем кого-либо, но пока даже не пытались задуматься о причине этого… Франсуа удрученно вздохнула и только покачала головой на взгляд Нанами, надеясь, что однажды они все наконец-то наберутся смелости признать все прямо…

***

      Неделя отдыха подходила к концу, и перед самим отъездом Сенку вдруг понял, что теперь в его телефоне на семь номеров больше. Это странно грело сердце, хотя парень никогда бы в таком не признался вслух.        — Знаете, мы просто обязаны с вами встретиться как-то еще раз. И не так, чтобы аж следующим летом, — сказал Рюсуй, когда наконец-то загрузил все свои вещи, большую часть из которых он даже не доставал, в багажник.        — Это было бы круто, — поддержал его Хром.        — Поговори с ним, — тихо сказал Цукаса Гену на ухо, заметив, что друг наблюдает за Сенку, который тоже пытался уместить вещи в багажник отцовской машины.        — Не думаю, что мы готовы к этому разговору, — Асагири покачал головой, но не отвернулся даже когда встретился с Ишигами взглядом. Только улыбнулся и поймал в ответ такую же слабую и понимающую улыбку.       Рюсуй продолжал громко говорить, чтобы им не приходилось собираться в тишине, и все за это были ему благодарны. Прощания всегда были сложными, особенно, если ты не знал, когда в следующий раз увидишь этих людей. Поэтому, когда машины и несколько мотоциклов тронулись в путь, все чувствовали себя опустошенными. Несмотря на всего семь дней, проведенные рядом, они и правда успели все подружиться…

***

      Ген грустил. Не хотел этого показывать, но от отцов никогда не мог ничего спрятать.        — Вот, еще один. Мало мне было сына лучшего друга, так теперь еще и собственный покрывается серым цветом, — фыркнул Ксено.       Конечно, он переживал. Ему совершенно не нравилось, что спустя месяц после возвращения его сын был таким грустным. Уингфилд посмотрел на Стэнли, но тот не отводил взгляд от Гена, словно пытаясь заглянуть в его мысли. И, судя по хмурому виду, Снайдеру явно не нравилось то, что он «видел и слышал».        — Да ладно тебе, Ген, ну подумаешь? Цукаса твой скоро вернется с соревнований, да и Рюсуй обещал не задерживаться в Испании. Чего хандрить-то?       Ген посмотрел на него, улыбнулся, показывая, что любит отца, но все же уткнулся лицом в сложенные на груди руки и простонал.        — Так, встал быстро! — вдруг рявкнул Снайдер, и Ген, не ожидавший такого, вскочил. — Отставить грусть! Натянул на лицо улыбку, выпил воды и взбодрился! И чтоб не расстраивал нашего скорого гостя.        — Стэн! — попытался возмутиться Ксено, но Ген и правда улыбнулся и хихикнул.        — К нам кто-то приедет? — Асагири посмотрел на отца.        — Ага, вы знакомы, — Уингфилд взмахнул рукой и начал делать еще один стакан кофе. — Он должен появиться с минуты на минуту.       И, словно повинуясь его словам, раздался дверной звонок. Затушив сигарету в пепельнице и отложив ее, чтобы докурить потом, Стэнли отправился открывать. Ген перевел взгляд на проход на кухню, пока не понимая, с кем был таким дружелюбным его отец, а затем подскочил, распахивая глаза, когда в комнату прошел Сенку. Боже, и как он не понял сразу? Ишигами ведь буквально был учеником Уингфилда.        — Сенку, — улыбнулся Ген, выходя из-за стола и не обращая внимания на то, какими удивленными взглядами обмениваются его отцы.        — Привет, Ген, — улыбнулся Ишигами, ставя чемодан на пол.       Сверля пару мгновений друг друга взглядами, парни синхронно улыбнулись. А затем Асагири в несколько шагов сократил между ними расстояние и прижался губами к чужим. Ксено подавился чужим кофе и закашлялся, пока его муж молча уставился на парней, не зная, что можно сказать. Ген же только прикрыл глаза, когда Сенку ответил на поцелуй и прижал его к себе чуть ближе.        — Видимо, у хандры нашего сына была совершенно другая причина, — сказал Снайдер, подходя к мужу. Для этого ему, правда, пришлось обойти парней и зайти через другой вход, ведь те перегородили проход.        — И какую эмоцию мне юзать? — фыркнул Ксено и сложил руки на груди.        — Молодежный сленг тебе не идет, старик, — фыркнул Сенку, оторвавшись от Гена.        — Это кто тут еще старик, мальчишка! — возмутился Уингфилд и не смог достать до парней только из-за того, что Стэнли перехватил его за талию.       Ген громко рассмеялся, чувствуя себя самым счастливым человеком, и улыбнулся на такой же счастливый взгляд алых глаз.