Поле и беззаботность

Поле. Трава приятно щекочет голые пятки, что так устали быть стиснутыми обувью, стрекозы издают характерный для себя звук, летают красивые бабочки, молодая берёзка покачивается на ветерочке, облака плывут по небу. Хорошо. Сейчас он ничем не обременён: ни поста столицы, ни мировой ситуации, ни головной боли, ни семейной ссоры... Братья. Когда-то их троих действительно можно было назвать так, это были самые родные люди на свете. Но не сейчас. Теперь они друг другу никто. Теперь они просто столицы разных стран. Думать об этом в таком прекрасном и спокойном месте не хотелось, поэтому мужчина решил предаться воспоминаниям...

***

— Коля-я-я. Коль! Никола! Вставай! — открыв глаза, Коля увидел перед собой лицо улыбающегося младшего брата. — М? Мишутка, что такое? — Коля приподнялся на руках и посмотрел на брата. Мальчики находились в далëком (лишь по их детскому мнению) месте от города, и явно не чувствовали никакой ответственности. На самом деле, их отправили в колодце воды набрать, но Мишеньке обычный поход показался слишком скучным, и он предложил братцу убежать и по полю погулять, кузнечиков да бабочек половить. Воду ведь и потом набрать можно, а Мите сказать, что у колодца просто людей больно много было, жарко же. Коля, конечно, старался отпираться, но пришлось смириться, Миша-то упёртый. И вот поэтому, вместо того, чтобы уже возвращаться к брату с вёдрами полными воды, они ушли на поле. Красивое такое, люди сюда редко ходят, только если трав набрать. А юные воплощения о нём узнали от старшего, что водил их сюда, когда они к нему как-то приехали, и теперь это их излюбленное место для прогулок. Митю, правда, обычно предупреждают, если хотят здесь погулять... Но это ведь не так важно сейчас? Они же недолго погуляют и вернутся. С водой, конечно. — Коль, в кустах зайчик, видел? А помнишь, Митя говорил, что я иногда на него похож. Это значит, что я тоже ловкий и быстрый? И прыгаю высоко! — Миша присел рядом с братом, оперевшись на руки, что уже успели замараться землёй, и улыбнулся по-детски, немного беззубым ртом, а глаза сверкали волнением. — Зайчик? — Коля посмотрел в сторону куста, откуда выбежал зайчонок, маленький, с пятнышками на спине — И правда похож: тоже маленький, немного трусливый и быстрый, когда от Мити надо убегать, — пепельноволосый мальчик хихикнул. — Эй! А вот и неправда! Ничего я не боюсь! Я богатырь, самый настоящий, самый большой и самый смелый! — Мишутка обиженно надул щëки. — Миш, я не со зла, ты прости, я так, — мальчик потянулся к тканевому невзрачному мешочку, что заботливо был привязан к одежде старшим братом, — Ты ведь все свои орешки съел да? Вот, мои держи. Только зла не держи. На слова блондин не ответил, но орешки из руки брата взял и жадно съел все сразу. Свои он действительно уже поглотил, ещё тогда, когда побег на поле даже не планировался. И вот, после перекуса, "непревзойденный богатырь", уже снова весёлый и активный, бегал по полю, пытался поймать самую большую бабочку, самую яркую стрекозу, ну и жука, который обязательно оказался бы у кого-нибудь в портах, возможно даже у любимого старшего брата Митьки. Николай же в это время смотрел на цветы. Венки он плёл часто, и чтобы там не говорили некоторые о девичьих делах, старший брат его поддерживал, а значит можно плести дальше, Митя важный и сильный, с ним спорить не будут. Вот в руке ромашка, кажется, такой обычный цветочек, непримечательный, а всё же красивый, заслуживающий восхищений. К ромашке присоединяется цветочек с синими лепестками, что кажутся слегка прозрачными, когда смотришь на них на солнце. И одуванчики, жёлто-оранжевые одуванчики. Если так подумать, они напоминают Митю. Митю... Резко Коля вспоминает: их ведь отправили за водой, а они тут развлекаются! Итак редко брата видят, а тут ещё огорчат его своим поступком и проведут с ним меньше времени, чем могли. Он для них так старается... Сначала Коля почуствовал стыд, очень сильный стыд. Он всё таки старше Мишутки, должен был направить его в правильное русло. Но стыд сменил страх. Вспомнился мальчику один житель Киева, у которого пальцев на руке не хватает и шрам на щеке красуется. Соберёт он детей вокруг избушки своей и начинает истории да сказки рассказывать. Ох, как он это умело делает: голоса у всех персонажей разные, движения рассказчика меняются, и самое интересное то, что и истории его тоже всегда разные, нет похожих. Но не важно было это на данный момент, вспомнил Коля историю про двух братьев, что родителей ослушались, ушли гулять, конец рассказа был почти забыт, но в том, что дети не вернулись домой, уверенность почему-то была полная. В той истории Леший ослушавшихся детей унёс. Понял мальчик, что пора ему себя и брата спасать: срочно к городу бежать, воды набрать и перед братом извиниться. И не дай бог Лешего встретить. — Миш. Миш! Мишутка! — Коля стал привлекать внимание. — Что случилось, Коль? — Миша подбежал к брату. — Пора, Миш, домой. Митя ругаться будет, — на голову младшего был надет доделанный венок. — Ну, Коля, давай ещё немножко посидим, ничего с нами не станется. Митя немного поругает, да успокоется. — Хорошо бы, ежели так... Миш, вдруг и в наших лесах Леший живёт, — Коля стал переходить на шёпот. — Леший? — теперь и Миша вспомнил, что они о этом существе слышали, — А мы как те мальчики из истории... Нас же не съедят, правда? — начал паниковать мальчик — Не съедят, пойдём скорее. Воплощения подошли к дереву, у которого оставили вёдра, и уже собирались идти, стараясь не обращать внимание на то, что узкая заросшая тропинка идёт через лес. Как в этом самом направлении начали шататься кустарники, было понятно, что там точно кто-то идёт, кто-то явно ростом выше Коли и Миши. Нет, не даст Коля брата в обиду, пусть его украдут, а брата оставят, он убежит и Митю позовёт, он придумает что-нибудь. Коля брата испуганного за спину заводит, сам на носочках подтягивается, чтобы выше казаться. Неизвестный выходит из-за кустов и... — Коля! Миша! Сорванцы, гулять ушли значит вместо работы! — Митя, на удивление в обычной рабочей одежде, выглядел злым: брови сильно склонились к переносице, рот явно не улыбался встрече, но вот глаза, они выражали лишь беспокойство, что мальчики не заметили, толи от страха, толи от возраста. — Митя! — хором выкрикнули мальчики и бросились обнимать брата, лицо которого теперь выражало удивление. — Вы чего, родные? Случилось что-то? — теперь беспокойство было видно во всех его чертах и действиях: он аккуратно притянул братьев. — Мы думали, что ты леший и хочешь нас украсть, — быстро начал тараторить Миша. — Леший? А, вот оно что... Ох, сорванцы мои. Пойдем, воды наберём, а потом домой, ругать вас буду, — без злости произнёс старший брат. Коля с Мишей пошли сразу, без каких либо споров и несогласий: понимали, правда плохо поступили, когда брата ослушались. Всю дорогу от него не отходили, вёдра сами вызвались нести, а дома даже наровились ужин приготовить, но Митя от этого освободил. И ругать так и не стал. Возможно понял, что ошибки были младшими учтены, а может не успел, так как от печи довольно рано начали доносить сопения двух маленьких зайчат.

***

Мужчина так и лежал на поле, и ничего вокруг не поменялось: всё те же деревья, насекомые, небо... Но по щеке катилось что-то мокрое. Мокрое и солёное.