New song

      Су-бон задумчиво сидел за столом, сверля стену напротив непроницаемым взглядом. Даже для его обычного непредсказуемого состояния это было странно, но он предпочитал закрывать глаза на это. Да и какая к черту разница, как он будет выглядеть для окружающих, если у него, собственно, есть дела и по важнее мнения окружающих?       Его уже давно поглощала одна идея, но он никак не мог сделать шаг к её осуществлению. Поэтому все последнее время думал, думал и думал, как подступиться хотя бы на миллиметр к заветной цели. Хотя, то и целью назвать было трудно. В самом деле, единственное, что ему требовалось, это просто подойти и попросить, ради успеха его затеи. Но в этом и заключалась главная трудность.       Во-первых, просить нужно было Нам-гю. Его черного змееныша под боком и у сердца. Во-вторых, просить нужно было достаточно необычную вещь. А точнее — действие.       А как это сделать, если даже у такого известного рэпера как Танос, читающего иногда текста быстрее собственных мыслей, не получается выговорить простую фразу?       «Не мог бы ты издать пару стонов для антуража новой песни, babe?» — застревало каждый раз в горле, за что он получал непонимающий взгляд темных глаз, потому что так никогда и не договаривал до конца. А выдавал лишь смазанные обрывки вроде — «My boy, could you…», «Нам-с…Гю, ты вообще как думаешь насчет…», «You’re so beautiful today, could you для меня…». И подобные несуразные ответы. А это ведь сам Танос! Легенда! Амбассадор уверенности, и эталон сердцееда всех девушек и парней от мала до велика. А не может без затруднений предложить постонать для клочка трека.       Парень немного зло стукнул кулаками по поверхности стола, и поднялся со стула в сторону двери. Его студия в собственном жилище была безусловно прекрасным местом, но сейчас она его неимоверно выводила из себя. Потому как из-за невыполнения планов уже несколько дней не слышала новой музыки или хотя бы пары строк. И ему бы в данный момент нужно и помогло бы только две вещи. Либо наркотики (об этом тот так же думал на протяжении всех мысленных мук, но всегда считал, что и без этого отлично справиться с поставленной задачей), либо предложение. Второе он не мог осуществить без первого, и выбор был наконец очевиден.       Заходя в кухонное помещение, Чхве с облегчением не заметил в нем черноволосого соседа. Тот не одобрял с некоторого момента их общую небольшую зависимость, но время от времени это не мешало фиолетово-волосому принять одну или две таблеточки. В тайне, конечно, до первой их встречи в одной из комнат квартиры.        За вытяжкой быстро выскользнул прозрачный зип-пакетик, и проворные пальцы быстро начали расстегивать близкое удовольствие. Танос ухмыльнулся, закидывая одну из розовых пилюль в рот. Сразу чувствуя шипяще-кисловатый привкус новой дури на языке, и как медленно туман эйфории застилает голову. Заменяя все проблемы на решения и ответы, а вопросы и сомнения — в совершенно бесполезные слова. Пустые. Как и его быстро становящиеся мысли.        Су-бон быстро запрятал маленькую радость обратно, быстрым шагом выходя из комнатушки на поиск своей другой радости.        Нам-гю находится в своей комнате, перевесив ноги через подлокотник кресла и листающего очередную ленту соц-сетей. Не сразу замечая вошедшего, но когда поднимая глаза, моментально понимая в чем дело. Не успев и нахмурить брови, попытаться отчитать нерадивого рэпера за новый прием, как последний выдает совсем неожиданно.       — Нам-гю, darling, постонешь?       Тот так и застывает со слегка приоткрытым ртом, начиная обрабатывать только что выданную информацию, пока просивший оказывается совсем близко. Почти нависая над головой думающего.       — Зачем это?       — Твой голосок просто заставит my fan влюбиться в мои треки еще больше.        — Это для песни? — только начинает понимать черноволосый, все еще сомневаясь.       — Ну конечно, my boy, для чего же еще?         Нам-гю подозрительно замолкает, но спустя секунду другую выдает.       — Не отстанешь ведь, окей.        Восторг внутри рэпера поднимается бурной волной, но он старается всем своим поехавшим на наркотиках мозгу остановить это. Впрочем, получается плохо и, подхватывая соседа под руку, тот буквально бегом начинает тащить его в свою студию. В сторону темноглазого плохо играет, что певец сильнее его, и почти легко того выдергивает. Да и в целом, сейчас его тело быстрее и будто бы выносливее. Сзади слышатся недовольные визги, а после бурчание от оторванного от дел так внезапно парня, но торчку в данный момент глубоко плевать.       Он согласился!        Поэтому быстро останавливаясь на полпути, чтобы положить руку на рот возмущающегося парня, Танос проговаривает.       — We are very fast, babe.       И уже во второй раз, черноволосый на удивление быстро затыкается, и уже будто бы неловко прячет взгляд. Такое с ним происходит все чаще в последнее время, и если раньше Су-бонг пытался расшифровать данное странное поведение, то уже недавно на этого благополучно наплевал. Под веществами — тем более.       Дверь в помещение с тихим хлопком отворяется, и Чхве одним движением усаживает своего друга на кресло перед микрофоном. Самому подоспевая на стул почти рядом, за ноутбук, что контролировал процесс записи. Все происходило очень быстро, и такому быстротечному как фиолетово-волосому все было по вкусу. Но вот другой вечно норовит притормозить.        — Что делать надо?        Спрашивает Нам-гю, замечая перед собой микрофон и наушники. Он мельком видел, как со всем этим оборудованием работал Танос, но никогда не уделял этому должного внимания. Всегда считал, что это его никогда не коснется. Но вот, коснулось.       — Look, baby, it's all very simple. Берешь наушники, и напяливаешь на свою голову. Расстояние три пальца между тобой и этой сеткой, пару звуков, и ты popular.       Достаточно легко объясняет рэпер, и парень рядом кивает. Застывая, тот будто собирается с силами. В силу последних событий, он давно не делал этого, и, в других случаях, все происходило на автомате. Как можно намеренно издавать столь интимные звуки, еще и под прицелом цепких, почти черных из-за расширившегося зрачка глаз?       Он медлил, пока сосед его продолжал держать в напряжении своим сверлящим в ожидании взглядом. Ему-то не терпелось услышать сладостные звуки, в будущем добавленные в трек. А тот все больше отрывал его от этого момента. Танос-то и так заждался, со своими сомнениями! Уже наркотики скорее пройдут. Или, это у него так искажено время.        Нам-гю сначала откинулся на спинку, потом снова наклонился и снова откинулся. Попыток было три. А тот все не решался. Согласиться на авантюрную идею было легко, а выполнить её, уже не так.       — Может ты выйдешь? — с нажимом и одновременно с надеждой спросил парень.       — Нет, — просто ответил Су-бонг и даже глазом не моргнул, продолжая оставаться в той же позе.       Сосед закатил глаза с еле заметным движением головы назад, и вновь наклонился ближе к сетке микрофона.       В этот раз, уже начало играть его внутреннее упрямство сделать все хорошо (если раньше вместо этого был страх сделать все плохо). И еще немного подумав, Нам-гю попытался издать первый стон. На выдохе, слегка тягучий и на удивление немного сладкий. Если можно было так назвать звук. Он мельком глянул на Таноса, и ему показалось, что тот завис. Но чертята в глазах, и движение рукой продолжать, подсказали что это не так.        Второй получился по его личному мнению уже гораздо лучше. Уже более длинный и интимный, как при долгом сексе, или ласках. Танос рядом как-то резко пересел поудобнее, и парень на него странно глянул. Недоуменно, но вскоре отвлекаясь на новый жест не останавливаться.       Дальше, были короткие, но уже более нацеленные на приятный звук. И он получился. Певец рядом так и не шевельнулся, но черноволосого уже и не волновало. Он вошел во вкус.        Был еще один медленный, но чарующий, льющейся. Заставляющий вздрогнуть даже Чхве, но тот быстро замер вновь, будто ничего не произошло. Продолжил сидеть изваянием.       Следующий был громкий. Резкий, неожиданный, и особенно впечатляющий. Резанувший приятной волной лично Нам-гю, и он уже подумал, подходить после такого к концу, поворачиваясь к записывающему. Но обернувшись, соседа не оказалось. Черноволосый непонимающе нахмурил брови, как его талии коснулись слегка прохладные руки, ощущающиеся даже сквозь одежду. И дрожащий, теплый шепот совсем рядом с ухом.       — А постонешь так лично для меня, darling?        Парень дрогнул, поворачивая голову в сторону говорящего, но находя только горящие грешным огнем черные глаза. Так и зависая на них, он не успел подумать, что они только друзья. Когда Танос приблизился и совсем невесомо поцеловал его в чувствительное место у шеи. И Нам-гю почти растаял, успев только сказать.       — Танос, мы же дру…       Как поцелуй в уста окончательно растопил его сопротивление, и его руки ожидаемо быстро приземлились на заднюю сторону шеи Су-бонга. На языке того еще остался кисловатый привкус наркотика, который теперь чувствовал и другой. Это было еще приятнее, но быстро растопилось в других ощущениях.       Пальцы Чхве, ранее покоившиеся на талии, переместились выше, а затем вновь ниже. Добираясь до бедер и проникая под них, подхватывая не сопротивляющегося «друга» в воздух. Тот только коротко вздохнул, но никак на это толком не отреагировал. Юноша, получив свой зеленый свет, и не решив идти далеко, повалил их совсем рядом на черный диван. Оказавшись сверху, фиолетово-волосый быстро отстранился, получив первое разочарованное мычание, и следующее уже более яркое и уж точно не злое, когда поцеловал шею.        Поцелуи были теперь кусачие, по поверхности шеи и ее основания, пока Нам-гю только шипел и откидывал голову, давая этим только больше пространства.        Рэпер ухмылялся, переходя ниже, и оттягивая воротник и без того растянутой футболки ниже. Ключицы черноволосого были девственно-чистые, и это нужно было срочно исправлять. Парень с новым запалом начал целовать того где только можно. Буквально вырывая все новые звуки. И как аудиофил, он просто не мог больше оторваться.       Но Су-бонг почувствовал, как вдруг пальцы у низа его толстовки требовательно потянули вверх, и позволил такое сделать. Он и не заметил, когда это сосед переместил свои руки с его шеи. Но не сопротивлялся, когда с него снимали верх, оставляя все выше поясницы обнаженным. Впервые, Нам-гю перевел взгляд ниже, и настала его очередь застывать.       В прочем, долго ему пробыть в таком состоянии не позволил Чхве, в ответ начиная приподнимать низы одежды замершего. Получая отдачу и поднятые руки, с которых тот с удовольствием стянул эту тряпку и кинул куда-то за спину. Переходя вновь на губы, и ощущая теплые ладони на своих плечах, почти переходящих на спину. И он соврет, если скажет, что ему это не нравилось.       Его это почти заживо сжигало.       Он опустил свою руку на оголенный бок черноволосого, чувствуя, как тот вздрогнул, и тем самым еще больше приблизился. Случайно касаясь собственной эрекцией чужой сверху, и получая первый стон рэпера. Его член был уже напряжен, и дополнительное прикосновение только еще больше распалило. Будто в отместку, тот опустил руку ниже и сжал через ткань спортивок орган Нам-гю, непроизвольно подкидывая его, и слыша на этот раз не первый, но адресованный лично ему сладкий стон.        — Ты отлично стонешь, sweetie.        В перерыве поцелуя усмехнулся Танос, но его в ответ ущипнули за бок. Эрекции это совершенно не помешало, и они самозабвенно продолжили.       Поцелуями Су-бонг вновь ушел к шее, прокладывая себе путь. Ниже, к основанию. Оставляя пару на плечах. Уходя в бок, и украшая ключицы парочкой засосов. Черноволосый вздыхал, мычал, а иногда и откровенно шипел как змея. Извиваясь, в молитве сделать что-то с возбуждением, а не подпитывать его новыми действиями, такими приятными и дрожащими.       Певец был удивительно понимающим при наркотиках, и пальцы Чхве поддели край чужих штанов, пробираясь под них со всей существующей проворностью. Минуя сразу нижнее белье, и в первый раз касаясь члена друга. Нам-гю судорожно простонал, подкидывая бедра в сторону руки и еще больше откидывая голову назад, чувствуя все слишком ярко для трезвого. Ухмылка озарила лицо Таноса, когда он надавил пальцами на чувствительную головку. Он чувствовал чужое вздрогнувшее тело даже касаясь его только одной конечностью. Всеми остальными опираясь на подушки рядом. Просто знал.       Когда его пальцы провели вверх-вниз, Нам-гю на эмоциях прикусил край его уха, выбивая тихий выдох уже из губ Су-бонга. И будто этого мало, вновь приподнимаясь, и ногой задевая возбуждение парня. Это в равной степени как и остановило, так и придало сил, так что рэпер только быстрее задвигал рукой. Время от времени пережимая член у основания, и слыша разочаровано-недовольные стоны черноволосого. Но больше конечно звуки наслаждения, и захлестывающей эйфории, даже без употребления веществ.        Танос понял, что парень снизу близок к оргазму, когда тот задрожал сильнее, и на выдохе смог выговорить.       — Я… Я, сейча-ас.       И Чхве только ускорился, вторую руку перемещая на талию, и сжимая ту крепче, чем думал, почти до синяков. Равновесие держа на одних ногах над дрожащим Нам-гю. И наклонившись, что бы на ухо прошептать последнее.       — Come on, darling.       Когда с тягучим стоном, черноволосый крайний раз дрогнул в оргазме.        Кажется, это было самое горячее, что Танос видел за этот вечер, и его память никогда не выбьет этот момент. Приоткрытого рта друга под ним в звуке наступившего пика. Сжавшиеся пальцы на его плечах. Растрепанные волосы на черной подушке дивана. И румяное лицо, что, необычно, как бы не старался Нам-гю, все таки стыдливо показывало реакцию на все действия.       Прошло только пару мгновений продолжительного разглядывания, прежде чем парень начал отходить от крыше-сносной эйфории. Его взгляд начал становиться четче, как и то, как серьезно на него мог смотреть певец сверху.       — Что-то не так?       На выдохе спросил юноша, взглянув в ответ.        Танос, будто очнувшись, усмехнулся, слегка прищуривая глаза, совсем по-хитрому.       — Да нет, кажется, у меня созрела новая песня…