Уве

      Весной тысяча сто шестьдесят четвёртого года яблони у реки под замковыми стенами Хеймхолла цвели особенно пышно. Каждое дерево здесь — от самого старого и раскидистого до самого стройного и молодого, по древней традиции было посажено в год рождения нового принца или принцессы из правящей династии, нового Хеймлинга, и носило его имя. Высоко в голубом небе щебетали ласточки, а кожу обдувал лёгкий тёплый ветер.       Уве обучал бою на деревянных мечах восьмилетнего щуплого мальчугана, одетого в одну рубаху и штаны — слабого и болезненного от рождения младшего принца, Рарки. Чуть поодаль от них, в тени старой кривой яблони, сидели две черноволосые девочки десяти и четырнадцати лет: та что постарше жевала большое красное яблоко, которое сохранилось в кладовой ещё с прошлого года, и внимательно следила, как читает по слогам толстую книгу младшая, иногда подсказывая ей и указывая куда-то на страницах тростинкой. Обе то и дело звонко смеялись. Это Артара давала урок фьерьенского своей младшей сестре, голубоглазой Фрите. Так же, как в своё время она помогла с реварским языком Уве и даже худо-бедно научила его, бестолкового дикаря, чтению и письму. Взамен он показал ей, как держать в руках оружие и защищаться — время было неспокойное. Уве знал это не по наслышке. — Рарки, один и тот же ошибка. Не смотри на мой меч, он обманывает, — Уве сделал ложный выпад и, когда принц попытался защититься, легко хлопнул его по открывшемуся боку деревянным мечом. — Понял? Смотри в глаза. Глаза всегда расскажут, что на самом деле хочет твой враг.       Рарки потёр бок — скорее от обиды, чем от боли. Затем вновь занял боевую стойку, на этот раз исподлобья глядя великану Уве в глаза. — Давай ещё раз! — потребовал он. — Как прикажете, — замахнулся Уве для удара.       Ложный выпад — такой же, как в прошлый раз. Теперь мальчишка знал, что это уловка, и не поддался, но в последний момент запутался, попытался закрыть бок и получил по голени, открытой для удара. — Не-е-ет, нет, ты не понял, — покачал головой Уве. — Я смотрю на твою ногу перед удар. Зачем ты закрыл бок? — Ты бил туда в прошлый раз. А глазами двигал слишком быстро, — обиженно ответил Рарки. — Эх, тебе бы со стороны смотреть… — задумчиво потер густую бурую бороду Уве, когда его взгляд остановился на смеющихся под старой яблоней девочках. Рарки это заметил. — Не, в своем любимом платье она не согласится, — сказал он, закинув деревянный меч на плечо. — С ней даже купцов водой из надвратной башни уже не окатишь — слишком стала важная. — Она почти взрослая, — пожал плечами Уве. В глубине души эта мысль разрывала ему сердце, но внешне он ничего не показал. — Эй, Артара! Хочешь размять кости? Твоя помощь надо! — он бросил свой деревянный меч в сторону девочек. Старшая ловко его поймала одной рукой, из второй не выпуская яблоко, и отвлеклась от книги.       Изящные черты румяного лица и девичьей фигуры, собранные в толстую косу угольно-чёрные волосы, глаза и длинное платье цвета яблоневой листвы, железная фибула в виде цветка на аккуратной груди… Не так давно бывшая нескладной задиристой девочкой, Артара сделалась девушкой, притом очень красивой. — Мне не подобает драться, и я не собираюсь пачкать одежду ради ваших глупых игр! — отозвалась она и демонстративно прислонила меч к стволу яблони. — Не подобает… — передразнил её Рарки. — Все девочки вырастают такими занудами? — разочарованно спросил он у Уве. — Лучше идите к нам! — подала голос голубоглазая Фрита. — Артара нашла в библиотеке интересную книжку с картинками, «Происхождение бранных слов и выражений, во Фьерьенской Империи употребляемых». Это весело!       Артара смущённо прикрыла глаза рукой, когда Рарки и Уве заржали как кони. — Нет, не все, — с трудом переведя дыхание, ответил на вопрос мальчика он. От смеха у него заболел живот и проступили слёзы.       Они еще продолжали хохотать, как вдруг Рарки замолчал и дёрнул своего наставника за край рубахи. — Так так так… — раздался в саду надменный голос, который, казалось, заставил стихнуть даже пение птиц и шелест листьев.       На поляну, чуть пошатываясь, вышел долговязый парень лет шестнадцати с мечом на поясе, одетый в расшитую серебром пурпурную рубаху. Тонкие черты его лица были искажены неприятной ухмылкой. Единственный и любимый ребёнок короля от первой жены, Раггар. — Готовишься к свадьбе, сестрёнка? Молодец, эта книга скоро пригодится тебе. — Не ожидала встретить тебя так рано, братец. Вы с отцом уже выпили всё, что привезли гости? Новый рекорд, — отложила остатки яблока и очаровательно улыбнулась ему Артара.       Фрита втянула голову в плечи и спряталась у неё за спиной. Уве в то же время сделал шаг в сторону, прикрыв собой Рарки. — Не твоё дело, — икнул Раггар и бросил к ногам Артары деревянную шкатулку. — Надень это и иди в тронный зал. Гости желают тебя видеть. — Хорошо. Возвращайся к ним, я догоню, — не переставая мягко улыбаться, ответила ему Артара. Раггар кивнул и к всеобщему облегчению уже намеревался убраться восвояси, как вдруг заметил запасной деревянный меч рядом с настоящим двуручным мечом Уве, оставленным в укромном месте под деревом. — О-о-о, вы тренируетесь? Я тоже хочу! — заявил он и подобрал деревянный меч. — Рарки, покажешь мне, чему научился сегодня?       Рарки боязливо вышел из-за спины наставника, дрожащими руками вцепившись в деревянный меч. Уве его придержал. — Раггар, — сказал он, — ты старше и крепче свой брат, и уже убивал человека. Ты не умеешь контролировать силу, а сейчас ещё и пьян. Не делай это. — Я отлично себя контролирую и всего лишь хочу знать, умеет ли… второй сын моего отца хотя бы половину того, что умел в его возрасте я. — Нет, не умеет. Фа`гхар. Уходи, — попытался прогнать незваного гостя Уве. — Не поверю пока не увижу, что он настолько жалок. Рарки, покажи, как все в тебе ошибаются! Ударь меня! — угрожающе направился в сторону единокровного брата Раггар. Тот, храбрясь, вышел ему навстречу.       Обстановка накалялась. Уве был безоружен и случись что — не успел бы добежать до своего двуручника. А у Раггара, непредсказуемого и даже сейчас непростого противника, было два меча. Один из дерева, другой — из стали.       Когда Раггар, пошатываясь, подошёл опасно близко и замахнулся для атаки, Уве вырвал деревянный меч из рук Рарки и парировал отдавшийся в костях удар. Умеет он контролировать силу, как же… — Да как ты смеешь стоять на пути своего господина?! — в ярости выкрикнул старший принц нависшему над ним великану. — Я служу не только тебе, ваше высочество. Твоим сёстрам и младший брат тоже, — спокойно ответил Уве, скалой встав между агрессором и беззащитным мальчишкой. — Пошёл прочь, Беор, пока за неповиновение я не приказал тебя высечь! — Нет. — Славно, а если так? — прошипел Раггар и отбросил в сторону деревянный меч, выхватив из ножен настоящий.       Случилось именно то, чего Уве боялся. Могла пролиться кровь.       Он занял защитную стойку. Больше ему ничего не оставалось — лишь принять бой и обезоружить зарвавшегося принца, надеясь, что кусок дерева в его руках окажется достаточно крепким и не подведёт. В глазах Раггара же блеснул азарт: он любил драться и, видно, был ещё слишком глуп либо уже слишком злобен, чтобы переживать о трагедии, которой могла закончиться любая потасовка. — Раггар, что ты делаешь?! Не бей Беора, хватит! — крикнула ему Фрита.       Они сошлись. Удар металла о дерево, другой, подножка — Раггар потерял равновесие, крепко получил деревянным мечом по спине и пошатнулся. Ему было всё равно — он рассмеялся и снова метнулся в бой, готовый сломать пополам надрубленный меч Уве.       Из ниоткуда на Раггара налетела Артара. Сестра с братом вцепились друг в друга и клубком прокатились по сырому песку. Она попыталась прижать его к земле, помешать подняться, но он был намного сильнее и без труда её скинул. Он вскочил на ноги, но и она не отстала.       Так Раггар оказался меж двух огней — Уве и Артара медленно кружили вокруг него с деревянными мечами наголо, словно загнавшие лося голодные волки, и он дёргался, наставляя оружие то на одного из них, то на другого. Артара была хороша в защите, но очень слаба в нападении, а меч Уве мог сломаться от первого же удара. Кто сделает первый шаг? Они коротко переглянулись.       Вдруг Артара запнулась на ровном месте. Раггар не стал упускать возможности и тут же бросился к ней. Ложный выпад, удар, второй — парировала, но запуталась в длинном подоле собственного платья. Упала — на этот раз по-настоящему, без притворства, и в попытке защититься выставила перед собой вооружённую руку, зажмурилась. Раггар, уже занёсший меч над девушкой, в этот момент выругался и промахнулся, попал по песку словно слепой.       Не успел он предпринять ещё что-то, как Уве добежал до него, схватил за плечо, развернул к себе рывком и прописал ему кулаком в морду. Раггар грохнулся на спину рядом с сестрой и выронил меч, который та сразу подобрала и направила на него, едва поднявшись на ноги. Драка была окончена.       Валявшийся на песке Раггар продрал глаза и рассмеялся, потирая огнём горящую щёку. — Давненько меня так не колотили… — хохотал он. — Вот это было весело, спасибо! — Это не весело, — мрачно ответил ему Уве. — Меч создан для одной цель — убивать человека. И ты чуть не ударил им свой сестру. — Она сама нарвалась, но… Да, погорячился, — согласился Раггар, медленно перевернувшись на четвереньки. — С дырявой башкой её было бы сложнее сдать фьерьенцам, ха.       В груди Уве кипел гнев. Он с трудом сдержался, чтобы не отвесить его высочеству добротного пинка под дых. — Эй, сестрёнка, поиграли и хватит, — обратился к Артаре Раггар, когда, наконец, встал более-менее прямо. — Отдай меч. — Отдам, когда проспишься, — холодно отозвалась та. — По-твоему, я должен вернуться на пир с пустыми ножнами?! — сделал шаг вперёд он, но упёрся в острие собственного клинка. — Ножны тоже можешь оставить мне. — Опозорить меня вздумала?! Отдай сейчас же! Это подарок отца! — попытался отвести клинок в сторону Раггар, за что получил укол в руку. — Нужно было держать крепче, — презрительно ответила ему Артара. От её притворной мягкой улыбки не осталось и следа. — Ненавижу тебя, — сплюнул в сторону Раггар и снова протёр алую щёку. — Хорошо, давай по-другому. Любишь договоры, сделки, дипломатию и всю эту чушь? Я хочу забрать свой меч прямо сейчас. Что ты хочешь за это? Назови свою цену.       Уве покачал головой, давая Артаре знак: «Не соглашайся». Та задумалась ненадолго. — Я хочу, чтобы ты никогда не чинил неприятностей мне, Рарки, Фрите, Беору и всем остальным людям, которые не делали тебе зла. Хочешь драться? Дерись с теми, кто хочет того же в ответ.       Раггар утомлённо закатил глаза. — Серьёзно?.. Ладно, я обещаю быть хорошим. Теперь отдай, — икнул он и протянул вперёд руку. Уве за его спиной замотал головой отчаяннее. Рарки и Фрита, наблюдавшие со стороны, присоединились к неодобрительному жесту. — Я не верю в пустые обещания, — не выпуская из рук меч, покачала головой Артара. — Поклянись. По-взрослому, на крови. Давай.       В саду повисло молчание. Никто не ожидал такого требования от неё. Первым тишину нарушил сам Раггар: — Можешь потренироваться и отполировать мой меч как следует до утра, — он изобразил недвусмысленное движение руками на уровне бедер, развернулся и, шатаясь, бодро зашагал прочь. Когда уже почти скрылся между яблонь — замедлился. Задумался. Вернулся. — Хотя… Клянусь, что никогда не причиню неприятностей тебе, Рарки, Фрите, Беору и другим людям, которые не сделали мне зла, иначе не обрести мне покоя, — проговорил он монотонно, будто делая одолжение, и сжал руку на лезвии протянутого ему клинка, надрезав ладонь. — Да сделает эту клятву нерушимой перед лицом богов и предков моя кровь. Всё, довольна?       Раггар показал сестре свою ладонь, чуть испачканную кровью. Та кивнула и передала ему меч рукоятью вперёд. — Запомни свои слова хорошенько. Нарушившего скреплённую кровью клятву ничего хорошего не ждёт, — сказала она и направилась к дереву, под которым оставила свои вещи.       Её старший брат убрал меч в нарядные ножны, недовольно фыркнул и наконец-то ушёл — пристыжённый и уже не такой самоуверенный, каким сюда явился. — Умеешь ты водить переговоры… — усмехнулся Уве и подобрал брошенный Раггаром деревянный меч. — Больше всего на свете он боится позора, особенно — в глазах отца. Было бы глупо не воспользоваться этим, — отозвалась Артара, отряхивая платье. Фрита помогала ей. — Рарки, делал внимание, куда мы с твой сестрой смотрели во время боя? — В глаза, — тихо ответил тот.       От увиденного он всё ещё не пришёл в себя. Уве ободряюще хлопнул его по плечу широкой ладонью, приглашая следовать за собой, под дерево, где расположились девочки. — Верно, в глаза. Раггар пытался обмануть нас, но не смог ни в кого ранить. Не смог ведь, правда? — последние слова были обращены уже к Артаре. — Смог! У меня платье порвалось, — расстроенно отозвалась та и показала надорванный шов на бедре. — Жуть. Надо шить рану. Срочно идём к швее.       Компания собрала вещи и отправилась вдоль реки через цветущий яблоневый сад, к замковым воротам. Фрита, которой досталась шкатулка, по дороге открыла её и долго завороженно смотрела на содержимое. — Это… гребень? — спросила она, показав всем изящный гребень для волос из кости, украшенный серебряным узором и резными птичками. — Да, нашей матушки. Ты не помнишь, наверное, тебе было всего две зимы… — Артара бережно взяла гребень в руки, отдав сестре книгу взамен. Распустила косу, вытряхнула речной песок из густых волнистых волос, ниспадавших до крестца, и собрала их гребнем. — Ну, что думаете? Я понравлюсь гостям?       Ответом ей стало молчание. Уве шагал, глядя себе под ноги, как, должно быть, и все остальные. — Эй, вы так выглядите, будто это вас через пару дней отправят замуж. Особенно ты, Беор, — она весело толкнула его в бок локтем. — Эти гости, заклятый враг Ревар, будут смотреть твои зубы как лошади на ярмарке, а потом заберут навсегда. Подарят для чужак, отца которого убил твой отец. Оставят взамен кислое вино и цветные тряпки, — отозвался тот, с трудом сдерживая злобу. — Я хочу выкинуть их из Хеймхолл прямо сейчас. Как Краг-король мог сказать «да» на такое?... — Я тоже не хочу, чтобы ты уезжала, — поддержал его Рарки. — Ты даже жениха никогда не видела, этого Эстамора! А я много плохого про него слышал. Вдруг он правда злой как Раггар и будет тебя бить? — Эстамор тоже никогда не видел меня и вряд ли с нетерпением ждёт нашу свадьбу, — пожала плечами Артара. — Думаю, я смогу найти с ним атре ль`амор, общий язык. — Мои люди тебе помогут, — ответил Уве. — Крат, Крам и Дархам едут на север с тобой. Я договорился. Они не дадут тебя обидеть. — Твои лучшие люди? — удивилась Артара. — Спасибо, но… кажется, они будут полезнее здесь. — Пусть отдыхают и зря тратят деньга. Мне так спокойно. — Может, просто скажешь гостям и отцу «нет»? — с надеждой в голосе спросила Фрита.       Компания взобралась по каменной лестнице, ведущей на подъёмный мост через узкую глубокую реку, к главным воротам замка. В украшенном цветами и белыми льняными лентами дворе показались закрытые повозки с узорчатыми резными ставнями и знамёнами Фьерьенской Империи, красным огнедышащим змеем на золотом поле, а на привязи неподалёку от них стояли укрытые попонами с золотой вышивкой кони — лёгкие, поджарые, длинноногие, совсем не похожие на тяжёлых реварских скакунов. В этих древних мрачно-величественных стенах они смотрелись чужеродно. — Всё было решено много лет назад, и я не могу изменить свою судьбу, — грустно улыбнулась Артара. — Но я могу выбрать, трагедия это для меня или возможность. Быть может, бесконечные войны между Реваром и Фьерьенской империей прекратятся, а вы сможете жить спокойно, когда императрицей стану я?       «Мэр бэр», — подумал про себя Уве, но легче от этой мысли ему не стало. Над его сердцем нависло смутное, неопределённое предчувствие беды.