До последнего вздоха

"Смерть оставляет за собой сердечную боль, которую никто не может исцелить, любовь оставляет память, которую никто не может украсть."

В бункере, затерянном среди руин разрушенного города, царила тишина, нарушаемая лишь звуками капающей воды и отдалёнными взрывами. Тусклый свет аварийной лампы едва пробивался сквозь пыль, осевшую внутри. Бункер пах сыростью и отчаянием. Некогда полные жизни девушки, теперь были бледными и измождёнными. Война забрала у них всё, оставив лишь этот проклятый бункер и крохи надежды, которые теперь тоже иссякли. Андрющенко сидела на холодном бетонном полу, обняв колени, её сердце колотилось от страха. Рядом на грязной подстилке лежала Виола, её лицо было бледным, а дыхание - прерывистым. Припасы истощались, и каждая минута становилась испытанием на выносливость. Виола кашляла, сухой, надрывный кашель и холод сотрясал всё её тело. Лиза взглянула на неё, её сердце сжималось от страха. Виола выглядела истощённой; её лицо было бледным, а глаза потускнели от усталости и боли. Андрющенко прижала её к себе, пытаясь хоть немного согреть. Тела обеих продрогли от холода и голода. Они обе знали, что припасы кончились несколько дней назад, и время не на их стороне. Надежда на спасение растаяла, как дым. — Я не смогу без тебя... — сказала шёпотом Лиза, слёзы катились по её щекам. — Всё будет хорошо. Мы справимся. Нас обязательно найдут. Она знает, что это ложь. Она видит правду в глазах Виолы, в её собственном отражении. — Не надо лгать, Лиз. Мы обречены... — Виола замолкает, пытаясь набрать воздуха. — Я не хочу умирать, — прошептала Виола, и в её голосе звучала не только боль, но и нежность. — Я хочу, чтобы ты знала, как я тебя люблю. Слёзы обжигали глаза Лизы. Она гладила исхудавшую щёку Виолы. «Я тоже тебя люблю. Больше жизни». Виола улыбнулась, слабая, печальная улыбка. «Я так рада, что мы вместе. Даже здесь... даже в этом аду...» — Тише, тише, не говори. — Лиза целует её в лоб, пытаясь сдерживать рыдания. Дыхание Виолы становилось всё более тяжёлым, неровным. Она тянулась рукой к лицу Лизы, гладя её щёку слабыми пальцами. — Если я уйду... обещай мне... что ты не сдашься. Ты должна жить ради нас. —  Виола посмотрела на неё с такой глубиной, что Лиза почувствовала, как её сердце замирает. — Я не оставлю тебя, — сказала Лиза, её голос был полон отчаяния. — Мы выберемся отсюда. Я сделаю всё, чтобы это произошло. Виола улыбнулась, но улыбка была полна печали. Она потянула руку, чтобы коснуться лица Андрющенко. Слёзы текли по лицу Лизы всё быстрее. Она не могла представить жизнь без Виолы. Но она знала: если они хотят выжить, нужно быть сильными. — Помни меня, Лиза. Помни нас. — Я никогда тебя не забуду, Виола. Никогда. - пробормотала едва слышно Лиза, её голос дрожал. Она целует её холодные губы, её бледное лицо, её безжизненные глаза. Слёзы текли по её лицу, капая на лицо Виолы. — Я обещаю... но только если ты останешься со мной! Не оставляй меня! Виола открыла глаза и посмотрела на Лизу с такой любовью и нежностью, что сердце девушки разрывалось от боли. — Я всегда буду с тобой... даже если меня не станет... Я верю в тебя. Ты сильнее, чем думаешь. В этот момент Виола начала задыхаться. Её тело ослабело ещё больше, и она медленно опустила голову на колени Лизы. Слёзы текли по лицу Андрющенко, когда она чувствовала, как Виола слабеет. Время словно остановилось, и в тот момент, когда Виола сделала последний вдох, Лиза поняла, что теряет её. — Нет! Виола, нет! Пожалуйста, вернись! — закричала Лиза, обнимая её крепче. Она чувствовала, как жизнь покидает любимую. И её голос эхом разносился по пустому бункеру. — Я люблю тебя... — прошептала Виола с последним вздохом. Её глаза закрылись навсегда. — И я тебя люблю. — проговорила тихо Лиза, оставшись одна в тишине бункера, её сердце разрывалось от горя и одиночества. Она прижала к себе тело Виолы и заплакала так сильно, как никогда прежде. Шепча слова любви и прощания. Тишина. Только тишина отвечала ей. Тишина смерти. Лиза лежала, обнимая тело Виолы, пока её слёзы не иссякали. Она чувствовала, как её собственное тело слабеет, как тьма подступает к её разуму. — Не бойся, любимая, — шептала она, обращаясь к неподвижному телу Виолы. — Я скоро буду с тобой. Совсем немного осталось. Мы снова будем вместе. Навсегда. Она закрыла глаза, прижимаясь к Виоле, и ждала. Ждала смерти. Ждала воссоединения. Ждала любви.

"Иногда, чтобы выжить, нужно умереть изнутри."