Нелюбимый Учитель

После очередного школьного дня, И Краткий возвращается домой где его ждёт ученик Кнайф, который лежал на кровати и смотрел в потолок, иногда моргая. - Уже мёртв?- в шутку спрашивает Краткий - Нет - коротко отвечает Кнайф, всё также смотря в потолок. - А если я скажу, что ты доживаешь свои последние деньки? - Говорит его учитель - ... А?- Кнайф не понял... Что он сказал? "Последние деньки?" - Говорю, что недолго тебе осталось- И Краткий тянется к коробке которая находилась рядом со столом. Кнайф сам себя в мыслях назвал невнимательным, как он её раньше не замечал? Но Кнайфа заставило вздрогнуть следующее- он видит как учитель достает револьвер из этой коробки. - ... Настоящий? - Хе, разумеется...- Кнайф когда услышал эти слова хотел плакать. Да, может и раньше его посещали мысли о смерти, но он не хотел бы умереть именно так. - Ну ты чего? Если будешь себя хорошо вести, я возможно дам тебе пожить ещё парочку недель... Раздевайся Кнайфа накрыла волна страха. То есть даже если быть "Послушным" всё равно его ждёт смерть? У страха глаза велики. Кнайф сел на кровать и резко рванул в сторону ванны, надеясь закрыться там. Краткий бежит вслед за ним однако не успевает, и дверь закрывается прямо перед его носом. Он решает обхитрить мальчишку, и сделал вид что ушёл. Через пару мгновений , Кнайф приоткрыл дверь ванны, его руку хватают и ведут обратно в комнату. - Отпустите! - Кричит пепельный, но Краткому плевать на его крики. Краткий притащил его обратно в комнату закрыв за собой дверь, и снова произнёс - Раздевайся Кнайф не хотел, но всё равно начал раздеваться, чтобы не злить Краткого. Через пару минут он уже был совсем без одежды.

NSFW

__________________________________________ Он не знает какая эта минута насилования. Кнайф изредка издаёт стоны, но их заглушает закрытая ртом рука И Краткого. Поняв, что он не особо хочет издавать звуков начал лизать его ухо и своими длинными пальцами трогать шею - Вот в-видишь,ты уже не так сильно сопротивляешься... Понял наверное что тебе некуда бежать?... В любом случае он бы ответил своим молчанием