Дрифт

      Лестрейд обнаруживается в компании механиков на третьем ярусе. Они весело что-то обсуждают, пока мужчина не обнаруживает, что Майкрофт смотрит на него. Попрощавшись со своими приятелями, Грег подходит к другу. — Так и знал, что ты пропустишь, — устало упрекает Холмс Грега. — Тебе пора на осмотр к Джону. — Он все же нашел меня. Через тебя — грязный ход, — недовольно говорит Грег. — Ты опытный и ответственный пилот егеря, к тому же достаточно взрослый человек. Этот осмотр проходит не в первый раз, может уже привыкнешь? — Никогда. — Иди уже.       Грег усмехается. — Ты просто хочешь, чтобы я пошпионил за ним и твоим братом. — Хорошо совмещать приятное с полезным, — тем не менее не спорит Холмс. — Если ты считаешь, что осмотр — это приятно, то ты ошибаешься. А если считаешь, что приятно шпионить… — Грег кривит лицо, — извращенец.       Майкрофт заливается румянцем. — Прекращай!       Грег смеется и уходит. Его смех еще долго разносился по металлическим стенам, не давая Майкрофту почувствовать одиночество еще какое-то время.

***

      Нападения монстров никто не мог предугадать. Это вообще сложно было представить, даже любители инопланетян и прочего не ожидали, что окажутся правы на самом деле. И, разумеется, все резко стали искать решение проблемы, стали искать, как бороться с этими чудовищами.       Майкрофту было плевать на чудовищ, что было странно, учитывая место возникновения монстров и нахождение Англии, это все равно казалось чем-то далеким, но он беспокоился о людях. Он наблюдал за тем, как медленно реагировало человечество на атаку, и что они делали для того, чтобы одолеть врагов. Шесть дней для первого монстра — слишком долгий срок. Три уничтоженных крупных города, десятки тысяч жертв. Глобальные похороны, все почтили память погибших. А потом все зажили как обычно, будто ничего не произошло, будто из океана не вышел огромный монстр, нанесший такой вред их планете. Будто у них не выбили почву из-под ног. Люди просто пошли дальше. Они продолжали жить, не ожидая повторения этих ужасных событий в дальнейшем. Майкрофт так не мог. Он беспокоился и несколько раз впадал в тихую панику, потому что боялся, знал, что все не может закончиться так «просто». На выручку ему приходил Дэн, а потом и Грег подтягивался. Его друзья были умными, они тоже понимали, что это не конец. И все они были правы.       Второе чудовище напало через полгода.       Третий, четвертый монстр… И только тогда люди поняли, что это не прекратится. Слишком долго…       Однако все страны объединились, чтобы придумать новое оружие. Проект «Егерь». Это начало работать. Огромные роботы сражались с огромными монстрами.       Люди привыкли и к этому. Шоу, игрушки этих монстров, наркотики из их костей и прочее барахло. Люди привыкают ко всему. Казалось, это свойство обходило стороной лишь Майкрофта.       Зато этими странными огромными существами, прозванными кайдзю, заинтересовались все его близкие люди. Дэн, Грег и Шерлок, любимый младший брат.

***

— Грег, наконец-то, у меня и без тебя работа есть, — как обычно, возмущается доктор Уотсон, бегая по кабинету в белом халате. И на фоне ржавой темной базы он кажется слишком ярким пятном, от которого начали болеть глаза.       Какая работа у врача в этом месте, Грегу не понятно до сих пор. Здесь нужен только психолог и священник. Последний просто ради традиции, в подобных местах они вечно ошиваются где-то поблизости. Грег сомневается, что у них на базе каждый человек простужен, да и койки в изоляторе всегда пустые. Если чудовище в бою тебя задело, сюда ты уже не вернешься. Но Джон всегда чем-то загружен.       Грег небрежно садится на кушетку и отодвигается на ней поближе к стене, чтобы ноги повисли в воздухе. — Результаты не меняются, так зачем продолжать эти осмотры? — Грег, это не ерунда, это серьезная травма, никто не знает точно, что может пойти не так, — как маленькому объясняет Джон Грегу, будто в первый раз. — Это же такое редкое явление. — Тогда уж обращусь к ребятам из научного. К Шерлоку, например.       Грег не без удовольствия замечает, как краснеют кончики ушей доктора. Как бы он ни прикалывался над Майкрофтом, ему тоже доставляло удовольствие подыгрывать этим двоим, будто никто не знает об их отношениях. — Раздевайся уже, — ворчит Джон.       Грег, смеясь, снимает кофту и демонстрирует доктору шрамы. Шрамами как таковыми их назвать было бы ложью. Больше похоже на переплетение микросхем, которое Грег мог часто наблюдать в егерях. Удар ведь был непрямой, иначе бы от него и живого места не осталось. Это лишь последствие необдуманных поступков. Самое легкое и безболезненное последствие из тех, что он тогда получил.       Если уж ты умудрился пережить смертельный бой, вернешься ты инвалидом, и никакой доктор тебя уже не спасет. Но Джон был слишком упрям, чтобы не попробовать.       Джон проводит взглядом по розовым полосам. — Болят? — Ты знаешь, что нет. — Еще я знаю, что ты мне врешь. — Какие в наше время бестактные врач — ааааай! Больно вообще-то! — А я о чем? — Ты спрашивал о шрамах, а не о моментах, когда мне руку скручивают! — Грег трет потревоженную конечность. — Только барахлит слегка, — признается он, — но серьезно это не мешает. И же тренируюсь.       Джон снимает перчатки, и Грег считает, что на этом его пытка закончилась. — Тебя Майкрофт прислал? — Разумеется. Кроме него меня никто не заставит прийти сюда. — Что ж, наверное, мне стоит подарить ему коробку конфет в благодарность.       Грег думает про себя, что, если бы Джон узнал главную причину помощи Майкрофта, он бы поменял свое мнение о нем. — Скоро же годовщина, да? — припоминает Джон, глядя на календарь.       Грег всегда удивлялся его способности отслеживать время в этом месте. Наверное, он был таким единственным. Остальные жили по обратному счетчику часов, висящих в главном зале. От вторжения к вторжению. И с каждым нападением это время сокращалось.       Но годовщина и вправду скоро. Время летит так быстро, когда не следишь за ним. — Ох черт, я совсем забыл. Вот чего Майкрофт такой грустный в последнее время. — Грустный? — удивляется Джон. — Не вижу разницы с его обычным состоянием.       Грег усмехается. Старший Холмс даже с семьей не был достаточно открыт как с Дэном и иногда с ним. Это даже льстит.       Грег встаёт со своего места и подходит к выходу, но в дверях останавливается. — Скажи, Джон. — Что? — Как долго еще будет проводиться обследование?       Зная о нелюбви пилота к их ритуалам, доктор скрещивает руки на груди и улыбается. — Думаю, всю твою жизнь. — Долго, — задумчиво протягивает Грег. — А об этом могут позаботиться на берегу?       Довольная ухмылка меняется на растерянность. — В принципе да. Хотя даже нам не до конца понятно, что с этим делать. А что? — Да так, — вновь предает своему голосу легкомысленный тон Лестрейд. — Спасибо за очередной неприятный осмотр. — Прекрати капризничать.

***

      Второй раз его жизнь перевернулась через два года.       Они с Дэном планировали, как обычно, провести время вместе, все же до учебы было не так далеко, и на их совместное одиночество оставалось не так много времени. Но парней отвлек стук в дверь. Спустились они вместе и с удивлением обнаружили на пороге дома Грега. Тот обычно звонил, чтобы предупредить о своем приходе или просто поговорить, поэтому его личное появление настораживало. Спокойствия не прибавляла и сумка, закинутая на его плечо. Она была самая обычная, его спортивная сумка, с которой он ходил на тренировки, но в этот раз она выглядела подозрительно полной. И Майкрофт знал, что у Грега сегодня тренировки нет. — Грег, ты куда-то собрался? — удивленно спросил Дэн.       А Майкрофт скрещивает руки на груди и облокачивается о стенку. Выглядит он спокойным, однако подозрения, что одолели его, заставляли искать опору. — Видели робота, что одолел последнего монстра?       Майкрофт недовольно закрывает глаза, сожалея, что его вывод снова оказался верным. — Они, кажется, егерями называются, — припоминает Дэн. — Да. Я пойду в пан-тихоокеанский корпус обороны, чтобы управлять ими.       Земля уходит у парней из-под ног. Первым приходит в себя Дэн. — Что? Нет, Грег, ты хочешь добровольно пойти на смерть? — Не смотри на это с такой стороны, — старается успокоить его улыбкой Грег. Но в этот раз у него не получается. — Я иду не на смерть, я иду на защиту людей.       Однако красивая речь Грега Дэна не впечатлила совершенно. Заметив, что его слова никак не успокоили друга, Лестрейд лишь вздыхает. — Ведите себя хорошо. — Не обращайся с нами как с детьми.       Грег улыбается нахмуренным бровям друга и переводит взгляд на Майкрофта. Тот, не ожидавший такого, вздрагивает, но неверующий взгляд не отводит. Видимо, ему все же не удалось спрятать такие сильные эмоции. — Прощай, Майкрофт,       Майкрофту хотелось вцепиться в футболку Грега и кричать, чтобы тот никуда не шел, чтобы тот не прощался так, будто не планирует возвращаться. — Проследи за Дэном, ладно? Не позволяй ему совершать необдуманные вещи. — Не позволю, — удивительно ровным голосом говорит Холмс. — Спасибо.       Лестрейд поправляет сумку и собирается уходить, когда Майкрофт, сам от себя не ожидая такого, кричит ему: — Грег, будь осторожен. — Буду, — улыбается он уже радостнее и продолжает свою дорогу.       Майкрофт переводит на возлюбленного флегматичный взгляд. — Не попрощаешься с ним нормально? — Черт, — говорит парень сквозь зубы, сжимая кулаки и с трудом сдерживая слезы. — Он такой эгоист. — И ты побудь им.       Дэн собирается с духом и срывается с места. Он подбегает к Грегу и крепко обнимает его. — Если не вернешься живым, я тебя убью.       Оторопевший Грег смеется и обнимает парня крепче. — Договорились.       Дэн не говорил, но это было ни к чему, Майкрофт все прекрасно понимал — Дэн тоже хочет пойти в академию. Они же с Грегом, черт возьми, одного поля ягоды. Справедливость и защита на первом месте, а остальное можно отбросить за ненадобностью. И плевать, что есть люди, которые беспокоятся о них. Хотя, судя по молчанию Дэна, тот все же осознавал это в какой-то степени. В отличие от действительно эгоистичного и неожиданного поступка Грега, ушедшего, не обсудив все ни с семьей, ни даже с друзьями. Ну хоть попрощался. Холмс подозревал, что эта пропаганда корпуса обороны в духе «приходи к нам и тогда сможешь защитить своих близких, а еще получишь классную куртку» могла сыграть на ком-то вроде Грега. А Дэн знал, что Майкрофт не одобрит, что Майкрофт боится за него. И Холмс был благодарен ему за то, что он все понимает сам. Однако видеть мучащегося от бездействия Дэна было невыносимо, и Майкрофт позволил ему уйти, но с одним условием: старший Холмс пойдет с ним. Казалось, это на некоторое время отрезвило Дэна, потому что это опасно, а подвергать возлюбленного опасности он не хотел, но на нем такие откровенные манипуляции никогда не срабатывали. Он быстро взял себя в руки и согласился на это условие.       Зато там они будут вместе.

***

      Скрежет металла больше не раздражал. Он не будил среди ночи, он не отвлекал от работы днем. Эта база стала его новым домом, в котором Майкрофт живет вот уже много лет. Дом, которому он и многие другие посветили свои жизни. Дом, который забрал его возлюбленного. И даже с мыслю об этом Майкрофт не может это место возненавидеть. Он здесь так давно, будто родился здесь, будто рос. И он уже не может представить свою жизнь вне этих стен. — Так и знал, что найду тебя здесь.       Майкрофту не надо оборачиваться, чтобы знать, что за его спиной стоит старый друг.       Он не знает, как Грег понял, что он будет здесь, но решает не задавать этот вопрос. Какая уже разница?       И пояснять, почему он приходит к месту боли и видит следы, оставшиеся от той битвы, несмотря на все старания механиков.       Майкрофт не был там. Только слышал, но, смотря на эти ужасные трещины, царапины, искорёженные части этой огромной машины, вспоминал этот ужас, будто проживал его сейчас. И с этой болью он приходит сюда уже не в первый раз. И не первый год.       Грег знает его долго и достаточно хорошо, чтобы догадаться до этого. — Зачем ты меня ищешь? — Не я, командование. Ты бы рацию включил.       Майкрофт переводит взгляд с Грега на менее интересный цех. — Вне нападения там только бесполезный бред. — Передам это маршалу, — шутит Грег, и тяжелые мысли начинают отступать. — А ты здесь что делаешь? — У своего егеря? Забочусь о нем.       Грег скидывает с плеча тяжелую сумку с инструментами и предметами для уборки, создавая неприятный шум, который еще какое-то время бьется о стены цеха. Он садится рядом. — Я скучаю по нему, — спустя несколько минут в тишине говорит Майкрофт. — Да, ему не было замены. — Конечно, вы же дрифт-совместимы. — Не принижай свои чувства.       Майкрофт никогда не был открытым человеком, предпочитая все держать в себе, но двум людям он позволил увидеть пусть и не все, но явно больше. После трагедии старший Холмс снова закрылся ото всех и крайне редко поднимал эту тему. Разве что только для разбора очередного случая, а не для того, чтобы поделиться чувствами. Поэтому редкие моменты, когда Майкрофт был готов снова открыть Грегу свое сердце, мужчина ценил. Он ни за что их не прерывал, лишь пытался выведать больше мыслей Майкрофта, пока тот снова не отрезал себя от остального мира.       Грег невольно бросает взгляд на то место, где находятся его шрамы. — Для нас каждая вылазка может стать последней, ты это понимаешь, как никто другой. Признаться любимому человеку, а потом просто уйти в океан и не вернуться. Мы все этого боимся. И он этого так боялся. Я точно знаю. Мы же чувствуем тоже, что и второй во время дрифта. Ни один выход не обходился без его мыслей о тебе. Воспоминания, чувства… Он беспокоился о тебе, старался защитить и был тебе очень благодарен.       Майкрофт вжимает голову в плечи и сжимает руками край платформы, не обращая внимания на неприятные ощущения от этого. — Я рад, что вам удалось побыть вместе. И я тебе тоже благодарен. — За что? — За то, что ты делал его счастливым.       Майкрофт закрывает лицо руками и чувствует, как тяжело становится дышать от переполняющих его эмоций. Если бы сейчас к нему был подключен пилот с помощью нейромоста, сердце второго пилота не выдержало бы.       Вот почему столько лет ни Майкрофт, ни Грег, который хорошо его знает, не поднимали эту тему. Они знали, на сколько она тяжела дня них обоих, и что, если эти эмоции вырвутся наружу, они могут привести к плачевным последствиям. И с чего Майкрофт решил, что со временем станет лучше?       Грег кладет руку ему на макушку и держит так какое-то время, будто стараясь забрать все плохие мысли у него. Прям как в детстве. — Хочешь пойти со мной? — спрашивает он. Когда чужие плечи перестают трястись. — Куда?       Грег кивком показывает на егеря. — Ты еще ни разу не был внутри.       Что он там не видел? Симуляторы, которые были у них в академии, ничем не отличаются от реальных центров управления. — Да.       Грег протягивает руку молодому человеку, за которую тот хватается, чтобы подняться.       Бывший пилот открывает conn-pod и остаётся на пороге, пропуская завороженного Майкрофта вперед. Когда молодой человек проходит вглубь, Грег закрывает за ними дверь. — Когда он в рабочем состоянии, здесь еще красивее, правда и громче. Отключается основной свет, остаётся только подсветка. Хотя во время боя не до красоты.       Майкрофт подходит к окнам-глазницам. — Высоко. — Да, — Грег встает рядом и продолжает завороженным голосом. — Но это еще цветочки. Когда ты подключаешься к егерю, ты видишь все от его лица. Перед тобой открываются невероятные виды. Такой красивый океан, а города как на ладони. И кажется, что все проблемы остаются внизу, и никогда не смогут до тебя достать. — Мне бы хотелось это прочувствовать. — Ты не пожалеешь.       Грег еще какое-то время стоит рядом с Майкрофтом, а после отходит. Холмс сразу замечает пропажу человека. — Ты куда? — Я же сказал, что пришел сюда работать. Оставайся, если я тебе не помешаю. — Меня вроде как звало начальство. — Тебе вроде как было плевать. Оставайся.       Грег ставит стремянку, снимает бомбер и лезет наверх с сумкой, заполненной инструментами. Майкрофт не может отвести взгляд от руки Грега, покрытой шрамами. Он знает, откуда они и какую боль — моральную, о физической он может только догадываться, так как Грег вечно храбрится, — причиняют они мужчине. И Майкрофту каждый раз, когда он их видит. — Ты часто здесь бываешь? — В любую свободную минуту.       Майкрофт молчит. Он ведь тоже сюда всегда приходит, как только получается избавиться от задачек центра. Но Грега он здесь ни разу не видел.       И сам Грег правильно читает его взгляд. — Я видел тебя здесь много раз. — Как?       Грег кивает в сторону глаз робота. — Я же говорил: отсюда хороший вид. — Ты никогда ко мне не подходил. — Вы всегда любили страдать в одиночестве. — А ты всегда любил в это одиночество врываться.       Грег улыбается, но, не зная, что на это сказать, продолжает выполнять свою работу.

***

      С тех пор с Грегом они выходили на связь только один раз, и то ненадолго, потому что и сигнал плохо ловил, и времени у Грега не было совершенно. Он поделился, что весь его день заполнен тренировками. Поэтому он и не знал о том, что эти двое собирались лететь к нему.       Майкрофта с Дэном доставили на базу вместе с остальными добровольцами. Никто не знал, что их ждет и здесь, и после академии. Все боялись, но не могли просто оставаться в стороне. Они решили, что помогут хоть чем-то.       На вертолетной площадке ребята, к своему удивлению, увидели скрестившего на груди руки Грега. Грег широко улыбается. Так привычно и ярко. Он крепко обнимает сначала Дэна, а потом Майкрофта. Майкрофт невольно вдыхает запах Грега, и чувствует, как дурнеет. Благо, Грег быстро его отпускает. Да еще и сам отрезвляет — дает несильный подзатыльник и нарочито строго хмурится. — Просил же приглядеть за ним, чтобы он глупости не совершил.       Потом сильнее бьет Дэна. — Мало того, что сам приперся сюда, так еще и Майкрофта опасности подвергаешь. — Удивленным ты не выглядишь. — Так и знал, что увижу вас здесь, — снова улыбается молодой человек. — Разве ты не должен был уже окончить академию? — задает интересовавший их вопрос Дэн. — Так и есть, я остался тут тренером. Среди моих однокурсников не было дрифт-совместимых, приходится продолжать поиски. На базе это будет сделать сложнее. К тому же я ждал вас. — Ты нас будешь тренировать? — Даже не думай, что я буду давать вам поблажку.       Если у остальных тренеров и учителей есть цель сломить дух стажеров, чтобы продемонстрировать беспощадность монстров, то Грег выделялся среди них. Он был строгим, но часто шел на уступки и мог по десять раз объяснять что-то, хотя в скорости и способности хорошо запоминать материал заключалось право стажера пройти отбор. Он был специалистом по штурму егерей.       Майкрофт всегда ценил людей, ответственно подходящих к своей работе. Пусть Грег и мог в отличии от большинства своих коллег, посмеяться, справиться о самочувствии своего ученика и просто проявлять заботу и внимание, но он от остальных специалистов не отличался. Казалось, будто за эти месяцы Грег стал старше на годы, просто не растратил свою искру. Майкрофт нередко наблюдал за тем, как тот смотрит репортаж об очередном вторжении. Грег беспокоился, что не мог помочь, что он не там, но внимательно наблюдал за происходящим. Майкрофт знал, что тот анализирует действия егеря и кайдзю, потому что на следующем занятии после нападения Лестрейд обучал увиденному студентов или предупреждал, что вот так делать нельзя.       Признаться честно, хоть Майкрофт и был худее некоторых и не питал большой любви к боевым искусствам, давались они ему хорошо. Проблема заключалась в том, что среди всех стажеров не было дрифт-совместимого с ним. И это не давило бы на него так сильно, если бы к их числу не относился Дэн. Потому что с Дэном у них проходил анализ мозга успешно, он был единственным, с кем Майкрофт был достаточно открытым. А еще он любил Дэна, всем сердцем. Дэн был для него особенным.       Единственная дисциплина, к его стыду, которая ему не удавалась, это проработка мозга. Чтобы дрифт прошел успешно, нужно быть со своим партнером максимально открытым. Он считал, что с Дэном у него так и есть, но быстро обрывал себя — ему есть, что от него скрывать. Он не был готов так открыться своему молодому человеку.

***

      Комната Квун стала чем-то вроде убежища для Грега с тех пор, как он поступил в академию. Как спортзал в школе и колледже. И хоть во время учебы у него было мало возможности на ее дополнительное посещение, на тренировках он отрывался по полной. И тут даже не играла роль та связь, которую находили почти все вокруг него, хотя Грег обманул бы, сказав, что не хотел бы такого. Глупо не хотеть найти человека, с которым вы будете как одно целое, как родственные души. Просто приятно было бы хоть раз узнать, что ты не один в этом противоречивом и одиноком мире. Во время практики даже наедине с самим собой, что бывало чаще всего, он просто хотел освободить голову, позволить мыслям не задерживаться в ней. Тренировки много-много раз спасали его голову (да и тело в определенные моменты) от ударов судьбы, спасали от необдуманных поступков. Просто сложно сдерживаться, когда объект твоей любви так часто рядом. Сложно сдерживаться, когда объект твоей любви с другим. Еще сложнее, когда он с твоим другом, которого ты ценишь и уважаешь. Сложно переживать вторжение монстров и их попытки уничтожить твой хрупкий мир. Эти годы смешивались короткими интрижками и ссорами с семьей. И это было сложно. Только в этой комнате он мог позволить себе расслабиться и стать собой настоящим. Без улыбки, без не всегда искренних слов и поступков. Отпустить все, сузить свой мир только до этих нескольких квадратных метров. Главное не вспоминать, что ты все так же один, и ты продолжишь находить в этом утешение.       Он будет по этому скучать.       Грег крутит бо вокруг своего тела, делает тяжелый шаг вперед, поворачивается вокруг своей оси на триста шестьдесят градусов и, замахнувшись, резко выставляет посох вперед, будто протыкая им своего невидимого противника. Он тяжело дышит, чествует, как капельки пота стекают по разгоряченному телу, и наслаждается окружающей его тишиной, не заботясь о том, сколько времени уже прошло. Ему больше не надо за этим следить. — Никогда не понимал, зачем ты это делаешь, — доносится до него голос Майкрофта.       Когда младший учился в академии, он тоже пару раз заглядывал на одиночные тренировки Лестрейда. Но в первый раз сидел в сторонке, не отсвечивался, поэтому Грег решил сделать вид, что не видит его. А вот во второй Майкрофту не удалось незаметно прошмыгнуть в комнату Квун. Грег тогда в шутку предложил дополнительно позаниматься с Майкрофтом, на что тот, к удивлению Грега, ответил утвердительно. Однако, бой их долго не продлился. Майкрофт тогда только начинал тренироваться. Пусть он и был выше Грега, тот был мощнее и опытнее, поэтому Холмс очень быстро оказался лопатками на матах. Стоит сказать, что тренировка моментально закончилась. Майкрофт выглядел таким растерянным и распаленным, что Грег невольно подумал, что мог что-то повредить другу. Он настаивал на том, чтобы отвести парня в медотсек, но тот сказал, что дойдет сам. Грег напирать не стал. Майкрофт тогда быстро покинул комнату.       Хоть тренировки и помогали справляться с неуправляемыми мыслями, ту тренировку он так и не продолжил, а Майкрофт в академии больше к нему не подходил. А тут на базе он начал приходить к нему, хотя у самого работы немало. Особенно часто он стал появляться рядом после смерти Дэна. Наверное, приходил сюда, чтобы вспомнить, как они вместе проводили тут время в свободную минутку. Или ему просто было очень одиноко без Дэна. Хотя чего это «может»? Оставаться равнодушным после смерти любимого человека невозможно. — Не хочется форму терять, — весело говорит Грег, но по скептическому взгляду понимает, что ему не верят. — Иначе в экипировку не влезу в случае чего.       Холмс по-хозяйски садится на пол прямо в костюме и достает планшет. — Не присоединишься?       Майкрофт оглядывает его и смотрит насмешливо. — Да давай, помогает мозг освободить, — слабо продолжает свои уговоры Лестрейд. — Он мне нужен для работы.       Грег закатывает глаза. — Ты не умеешь расслабляться. — Я просто не понимаю, зачем мне это. Захочу подраться — выберу кого-то своего уровня. — Тренируйся с теми, кто сильнее. Люби того, кого нельзя. Не сдавайся там, где сдаются другие. И победишь там, где победить нельзя. — Опять ты какие-то глупости говоришь.       Грег улыбается и возвращается к тренировке.       Майкрофт неотрывно смотрит на Грега. Во время тренировок в академии и временами здесь тот носил майки, как и все. Но наедине с собой позволял ее снимать, оголяя торс.       Холмс очень сильно старается не отводить взгляд от металлических жетонов, которые выдают по окончании академии. У Майкрофта тоже такой есть, но он не носит его. Обычно это личное сумасшествие пилотов. На подкорке сознания мелькает мысль о том, что вечно загорелый Грег, который не упускал ни секунды, чтобы понежиться в лучах солнца, уже много лет щеголяет ужасно бледным. Почти как сам Майкрофт. Будто при появлении здесь, у него началась какая-то болезнь, и до сих пор его не отпускает. Она поражает здесь всех, но Грег его друг, Майкрофту за него страшно.       Хотя Холмс не может не отметить, что Грег продолжает поддерживать хорошую форму, его тело, от которого Майкрофт не мог отвести взгляд годами, продолжало быть в тонусе благодаря этим тренировкам, пусть даже они оба осознавали, что экипировка Грегу, вероятно, больше никогда не потребуется. Эта мысль и печалит, и радует одновременно. И все по эгоистичным причинам. Майкрофт хочет, чтобы Грег был счастлив и жив, но вот эти два качества не могут идти рука об руку в данной ситуации.       Спустя время Грег замечает, что Майкрофт смотрит на него. Грег поднимает бровь, задавая очевидный вопрос. Майкрофт под этим взглядом вздрагивает и прочищает горло, борясь со смущением. — Кстати, а что ты делаешь? Или это военная тайна? — Грег облокачивается о посох и заинтересованно наклоняет голову, очевидно посмеиваясь над серьезностью командного отдела.       Механики часто отвешивали шутки за работой. Пилоты становились серьезными только во время боя. И то не все. А ученые… они вообще отдельный разговор. Просто набор психов во главе с его братом. А командование было серьезным всегда. Хотя военные тайны знают все, кто работает в этом месте. — Не секрет, — Грег подходит ближе. Он знает, что Майкрофту не нравится запах пота, но он сам сел рядом с его бутылкой с водой.       Грег делает глоток и сразу давится от слов Майкрофта: — Я ищу тебе партнёра.       Лестрейд от неожиданности кашляет. Неужели Майкрофт опять понял, о чем в последнее время думает Грег? Или это Джон ему рассказал?       Откашлявшись, Грег вытирает рот. — Господи, звучит как шоу холостяка.       Майкрофт громко хмыкает. — Действительно. — И как успехи? — С тех пор как узнал, что ты никак не можешь найти партнёра еще с академии, думал, что это очень странно. — Почему? — Ты открытый и искренний. Это решает сразу множество проблем с дрифтом.       Вау! Это даже льстит. Сам Майкрофт Холмс не знает его настоящего. Интересно. — Я такой только с близкими людьми, Майкрофт. А из близких у меня остались только Джон с Шерлоком и, разумеется, ты.       Холмс по виду игнорирует его слова. Грег отводит взгляд, поверхностно вытирается полотенцем и садится неподалеку. — Раз у тебя есть статистика наших битв, ты лучше всех знаешь, что я импульсивен и действую больше на инстинктах, отклоняясь от нормы боя.       Майкрофт согласно хмыкает. Хорошо, что Грег знает о совей особенности. Плохо, что это знание нисколечко не помогает. — Пробовал больше контроля? — Разумеется. Ты видел его, когда я проводил для вас тренировки. Четко по плану, четко по таймингу. На деле же бессмысленно контролировать свои движения даже на тренировке, потому что в бою ты не о контроле будешь думать. Тебе надо думать о том, как вернее нанести удар, как выдержать чужой, как быстро и правильно среагировать. Поэтому тебе нужно освободить голову от мыслей о том, как двигаться. Это должно быть уже машинально. Лишний контроль только помешает. С ним или нет, главное результат. Всякий пилот однажды понимает, что решение в бою принимает только он. А потом живет с их последствиями именно этим не занимаюсь, — добавляет Грег тише.       Хорошо, что Грег затронул эту тему.       Майкрофт опускает планшет на колени и скрещивает на нем пальцы, спрашивая через силу. — Ты еще хочешь вернуться в бой?       Майкрофту не стоит знать, чего на самом деле хочет Грег. — Хочу. — Снова найти свою родственную душу? — Попытаться помочь спасти человечество. У меня есть близкие, которым я могу доверять. Других людей впускать в свою жизнь так сильно я больше не желаю. Я не выдержу новой такой потери.       Майкрофт понимает Грега как никто другой. Все детство он ограждал себя от людей, да и с возрастом почти ничего не поменялось. В его жизни появились эти двое и остались в ней, будто все так и должно быть. Но больше в сердце Майкрофта никому не было места. Даже с учетом смерти Дэна.       Тем более с учетом его смерти. — Когда пилоты вступают в дрифт, они видят воспоминания друг друга. Читают мысли и даже испытывают те же чувства. — Это ты к чему? — спрашивает Грег, хотя давно знает ответ. — Что ты видел, когда… — Майкрофт, чуть покраснев, не заканчивает мысль, но Грег и без этого уже догадался, что друга интересует этот вопрос. — Я буду честным с тобой, потому что ты это заслуживаешь. Да, я видел все, Майкрофт. — Прям весь процесс?       Грег тоже краснеет. Эти сцены до сих пор остаются в его голове и мелькают иногда перед глазами. Это не его воспоминания, он не виноват в том, что видит их и помнит даже спустя годы, но ему по-своему за них стыдно. — Это не как фильм или порно, если ты об этом, — Майкрофт обиженно смотрит на Грега, но Лестрейд не позволяет себе сбиться с мысли. — Скорее такие нарезки. Короткие-короткие видео, наверное. Примерно по секунде, если не меньше. Чик, — Грег щелкает пальцами, — и я вижу Дэна за столом с родителями. Чик, — снова щелчок, — и наше с ним знакомство, — щелк. — Ваше знакомство, — щелк. — Волнение перед выступлением, — щелк. — Волнение перед признанием, — щелк. — Счастье от ответа, щелк. — И ваш секс, — щелк… — Все, хватит!       Грег сцепляет пальцы. — Много-много коротких воспоминаний. Они похожи на пустую оболочку, просто движущиеся картинки. Но я знаю, что тот пирог, что стоял на столе среди большого количества другой еды, очень понравился Дэну, и он украл его ночью, пока все спали, за что утром получил от родителей.       Майкрофт улыбается. — Знаю, что, чтобы отвлечься и успокоиться, Дэн нашел за кулисами одну точку — какая-то старая декорация, которую не использовали давно, и она лишь место занимала за сценой. Он не знал, почему, но это сработало. Он даже по памяти нарисовал ее и маленький рисунок всегда носил с собой, чтобы успокоиться, когда этого потребует ситуация. Ничего из этого я не видел, но знаю. — Я не знал о том рисунке. — Я тоже.       Грег облизывает губы. — Я не знаю, по какому принципу выбирается, что показывать со-пилоту, и есть ли вообще для этого отдельная стратегия. Знаю только, что лучше даже не пытаться это проконтролировать иначе что-то обязательно пойдет не так. Мне не показали много того, о чем я не знал, пока уже после дрифта Дэн сам мне не рассказал. И показали пару вещей, которые я знал давно. Ты не можешь угадать, что увидишь. И что сам невольно покажешь другому человеку. Это самый большой страх людей. — Почему он плакал после вашего первого дрифта? — Потому что увидел то, чего точно не ожидал.       Грег понимает, что Майкрофту интересно, но он не посмеет так поступить с этими двумя. — Я уже сказал, что ты заслуживаешь знать правду. И, к сожалению или счастью, на этот вопрос я тебе ответить не смогу, это было бы очень некрасиво с моей стороны без одобрения Дэна.       Майкрофт сужает глаза, с подозрением смотря на старого друга.       Грег упирается позади себя руками о пол. — Ты что-то скрываешь.       Грег улыбается, но взгляд у него печальный. — Сам же говорил, что все люди что-то скрывают. — Да. Я в курсе обо всех твоих неудачных интрижках, но, только зная тебя, могу догадываться, как тебе было тяжело каждый раз. Но я не вспомню ни одного случая, чтобы ты это признавал.       Лестрейд молча улыбается. На это он ответить ничего не может. — Но ты позволил Дэну это увидеть. — Майкрофт, мы не выбираем, какие воспоминания увидит второй пилот, — терпеливо повторяет Грег. — Уверен, если бы могли, Дэн не показывал бы мне ваши личные моменты. У нас же с ним тоже не так мало общих воспоминаний, нашим мозгам просто нет смысла долго на них задерживаться. А ты имеешь большое значение для Дэна, не удивительно, что его мысли были преимущественно о тебе. — Имел.       Грег тяжело выдыхает. — Полностью открывать душу другому человеку, даже такому близкому, очень сложно. Но без этого не получится правильного дрифта. Вас просто выкинет из него. В лучшем случае, если обойдется без вреда для здоровья. У нас все прошло хорошо в первый раз, потому что мы осознавали риски и были готовы принять любые мысли друг друга.       Майкрофт повернулся к Грегу, чтобы посмотреть ему в глаза. Лестрейд старается избежать этот взгляд. — Вы выглядели грустными, когда вернулись, но потом вели себя так, будто ничего не произошло. — Так и должно было быть. Это наш уговор. — Ты не хотел, чтобы он что-то узнал. — У нас у всех есть такие вещи. — Ты узнал о нем то, чего он не хотел? — Увидел то, что он не хотел показывать.       Майкрофт желает узнать больше, но понимает, что и так слишком проник в чужую душу, зная, как на самом деле скрытен бывает Грег. Поэтому этот разговор стоит закончить. Ради блага их двоих. — Спасибо, что рассказываешь мне о нем. — Спасибо, что спрашиваешь.

***

— Вы прошли технику боя с кайдзю, теперь мы будем искать среди вас совместимых. Может, даже найдем. Но если нет, не расстраивайтесь, если у вас есть подобное желание, в дальнейшем вы сможете пытаться снова и снова. Я тоже пока не нашел своего партнера, — к чести Грега, нужно сказать, что его голос даже не дрожал при этом. — Пилотирование егерей не единственная возможность сражаться. Больше не нужна агрессия в выпадах и замахах. Запомните: теперь это диалог, а не бой.       Пока во время тренировок Грег не ставил их в пару с Дэном, и Майкрофт усиленно гнал от себя мысль, что Грег чего-то опасается, потому что вроде как шел он по порядку, и до них очередь просто не успела дойти. Он видел график Грега вскользь. Майкрофт и сам быстрее хотел разобраться во всем, и одновременно хотел, чтобы этот момент наступил как можно позже. Он боялся результата. — Следующая пара: Холмс, Элфорд. Выходите.       Сердце пропустило удар. Вот он, вот тот момент, которого он ждал и страшился. — Холмс! — снова зовет строгим голосом Грег.       Майкрофт поднимает взгляд, и видит взволнованные лица друзей, что уже ждали его на ринге. Это просто нужно сделать, просто переждать.       Холмс выходит и встает в стойку перед Дэном, получая от него подбадривающую улыбку. — Бой!       Майкрофт сидит на кровати, отказавшись от ужина. Сейчас он не хочет ничего: ни есть, ни спать, ни разговаривать. Ему больно от того, что с Дэном, самым близким для него человеком, они оказались не совместимы. Разумеется, это ничего не меняет. Майкрофт по-прежнему любит его, по-прежнему хочет и дальше быть с ним, он разумный человек и прекрасно это понимает. Ему просто нужно время на то, чтобы собрать из осколков прошлой надежды новую. Нужно немного побыть одному. — Можно тебя побеспокоить?       Доносится голос рядом, и Майкрофт переводит опустошенный взгляд на Грега, стоящего рядом с ним с подносом в руках. Тот улыбается, но смотрит с сочувствием. — Не видел тебя в столовой, тебе надо поесть. — Не хочу. — А это меня не волнует. Завтра у вас занятия с Брауном, лучше не пренебрегать едой.       Майкрофт напрягается от фамилии ненавистного учителя, однако оборону не теряет. — А какой смысл?       Грег громко вздыхает. Он ставит еду на тумбочку Майкрофта, а сам садится рядом. — Майкрофт, — нежно произносит он, и парень чувствует, как тело начинает невольно расслабляться, — я знаю, что ты пришел сюда из-за Дэна, но я ни за что не поверю, что это единственная причина. Если бы все дело было только в этом, тебя бы здесь не было. Ты тоже хочешь помочь человечеству, ты хочешь помнить. Пусть даже ты не будешь сражаться с кайдзю напрямую, ты хочешь помогать их победить. И ты сможешь это сделать, потому что в тебе есть гениальный ум и сила. Благодаря таким как ты человечество сможет выжить.       Майкрофт утыкается красным лицом в колени. Грег дает ему время прийти в себя. — Ты же тоже знал, что так будет? — Откуда я мог? Просто понял, что это возможно, ведь я сам так своего совместимого и не нашел. Это оказалось не так просто, как я думал. Я переживал за вас, — закончил Грег после короткой паузы.       Майкрофт что-то бубнит себе в колени, но Грег каким-то образом его понимает. — Дэн тоже переживает, места себе не находит. Вы уже достаточно обдумали ситуацию по одиночке, пора вам поговорить, потому что вы всегда были опорой друг для друга.       Грег протянул руку к лицу Майкрофта, но одернул себя. Вместо этого он просто положил тяжелую ладонь другу на плечо, сжал его и встал. — Ну а мне пора продолжать уроки. Увидимся позже. — Спасибо, Грег. — Обращайся.       Лестрейд был старше всего на три года, но несмотря на свою безбашенность он все равно иногда вел себя как взрослый.       Грег замирает в дверях. — И еще, Майкрофт. На самом деле я даже немного рад, — Холмс удивленно смотрит на друга. — Если честно, я не хотел бы, чтобы вы шли в бой. Я бы не пережил вашей потери.       Майкрофт не может найти слов, а Грег и не ждет. Просто покидает казармы, оставляя в воздухе висеть странные чувства. Холмс ненавидел, когда последнее слово было за Грегом. Он пользовался этим с удивительной жестокостью.

***

      Грег, наверное, впервые видит Холмса у памятной таблички с именами погибших сотрудников базы. Видеть сломленного Майкрофта тяжело. Просто удивительно, какую власть мертвые имеют над живыми. Лестрейд не собирается делать вид, что не видит ничего. Он подходит ближе. — Что будешь делать, если война закончится? Грег старается скрыть удивление от Майкрофта. Холмсы не могли похвастаться своим планированием будущего. Какими бы умными не были, они сами до конца не знают, чего хотят. — Когда, — поправляет Грег Майкрофта, на что получает вопросительный взгляд. — Когда она закончится. Мне нравится думать так. Тогда все жертвы, пролитая кровь, все разрушения были не зря. Ведь все имеет свой конец. — Верно. — Не знаю. Думаю, опыт и подготовка поможет мне пойти на какого-нибудь тренера или что-то в этом духе. Обычно в подобных разговорах с другими членами их команды Грег предпочитает со смешком добавлять «если выживу». Все знают о том, что вероятность умереть высока, но им тоже страшно и они тоже хотят спрятаться за шуткой, пусть и отвратительной. Но Грег не может так поступить и с Майкрофтом. — Мне кажется, что всю жизнь я жил ради него. Как будто я все делал только для него, иного не желая. Но его теперь нет, а я все еще здесь. Почему?       Грег в ужасе смотрит на растерянного друга. — Пожалуйста, Майкрофт, — собирает себя после осознания по частям заново Грег, — не говори, что ты жалеешь, что не умер вместо него, — неверующе произносит Грег, и сам чувствует бегущие по телу мурашки.       Холмс молчит. Грег пытается достучаться до друга. Он говорит уже тверже. — Майкрофт. — Нет. Конечно нет. Он был там, а я здесь. Я бы не смог вступить в бой. — Нет, Майкрофт, — Холмс хмурится из-за хриплого голоса Лестрейда. Он у него всегда становится таким, когда Грег хочет плакать. Майкрофт никогда не видел, чтобы Грег плакал, но он не хочет, чтобы Грег плакал. Тем более он не хочет стать причиной его слез. Но, судя по всему, все к этому и идет. — Ты говоришь, что хотел бы умереть вместо Дэна.       Майкрофт сердится сильнее. Грегу всегда не составляло труда его прочесть. Но и Майкрофту своего друга тоже. — Ты тоже хочешь. — Я… я не…       Грег запинается, захлебываясь в своих мыслях. Майкрофт тоже, но он привык доносить свои идеи до других. Он может их фильтровать и перебарывать. Грег не привык говорить откровенно, если это касалось его самого.       Майкрофт наблюдает за тем, как Грег обреченно потирает лоб и смотрит по сторонам, пытаясь на чем-нибудь сконцентрироваться и закончить мысль. Ему необходимо сосредоточиться, но чувства плохо ему в этом помогают.       По крайней мере сейчас он не врет. — Но я не говорю об этом тем, кто будет за меня переживать, — наконец говорит Грег. — Тому, кто не хотел бы моей смерти. — Но я все равно это вижу, Грег! — срывается Майкрофт, но быстро заставляет себя убавить громкость, ведь эхо в этой металлической коробке разлетается сильно, а им не нужны свидетели их слабости. — Если думаешь, что сможешь своей улыбкой обмануть меня, как остальных, то ты ошибаешься. Майкрофт поправляет выбившиеся волосы и облизывает губы. — Ты говорил, что с тобой я могу поговорить обо всем. Что я могу обращаться к тебе со всеми своими переживаниями. Ты так делал с самого детства. Я не просил тебя что-то рассказывать, потому что все видел сам. Но… — Майкрофт, — почти шепчет Грег. — Я поступил очень глупо, решив сказать об этом, зная твою реакцию. — Нет, Майкрофт, пожалуйста, — голос Грега становится громче.       Лестрейд слабо хватает Холмса за запястье. — Хватит! — сопротивляется Майкрофт.       Грег прижимает друга к себе. — Оставь меня! — Майкрофт. — Хотя бы раз в жизни!       Грег крепко прижимает к себе Майкрофта. От Грега привычно пахнет печалью и поддержкой. А еще металлом и кофе. И этот запах с ним уже годами, и Майкрофт стыдливо находит в нем утешение. Когда Майкрофт перестает вырываться из его рук, Грег шепчет. — Прости меня, просто., — Грег давится невыплаканными слезами, но продолжает, потому что, если не сейчас, он никогда снова не сможет быть таким откровенным. — Вы мои друзья, я очень люблю вас. Я уже потерял Дэна, теперь я так боюсь потерять тебя. Не важно каким образом. Будешь ты вести бой в море, городе или здесь, на базе, но я хочу, чтобы ты был жив. Я не хочу, чтобы и ты исчез из моей жизни. Ты мне очень дорог.       Майкрофт обнимает Грега в ответ и сжимает его борцовку на спине. — Однажды Ден сказал мне: «ты всегда сможешь найти меня в дрифте». — Он знал. — Не совсем. Это популярная шутка у пилотов. Хотя такой исход предсказуем. Но мне не нужно вступать в дрифт, чтобы увидеть его. Тот день всегда встает у меня перед глазами. — Ты никогда об этом не рассказывал. — Какой смысл? Ты и так об этом знаешь. Между ними снова повисает тишина. — Если честно, — начинает он хрипло после пяти минут молчания, — я до сих пор думаю, что это все просто страшный сон, который мне снится. Я жду, когда проснусь и увижу рядом его, — Майкрофт чуть отстраняется и смотрит Грегу в глаза. — Но ведь этого никогда не произойдет, Грег. Потому что это кошмар, но не сон.       Грег чувствует, как сердце разрывается на части при виде такого Майкрофта. И Грег не хочет, чтобы Майкрофт это прочел. Он снова прижимает друга ближе, заставляя уткнуться себе в плечо. — Знаю, Майкрофт. Я знаю. Мне тоже страшно и одиноко. — Я до сих пор люблю его. Все еще очень сильно. Грег крепче прижимает друга к себе. — Да, я знаю.       Вскоре в металлических коридорах начинают разноситься голоса людей, и мужчины решают скорее покинуть эти стены. Они в молчании идут в сторону каюты Холмса. Тот уже собирается попрощаться на середине пути, когда Лестрейд продолжает свою старую мысль. — Ты жил не ради Дэна. Это был ты и твои желания. Просто ты хотел быть с ним, и был. Не ради него. Ты ведь любишь Дэна, значит все было ради тебя в том числе. Ты хотел быть здесь. Не из-за того, что он пошел, а потому что ты хотел спасать людей. Все это только ты. Знаю, что это говорить уже поздно, но не теряй себя в нем. — Спасибо, Грег.       Еще Майкрофт благодарен Грегу за то, что он не боится произносить имя Дэна, как бы ни было больно.

***

— И так это наше с вами последнее занятие, — громко объявляет Грег. — Знаю, что большинство из вас уже точно не пойдут пилотировать, но остались ли какие-нибудь пожелания по приемам? Может вы что-нибудь плохо усвоили или хотели бы еще раз повторить? Лишним не будет, поверьте мне.       Парочка человек подняли руки и попросили повторить некоторые упражнения, которые Грег с радостью им показал. Но все закончилось достаточно быстро, и вскоре ребята уже сидели на своих местах, а новые руки так и не поднимались. — Неужели все всё усвоили? Знаю, что другие учителя вам втолдычивают это каждый день на каждой тренировке, но в настоящем бою все гораздо серьезнее, вас никто жалеть не станет. Вашим противником будет не просто другой человек, а ужасный монстр, от одного взгляда на которого вы можете растеряться и даже не совладать с телом. Хоть вы и прошли отбор, это является угрозой и для профессиональных рейнджеров. Любой ваш выход за пределы базы может стать летальным. А если вам не повезет встать на пути кайдзю без егеря, вам однозначно конец.       Майкрофта пробирает до мурашек от голоса Грега и его слов. Их тренер прав, слышать подобные речи каждый день лишает их ценности, но вот услышать их от такого добродушного Грега, придает им должную серьезность. Наверное, все поэтому и напряглись. Кроме Дэна. — Во дает, — шепчет ему на ухо Элфорд.       Дэн поднимает руку. — Что ты творишь? — шипит Майкрофт, не понимая намерений парня. — Да, Элфорд?       Дэн усмехается и смотрит на Грега с вызовом. А Майкрофту его мысли не нравятся заранее. — А можно попробовать сразиться с вами, мистер Лестрейд? — Именно сразиться? — Грег поднимает бровь. — Да. — Так в твоей голове я монстр? — громко смеется вновь повеселившийся Грег. — Ну давай.       Элфорд под радостное улюлюканье группы спрыгивает на пол и ловит подкинутый ему бо. Майкрофт может только разочарованно вздохнуть и примерно представить, сколько ему потом сидеть с этим придурком в медотсеке. Они получают травмы даже на тренировках, хотя, как верно удивился Грег, бой у них ненастоящий. Дэн прошел специальную подготовку и ненамного младше Грега, так что тот вряд ли будет сдерживаться.       Но вопреки ожиданиям, Майкрофт не видит ни одного удара о тело. Молодые люди дерутся усердно, вкладывая в этот бой все свои силы, на сколько это возможно, пока ты развлекаешься. Грег двигается не так, как учил, переходя на свой привычный, более свободный стиль боя, но Дэн легко под это подстраивается. Звук ударов посохов друг о друга заставляет кровь в жилах холодеть. Такое на себе ощутить точно не хочешь.       И что-то в этом не так.       Остальные это тоже чувствуют, потому что их радостные крики уже давно стихли, они напряженно смотрят на бой, в котором противники равны. На бой дрифт-совместимых.       Сами парни удивлены не меньше, но с удовольствием продолжают, будто мир вокруг них перестал существовать.       Майкрофт все видит. Он прикрывает глаза и выходит из зала. * — И так, мы дрифт совместимые.       Тренировка закончилась, и все уже давно разошлись, оставив двух уставших парней отдыхать после выматывающего боя. — Я знал, как это бывает, видел подобное, но ощутить на себе это совсем другое. — Клевое чувство, — пораженно говорит Дэн. — Почти как оргазм.       Грег смеется на интересное сравнение. — Ты, наверное, единственный, кто описал этот процесс так. — Просто все отмалчиваются.       Веселье у парней мгновенно пропадает, они переводят взгляд на пустые трибуны. — Надо поговорить с Майкрофтом. Он же это видел. Грег замечает поджатые губы Дэна и прекрасно разделяет его чувства. — Тебе надо его найти, Дэн. Ты нужен ему. Сейчас — особенно. — Я не могу. Я не знаю, что сказать, как успокоить. — Ты всегда находил способы. — Потому что ты первый с нами разговаривал, а потом нам друг с другом было легче. Давай сначала ты?       Лестрейд кладет тяжелую ладонь на чужое плечо. — Не в этот раз, Дэн. Это вы должны пережить вместе. Хорошо? — Хорошо. — Удачи. Обязательно скажи, как все пройдет.       Дэн, опустив голову, покидает Грега. А парень тем временем наконец погружается в свои мысли. Это просто ебанная шутка.

***

      Резко проснувшись, Грег садится на кровати и допивает воду, оставшуюся на ночь в один глоток. Жаль, что снотворное ему принимать нельзя. Грегу часто снится та ночь в кошмарах.       Они с Дэном уже одолели монстра. Вернее, так они думали. Пока тот не всплыл, и не набросился на них со спины, продолжая наносить по егерю удары, которые по связи отдавали болью телам парней. В один момент Дэн обернулся на напарника, чтобы сказать то, что Грег почти успел уловить в чужих мыслях, как монстр вырывает корпус правого полушария головы егеря вместе с телом Дэна. И этот шум металла, аварийный свет, шторм и крики Дэна смешиваются в голове Грега ужасающей какофонией. Он уже не помнит, как одолел кайдзю, не помнит ту боль, что испытывал. Не помнит, как добрался до ближайшего берега чужой страны и как его вытаскивали из лишь наполовину целой головы егеря. Ее ремонт почти окончен. Незнающие вряд ли поймут, что когда-то этот робот перенес серьезные повреждения и смерть одного из пилотов. Но Грег помнит. Он видит это ужасное зрелище каждый день. Лестрейда сразу же доставили в больницу, в которой он пролежал несколько дней, не приходя в себя. Его тело и разум были повреждены, и никто даже представить не мог насколько. Грегу удалось в одиночку завершить бой и довести егеря до безопасного места. До него это удавалось только двум людям. Но один это прошел в одном из первых егерей, который радиацией нанес непоправимый ущерб его телу. Второй же после того случая ушел из программы «егерь» и наблюдение за ним не составляло возможным. И вот он Грег: лежит, и исследуй его сколько душе угодно.       Он тоже хотел сбежать.       Когда он пришел в себя, кричал от пережитого ужаса. По пробуждению казалось, что это все было лишь плохим сном. Но реальность быстро ударила его по мозгам, не оставляя сомнений. Он не мог успокоиться пару дней, пока ему не сообщили, что начальство его базы прибыло. Если пришли они, значит, пришел и Майкрофт. Грег взял себя в руки. Последнее, что сейчас нужно его другу, потерявшего возлюбленного, самого близкого человека, это его сопли.       Если бы не Майкрофт, Грег наверняка бы признал себя невменяемым. Может даже драму какую-то обыграл бы. И больше не ждали бы его на базе. Да, это был бы трусливый побег, но Холмс бы никогда больше не смог ему этого сказать. Да, Грег скучал бы, не знал, что делать дальше, но ушел бы. Для всеобщего блага. Поступил бы правильно и эгоистично.       Пока маршал рассказывал о произошедшем, будто самого Грега там не было, Лестрейд не мог отвести глаз от Майкрофта. Тот как обычно сидел у его кровати с прямой спиной и серьезным лицом, по которому ничего нельзя было сказать. Но взгляд его был опустошенный. Отчасти Грег был рад, что ему не придется сообщать новости другу самому, но в тот же момент его настигла новая пугающая догадка: Майкрофт все слышал. Он слышал рев кайдзю, скрежет металла и крики ужаса Дэна. Все то же, что слышал Грег, только не его мысли. И Холмс был один столько времени. И он переживал этот ужас в одиночку все те дни, что Грег лежал здесь без сознания. Если бы об этом Грег сказал ему лично, Майкрофт мог бы пережить это вместе с другом. Он мог бы бить друга, кричать на него, но высказал бы все, не переживал это в одиночку. — На этом мы вас оставим, — говорит маршал по завершению своей речи, которую Грег целиком прослушал. — Когда врачи позволят, вы снова вернетесь на базу.       Грег не стал говорить о том, что ему будет сложно возвращаться в их с Дэном каюту. Не говорит и о том, что ему там больше делать нечего. Не говорит, что больше не считает себя нужным. Но он кивает. — Да, сэр.       Администрация покидает его, оставляя их с Майкрофтом наедине.       Грег знает, что должен прервать тишину, но он совершенно не знает, что сказать. Привычка просто слушать приказы оказалась слишком сильной, но кажется, слова и вовсе не нужны. Они оба знают, что произошло. И оба знают, что не смогут об этом забыть. Вот только сказать хочется. Хочется снова увидеть блеск в глазах Майкрофта, пусть даже это будет отблеск от слез. Только бы не это лицемерное равнодушие.       Холмс действует первым.       Майкрофт неожиданно его обнимает. И пахнет от него океаном, усталостью и трауром. Совсем не так, как нравится Грегу. — Ты жив, я так счастлив.       Майкрофт говорит такие теплые слова, но от его интонации сквозит холодом сильнее, чем воздух на Аляске. Сказал бы его друг такие слова в другой ситуации, Грег был бы рад, но в нынешней, он не знает, куда деть себя от печали.       Грег неуверенно, но крепко обнимает Майкрофта в ответ, утыкаясь в воротник и вдыхая родной соленый аромат океана и выдыхает свой больной больничный запах. — Прости. «Прости, что почти провалил миссию» «Прости, что сломал егеря» «Прости, что потерял Дэна» «Прости, что вернулся живым»       Тело в его руках вздрагивает, но ничего не говорит.       Майкрофт отстраняется. — Нам нужно вернуться на базу. Сроки до нового нападения сократились. Майкл вычисляет прогрессию. — Конечно, иди. — Я напишу тебе завтра. — Хорошо.       Майкрофт почти выходит из палаты, когда Грег останавливает его. — Ты был его последней мыслью.       Прямая спина напрягается сильнее, но голову Холмс не поворачивает. — Как выздоровеешь, возвращайся на базу. Это приказ.       И он покидает палату безвольного и запертого Грега, стыдя того за желание исчезнуть.       Они оба достаточно хорошо знают друг друга для того, чтобы раскрыть мысли и упрекнуть за них, не говоря о них прямо.       Грег хочет убраться отсюда с момента того происшествия. Но сначала за ним было пристальное внимание. Потом он раскрыл чувства Майкрофта и больше не мог оставлять его одного. Хоть Майкрофт по-прежнему страдает, он может двигаться дальше, Грег знает это. Холмс сильный, он справится. Грег ему больше не нужен. Лучше он уйдет с базы, чтобы не шататься бесполезным инвалидом по ней. Он, как пилот егеря, уже на пенсии. А со своими проблемами он справится сам, не нагружая ими близкого друга. Он уже и не знает, как быть посторонним для Майкрофта. Так он хочет действовать, так он хочет думать, но Майкрофт сам попросил его вернуться. А следовательно, поступить иначе он не может. Он уйдет, обязательно оставит Майкрофта в покое и не будет мозолить глаза и сыпать соль на рану, но позже. Обязательно. Когда Майкрофт признает, что Грег ему не нужен. А это произойдет обязательно.

***

      Грег почувствовал жидкость, текущую из носа сразу, но сначала посчитал, что у него просто начался насморк. Большое дело: заболеть в железной коробке, окружённой океаном. То, чего он ни за что не ожидал увидеть — кровь. И это был плохой знак.       Он быстро добежал до своей каюты и стал смывать кровь с носа, лица, рук и одежды. Лишь бы никто не увидел.       Не до такой степени, чтобы сразу бежать и просить о помощи, конечно. Смысл ему узнавать, в чем дело? Кровь — это просто кровь. Смерть, значит, смерть. Он знал, на что идет, собираясь в это место. И очень хотелось оградить всех от лишних, его личных проблем.

***

      Вокруг все гудит, через пять минут их ждет первый настоящий бой. За пределами егеря все суетятся, а внутри двое парней стараются настроиться на самое важное дело в их жизнях. — Готов? Все-таки наш первый дрифт, — с удивительно воодушевленной улыбкой говорит Дэн, пока его подключают к нейромосту. — Готов, — со сживающимся от волнения сердцем говорит Грег. Это страх не перед боем. Это страх перед мыслями. От него надо избавиться. — Но ты же помнишь, что мы увидим воспоминания друг друга и прочувствуем все то же самое? Мы будет в голове друг друга.       Дэн улыбается Грегу широкой улыбкой. — Я не против поделиться с тобой теми секретами, что у меня есть. Ты и так почти все обо мне знаешь.       Грег поджимает губы. — Я тоже.       Возвращались они на базу в полном молчании. И после оглушительной битвы под аккомпанемент рычания и воплей монстра, скрипа их робота и их собственных криков все казалось таким тихим. Они до сих пор были подключены к нейромосту и читали мысли друг друга. Их было много, целый ворох вперемешку с эмоциями и чувствами, но каждый знал или хотя бы примерно предполагал, о чем хочет поговорить второй.       Они возвращаются на базу под общее ликование, под подбадривающие похлопывания по спинам и под расспросы о первом опыте. Где-то там за компанию хлопает и Майкрофт с вопросительной улыбкой глядя на скорее растерянных, чем радостных парней, стараясь понять, в чем дело.       И молодые люди, не сговариваясь, быстро ускользают подальше от чужих глаз и ушей, потому что просто не могут оставить все как есть. Они забредают в какой-то явно редко посещаемый отсек, и не успевает Грег что-либо сказать, начать оправдываться, как Дэн хватается за его экипировку, обессиленно падая на колени. — Черт! Прости. Прости, прости меня, пожалуйста! — с прорывающимися слезами просит Дэн. — За что ты извиняешься? — теряется Грег, хотя примерно догадывается, стараясь разобраться в призрачном дрифте. — Я… я так много говорю! Постоянно, обо всем и во всех подробностях. Я даже не думал, что тебе это может причинить боль.       Грег тоже спускается на пол, хватая чужие руки и заставляя друга посмотреть себе в глаза. — Это я должен просить прощения, я не имею право на эти чувства. — Что ты несешь, Грег? Человек не несет ответственность за свои чувства. Но ты считался с моими, храня свои в тайне, ты был один, тебе было так тяжело. А я даже догадаться не мог.       Слова и реакция Дэна трогает Грега, и мужчина ласково улыбается. — Как бы ты об этом узнал, если я молчал? — нарочито весело хмыкает Грег. — Ты же как-то понял о наших с Майкрофтом чувствах. — Потому что вы слишком очевидные. — Я… я не знаю, что делать. Я не хочу сделать тебе еще больнее, если это вообще возможно. Еще и этот дрифт! Ты же все видел. Ты все это тоже почувствовал… Я теперь знаю, как тебе было плохо…       Грег берет в свои ладони чужие и сжимает их. — Мои чувства не должны что-то менять. Я хочу, чтобы все оставалось, как есть. И я хочу быть вашим другом. Ты мне позволишь? — Да, господи, да, конечно! Ты мой лучший друг, Грег!       Парни крепко обнимаются. — Спасибо, Дэн.       Прийдя в себя, парни возвращаются к команде и, конечно же, не забывают обратиться к Майкрофту, который смотрит на них с подозрением. — Догадывался, но мог только гадать, на сколько тяжело проходит дрифт, особенно первый. Вы выглядите помятыми. Даже слова не сказали, когда вернулись. — Прости, такая суматоха была, хотелось побыть в тишине, — оправдывается Дэн. — И как оно? — Познавательно, — говорит Дэн. — Страшно, — говорит Грег.       Майкрофт одаривает Грега долгим взглядом, но поведение друзей никак не комментирует. Они вернулись в целости и сохранности, и это главное.

***

      Грег курит на палубе. Как бы парадоксально это ни звучало, это была единственная возможность подышать свежим воздухом в этом месте. Некоторые бросили эту пагубную привычку из-за нежелания и отсутствия времени проделывать этот огромный путь до верха. Но Грег славился своим упрямством. Грег и… — Дай сигарету, — потребовал голос за спиной. — Нет. — Почему? — Потому что. — Мой брат опять тебе что-то сказал, а ты подчиняешься его прихотям? — Как и все потакают твоим.       Шерлок не уходит. Подходит ближе и облокачивается о перила. — Сбежал от моего брата? — Прячешься от Джона, чтобы он тебя искал?       Шерлок долго смотрит на Лестрейда. Он пытается вывести Грега на что-то, но тот слишком хорош в этой игре. Уловки Холмсов на него давно перестали действовать. Но он должен признаться, что до сих пор слаб перед ними. — У тебя что-то происходит. — Ты стал таким чутким, Шерлок. — Брат будет беспокоиться, — недовольно произносит молодой человек, — а когда он беспокоится, приходит докапываться до меня. — Я скоро решу эту проблему. — А сигарету дашь? — Я же сказал, что нет.

***

       Он тянул бы с этим и дальше, если бы кровотечение не повторялось каждый день в любом месте и в любое время, из-за чего шанс раскрытия становился все выше.       Только желание умереть не на базе заставляет его пойти в медотсек. Потому что без уважительной причины он не сможет покинуть это место. Хотя мечтал это сделать с того самого дня.       Только бы Майкрофта это не коснулось.       Грег появляется в кабинете Джона, явно его шокируя. — Грег? Ты чего здесь делаешь? — сразу заподозрил неладное доктор. — Не говори Майкрофту.       Джон напрягается еще сильнее. — Что случилось, Грег?       Грег запирает за собой дверь и садится на кушетку под внимательный взгляд Джона. — У меня только что шла кровь из носа.       Сказанное явно злит и пугает Джона, но тот быстро берет себя в руки.       Грег читает его строгий взгляд. Не то чтобы он когда-то мог работать на Грега, но смысла в сокрытии больше нет. — На самом деле у меня так уже вторую неделю. — И как часто? — обманчиво спокойно уточняет Джон. — Каждый день.       Грег ощущает, сколько грубых слов Джон скрывает за резким вздохом. — Я все проверю, сиди здесь. — Только Майкрофту не говори. — Да понял я, понял. Как маленький. Не скажу, пока не выясню, ожидать ли серьёзные последствия. — Значит, Шерлоку ты расскажешь? — Если это превысит мои возможности врача. Раньше я ему не скажу. — Спасибо. — Пока я провожу анализ, пей эти таблетки.       Джон достает из-под полы какую-то капсулу с белыми таблетками. Грег берет ее в руки, осматривает и убирает во внутренний карман бомбера. — Шерлок, кстати, снова от тебя прятался на крыше. — Ты дал ему сигарету? — не отрываясь от написания рекомендаций по применению, спрашивает Уотсон. — Нет, конечно. Я знаю, как для тебя это важно. — Спасибо. — Самое интересное, что он до сих пор думает, будто меня на это подначивает Майкрофт. — Иногда Шерлок не видит очевидные вещи, — Джон протягивает Грегу листок. — Я бы с ума сошел, если бы он научился понимать все.

***

      Майкрофт врывается в комнату Кво неожиданно и молниеносно. И, как принято у Холмсов, драматично. Грег встречает его удивленной улыбкой. — К черту! Давай сюда эту палку! — Не знаю, что тебя разозлило, — говорит Грег, наблюдая за тем, как с плеч Майкрофта скатывается пиджак, и как мужчина засучивает рукава рубашки, расстёгивая верхние пуговицы, — но мне нравится твой настрой.       Грег кидает Майкрофту посох.       Тот с непривычки сразу бросается на Лестрейда, даже не подумав, и, разумеется, промахивается. Грег делает бо подножку, и Майкрофт заваливается на пол. Он потирает ушибленное место, а Грег нависает над ним. — Если тебе просто пар нужно выпустить, лучше в тренажерку пойти.       Грег, улыбаясь, протягивает Майкрофту руку. Тот ее отстраняет. Он поднимается на ноги без помощи, продолжая тяжело дышать. — Ты будешь сражаться или как?       Лестрейд пожимает плечами. — Как хочешь.       Раз Майкрофт собирается биться в полную силу, Грег тоже отставать не будет.       Он выпрямляется и с вызовом смотрит на друга. — Нападай.       После подножки, заставляющей Грега упасть, Майкрофт не медлит и нападает снова, но Грег будто знает его движения наперед и защищается. Резкий стук посоха об посох их не отрезвляет. Этому способствуют глаза напротив. И мысль приходит им в головы одновременно.       Никто не решается озвучить эту мысль. Она оказывается слишком очевидной и в той же степени невероятной.       Но Грег решает нарушить тишину, приведя Майкрофта в чувство. — Мы дрифт-совместимые?       Спохватившись, Майкрофт сбегает. Грег же продолжает пялиться на пустое место, где только что стоял его друг.       Нет, это невозможно. Как это черт возьми возможно?        Майкрофт?!       Почему все получилось именно так?!       Им нельзя подключаться. Ни в коем случае. Майкрофт даже не столько боится боя с настоящим кайдзю, встретиться с ним лицом к лицу. Он боится, что столкнет лицом к лицу Грега с собственными чувствами и воспоминаниями. Грег узнает, что Майкрофт думал о нем все это время. Узнает о мыслях в ранние годы их дружбы. Узнает о том, что думал в больнице. Узнает о том, о чем ни за что не должен был узнать.       Майкрофт закрывает глаза.

***

      Дэн нежно проводит рукой по лицу Майкрофта, и тот ведется на эту ласку, подставляясь. — Майкрофт, ты готов? — Да.       Это уже не первый их раз, но Дэн всегда был нежным. Холмсу невероятно было приятно. Эти касания, ласковый шепот… И улыбка Грега. Майкрофт вспоминает, как под кожей его старшего друга игрались мышцы, когда он активно жестикулировал во время тренировок. Как Грег показывал трюки на других, и как самого Майкрофта заваливал на маты. Как нависал он над ним, заслоняя собой свет и тяжело дыша. Тот жар его дыхания, бурлящую кровь и капельки пота, стекающие по телу. Как в своей дурацкой привычке Грег облизывал губы.       Это становится последней каплей для разрядки, и Майкрофт первое время даже не понимает, что произошло. — Это было чудесно, Майкрофт, — пытаясь отдышаться, довольно говорит Дэн. — Да, да, — пораженно произносит Холмс. — Кто первый в душ? Или пойдем вместе? — игриво спрашивает парень. — Я пойду, — спешно говорит Майкрофт и буквально сбегает в ванную, не замечая встревоженного состояния партнера. — Ну ладно, — растерянно говорит он, отпуская Майкрофта одного, хотя хотелось последовать за молодым человеком очень сильно.       Майкрофт запирается в ванной и бежит под душ. Он усердно трет тело мочалкой, стараясь избавиться от этого ощущения. У него был секс с его парнем, с парнем, которого он любит, но в процессе думал о другом! Он ужасный. Он грязный.       Сложно было не обращать внимание на внешность Грега. Он был красивым и харизматичным, и многих этим привлекал в первую очередь. И на это в первую очередь обратил внимание Майкрофт, когда годы назад Дэн их знакомил. «Грег — мой сосед и друг». И этот теплый взгляд карих глаз. «А это Майкрофт. Мой друг и одноклассник». И теплые крепкие объятия.

***

      Это все должно было остаться в тайне, это неправильно.       А еще Грег не должен знать об его мыслях в больнице. «Прости, что остался жив».       Грег не должен знать его мысли. — Неприятности в раю? — улыбается Шерлок, стоя рядом с врачом их базы. — Отвали. — Даже так! Боюсь предположить, что Грег такого мог сделать, чтобы так сильно тебя задеть.       Майкрофт подходит к Джону, очевидно немного пугая его тем самым. — Ты знал? — О чем? — Что мы с Грегом совместимы? — Вы совместимы? — искренне удивляется Джон.       Майкрофт ослабляет хватку. — Не знал? — Майкрофт, я слежу за его здоровьем. Подбором кандидатов на пилотирование занимаетесь вы в управленческом отделе. До меня эти сведения доходят по факту и больше в слухах.       Старший Холмс отпускает Джона. — Вот это новость, — протягивает Шерлок. — Как интересно получается. — Абсолютно нет, Шерлок.       «Нападение кайдзю четвертой категории» — сообщает динамик, и до этого большое здание с небольшим количеством человек, прячущихся в своих углах, превращается в улей. За стеной научного отдела поднимается шум, прерывая разговор Холмсов. — Кажется, тебе пора, — зевает Шерлок. — Сначала мне нужно зайти в технический отдел и комнату.              После выполненного задания для технического отдела Майкрофт возвращается в свою каюту и обнаруживает на тумбочке жетоны. Не его жетоны, они лежат где-то глубоко в его вещах, чтобы не маячить перед глазами, чтобы не делать больно одним своим видом.       Он подходит и берет жетон в руки. Медальон смерти с идентификационным номером военнослужащего. С личным номером Грега, который Майкрофт знает наизусть еще со времен учебы.       Майкрофту не надо читать мысли Грега, чтобы знать, что тот задумал. Этот придурок опять все решил сам и ушел.       Суматоха Грега в панику не вгоняет. За годы он научился находить в этом успокоение. В этом всего два решения: смерть или жизнь, и думать об этом много не надо.       Грег стоит в командном пункте и наблюдает за показателями вместе с модераторами. Это все, что он может сделать в своей ситуации. — Мы потеряли Тигра и Амура, — сообщает один из координаторов.       Услышав это, Грег срывается с места. — Куда ты идешь, Лестрейд?! — возмущенно недоумевает маршал. — К егерю. — Но вы с Линчем не дрифт-совместимые, и твой егерь восстановили совсем недавно. Это может привести к проблемам.       Грег резко разворачивается и снова подходит к командиру. — А кого нам ждать?! Мы уже потеряли Пантеру и Джерси. Если продолжим медлить, остальные тоже падут. Тогда у человечества останутся только старые методы, а они малоэффективны. Нельзя же просто смотреть на то, как они умирают.       Маршал всего секунду взвешивает сказанное Грегом и кивает. — Хорошо. Лестрейд, Линч, забирайте Валома. — Есть, сэр! — кричат одновременно пилоты, будто уже находятся в дрифте, и бегут к раздевалке со скафандрами.       Они в форме проносятся мимо прибежавших на крики громкоговорителя Джона, Шерлока и Майкрофта.       Старший Холмс подбегает к маршалу. — Что тут происходит, сэр? Почему Лестрейд в экипировке? — Они с Линчем займут Валома и отправятся в бой, — невозмутимо отвечает он, не отрываясь от мониторов. — Но им же нельзя. И Грег не вступал ни с кем в дрифт с тех пор, как… — Лестрейд убедил меня в том, что это единственный шанс, — строго перебил запыхавшегося от бега и чувств Майкрофта маршал. — На позицию, Холмс.       Ослушаться приказа Холмс не может, и сделать в этой ситуации что-то кроме своей работы — тоже. Тем более что речь о Греге: самом упрямом человеке в его жизни после брата (и то в этом они могут посостязаться). Не удивительно, что Лестрейду удалось в чем-то убедить маршала. Поэтому Холмс быстро занимает свое место перед компьютерами, рядом с контроллерами миссии принимаясь за работу, но перестать беспокоиться за Грега он не может. Мужчина долго не был в дрифте, долго не был в бою и сейчас он сидит в их с Дэном егере. У Майкрофта плохое предчувствие.       Шерлок и Джон встают за спиной, тоже наблюдая за показателями. — Грегу лучше не лезть туда, — высказывает Джон очевидную мысль. Закатить глаза Майкрофту мешает только то, что он наблюдает за показателями. — Я уже сказал это маршалу. — Грег пришел ко мне на днях с кровотечением из носа.       Майкрофт резко оборачивается на Джона. — Что? — Просил не рассказывать тебе. — Это не повод молчать о такой серьезной вещи. — У него это повторялось несколько раз. Я обещал, что не скажу тебе, пока не увижу положительные результаты на тестах.       Дыхание обрывается вместе с сердцебиением. — О боже. — Нет, результаты еще не пришли, — Майкрофт уже спокойно выдыхает и возвращается к работе, когда Джон продолжает. — Но не стоит расслабляться. Помимо той травмы, Грег пилотировал еще атомного егеря. У пилотов таких егерей увеличивается риск возникновения рака. На самом деле шрамы Грега с той битвы больше морального вреда приносят, а в этом я не помощник. Все время я слежу именно за раком. — Грег знает об этом? — Напрямую я ему об этом не говорил, но он и сам специалист. Он лучше нас знает о том, как это все работает и какой вред приносит. — Его упрямство меня убьет.       Открыть свое сердце — ерунда, это просто орган, мышца. Даже зачастую романтично настроенный Грег это подтвердит. Открыть свой мозг — вот что самое сложное. В нем все мы. Чувства, воспоминания, движения, мысли и еще многое другое. Ты и близким не всегда и не все можешь раскрыть так, чтобы потом не пожалеть об этом. Сейчас Грегу предстоит подключиться к, пусть и хорошему человеку, но малознакомому парню, с которым его ничего не связывает. Это очень сложно, но он справится. Сейчас его чувства не важны, важен только этот бой и те люди, которые спрятались в убежищах, выжидая окончание атаки. Не стоит заставлять их ждать.       Калибровка завершена. — Последнее, что слышит Грег перед тем, как окунуться в ТОТ день. — Оно пробило корпус!       «Мне страшно»       Визг датчиков и сирен разрывает барабанные перепонки. Рука перестает слушаться.       «Я не оставлю Майкрофта»       И монстр снова утягивает Дэна своими когтями, буквально вырывая его из брони. Крик Грега смешивается с криком Дэна и ревом кайдзю в ужаснейшей симфонии, перебивая даже бушующий шторм.       Обрыв нейросвязи.       Команда, следящая за Лестрейдом и Линчем разочарованно выдыхают и сразу пытаются придумать запасной план, пока подкрепление из других стран не подоспело. — Обрыв у обоих, — сообщает один из операторов.       Маршал подходит к микрофону. — Вы оба потеряли связь.       Из динамика доносится скрипящий голос Грега: — Не могу привести в чувство Линча. — Врачи уже направились к вам. Как ваше состояние? — Я в норме.       Майкрофт незаметно с облегчением вздыхает. — Мне очень жаль, Лестрейд.       Искренне говорит маршал, отключаясь от связи с Валомом, и снова переключается к тем, что пока еще ведут бой.       А Майкрофт готовится сделать самый сумасшедший поступок в своей жизни. — Маршал, — зовет он главного, обращая на себя внимание, — я знаю, что нужно делать.       Лестрейд наблюдает за тем, как из головного отсека выносят Линча, и громко ругается, желая все разнести к чертям. Бесполезный. Он по-прежнему просто бесполезный старый пилот, инвалид. Его товарищи погибают. Когда они падут, монстр пойдет на город и снова погибнут десятки и сотни тысяч, как при первых нападениях, потому что этих монстров они не смогут одолеть так скоро, ближайшие егеря на другом конце света, и неизвестно распорядились ли уже о том, чтобы позвать их на помощь. А самолеты и танки слишком неэффективны в этом бою. Они умрут. Надо что-то придумать. — Не разрушай егеря, иначе мы не сможем драться.       Родной голос отрезвляет. Грег неверующе поворачивается и видит перед собой Майкрофта, уже в экипировке.       Такой же как у него, у Грега. И такой же как у него, у Дэна.       Его не должно быть здесь. Только не в этой гребанной машине.       Сердце падает в пятки. — Что ты делаешь? — Помогаю тебе спасти мир.       Холмс занимает место второго пилота. — Майкрофт, я надеюсь, ты осознаешь, как это опасно. Но ко всему прочему, я увижу твои мысли и чувства.       Холмс сжимает шлем, который не держал в руках со времен учебы.       Холмс пытается смириться с тем, что хотел скрыть, ему нужно будет выложить на стол на блюдечке с золотой каемочкой. А остальное Грег и сам знает, столько лет наблюдая за ним и выслушивая. Сколько бы ни утаивал Холмс от своего друга, Грег знает его лучше, чем кто бы то ни был. Лестрейд всегда был рядом и никогда не отворачивался. Грег тот, кто должен знать его мысли. — Ты был прав. Твои чувства уходят на задний план, когда дело касается жизни людей. Я пришел сюда спасать их, и не позволю им умереть из-за своих страхов, — Майкрофт переводит взгляд на Грега. — Тем более я не хочу бояться открыться тебе. Люди не всегда справляются с тяжестью секретов, которые им приходиться хранить. Я устал от этой ноши.       Грег молча на него смотрит. Майкрофт стесняется этого взгляда, и скрывается от него под шлемом. — Скажешь что-нибудь? — смущенно спрашивает Холмс, все еще ощущая на себе внимание друга. — Это ни к чему. Через секунду ты окажешься в моей голове. Только постарайся не погружаться в воспоминания. Оставайся здесь, со мной.       Грег не совсем уверен, что закладывает в эти слова лишь один смысл. — Хорошо. — Это будет сложно сделать в первой бой, тем более в этом егере, но ты справишься, потому что это ты, тебе… — Грег, — перебивает его сбивчивую речь Майкрофт. — Все будет хорошо. — Я все равно буду беспокоиться. — Знаю. Да, мне страшно, но, кажется, так будет правильнее. Калибровка завершена.       Слышит Майкрофт и невольно погружается в воспоминания. Это всего лишь набор коротких кадров. Грег его предупреждал. Здесь нечего бояться.       Но…       Майкрофт проваливается в воспоминания, где Дэн приветствует его так дурашливо в первый учебный день. Где Дэн вечно таскает его с собой, не давая почувствовать одиночество, которое он испытывал каждый день дома. Где Дэн знакомит его с Грегом.       Видит, как он, Майкрофт, счастливо общается с Дэном, пока Грег смотрит на них со стороны. Яркие воспоминания, где он, Майкрофт, очаровательно неловко мнется перед Грегом при знакомстве. Где он, Майкрофт, с очередным переживаниями приходит к старшему другу. Где он, Майкрофт, оказывается зажатым в крепких объятиях. В теплых, уютных и успокаивающих.       Где он, Майкрофт, такой красивый, такой умный, такой восхитительный…       Такой, каким он себя не видел никогда.       Это не его воспоминания и чувства.       Он уже готов остаться в своих воспоминаниях, где они с Дэном и Грегом счастливы втроём, где Дэн еще жив и дарит ему эту чудесную улыбку. Но воспоминания Грега будто вырывают его из того мира. Грубо, но не жестоко, отрезвляюще. Будто Грег готов пожертвовать своими воспоминаниями и чувствами, которые наверняка хотел скрыть до последнего, как часто это и делал, чтобы неопытный Майкрофт не потерялся в своих.       Холмсу страшно до тех пор, пока после череды воспоминаний он не слышит мысли Грега. — Не бойся, Майкрофт. Я сделаю все, чтобы ты вернулся живым.       И это чувство беспокойства, поддержки и любви накрывает его с головой. — Лучше сделай так, чтобы вернулись мы оба.       Майкрофт с восхищением смотрит на бушующий океан. Столько лет он слышал его, но теперь узрел воочию так близко. Грег был прав: это прекрасное зрелище, и даже шум вокруг это не портит. Лишь слегка отвлекает голос Лестрейда, звучавший в голове, хотя Грег с момента включения дрифта рот даже не открывал. — Ты очень много думаешь, Грег, — произносит Холмс. — Прости, Майкрофт, я просто очень сильно боюсь за тебя. — Я знаю. Но это помешает бою. — Не волнуйся, во время боя этого не будет.       И Грег оказывается прав. Во время боя он ведет, мысленно дает указания, но посторонних мыслей в их головах больше нет. В голове Грега лишь мысли о бое и о том, как защитить людей.       Бой проходит гладко. Им удается удержать кайдзю и даже нанести ему серьёзные увечья, пока к ним не присоединяется подкрепление. Тогда Грег запрашивает разрешение на прекращение боя с их стороны. И Майкрофт чувствует, знает, что делает это Грег не из-за усталости, боли или, упаси боже, страха за свою жизнь. Он чувствует, как Майкрофту тяжело, поэтому и отступает. Они не покидают это место, пока бой не закончится, на всякий случай, но больше не принимают в нем активное участие.       Они возвращаются на шумную и многолюдную базу. Не сговариваясь, идут в каюту Майкрофта. Грег считывает параллель и считает это дурным знаком. К тому же атмосфера между ними отличается от той ситуации с Дэном, и Грегу немного страшно. Но Майкрофт жив, остальное Грега не волнует. Майкрофт может ненавидеть его и презирать столько, сколько ему влезет, лишь бы продолжал дышать.       Майкрофт идет к столу в своей комнате, от его злобы эхом разносятся тяжелые шаги. — Зачем ты это сделал? — Если бы я не пошел, у нас бы не было больше средств на оборону. — Я не об этом, — Холмс крепче сжимает спинку стула. — Зачем ты оставил свой жетон? Почему ты не предупредил меня? — Майкрофт, это все не так, погоди.       Холмс резко оборачивается, заставляя Грега вздрогнуть от неожиданности. — Не так? Как это еще можно понимать? — Я не хотел тебя оставлять. Но я правда не мог иначе поступить. — Почему ты меня не позвал? Ты ведь знал, что мы дрифт-совместимы. — Я не хотел подвергать тебя опасности.       Майкрофт бьет Грега кулаком по лицу так неожиданно, что тот теряет равновесие и падает. Мужчина хватается за место удара, чувствуя, как оно горит. — Подвергать опасности не хотел? А то, что я потеряю любимого человека, тебя не волновало? — Грег удивлённо смотрит на друга. — Ты хоть представляешь, что я испытал, когда увидел твой жетон? Я чуть с ума не сошел. Ты хотел заставить меня снова это испытать? — Нет, что ты… — Заткнись! Я никак не пойму: если ты так давно меня любил, почему ты мне это ни разу не говорил? — Говорил, — сипло и слабо сопротивляется Грег. — Имея в виду в значении друга.       Грег вздыхает и садится на подлокотник дивана, наконец поднимаясь с пола. Ох не так он хотел бы признаться. Если быть честным до конца, он вообще не планировал этого делать. — Вы с Дэном любили друг друга, вы были счастливы, а вы мои друзья. Как я мог так с вами поступить? — Но он умер.       Майкрофт сам удивляется, как легко ему удается произнести эти слова. Они по-прежнему причиняют ему боль, но теперь он чувствует, что готов с ней бороться. Бога ради! Он только что одолел огромного монстра и признался этому парню в любви. — И ты его не забыл, — от взгляда Грега по телу Майкрофта пробегают мурашки, но он не теряет оборону. — Ты его любишь, я вижу это, а теперь и знаю наверняка.       Майкрофт наконец успокаивается, чувствуя стыд за эмоции. Просто чувства так давно сдерживались, что теперь он не мог их удержать. Особенно рядом с Грегом. — Разумеется, я не забыл. Это невозможно забыть. И люблю я его до сих пор, ты прав. Но неужели ты не увидел этого в дрифте? Я люблю тебя, Грег, не только как друга.       Не ожидавший прямого признания Грег теряет дар речи. Майкрофт теряется от такой реакции и чувствует, как тело наполняет страх.       Майкрофт знает, что сам видел в этом дрифте, но он не может ручаться за свои мысли, попавшие на обозрение Грегу. Больше своей любви к мужчине Майкрофт хотел скрыть… — Или ты увидел другое? — Наверное, я увидел все, Майкрофт.       Холмс напрягается, вспоминая свои мысли после смерти Дэна. Когда он пришел в больницу к раненому, только что очнувшемуся Грегу. Когда он впервые увидел и услышал своего друга после того ужасного боя, из которого тот выбрался живым лишь чудом. Ему снова становится стыдно. — Прости, я… — Не надо. Я знал, что ты так подумаешь. Потому что я думал также. — Грег.       Грег опускает голову и закрывает лицо руками. — Мне было так стыдно. С тобой должен был остаться Дэн, с которым ты был счастлив. — Грег, хватит. Мы оба уже обо всем знаем, так к чему эти разговоры? — Прости, прости, прости, — приглушенным голосом шепчет Грег, скрывая нарывающиеся слезы под своими горячими ладонями.       Майкрофт нервно потирает руки, не зная, что ему стоит делать.       Всю жизнь именно Грег приходил им на помощь, поддерживая, выслушивая и просто находясь рядом. Он всегда мог угадать, что именно сейчас нужно каждому из них.       А теперь Майкрофт стоит перед человеком, которого мечтал успокоить, но совершенно не имел представление о том, что ему стоит делать для этого. — Почему ты не сказал про кровь?       Грег убирает от своего лица ладони, демонстрируя свои красные сухие глаза. — И это увидел? — Нет. Мне Джон сказал. — Вот оно как, — горько усмехается Лестрейд, и, наконец, Майкрофт знает, о чем тот думает. — Результат еще не известен, он рассказал из-за твоего порыва совершить попытку суицида. — Я пошел в бой, как и требует мой долг. — Разве я сказал не то же самое?       Грег опускает голову. — Твоя смерть разбила бы мне сердце. — Мне жаль, Майкрофт.       Холмс подходит ближе к мужчине. — Я не хочу, чтобы ты чувствовал вину, Грег. — А иначе нельзя. Это то, что всегда с нами. — Может, найдется место для чего-то еще?       Грег усмехается и поднимает взгляд на подошедшего друга. — Не могу поверить, что это говоришь ты. — Если ты не можешь, наши мысли озвучу я.       Майкрофт обхватывает ладонями лицо Грега и наклоняется. Лестрейд исследует лицо друга взглядом и улыбается. — Я люблю тебя.       Майкрофт накрывает чужие губы своими.