Минотавр

      Как-то раз царевне Медее, что из Колхиды, поручили воссоздать древнее чудовище с острова Крит. Для этого из народа было собрано несколько женщин, более всего разбирающихся во врачевании и магическом искусстве. Медея, являясь жрицей богини Гекаты, сама заинтересовалась порученным заданием и стала искать способы исполнить его как полагается.       Ужасный Минотавр давно уже был убит, так что никто не мог изучить его или расспросить, как он был создан. Тем не менее оставалась легенда, что монстра породила неестественная любовь царицы Крита Пасифаи и быка. Долго ломала голову Медея, пытаясь понять, как же подобный союз мог существовать. Отчаявшись, волшебница попробовала узнать обо всём на опыте. Она созвала всех собранных ранее женщин и рассказала им свой план.       — О, великие волшебницы Колхиды! Наше искусство требует полного сосредоточения и постоянного совершенствования. Во имя тайн человеческого тела и во имя богини Гекаты, ибо ей это угодно, давайте найдём несколько молодых дев, приманим могучих быков и организуем между ними союз. Эта связь сможет приблизить нас к секрету рождения Минотавра, дать нам ответ на загадку, которой я так давно мучаюсь...       Внимательно выслушали Медею ведьмы. Они кивали головами, но опасной казалась женщинам идея царевны. Не верили волшебницы, что могучий Минотавр может появиться из союза быка с женщиной. Но ради интереса решили попробовать. Долго искали в народе девушек, которые пошли бы на такое опасное предприятие. Ещё сложнее оказалось ведьмам приманить быков, ведь животные тоже не хотели участвовать в подобном. В конце концов Медея, хорошенько поразмыслив, решила построить высокую стену из дерева прямо на пастбище, где были быки. В брёвнах сделаны были отверстия под размеры юных девушек. Их обклеили так, чтобы можно было протиснуться по талию, но не дальше. Так, волшебницы заставили всех девушек влезть в стенку и стоять, нагнувшись, оставляя свою заднюю часть на обозрение быкам. Животных же приманивали едой, после чего оставляли наедине с испытуемыми, неспособными пошевелиться.              Видя, как аппетитны пышные попки юных дев, даже быки не могли пройти мимо. Уже скоро первый опыт стал давать свои плоды — под вечер девушки возвращались хромая из-за жутко уставших ног. Медея была счастлива узнать, что её задумка работала, она ожидала, что потомство от такой связи совсем скоро появится на свет. Царевна думала, что сможет вывести непобедимую армию минотавров. К сожалению, её мечтам не суждено было сбыться. Прошло несколько месяцев, но ни одна дева не забеременела. Всё-таки в природе ничего подобного не происходит, как изначально и полагали все ведьмы. Тем не менее Медея не собиралась отступать. На собрании волшебниц в лесу царевна произнесла такую речь:              — Сёстры… Мы увидели, что наши догадки не имеют успеха. Девушка в союзе с быком не даёт никакого потомства, тем более не даст нам мифическое чудовище. Очевидно, что рождение Минотавра не обошлось без вмешательства богов-олимпийцев… Думаю, всё дело в волшебном быке, который по легендам застал самого Геракла. Этот-то бык, может быть, и является ключом от нашей загадки! Я буду молить богиню Гекату, чтобы та заколдовала для нас быка, вы же натаскайте ему пищи и приготовьте самых крепких девушек ко встрече с ним, ведь те из них, чьё тело слишком нежное, могут не пережить такого союза…              Ведьмы переглядывались между собой. Мысль Медеи казалась им весьма логичной. Лишь посланный богами бык был способен сочетаться с женщиной. Но одна из волшебниц скрипела зубами. Звали её Корке, и она была речной нимфой. На ведьме были тёмные наряды, она носила шкуру леопарда, как вакханка, за спиной своей держала всегда проклятый кинжал. Корке умела варить зелья. Её глаза в ту ночь собрания не сходили с Медеи. Женщина явно была чем-то обеспокоена: она то и дело подслушивала разговоры других, при этом сама сохраняла гордое молчание. Заметив, что послушница взволнована, Медея подошла к нимфе и завела с ней разговор, стараясь выспросить, что же у той на уме.              — Корке, сегодня ты необычайно тиха, словно что-то ужасное мучает твоё сердце… Я вижу, как мнёшь ты руками края одежды, как топчешься на одном месте, словно что-то мешает тебе стоять! Скажи мне, что случилось с тобой. Или, может быть, всё дело в твоей дочери Катриде, уже повзрослевшей и прекрасной?              Женщина ещё немного мялась, но слова царевны заставили её сердце немного успокоиться.       — Да, Медея, всё так… Моя старшая дочь Катрида, совсем недавно распустившаяся, подобно красивому цветку, стала вдруг интересоваться заклинаниями и ритуалами. Она выспрашивает у меня всё, ей интересны чары проклятий и призыв богини Гекаты…       — Но ведь это замечательно, Корке! Твоя дочь пойдёт по стопам матери и станет прелестной волшебницей, как и ты! Не понимаю, чему здесь печалиться. Будь у меня такая дочь, как твоя цветущая Катрида, я бы обучала её волшебству лично, дабы сделать из девушки великую жрицу!       — Конечно, и я была рада этому поначалу… — Корке присела, а её голос сделался тише, — Но сдаётся мне, что совратилась моя юная дочь, подобно Пасифае с Крита. Всё, о чём она спрашивает меня, — это лишь Минотавр и подробности наших экспериментов! Когда я проболталась о том, как мы используем девушек для союзов с быками, Катрида начала упрашивать меня взять её с собой на собрание. Видно, моя дочь и сама не против застрять согнутой в стенке перед огромным быком!              Медея немного помолчала, но быстро нашла слова.       — О, Корке, я понимаю твоё беспокойство за дочь. Её увлечение мимолётно и несерьёзно. Тем не менее нам оно может быть даже полезно… Если ты хочешь испытать дочь, то сделай вот что: не пускай её к нам, но продолжай всё рассказывать. Вдруг прелестная Катрида в своём интересе сможет разгадать загадку рождения Минотавра… Если же через время её любопытство не иссякнет, то пусть приходит и принимает участие вместе с другими. Может быть, её любовь поможет нам на поприще исследования.              Корке всё ещё была неспокойна, но разговор слегка облегчил её раздумья. Медея подняла помощницу, и они вместе отправились в город.              Теперь для волшебниц наступило время действительно тяжелых испытаний. Восемь дней не отвечала Геката на прошения послать ведьмам зачарованного быка. Лишь на девятый день, после богатых жертв на алтаре, ответила богиня своей жрице Медее. Она явилась в храме в виде многорукой статуи, что могла шевелиться и говорить. Геката также послала и знамение своего прихода — громкий собачий лай был слышен по всей округе храма. Медея поклонилась своей богине и, окутавшись жреческими одеждами, спросила вновь про быка.              — Нечасто боги посылают такие дары смертным. Прошлый бык был послан самим Посейдоном в качестве наказания для греков, чтобы растоптать им поля и разрушить жилища. Призыв такого существа обойдётся немало… —произнесла Геката своим холодным голосом, раздающимся сразу из трёх её высоких голов.       — Я готова на что угодно ради волшебного быка! — взмолилась Медея, падая ниц пред богиней, — прошу, о Геката! Пошли же мне, своей жрице, этот чудесный дар, покажи свою божественную силу.              Минутное молчание нашло на статую, но затем вдруг снова разверзлись три её рта.       — Так уж и быть, боги могут даровать быка, но взамен я хочу, чтобы ты, Медея, выполнила для меня услугу… В моём чреве нынче растёт герой, который рождён от смертного. Его судьба — стать великим человеком, сильнейшим среди греков, но мальчик не должен родиться сразу богом. Рок определил ему ходить по земле, не есть амброзии и не жить на Олимпе. Малышу уготована судьба умереть в бою и вознестись, подобно Гераклу. Из-за этого, как его мать, я не могу продолжать пить сладчайший нектар, как делают другие боги. Боюсь я, как бы не стал он от нашей пищи бессмертным. Как моя жрица, ты будешь есть людские яства за меня да так, чтобы малыш мог расти и мужать, до того срока, как будет ему суждено появиться на свет. Если сделаешь это, как моя жрица, то дарую тебе быка, сильного и крепкого, словно тот прошлый.              Недолго думая, Медея согласилась на просьбу богини. В знак обещания произвела Геката знамение — две змеи появились на статуе и сплелись хвостами воедино, символизируя нерушимость клятвы двоих.              После того Медее пришлось долго исполнять своё обещание. Ещё шесть месяцев вынашивала Геката будущего героя у себя в утробе. Всё это время все тяготы и нужды брала на себя царевна. Она устраивала пышные пиры, на которых сама же и ела больше всех, всё свободное время тратила на отдых, почти не практикуясь в колдовстве. Ей приходилось томиться в пределах своего храма, не выходя ни в лес, ни даже в город из-за обязанностей пред богиней. От такого образа жизни Медея стала быстро полнеть. Её ещё очень молодое тело сначала налилось соком, а затем стало быстро тучнеть, словно откармливаемое животное. Вообще за это время царевна стала сильно похожа на домашний скот: целыми днями лежала, много спала, обильно питалась тем, что ей приносили. Медея не только сильно раздулась от веса, но и немного поглупела. Всё-таки слишком уж долго она ничем не занималась. Когда наконец сын от Гекаты был рождён, и обязательства спали с царевны, она всё равно так и продолжила объедаться от рассвета до заката и просыпала большую часть дня в постели.              Боги, в свою очередь, обещание тоже сдержали, так что волшебный бык был принесён на землю с Олимпа. В одно утро животное просто появилось около храма, внушая ужас всем мимопроходящим одним своим присутствием. Даже для быка его размеры были чудовищны: огромные копыта, в след от которых мог уместиться человек, большие чёрные ноги, гигантское туловище, хвост, толстый, словно змей, широченные рога и невероятные яростные глаза. Монстр не нападал на территории храма и вёл себя прилежно. Тем не менее никто не мог гарантировать, что бык не взбесится в ближайшее время, как только его выведут чуть дальше за город.              Медея вышла к быку в своих самых роскошных одеждах. Животное, до этого не обращавшее ни на кого внимания, увидев царевну, повернулось к ней и стало облизывать волшебницу своим мощным языком. Видя, как располнела Медея, как разрослось её чрево, как налились её пышные груди, бык спутал женщину с тучной молочной коровой и соблазнился ею. Возможно, сама богиня любви наложила чары на волшебное животное, дабы помочь ведьмам в их предприятии.              Очарованного быка удалось легко вывести за пределы города на пастбище, где и проводились все эксперименты Медеи и её помощниц. Прекрасных юных дев вновь поставили у стены, но сколько бы ни прикармливали быка сеном, он не подходил к ним близко. Выдохнули девушки, они слишком боялись, что огромный бык причинит им боль или даже вовсе убьёт. Ведьмы же созвали собрание и в лесу стали размышлять, как бы им приманить божественного зверя. Пока все шептались друг с другом, Медея ела фрукты, принесённые с собой в вазе. Вдруг встала царевна, с трудом поднимая свой пышный от обжорства живот, и заговорила:              — О, волшебницы, по легенде Пасифая на Крите смогла соблазнить ужасного быка, построив для него статую коровы из дерева! Она влезла внутрь и таким способом заставила животное вступить с ней в союз. Но мы можем прибегнуть к альтернативному методу: пусть девушки, что служат для наших целей, ходят на пиры и отдыхают от работы. Их тела тогда будут становиться тучнее, а груди нальются, словно молочное вымя. Этим мы обманем быка, заставим его думать, что перед ним стадо сытых коров!              Ведьмы сразу же закивали царевне. Её безумные идеи стали для них нормой. Более того, каждая из волшебниц успела заметить, как следует божественный бык за Медеей, не слушая больше никого. Все понимали, что животное видит в ней не жрицу, а молочную коровку.              Среди женщин, что собрались в лесу для обсуждения, присутствовала и Корке. Она стояла смирно и холодным взглядом сверлила всех присутствующих. Рядом же с ней стояла прекрасная, словно цветок, юная дева — то Катрида, дочь Корке. В самом рассвете своей красоты была молодая волшебница. Её глаза по-особенному блестели, а одежды подчёркивали прекрасные формы её молодого тела. Катрида лучезарно улыбалась и кивала всему, что говорила Медея. Она была сильно заинтересована в экспериментах по рождению Минотавра. Корке же лишь пугалась от такого любопытства собственной дочери.              После собрания мать с дочерью подошли к царевне. Корке скрипела зубами, но Катрида весело начала разговор.       — Здравствуйте, великая Медея! Как жрица богини Гекаты, вы всегда будете образцом для любой волшебницы… Прошу, позвольте и мне поучаствовать в создании Минотавра, раз уж я попала с вами на собрание. Между тем у меня самой есть догадка, чего нам не хватает для успеха этого предприятия!       — Здравствуй, Катрида. Твоя красота действительно подобна распустившемуся цветку. Я была бы рада узнать, что на твоём уме по поводу рождения Минотавра. Верю я, что именно ты из всех волшебниц сможешь разгадать эту загадку.              Юная дева усмехнулась. Её глаза блеснули огнём. Медея вдруг будто бы что-то поняла, но лишь смутно.       — Видите ли, о жрица Гекаты, по легенде могучий Минотавр был рождён от союза двух божественных существ: ужасного быка, посланного Посейдоном, и прелестной Пасифаи — дочери бога Гелиоса. Поэтому, дабы воссоздать величие критского монстра, мы должны в точности повторить эти два условия. Страшный бык уже послан нам богами, теперь нужно лишь найти деву, в чьём теле течёт кровь бога Солнца…              Внезапно в разговор вмешалась Корке, до этого стоявшая недовольно в стороне.       — Ну нет, Катрида, я вижу, к чему ты клонишь! Ведь ты сама дочь Гелиоса и хочешь, чтобы с тобой в союзе был ужасный бык, посланный богиней Гекатой… Легенда о Пасифае совершенно тебя развратила! Ты даже не думаешь о том, что страшное животное может убить тебя в своём мощном порыве! Опомнись, дочь моя, не следует тебе идти на это!       — Подожди, Корке… — остановила Медея задумчиво свою помощницу, — Если твоя прелестная дочь считает, что именно в этом дело, то следует к ней прислушаться. Мы не можем игнорировать столь ценную зацепку в нашем трудном деле. О Катрида, прошу тебя исполнить, что хочешь и пойти на встречу с быком! Только сначала нужно приготовить твоё тело так, чтобы зверь принял тебя за тучную корову.              Как ни пыталась Корке убеждать Медею с Катридой, всё было напрасно. Царевна и юная дочь уже решились на невероятный шаг ради общего дела. Медея не могла больше ждать, так что стала прибегать к магии, чтобы быстрее изменилось тело Катриды. На ночь она запирала прекрасную деву в своём храме, где под землёй проводила жуткие ритуалы. На утро Катрида выходила в город каждый раз чуть полнее, чем заходила. Медея же наоборот постепенно худела.              Ритуал их проходил так: в тёмном подвале царевна заставляла Катриду выпить зелье из змеиного яда. Затем она брала гибкую кожаную трубку, похожую на длинный рукав от одежды и читала заклинание. Катрида обязана была взять один конец трубки себе в рот и проглотить немного, чтобы её алые губки могли удержать рукав. Медея же второй конец мазала маслами и проносила под одежду, вставляя в свой углубившийся пупок. Затем царевна лежала, расслабившись, а Катриде было приказано всасывать изо всех сил, не останавливаясь. Поначалу юная ведьма втягивала только воздух, но потом по трубке начинала течь вязкая, словно мёд, жидкость. Она была сладкой и невероятно жирной. С каждым днём после такого питания Катрида толстела всё больше. Её одежды делали заметными все изменения в теле девушки: бурный рост её круглого животика, расширение прелестной попки, округление бёдер…              Когда сама Медея избавилась от всего своего лишнего веса, хорошенько раскормив при этом Катриду, нужно было подготовить для быка ещё кое-что. Дабы полностью походить на молочную корову, девушка должна была отрастить грудь, полную сока. Для этого Медея лично стала заниматься с Катридой гимнастикой. По вечерам они собирались в храме, и царевна обхватывала грудь юной ученицы руками. Они долгое время проводили в ласках. Медея трогала бюст Катриды, мяла её нежную кожу, оттягивала соски, чтобы вызвать рост. В конце концов царевна стала сосать грудь девушки, будто младенец. Это и принесло свои плоды: Катрида стала наливаться соком. Её бюст вырос, будто бы девушка была беременна. Теперь грудь можно было действительно принять за коровье вымя. Радуясь своим успехам, Медея тотчас повела свою ученицу на пастбище, где давно уже дожидался их могучий бык.              Неделю не отходило животное от Катриды, как бы та ни кричала. Уже не могла стоять бедная девушка от боли в ногах. Бык своим напором пробил стену, и пришлось Катриде упереться руками вперёд, чтобы монстр не задавил её. Бедная девушка стонала и кричала, но лишь на восьмой день отпустил её бык. Пришлось Медее быстро уводить свою ученицу с пастбища, ведь ужасный зверь мог снова прильнуть к ней. Не могла больше ходить юная дева. Ей было слишком больно. Пришлось вести её на четвереньках, как настоящую коровку. Так, аккуратно двигалась Катрида вслед за Медеей, её чрево, заполненное под завязку после быка, болталось, подобно вазе с водой, издавая такие же звуки, молочная грудь подпрыгивала по мере движения. Медея оставила бедняжку в свободном хлеву, ведь не могла Катрида подняться по ступеням в город. Там и уснула юная дева, уже зная, что её утроба полнится новой жизнью.              Прошло время. Вновь собрали ведьмы лесной саммит. Вышла вперёд Корке в тёмных одеждах. Лицо её полнилось обидой. В руке держала волшебница посох, а к нему была привязана плетёная верёвка. Другой же её конец обхватывал петлёй шею Катриды, что стояла на четвереньках около матери. На Катриде были маленькие одежды, не прикрывающие её огромных размеров. Тело бедняжки сильно распухло со всех сторон: её грудь стала совсем большой и почти доставала до земли, когда девушка упиралась локтями в пол, задница её стала огромной и с трудом передвигалась, виляя из стороны в сторону, гигантское чрево раздулось и округлилось, как и положено при беременности.              Корке ужасно стыдилась того, в каком состоянии предстала её дочь перед другими ведьмами. Она упрекала Катриду за это. Та, в свою очередь, лишь слегка краснела от ситуации, в которой находилась. Только Медея была абсолютно счастлива. Наконец исполнилось её желание относительно Минотавра. Нужно было лишь проверить, что внутри утробы Катриды растёт теперь именно это могучее чудище, а не что-либо иное.              — Выйди ко мне, о благословенная Катрида! — скомандовала Медея.       — Ну же, выйди к царевне, не стесняй меня ещё больше своим поведением! — злобно вторила ей Корке.              Катрида же неспешно выдвинулась вперёд и застыла пред Медеей.       — Перевернись теперь так, чтобы я могла рассмотреть твоё тучное чрево. Это необходимо, чтобы убедиться, что именно Минотавр растёт в нём, — Медея улыбнулась.       — Ох, моя глупая дочь! Просто делай, что тебе велят, ведь от твоего нынешнего состояния всё равно нет никакой пользы… — укоряла Корке.              Катрида перевернулась и пред всеми ведьмами открылся её безразмерный живот. Женщины не смогли сдержаться и разом ахнули. Никогда они не видели такого большого чрева у смертной. Медея протянула руку к брюху Катриды. То вздымалось и опускалось в такт дыхания девушки. Пупок на животе был похож на красную ягоду, кожа сильно натянулась и блестела, словно покрытая маслом. Стоило пальцам Медеи прикоснуться к пузу Катриды, как то стало двигаться под ними. Кожа его вздымалась, причиняя дискомфорт юной деве. Катрида застонала. Нечто пиналось и толкалось внутри неё. Медея, удовлетворённая результатом, распустила собрание. Она попросила лишь Корке задержаться, чтобы поговорить с той.              — Как ты видишь, Корке, внутри твоей дочери зреет новый Минотавр. Поэтому не обижай её, ибо это чудовище станет сильным воином для Колхиды.       — Но как же я могу не гневаться на Катриду, когда она вступила в неугодный богам союз с животным! Ведь посмотри, Медея, что с ней стало, как раздулось её тело, как превратилась она сама почти в животное!       — Не бойся, Корке. Ведь эти жертвы были не напрасны: мы достигли успеха в волшебном искусстве и врачевании. Более того, союз между твоей дочерью и быком был угоден воле Гекаты.       — Раз ты говоришь так, я готова в это поверить. Но где мне следует держать Катриду, ведь Минотавр скоро может родиться, а в своём доме я не могу позволить ему жить.       — Об этом можешь не волноваться, о Корке! Я уже приказала построить лабиринт для нового могучего чудовища… Совсем скоро монстр с Крита будет вновь рождён. И, возможно, твоя дочь сможет выносить ещё нескольких таких в будущем…              Конец