Тепло после войны

Окна кухни "Норы" запотели от пара. Снаружи моросил дождь, и по стеклу скатывались прозрачные капли, словно кто-то рисовал на них невидимые дорожки. Гермиона стояла у плиты в уютном свитере с вытянутыми рукавами и помешивала какао. Из гостиной доносился смех Джорджа и голоса детей. Это был редкий вечер, когда никто никуда не спешил. Рон вошёл на цыпочках, но скрип половиц всё равно выдал его. — Тебя не учили, что к ведьмам, готовящим какао, опасно подкрадываться со спины — сказала Гермиона, не оборачиваясь. — А если ведьмак пришёл с цветами? — он вытянул из-за спины небольшой букет цветов, неловко примятый, но собранный с душой. Гермиона повернулась и рассмеялась — нежно, тихо, как будто боялась вспугнуть момент. Она взяла букет, вдохнула запах лаванды и шалфея. — Рон, это… мило. — Они не волшебные. Зато точно не взорвутся, — с серьёзностью сказал он и подошёл ближе. — Мне просто захотелось, чтобы ты улыбнулась. Сегодня. Она кивнула. Сегодня был день, когда шесть лет назад закончилась война. День победы, и вместе с тем день, когда всё внутри будто звенело от тишины. Не хотелось разговоров о прошлом, не хотелось вспоминать. Они сели на скамейку у окна, укутавшись одним пледом. У Рона всегда были холодные руки, но Гермиона почти не замечала — он держал её за пальцы с такой бережностью, будто она могла исчезнуть. — Знаешь, — сказал он, — я думал, после войны всё будет как в книгах. Салюты, праздники, ордена. А потом мы все проснёмся и станем счастливыми. Навсегда. — А ты несчастен? — спросила она, глядя на него. — Нет. Я просто понял, что счастье — это не то, что само приходит. Это вот так — сидеть на кухне, пить какао, знать, что ты рядом и никуда не уйдёшь. Она обняла его, прижалась щекой к его плечу. — Я не уйду, Рон. Я, может, и злюсь, и ворчу, и засыпаю с книгой на лице, но я никуда не уйду. Он вздохнул — так, как вздыхают только те, кто очень долго ждал чего-то простого. Как дома. Как руки любимой. — И ты больше не будешь оставлять меня одного на Рождество, уезжая к родителям? — А ты больше не будешь исчезать с Гарри в горах за три дня до годовщины? Он усмехнулся и поцеловал её в висок. — Договорились. На улице всё ещё шёл дождь. Но на кухне "Норы" было тепло — не от огня, не от пледа, а от двух сердец, что, пройдя через всё, выбрали остаться рядом.