Ты работаешь – я отвлекаю

Холодный воздух от кондиционера неприятно тянет по ногам. Тишину в кабинете прерывает размеренный стук пальцев по клавиатуре и периодические вздохи Рацио. Он пишет письмо. Нужно отказать в сотрудничестве. Не оскорбить. Просто поставить точку. Дверь в кабинет открывается без предупреждения, впуская теплый воздух и Авантюрина. -Привет, милый, - улыбается парень, прикрывая за собой дверь. Он пересекает комнату медленными аккуратными шагами, подходит к мужчине и наклоняется, мило заправляя прядь волос за ухо. -Привет, - Рацио быстро отвлекается и целует его губы, после сразу возвращаясь к работе. - Подожди немного, мне нужно закончить. -Хорошо, - слегка разочарованным тоном соглашается Авантюрин, надуваясь и садясь на диван. Он явно рассчитывал на более тёплый приём. Секретарша входит в кабинет почти сразу и подает ему чашку кофе. -Благодарю, - сдержанно улыбается парень. -Мистер Рацио, я вам еще нужна? - обращается к своему начальнику. Мужчина смотрит на время в углу ноутбука. -Рабочее время закончилось. Можешь идти, - разрешает он. Через пару минут хлопает входная дверь, обозначая, что они остались одни. Авантюрин допил кофе, отставил кружку и достал из черной мужской сумки бальзам для губ. Он смотрится в чёрный экран телефона, чуть приоткрывает рот. Нарочито медленно, водит аппликатором по губам. Рацио мельком смотрит на любимого: изумрудные брюки, подчёркивающие узкие бёдра, белая рубашка с кружевной вставкой, которая заканчивается прямо у пупка. Красивый. В общем, как и всегда. Авантюрин ловит его взгляд и игриво улыбается, кусая губы, прекрасно зная, как мужчину заводит этот простой жест. Веритас тут же отводит взгляд и возвращается к работе. На что парень лишь хмыкнул и закатил глаза. Он знал, что в этой игре победа будет за ним. Верхние пуговицы медленно расстегиваются, открывая изящные ключицы. Перекидывает ногу на ногу. Ладонью гладит собственное колено - будто невзначай. Рацио делает вид, что не замечает. Ему нужно закончить. Авантюрин встает с дивана, подходит ближе, облокачивается о стол, усаживаясь на край. Его задница на столешнице смотрится слишком хорошо. Аппетитно. Веритас упрямо смотрит в экран, вот только его выдают руки, замершие над клавиатурой. Не отвлекаться становится все сложнее. Авантюрин гладит его плечо сквозь ткань рубашки, чувствует напряжение в мышцах. После слегка царапает отросшими ноготками челюсть, прося повернуться. -Рин, подожди, пожалуйста, - просит Рацио, скрипя зубами. Ему просто нужно ещё полминуты. Его раздражает, что парню достаточно лишь пальцем его поманить, как он тут же тает. Авантюрин проскальзывает между столом и стулом, грациозно перекидывая ногу через мужчину, забираясь на него. -Упс, кажется, я случайно оказался у тебя на коленях, - игриво замечает парень, наклоняя голову к плечу. -Рин, - шипит Веритас, словно предупреждая. Парень приподнимается к его уху и шепчет: -Не торопись, я подожду, - и резко опускается обратно, садясь пахом на пах. Чувствует, как твёрдость упирается в него сквозь одежду. Рацио втягивает воздух сквозь сжатые зубы, продолжая печатать. Вес чужого тела отвлекает, давит на успевший подняться член. Он соскучился за день: по теплу, по прикосновениям, по бархатной коже под пальцами. Но он выдержит. Если Авантюрин не будет шевелиться. Парень сидит спокойно всего минуту, после кладет ладонь на его грудь, прижимается ближе и целует в шею. -Ты след от помады оставил, - ругается Веритас, слишком громко ударяя по пробелу. -Прости, - выдыхает Авантюрин, высовывая язык и слизывая помаду с чужой кожи. Его провокации становятся слишком активными. Рацио сжимает пальцы на мышке, заставляя пластик скрипеть от давления. Авантюрин делает плавную волну всем телом, особенно сильно толкаясь бедрами. -У тебя на коленях так удобно, - заговорчески начинает он. – Так твердо. Рацио перечитывает письмо. Он почти закончил. Всего одна строка. Всего одна. Возбуждение скручивается в паху, мешая. Он убеждается, что текст выглядит приемлемо, нажимает «Отправить», закрывает почту и выключает ноутбук. Одна его ладонь ложится парню на спину, прижимая его ближе, не давая сбежать, пока вторая захлопывает ноутбук и отодвигает его в сторону. Рука поднимается по позвоночнику и сжимает шею парня, заставляя его запрокинуть голову. -Ты доигрался, - предупреждает мужчина, смотря на него, как хищник на жертву, от чего у Авантюрина внутри всё сжимается от предвкушения. Авантюрин не успевает ответить – сильные руки поднимают его и пересаживают на стол. Рацио встает, отталкивает стул в сторону, рывком стаскивает парня на пол, разворачивает к себе спиной и роняет грудью на столешницу. Крупная ладонь легла на поясницу, прижимая его, фиксируя. Рацио навис, прижимаясь бедрами к ягодицам. Под тканью брюк Авантюрин чувствовал напряжение чужого стояка, сильное, горячее, как будто желание мужчины рвется сквозь одежду. Он не видел Рацио, но ощущал его в каждом касании - широкая грудь легла на спину, дыхание обжигало ухо. Руки с силой обхватили запястья, увели назад. Щелчок пряжки ремня, шуршание одежды – и в следующую секунду его запястья оказались скованы. Авантюрин вздрогнул, запрокинул голову, выдохнул. Это чертовски заводило. Он добился того, чего хотел. Рацио наклонился ближе, прижимаясь губами к шее. Ни слова, только тепло дыхания. Зубы резко сомкнулись на загривке. От неожиданности Авантюрин дёрнулся, сдавленно застонал. Пальцы скользнули по поясу, погладили бёдра, задержались на ягодицах. Рацио плотно сжал их, надавил. Второй рукой накрыл затылок и медленно опустил его голову на столешницу, фиксируя. Он продолжает гладить его задницу, проводит большим пальцем по ложбинке и натыкается на что-то твердое. Рацио подавляет улыбку. -Какой приятный сюрприз, - шепчет он, опуская руки, расстегивая штаны парня и рывком стягивая их вниз. Штаны соскальзывают по бёдрам на пол, и Рацио замирает, увидев, что под ними. Джоки. Чёрная хлопковая ткань спереди и открытые ягодицы. Узкие резинки плотно обхватывают бёдра, подчёркивая изгибы, как рамка обрамляет картину. Он проводит рукой вдоль бедра, сжимает, раздвигает ягодицы - и видит блеск пробки. Основание украшено зелёным камнем, идеально подходящим к изумрудным брюкам, брошенным на пол. Рацио жмурится. Медленно выдыхает. Сдавливает член в брюках. Будто ему нужна передышка, чтобы не сорваться. Пальцы слегка надавили на пробку, толкая ее внутрь. Тело под ним отозвалось судорогой и сдавленным всхлипом. -Тише, - шепчет он, наклоняясь ближе к уху. - Стены не такие толстые. Он обхватывает основание пробки двумя пальцами и медленно, очень медленно вытягивает. Тело Авантюрина подаётся навстречу, сжимается. Пробка выходит с лёгким звуком, тёплая, покрытая смазкой. Рацио кладёт её на стол рядом и вновь касается ягодиц пальцами, раздвигая их, смотря на идеальную, раскрытую, смазанную дырочку. И все это - только для него. Он проводит пальцем вдоль входа, собирая смазку, стекающую по краям. Всё теплое, влажное, податливое. Большой палец давит на вход. Авантюрин выгибается, будто пытается впустить глубже. Рацио медлит - ровно настолько, чтобы вывести его из себя. Ему безумно нравится видеть парня таким нетерпеливым. Он погружает палец медленно - до второй фаланги - и сразу сгибает, надавливая на точку, которая заставляет всё тело под ним вздрогнуть. Глухой стон гаснет в сомкнутых губах. Он делает это ещё раз. И ещё. Медленно, почти мучительно. Наслаждаясь реакцией. Палец скользит внутрь и выходит, снова давит, снова скользит. Авантюрин дрожит, стонет сквозь сжатые зубы, сжимается на пальце, как будто сам тянет его обратно. -Слишком чувствительно? – спрашивает Рацио, зная, что для Авантюрина это пытка, но не останавливаясь. Ответа не требует. Он сам чувствует, как бьётся пульс в теле под ним, как дыхание сбивается, как бедра толкаются навстречу. Он вынимает палец, не доводя до предела, и поглаживает пульсирующую дырочку подушечкой пальца. -Терпи, - тихо шепчет он. – Ты сам меня до этого довел. Он проводит ладонью по ягодице, гладит, нежно сжимает - и вдруг резко шлёпает. Звук звонкий, кожа мгновенно краснеет. Авантюрин вздрагивает всем телом, тихо выдыхает сквозь зубы. Ведёт бедрами из стороны в сторону, провоцируя. Рацио шлёпает ещё раз - по второй. Авантюрина ведет. От возбуждения кружится голова. Ткань белья насквозь промокла. Веритас отступает на шаг, расстёгивает ремень, ширинку, стягивает брюки, белье. Член стоит так, будто вся кровь сосредоточилась в паху. Он горячий, тяжелый, напряжённый до предела. Рацио ведет головкой по раскрытому входу, собирая смазку. -Готов? – спрашивает он, уже зная ответ. -Да-да, - шепчет Авантюрин, вжимаясь бедрами назад, пытаясь насадиться. Рацио фиксирует его руками, входит медленно. Очень медленно. Стенки сжимаются, принимают его, обволакивают. Авантюрин трясётся под ним. Прогибается. -Боже, - тихо выдыхает он. – Как же ты просился на мой член. Он медлит. Скользит почти до конца и обратно, проверяя, как тело под ним среагирует. И каждый раз Авантюрин сжимается, выгибается, рвётся навстречу. Но Рацио держит темп, как будто издевается. Авантюрин не мог больше терпеть. Каждый медленный толчок казался вечностью, каждый новый вдох - пыткой. Он дрожал, не от холода - от переполненности. Эмоциями. Чувствами. Рацио входил глубоко, но недостаточно быстро. Недостаточно яростно. Недостаточно сильно. Парень выгибается, пытаясь подстроиться под ритм, сам толкается бёдрами назад, но этого недостаточно. -Веритас… - срывается с губ жалобно. - Пожалуйста... сдвинь ткань. Я не... не могу… Рацио проводит пальцами по подрагивающему животу, скользит вниз, нащупывает мешочек джоков, который натянут до предела. Член покраснел, пульсирует, истекает смазкой. Он аккуратно отводит ткань вбок. Головка освобождается, и Авантюрин выдыхает с облегчением. Холодный воздух ударяет по влажной коже. Он стонет. Громче, чем хотел. Рацио тут же толкается глубже. Один толчок - сильный, как удар током. По позвоночнику проходит дрожь, мышцы подёргиваются. -Вот так? - шепчет Рацио, почти с улыбкой. -Да, - выдыхает Авантюрин. - Господи… да. Он двигается сильнее, но всё ещё сдержанно. Толчки заставляют стол скрипеть. Пробка с грохотом падает на пол. Авантюрин чувствует каждое движение, как будто всё тело стало намного чувствительнее. Каждый новый толчок - как раскат грома. Он сжимается. Он просит. Дышит, шепчет, хрипит. Рацио входит и выходит, и с каждым разом тело под ним становится мягче, теплее, безвольнее. Рацио вновь толкается. Глубже. Резче. И Авантюрин не выдерживает. Резкий вдох – и по телу проходит конвульсия. Руки скованы, бедра дрожат, спина прогибается так, будто его пробило током. Он кончает, не касаясь себя, без предупреждения, слишком быстро и слишком остро. Сперма капает на пол. -Прости, - шепчет он, еле дыша. - Я... я не хотел. Прости. Рацио сгибается над ним, прижимается грудью к спине, обхватывает рукой его живот, удерживает. -Тише, - шепчет он. - Всё хорошо. Он осыпает ласковыми поцелуями тонкую кожу шеи, трётся носом о косточку за ухом. -Потерпи ещё немного, пожалуйста. Авантюрин не отвечает. Он уже не может. Лицо опущено на стол, губы приоткрыты, ресницы дрожат. Он весь расслабленный, тёплый, удовлетворенный. Рацио обхватывает его за талию, поднимает. Легко. Нежно. Как будто он невесомый. Бёдра Авантюрина отрываются от стола, ноги в воздухе - он повис на Рацио, который всё ещё внутри него. Толчок. Ещё глубже. Быстрее. Он двигается, сдержанно рычит от напряжения, старается быть аккуратнее. Он знал, что долго не продержится после этого зрелища. После того, как Авантюрин спустил без прикосновений к члену. Последний толчок - сильный, громкий. Рацио выходит, сжимает член рукой, несколько быстрых движений - и белая струя спермы падает на ягодицы, на поясницу. Он стонет, коротко, тяжело, сдержанно. Глубоко выдыхает и, не сразу отпуская талию, целует его в плечо. -Можешь стоять? Авантюрин шевельнулся, попытался - но ноги всё ещё дрожали. Он уткнулся лбом в стол. -С опорой удержусь, - хрипло выдал он. Рацио развязал ремень, убрал его в сторону. Достал из ящика пачку влажных салфеток. Встал на колено, вытер сперму с чужой поясницы, с бёдер, ловко поправил бельё и, как ни в чём не бывало, застегнул на нём штаны. Авантюрин всё ещё лежал на столе. Щека прижата к дереву, пальцы дрожат, губы приоткрыты, дыхание сбивчивое. Он вздрагивал от каждого прикосновения, пульсировал всем телом. -Рин, всё хорошо? - мягко спросил Рацио. Тот повернул к нему голову. Лицо заплаканное, ресницы мокрые. Губы распухли от укусов. На щеке - след от стола. Красивый до безумия. И абсолютно довольный. -Прекрасно, - выдохнул он с полуулыбкой. Рацио опёрся на край стола, наклонился и поцеловал его. Нежно, но с силой. Поцелуй был тёплый, ласковый, почти трепетный. -Нам нужно перестать делать это на работе, - пробормотал он, прижавшись лбом к его виску. - Меня уволят, если нас поймают. Авантюрин улыбнулся уголками губ, не открывая глаз: -Перестанем, как только ты научишься мне отказывать. Рацио усмехнулся, поднял с пола пробку, протер ее салфеткой и протянул Авантюрину. Он берёт ее без стеснения, с ухмылкой, просто убирает в карман брюк, как будто это наушники или жвачка. Свет гаснет. Щелчок замка. Дверь закрывается. Они спускаются на подземную парковку. На подземной парковке царит полумрак. Авантюрин садится в машину, пристёгивается, откидывается на спинку, проводит пальцем по волосам, приглаживает выбившиеся пряди. -Я заказал ужин, - лениво бросает он. - Нам нужны калории. После такой нагрузки. Рацио усмехается, заводит двигатель. -У тебя новая секретарша? - спрашивает Авантюрин, будто между делом. -Да. Прошлая же тебе не понравилась, - ответил он, выезжая. -Конечно не понравилась. Она была похожа на меня. Рацио смотрит на дорогу, потом краем глаза - на него. Серьёзно, с мягкой тенью во взгляде. -Милый, зачем мне подделка, если у меня есть оригинал? -Оригинал не всегда под рукой. Рацио поворачивает за угол, фары освещают вечерний город. -Эту машину везли с другого континента. Я её ждал полгода. Думаешь, я не смогу ради тебя подождать до вечера? Авантюрин улыбается, глядя в окно. -Аргумент принят. Рацио бросает взгляд в его сторону. Нежный, немного уставший, но всё такой же тёплый. Машина двигается по пустым улицам, а между ними повисает тишина. -Мне кажется, это очевидно, - тихо говорит он. - Но… иногда даже очевидные вещи нужно произносить вслух. Авантюрин поворачивает голову, смотрит на него. В глазах всё сразу: и внимание, и затаённая тревога, и нетерпение. Рацио выдыхает. -Я люблю тебя. Авантюрин улыбается уголками губ, опускает взгляд, будто не может смотреть прямо. Проводит пальцем по ремню безопасности. -Я… - голос срывается, он сглатывает. - Я тоже. Знаешь. Люблю тебя. И в этой застенчивости намного больше искренности, чем в открытых заигрываниях и пошлых намеках.