Три. Трое. Втроем.

— Кто, блять, поставил зелёный чай на мою сковородку?! — ор Бакуго разносился по квартире так, будто это не квартира, а поле боя. Изуку вздрогнула, стоя в ванной, обмотанная полотенцем и с пеной на щеке. Киришима, сонно почесав живот, уже тянулся к холодильнику, будто ничего не слышал. Хотя, как можно не слышать вот это,особенно,когда это Кацуки. — Это был я… наверное, — протянул он, почесав в затылке. — Но я не знал, что ты используешь сковородку как алтарь, бро. — Я жарю на ней всё! Дубина,ты как додумался разогреть чай на сковороде?! НА СКОВОРОДЕ БЛЯТЬ! Изуку закатила глаза. Доброе утро, Мидория. Утро,конечно же,не начинается с кофе или чая,а перепалки двух взрослых парней. В мире, где ты встречаешься сразу с двумя жгучими героями, концепция “тихого утра” давно погибла. Вероятно, вместе с последним тостером,наверное,Киришима пытался туда что-то запихнуть. Она вышла из ванной, попутно пытаясь распутать волосы. На ней — короткая майка, шорты, и вся печаль жизни в глазах. — Ребята, может, хотя бы до завтрака обойдемся без угроз убийства? — Этот кретин разогревал чай НА СКОВОРОДЕ БЛЯТЬ! — Давайте на утро забудем это. И теперь, может, кто-то, у кого есть руки и невыносимая потребность в контроле, пожарит нам яичницу? Кацуки швырнул полотенце через плечо, хмуро зыркнув на Киришиму: — Твоей заднице везёт, что она рядом. — Я это слышал, бро, — хмыкнул Эйджиро, хлопая Изуку по макушке, как щенка. — Доброе утро, солнышко. Ты сегодня супер милая. — И пахну мятным гелем, спасибо, что заметил, — пробормотала она, утыкаясь в кофе. Наверное этот эффект надолго с ней. Ну,по крайней мере пока она живет с двумя парнями и встречается с ними же одновременно. Интересно, если я просто исчезну, они вообще заметят? Нет. Один устроит пожар, другой забудет закрыть дверь, и в квартиру вломятся грабители. Или фанатки. Или — что хуже — мама. Она села за стол. Бакуго ворчал у плиты, бросая на сковородку яйца, как будто это его враги и им срочно нужно задать трепку. Вообще,Изуку удивляется,как у Бакуго хватает агрессии на все свои действия. Потом она переводит взгляд на рыжеволосого. Киришима же,натягивая майку задом наперёд, всё равно умудрялся выглядеть как герой с плаката. И всё было бы мило… если бы не: — Кстати, кто тебе вчера в 2:36 ночи писал “ты такая лапочка, когда злишься 😏”? — casually спросил Бакуго, даже не оборачиваясь. Изуку поперхнулась. Киришима тоже. Они переглянулись. — А? Ч-чего? — она чуть не уронила кружку. — Это… это Мина! Наверное. Или Урарака! Мы переписывались о— — О том, как ты злишься? — уточнил Кацуки. — Да! Ну… типа… эм… это… О, боги, откройте портал в другое измерение, я готова добровольно туда нырнуть. Киришима хихикнул: — Я тоже думаю, что ты милая, когда злишься. Особенно когда руками машешь. — Ты не помогаешь, — прошипела она. — Да ладно, — Бакуго обернулся, в руках — идеально прожаренные яйца. — Я тебе верю. Пауза. — Просто в последнее время чет стало подозрительно дохуя разных типов. Ты скажи,если что-то не так,я им бошки снесу. Мидория выдохнула и кивнула ему,приступая к трапезе. Да,агрессивный школьник,как называется его Киришима,умеет любить по-своему. Может это другим незаметно,но Изуку видит,точнее она уже не может не видеть. — Согласен с ним. Улыбаясь во все 32 зуба,проговорил Киришима,поглаживая ее по волосам. А Кацуки уходит в ванную,перед этим поцеловав ее в лоб. — Эй,бро,а меня? — Эйджиро обиженно дует губы,заставляя девушку засмеяться. А потом сам смеется,когда получает : «Пошел нахуй,сначала отсоси - потом проси» Когда Изуку вышла из квартиры, на улице уже пекло. Лето в Японии — это не про «солнышко и ветерок», это про «влажность, как в парилке, и ощущение, будто подмышки вот-вот объявят независимость». Она поправила свои перчатки и посмотрела на часы. У нее еще оставалось 20 минут,чтобы дойти до агентства. Вообще,с причудой это заняло бы пару минут,но ей хотелось прогулятся немного пешком,особенно,учитывая что в последнее время это ей дается все реже и реже. У этого свои причины,конечно же. По пути к точке назначения она получила шесть уведомлений. Три — от Киришимы: сообщение от : Эйджи❤️  доброго утра!! уже соскучился хд а ты точно поела??? Два — от Бакуго: сообщение от : Каччан💛 если этот ублюдок к тебе притронется  ты взяла перцовый баллончик? И одно от Урараки: сообщение от : Очко гравитации🥲 ИЗУКУ ПЕРЕИМЕНУЙ МЕНЯ!  У меня в гет контакте из-за тебя эта фигня высветилась Быстро переимнуй! Изуку только смеется. Черт,она ведь и забыла про это. Быстро печатая на клавиатуре телефона,девушка не заметила как дошла до агентства. Там её встретил герой 15 ранга — Кемури. Сигарета за ухом, улыбка как у телеведущего с сомнительными намерениями. — О, это и есть зелёное чудо? — хмыкнул он, явно слишком внимательно глядя на Изуку. — Ну привет, слад— — Просто Мидория, — холодно прервала она, протягивая руку. — Где позиция? Он хмыкнул, будто ему нравилось, когда на него рычат.  Ох, нет. Нет-нет-нет. Не начинай, урод. У меня уже два мужика, которые хотят тебя убить уже давно, не заставляй меня подключать и себя. — А что, правда говорят, что ты теперь с Киришимой и этим… огненным мячиком? — Это не имеет отношения к работе, — ответила она ровно, но уже записывала в голове: 1. Надеть бронежилет. 2. Не оставаться с ним наедине. 3. Передать Бакуго, чтоб не поджигал сразу. Но, конечно, всё пошло по жопе.Как обычно. Через полтора часа они заглянули в одну из подозрительных лавок. Кемури, конечно же, решил прижаться к ней, как будто шепчет что-то важное: — Слушай, ты не против, если потом как-нибудь обменяемся номе- Не успевает он договорить,как сзади слышиться взрыв,а потом голос. Очень разьяренный голос. — Слышь,мудила. А ну отошел от нее,пока конечности не оторвал. Изуку в ужасе обернулась. В дверях стоял Бакуго. Одетый в чёрное, как герой вне графика. Глаза светятся. Под ногами дым. Позади — Киришима, улыбающийся, будто просто зашёл за булочкой. — Эй, братишка, — сказал Эйджиро, похлопав Кемури по плечу, и ярко улыбнувшись, — Тебя в детстве не пиздили походу за то,что трогаешь чужое.  Изуку сглотнула. Рыжеволосый в отличие от своего белобрысого собрата не матерился ои слова вообще,только когда по-настоящемц взбешен. — Мы это ,блять, можем исправить — добавил Кацуки,опасно надвигясь на них. Изуку прикрыла лицо.Сотрудники лавки прижались к стенке. Кемури выронил сигарету. — Боже мой, — прошептала она, — за что мне это?  Уже дома началася допрос с пристрастием. Ну как это еще назвать? У девушки были варианты,но к такому лучше не склонятся. Не детский это контент. — Значит, он стоял вот ТАК близко, — протянул Бакуго, демонстрируя двумя руками расстояние, явно меньше допустимого санитарными нормами. — И даже… улыбался? — Я не уверена, что это была улыбка. Может, он просто скривился, — пробормотала Изуку, заваривая чай. Голос её был как у военного врача после суток на передовой.  — Ага, ага, — буркнул Киришима, сидя на полу, локтями обхватив колени. — А он случайно не подмигнул? — Он моргнул. Люди моргают. Это нормально. — А он моргнул оба раза в одну сторону? — Что? Нет! Я не смотрела! Я следила за подозреваемыми, а не за тем, как он использует веки! Бакуго щёлкнул пальцами: — Всё. В следующий раз патрулируем с ней мы. Лично. — Поддерживаю, — буркнул Киришима. — И вообще, на кой хрен тебе другие агентства? У тебя есть мы. Мы недостаточно красивы,чтобы с нами работать? Изуку уставилась на них. — Вы,блять слишком красивы. В этом и проблема,а вообще вы знаете, что звучите как два мужа из 50-х, которые запрещают жене ходить в магазин одной? — Мы просто заботимся! — обиженно заявил Эйджиро. — Я просто не хочу, чтобы тебя лапали, — огрызнулся Кацуки. — И чтобы тебе улыбались, — добавил Киришима, скрестив руки. — И чтобы кто-то, кроме нас, знал, какая ты горячая, когда злишься.  Пауза. — Вы понимаете, насколько вы… невозможные? Это даже звучит бредово. — Абсолютно, — хором ответили они. — И ты всё равно нас любишь, — добавил Киришима,улыбаясь. — Даже когда мы втроём не помещаемся на твоей грёбаной кровати, — хмыкнул Бакуго. Изуку вздохнула. — Да. Люблю. Но если вы ещё раз вломитесь на мой патруль, я… я… — Что ты? — оба прищурились,поднимая синхронно свои брови. О,господи,они даже синхронизировались. Она замолчала. Потом тихо прошептала: — Я переселюсь к Урараке. Тишина. Абсолютная. Даже чайник замер. — Ты даже не шути так, Деку, — прохрипел Кацуки. — Урарака — это… она слишком милая. И одинокая. И у неё большой балкон. — И как она смотрела на тебя на тренировке! — воскликнул Киришима. — Я всё видел! Она точно лезбиянка! — Боги, — простонала Изуку, падая на диван и хватаясь за головц, — Я живу в реалити-шоу : “Выживи с двуями тиграми или умри”.  И всё равно, когда два горячих идиота легли рядом, один приобнял за плечи, второй укрыл одеялом, а потом оба по очереди поцеловали в висок — она подумала, что, возможно… быть в хаосе — это не так уж плохо. Утро. 6:23. Квартира Изуку. Зеленоволосая открыла глаза с тем же выражением, с каким обычно реагировали школьники на словосочетание “самостоятельная работа” под конец урока,когда осталось максимум минут 5. То есть — паника, боль, непринятие и лёгкая мысль о побеге в лес. Слева на неё навалился Киришима. Спит. С руками, как у плюшевого мишки, но из титановой стали. Дышит ей в ухо. Его рука лежит на ее бедре,вторая закинута за голову. Справа — Кацуки. Не спит. Смотрит. А его пальцы поглаживают ее щеку. Ох,Изуку действительно таяла себя под его таким взглядом. Слишком нежно и так много говорили его любящие глаза. — …ты смотришь, — пробормотала она,пряча краснеющие щеки у него в ключице. — Я думаю, что ты выглядишь ахуенно мило по утрам,и не только, — ответил он,обнимая ее за талию и прижимая к себе.  — Опасные мысли с утра пораньше. У тебя миссия сегодня в 8:00. Ты вообще собираешь… — Нет, — сказал он, положив руку ей на живот. — Отмена. — Ты отменил миссию? — Да. Киришима сказал, что ты выглядишь уставшей. А я согласился. — …вы вдвоём отменили миссии, потому что я выглядела уставшей? — Мы герои. Мы спасаем людей. И мы подумали,что тебе нужна помощь. Слева Киришима всхрапнул и прошептал: — Героическая миссия. Спасти тебя от усталости. И… может, от трусиков. — ЭЙ! — она дёрнулась, но уже было поздно. Кацуки прижал её крепче, а Эйджиро начал целовать плечо, сонно и лениво. — Вы невыносимы. Я хотела сделать омлет. — Я омлет, — пробормотал Киришима. — Жаркий. Белковый. — Ты — идиот, — хмыкнул Бакуго. — А я хотела просто кофе… — Ну раз он омлет,то кофе буду я, — сказал блондмр, прижавшись лбом к её виску. Боги. Это не утро. Это угроза национального уровня и под угрозой находиться сексуальное состояние Изуку Мидории. Хотя,кого она обманывает. Как тут сопротивлятся,когда под боками лежат два сексуальных и накаченных мужика,которых хотят,по крайней мере половина Японии. Верно,никак.