"Хирурги"

"Хирурги"

Сверкает сталь под лампой ледяной, Где ангелы в халатах белых бьются. Хирурги – жрецы, над плотью обречённой, В молчанье строгом, с жизнью что есть мочи бьются. Их руки – весы, где миг решает вечность, А скальпель – луч, что тьму смертельную пронзает. Они – как зодчие, руины собирая, Под дрожь в костях и клятву Гиппократа. Чтоб снова к жизни воина призвать. Но в сумраке углов, смеясь зловеще, Толпятся тени, с пастью, полной гнили. То черти ждут, как воронье над полем, Когда надежды пламя догорит, угаснет. Их взоры – угли ада, жаждут душу, Чтоб в бездне вечной мук предать забвенью. Они – как пауки, плетут паутину смерти, Чтоб жертву в сетях вечной заточить. А в центре – он, боец, меж пространствами затерян, Душа его – как лодка в шторме бьется. Воспоминаний рваные обрывки, Пред ним мелькают, как зарницы в небе. Он – как кинжал, закаленный в битве, Но раны в сердце – словно трещины на стали. И выбор предстоит – остаться светом, Иль пасть во тьму, где нет ни дна, ни края. В его глазах – не страх, а тихая печаль, За мир, который так и не увидел. За тех, кто рядом пал, не долюбив, За землю, что в крови врагов омыта. Но в глубине души горит искра надежды, Что даже после смерти есть бессмертие. Ведь воин жив, пока его помнят, И подвиг его – словно звезда, не угасает. Пусть бьются ангелы, пусть черти скалят зубы, Решение – за ним, в преддверии забвенья. Пойти ли в рай, где мир и тишина, Иль бросить вызов тьме, и вечно в памяти остаться. И в этот миг он видит лики светлые, Тех, кто его зовет, из вечности манящих. И он решает – жить, во имя тех, кто пал, И свет свой в мир вернуть, как солнце после мрака.