I wish I knew how to quit you

Оставалось несколько часов до вылета в Америку. Приближение этого времени напрягало Инхо, он и без этого откладывал эту поездку полгода. Люди бывшего ведущего умели многое, благодаря им он сейчас вертел в своих длинных пальцах фото, с которого на него с яркими и счастливыми улыбками смотрели мужчина с маленькой девочкой лет семи. У мужчины ещё были отросшие волосы, как в тот день, когда он приметил его на первой игре. В улыбающихся глазах Кихуна была видна вся та бескорыстная и чистая любовь к дочери. Фотография была сделана в парке развлечений, и девочка, смеясь, держала сахарную вату. Инхо холодно передёргивало оттого, что её глаза были копией глаз её отца. Сейчас это уже не та маленькая девочка, которая так любила проводить время с отцом. Инхо бы соврал, если бы он сказал, что не переживает перед этой встречей. Каким он стал сентиментальным. Должен ли был он туда ехать? Отдавать ей его вещи, которые Инхо так бережно хранил? Он уже не думал, что какие-то праведные чувства по типу долга могут его захлестнуть, и ему действительно захочется сделать подобное. Отдать должное Кихуну. Костюм игрока с нашивкой 456 – было единственным, что осталось от него. Эти вещи стали для Инхо каким-то магнитом, он не помнил уже, сколько раз он вытаскивал безупречно упакованный костюм. Не первый раз он покупал билет в Америку, он хотел это сделать гораздо раньше, чем спустя полгода. Но он пропускал вылеты, часто останавливался в дверях аэропорта и разворачивался обратно. Дома он разрывал каждую новую коробку, а после нежно и осторожно, как будто толстовка могла рассыпаться прахом, как и Кихун на острове, брал в руки плотную ткань. Очерчивал пальцами, трогал медленно подушечками, проходился по швам и карманам. В попытках вспомнить его образ, в стремлении его не забыть. Его воображение, отравленное бессонницей и частым распитием алкоголя, подкидывало образ мужчины, смотревшего на него сейчас даже с каким-то прощением. Словно он говорил ему «спасибо» за то, что он собирался всё же поехать к его дочери. Инхо вдыхал запах толстовки, он не различал остатков крови на ней, нет. Это был тот запах тепла, который он запомнил от него, когда он представился фальшивым игроком, когда Кихун ему ещё всецело верил. Терпкий, Инхо ни с чем другим не мог его спутать. Бывший ведущий отрицал проявление человеческих искренних эмоций, но почему сейчас в уголках глаз стало так холодно? «Вот бы я знал, как забыть о тебе».