Призрачные узы

Эдд очнулся от глубокого, беспробудного сна, который казался одновременно мгновением и целой вечностью. Первое, что он почувствовал, был холодный, стерильный пол под щекой, пахнущий дезинфицирующим средством и чем-то неуловимо медицинским. Он попытался пошевелиться, но тело не слушалось, словно было налито свинцом. Медленно, с усилием, он приоткрыл глаза. Размытые очертания потолочных ламп постепенно прояснились, превратившись в яркие, безжалостные круги света. Больница. Он был в больнице. Но почему? И что произошло?Память была дырявой, словно старое сито. Последнее, что он помнил, было... что-то обыденное. Утро. Завтрак. Может быть, просмотр телевизора с Томом и Мэттом. Ничего, что могло бы привести его сюда, на этот холодный пол, с таким странным ощущением невесомости и отстраненности. Он попытался встать, но его руки прошли сквозь пол, словно он был сделан из воздуха. Паника начала подступать, ледяными щупальцами сжимая сердце. Он посмотрел на свои руки – они были полупрозрачными, мерцающими, как вода в лунном свете. Он был призраком.Шок был оглушительным. Он не мог дышать, хотя, казалось, ему это и не требовалось. Он был мертв. Осознание этого факта обрушилось на него всей своей тяжестью, но странным образом не вызвало той боли или отчаяния, которые он ожидал. Скорее, это было оцепенение, пустота. Он попытался позвать на помощь, но из его горла не вырвалось ни звука. Медсестра прошла прямо сквозь него, не заметив, не почувствовав ничего. Никто его не видел. Ни одна живая душа. Он был невидим, неслышим, неосязаем. Он был один.Приняв свою новую, жуткую реальность, Эдд начал бродить. Стены больницы не были для него преградой, он проходил сквозь них, словно сквозь туман. Он наблюдал за людьми, за их суетой, за их жизнью, которая продолжалась без него. Это было странное, отстраненное чувство – быть частью мира, но не быть в нем. Он был зрителем в собственной жизни, которая теперь принадлежала другим. Мысль о друзьях, о Томе, Мэтте и Торде, пронзила его. Что с ними? Как они? Он должен был их найти. Он должен был увидеть их, даже если они не могли увидеть его. Это стало его новой целью, единственным маяком в этой призрачной пустоте.Эдд покинул больницу, проплывая сквозь стены и двери, словно дым. Улицы Лондона, когда-то такие знакомые, теперь казались чужими. Здания выросли, изменились, появились новые вывески и незнакомые лица. Он чувствовал себя потерянным в этом новом, изменившемся мире. Но цель вела его – дом. Их дом. Он помнил каждую трещинку на тротуаре, каждый куст в палисаднике. Он летел, не чувствуя усталости, движимый лишь желанием увидеть их.Когда он приблизился к знакомой улице, сердце, которого у него больше не было, сжалось. Дом стоял на месте, но выглядел иначе. Свежая краска, ухоженный сад. Кто-то жил здесь. Надежда, что они все еще вместе, жила в нем, но реальность начала медленно, болезненно просачиваться. Он прошел сквозь входную дверь, и первое, что он увидел, была гостиная. Она была другой. Мебель, расположение – все изменилось. Это был не их дом. Это был чей-то другой дом.Разочарование было горьким. Где же они? Куда они могли деться? Он начал бесцельно бродить по городу, его призрачная форма скользила по улицам, мимо спешащих людей, которые не замечали его. Часы превращались в дни, дни в недели. Он наблюдал за жизнью, которая текла мимо, чувствуя себя все более и более отстраненным. Он посещал места, где они когда-то проводили время – их любимый паб, парк, кинотеатр. Все изменилось. Все двигалось вперед, а он остался застрявшим во времени, невидимым свидетелем.

***

Однажды ночью, когда город погрузился в сон, и лишь редкие фонари освещали улицы, Эдд почувствовал странное притяжение. Оно вело его к старому, заброшенному зданию на окраине города. Это был старый склад, который они когда-то использовали для своих приключений. Он прошел сквозь обветшалые стены и оказался внутри. В тусклом свете луны, проникающем сквозь разбитые окна, он увидел фигуру. Высокую, стройную фигуру, стоящую спиной к нему. И он узнал ее. Это был Мэтт. Его рыжие волосы, его характерная поза. Но что он делал здесь, посреди ночи, в таком месте?Эдд подлетел ближе, его призрачная форма не издавала ни звука. Мэтт стоял над чем-то, что лежало на полу. Эдд присмотрелся. Это был человек. Бездыханный. Кровь. Ужас пронзил Эдда, но он не мог отвести взгляд. Мэтт медленно выпрямился, его глаза блеснули в темноте странным, нечеловеческим светом. И тут Мэтт повернулся. Его взгляд скользнул по комнате, и остановился прямо на Эдде. Мэтт видел его. Мэтт, его старый друг, видел его. В его глазах не было страха, лишь удивление и что-то еще, что Эдд не мог понять. Мэтт, его друг, который всегда был таким наивным и немного глуповатым, видел его. И в этот момент Эдд понял, что его смерть произошла десять лет назад. Десять лет. А Мэтт выглядел почти так же, как и тогда. Только его глаза... они были другими. И тогда Мэтт произнес, его голос был низким и хриплым, словно он долго не говорил: «Эдд? Это действительно ты?»Эдд не мог поверить своим ушам. Он был виден. После стольких недель невидимости, кто-то наконец-то его увидел. И это был Мэтт. Он попытался ответить, но слова застряли в горле. Он просто кивнул, его полупрозрачная фигура слегка мерцала в лунном свете. Мэтт подошел ближе, его шаги были бесшумными, почти кошачьими. Он протянул руку, и Эдд инстинктивно отшатнулся, ожидая, что рука пройдет сквозь него. Но Мэтт остановился, его взгляд был полон странной смеси грусти и понимания.«Я знал, что ты вернешься», – прошептал Мэтт, его голос был едва слышен. – «Я чувствовал это. Но я не думал, что это займет так много времени». Он опустил взгляд на бездыханное тело на полу, и в его глазах мелькнула тень сожаления. – «Прости, Эдд. Я... я не хотел, чтобы ты это видел. Но иногда... иногда мне приходится». Он поднял голову, и его глаза, которые раньше были такими знакомыми, теперь светились янтарным светом. – «Я не человек, Эдд. Я... вампир. Я был им всегда. Просто вы никогда не знали. Я хорошо скрывался. Но теперь... теперь ты тоже не совсем человек, верно?» Эдд был ошеломлен. Вампир? Мэтт? Это было слишком много для его призрачного разума. Но это объясняло, почему Мэтт мог его видеть. И почему он выглядел так же, как и десять лет назад. Десять лет. Эта цифра эхом отдавалась в его голове. «Десять лет?» – наконец выдавил Эдд, его голос был слабым, призрачным шепотом. – «Я... я был мертв десять лет?»Мэтт кивнул. «Да, Эдд. Десять лет. Ты... ты умер в больнице. Врачи сказали, что это была внезапная остановка сердца. Никто не мог понять, почему. Мы все были опустошены. Том, Торд, даже я...» Он замолчал, его взгляд стал задумчивым. – «Я... я всегда чувствовал твое присутствие. Как легкий ветерок, как тень в углу глаза. Но я не мог тебя видеть. До сегодняшнего дня. До того, как ты стал... таким же, как я. Ну, почти». Мэтт усмехнулся, и эта усмешка была странной, незнакомой, но в то же время такой знакомой. – «Добро пожаловать в мир мертвых, Эдд. Или, по крайней мере, в его прихожую». Он жестом пригласил Эдда следовать за ним. – «Пойдем. Я покажу тебе город. Ночью. И расскажу, что произошло за эти десять лет. И, возможно, мы выясним, что удерживает тебя здесь, на земле».