Печать Хагивара.

— Проклятая энергия не знает пола. Она просто выбирает сосуд.

***

Храм Кагэно — уединённое святилище в горах префектуры Кагава, скрытое барьерами от человеческого глаза. Здесь с древних времён собираются старейшины клана Хагивара, чтобы решать судьбы наследников, назначать защитников и хранителей Печатей. Вечер был тяжёлым. В воздухе, несмотря на летнюю влажность, висело нечто липкое и острое — как дыхание зверя, притаившегося в кустах. Старейшины клана сидели по кругу, каждый в своём углу тени. Каменные колонны храма отбрасывали длинные силуэты, а проклятые факелы на стенах не столько освещали, сколько подчеркивали вековую строгость этого места. Слухи о рождении следующего наследника распространялись быстрее, чем должно было. Но даже самые прозорливые из них не ожидали этого. В зал вошёл Хагивара Сэйджуро, высокий мужчина с серебристыми волосами, собранными в узел, и лицом, будто высеченным из скалы. Его шаг был твёрдым, но в глазах — смятение. За всю свою жизнь он не чувствовал такой проклятой энергии... от новорождённого. — Ты дрожишь, Сэйджуро, — произнёс старейшина Камо, щурясь. — Неужели ребёнок так силён? — Он не просто силён, — выдавил Сэйджуро, стоя в центре круга. — Его энергия... как будто Печати уже открыты. Как будто она — Путь сам по себе. Некоторые переглянулись. Кто-то подавленно охнул. — Он? — переспросил старейшина Дзэнъин. — Ты же сказал «он»? Сэйджуро напрягся. Вот оно. — Она. — Голос прозвучал как вызов. Тишина, что наступила после, была почти насмешкой. В зале, где обсуждали техники, войны и родословные воинов, девочка стала словом, которого не ожидал никто. — Ты хочешь сказать, что эта энергия... исходит от девочки? — процедил старейшина Тодзю. — От моей дочери. Ами. Хагивара Ами. — Это невозможно, — прорычал кто-то. — Путь Шести Печатей выбирает мужчин. Так было испокон веку. Ты ошибаешься. Но в этот момент в храме вздрогнули барьеры. Потоки энергии прокатились по воздуху, словно само пространство что-то почувствовало. Один из свитков с именами наследников затрещал, проклятые чернила вспыхнули алым, а в дальнем углу послышался треск дерева. Не громкий, но... зловещий. — Она пробуждается... даже не осознавая себя, — прошептал кто-то. — Новорождённая не может контролировать печати... это выходит за рамки всего, что мы знали. Сэйджуро опустил голову. — Значит, пора выйти за рамки.

***

Ами спала в руках матери — Хагивары Миё, женщины с тихим голосом и глазами, в которых всегда отражалось небо. Она не была магом, но несла в себе чистоту рода. Именно она уговорила Сэйджуро назвать девочку Ами — "вкус дождя". Миё знала: эта девочка принесёт бурю, но перед бурей всегда пахнет дождём. — Смотри, — прошептала она, — даже когда спит, её энергия пульсирует. Ты чувствуешь это, Сэйджуро? Она... живёт в ритме Печатей. Он кивнул. В глубине души он понимал: Ами не будет обычным ребёнком. И всё, что её ждёт, будет выше страха, выше ярости — выше судьбы. Но никто ещё не знал, что в другом клане, в доме Годжо, мальчик с белыми волосами уже учился смеяться, дразнить, и прятать глаза под чёлкой. Он будет старше Ами всего на один год. Но этот год изменит многое.