Не спите дети до пяти, иначе вам дадут кранты

      Утро наступает слишком резко, словно ночи и не было. Второй этаж кровати тихо скрипит, явно недовольный, что его потревожили. Лу Гуан садится, сонно зевая, и запускает руку под свою ночнушку, чтобы почесать живот. Перед глазами все размыто и больше напоминает странные разноцветные пятна. Мозг отказывается просыпаться, как и ватное, размякшее за ночь тело.       «Скоро открывать ателье…» — где-то на задворках сознания звучит приказ, который хочется послать к чертовой матери. Весь организм слабо протестует и мечтает снова завернуться в теплое одеяло. Но самообладание берет верх, и через пару секунд в комнате все же слышны тихие, шоркающие шаги. Дверь со скрипом открывается и почти сразу закрывается, запирая мирную атмосферу в спальне.       Ура, тело насильно проснулось и теперь само всё делает. В ванной тихо начинает течь вода. М-м-м, холодная водичка… Мутный взгляд на себя красивого в зеркало встречается с уродливым гоблином, у которого синяки под глазами больше, чем сами глаза. Прекрасно. Не зря же они до пяти утра смотрели ужастики. Лу Гуан устало моргает и умывается, мечтая прогнать дремоту.       Через пару минут на кухне включается электрический чайник, в две чашки летит по порции кофе. В одну из них Лу кладёт чайную ложку сахара. Мозг, шутник эдакий, зависает — и кухня на несколько минут погружается в полную тишину, нарушаемую звуками с улицы. Смотря в одну точку, Гуан ни о чём не думает. Просто стоит и смотрит на стену, как баран на новые ворота. Так бы и продолжался этот утренний перформанс, если бы чайник не выключился с тихим противным звуком «Пи!».       Заливаем по рецепту Высоцкой кипяток в кофе (шутка, рецепта нет). Лу берёт в руки свою чашку с кофе и неспеша, перебирая своими нижними лапками — но адекватные люди называют это ногами — идёт на диван. Тушка падает на мягкий предмет мебели с тихим усталым стоном.       Первой глоток кофе, второй, третий… И нет, что-то не хочет мозг просыпаться. Хм… Что бы сделать, чтобы проснуться? Вселенная словно услышала вопрос и тут же подкинула решение: одно неаккуратное движение руки — и часть кофе проливается на белую пижаму Лу. Белобрысый вздрагивает от такого горячего подарочка, оттягивая липкую ткань от кожи. Тихо проматерившись себе под нос, он быстро ставит чашку на стол, снимает с себя рубашку и бежит в ванную.       Рубашка летит в раковину. Запах химии — резкий, отталкивающий — отравляет воздух. Лу заливает коричневое пятно, все еще ропща на кофе, испортивший утро.       Воспоминание прошибает током. Улегшись вчера вечером под одеяло с компьютером, Лу и Сяоши совсем забыли о фотографиях, которые лежали в проявочной уже какой-то лишний день.       «Черт! Да будет сегодня хоть что-то нормальное?!» — Лу летит в проявочную, хлопая дверьми. Не пойми откуда взявшийся сквозняк холодит оголенный торс.       Развесив все фотографии на нитку и закрепив прищепками, Лу устало садится на ледяной пол. Только утро, а он уже умаялся. Сон, который вроде бы пропал, снова пожаловал. Веки начали слипаться. — МЯУ! — Лу вздрогнул и огляделся. Никого. — Мяу! — так же требовательно раздался звук откуда-то снизу. — Бэлла… — обременённо шепчет Лу. Кошка кусает его за штаны и настоятельно тащит на себя. — Да покормлю я тебя! Покормлю… Где-то полчаса она ела. Сначала корм вчерашний уже заветрелся — не пойдет. Потом лакомство невкусное. Потом… потом Лу забил и пошёл заниматься полезными делами.       В ателье всё утро можно наблюдать забавную картину, в чём-то даже вульгарную, впрочем, она вам точно понравится: наполовину голый Гуан, у которого ярко выражены мышцы, несмотря на стройность, ходит туда-сюда со своим невозмутимым лицом и холодным, гордым взглядом. За этим приятно-восхитительным безобразием наблюдала Бэлла, которой в общем-то было чуточку похуй на своего раба, который, в свою очередь, забил хуй и на нее.       И вот пробило время. До открытия ателье остался жалкий час. Наш герой пошёл за стойку возле входа, взял со стола конверт, и — ох, какая оказия! — оттуда выпала фотография… Появившийся из ниоткуда ветерок, вызванный магией сюжета по заказу автора, понёс драгоценное воспоминание на пол, и снимок упал прямо возле лестницы. Конечно же, наш красивый и просто опиздахуительный Лу Гуан пошёл за этим снимком. И совершил фатальную ошибку. Он нагнулся спиной к лестнице.       В этот же чудный момент из комнаты соизволил выйти преданный друг и товарищ белобрысого — черняш (в смысле черноволосый, а вы о чем подумали?!) Чэн Сяоши. Нововосставший из пучин глубокого царства Морфея, сонно моргая своими карими глазками и всё ещё не до конца воспринимая реальность, он спустился по той же лестнице — и о чудо! Что за дивная картина предстала перед ним! Полуголый товарищ, которого он каждую неделю шугает своими выходкам во времени, наклонился раком и стоит спиной к нему, поднимая с пола фотографию! Конечно же, дремота тут же пропала, а Чэн быстро спустился и сладко прошептал на ухо Лу, стоя позади:       — Абоба.       Беляш резко разогнулся и даже не упал в обморок (что было удивительно, ведь в его преклонные годы, а именно двадцать лет, обычно такие манёвры сопровождаются темнотой в глаза и гудением в ушах). Ах, бедное сердце старичка чуть не покатилось по полу, но Лу отделался лишь лёгким вздрагиванием и быстрым шагом вперёд с разворотом на сто восемьдесят градусов в сторону Чэна. Пара голубых, недоумённых глаз уставилась на своего товарища, у которого с ним крепкая мужская дружба. Чэн сразу же добавил, довольно ухмыльнувшись, не дав Лу что-то возразить:       — Сладкий, каким это ты интересным порошком питаешься и куда ходишь без меня, что нарастил себя мускулы, о которых только может мечтать Джеймс Стэтхэм?       На это Гуан ответил, направив свой холодный и гордый взгляд на товарища и друга:       — Милый, тебя это ебать не должно. Тебя ебать должен только я.       Ухмылка с лица напротив быстро слетела, сменяясь на удивление. Но она мгновенно вернулась, как только взгляд Сяоши опустился на полуобнаженное тело беляша. Не раздумывая и раздвигая в своём сознании границы стыда и позора, Чэн сделал шаг к Лу и протянул свои культяпки к талии «передруга».       — Малыш, я всё понимаю, но актив всё-таки я, — опасная и предвещающая много чего улыбка озарила лицо Сяоши.

***

      Через полчаса ничего не подозревающий клиент пришёл за своими фотографиями. Войдя в ателье, он заметил высокого, беловолосого парня в белой рубашке и серых штанах. Заинтересованный взгляд клиента пробежался по телу работника, не скрывая своего желания познакомиться или чего поинтереснее.       Но его надежды оборвались, стоило клиенту заметить засосы на шее своего объекта симпатии, его опухшие губы и такого же высокого, черноволосого красавца за ним, который обнимал Лу сзади за талию и тихо мурчал ему на ушко. Клиент услышал свист на улице и понял, что это его надежды найти пару в этом мире летят в пропасть со скоростью звука. Бедняга замер на месте и спросил, округлив свои глаза по пять копеек:       — Э-э-э-э-э-э… Я не вовремя?       Оба парня за стойкой замерли, явно не ожидая кого-то, и недовольно посмотрели на клиента. Чэн ответил клиенту мурлыкающим тоном, собственнически улыбаясь и крепче обнимая беловолосого за талию:       — Нет, вы вовремя, — секундная неловкая пауза. — Хотите присоед…       Не успел он договорить, как Лу заткнул Сяоши рот рукой, бросив в сторону любимого молнии из глаз. После чего быстро извинился, впихнул в руки клиента конверт с фотографиями, взял плату и закрыл за клиентом дверь в ателье на замок…

***

А вот что было за закрытыми дверями, я, автор, вам не расскажу. Потому что рейтинг у фанфика не R, а Пежо-13.