Демон Мэн.

"Опа, и что это мы делам здесь? Может быть наша Звёздочка решила расследовать это дело о похищениях, несмотря на предупреждения?"-ухмыльнулся Мэн Уцзи. Юнь Фэй сжал фолиант в руке, его взгляд потемнел. Он ожидал подобной реакции от Мэн Уцзи. Этот человек всегда появлялся там, где его меньше всего ждали, и всегда с этой ехидной ухмылкой. Юнь Фэй: Мэн Уцзи. Мои дела не касаются никого, кроме меня и тех, кого это затрагивает напрямую. Вам ли не знать о том, как ценна личная свобода. Разве не вы сами выбрали быть обособленно от секты? Он попытался обойти его, но Мэн Уцзи сделал легкое движение, вновь преграждая путь. Юнь Фэй остановился, его терпение таяло. Юнь Фэй: Что вам нужно? Если это очередная насмешка, то я не в настроении слушать. В секте достаточно проблем, чтобы еще и тратить время на ваши... игры. "О, но как же так? В такой обеспокоенной атмосфере Секты Лазурного Тумана, дела каждого касаются всех, не находишь, Звездочка? Особенно, когда речь идет об исчезновениях... Ты ведь тоже об этом думаешь, не так ли? Иначе что бы ты делал с этой пыльной книгой в столь поздний час? Ищешь заклинание, чтобы спрятаться под кроватью от ночных кошмаров?"- усмехнулся Мэн Уцзи. В его голосе была насмешка и желание подколоть. Юнь Фэй подавил вздох. Это была типичная манера Мэн Уцзи — выворачивать слова наизнанку, чтобы они звучали как издевка. Но в его последних словах была доля правды, которая не давала Юнь Фэю просто уйти. Юнь Фэй: Я ищу ответы. И если вы так хорошо осведомлены о моих "ночных кошмарах", Мэн Уцзи, то, возможно, вы и сами знаете, что именно их вызывает. Или, может быть, даже видели что-то? Он пристально посмотрел на алые глаза Мэн Уцзи, пытаясь уловить хоть какую-то искренность или намек на знание, которое скрывалось за маской насмешливого безразличия. Несмотря на всю свою неприязнь, Юнь Фэй понимал, что Мэн Уцзи был не из тех, кто тратит время на пустую болтовню, если в этом не было какой-то выгоды или скрытого интереса. В этот момент где-то вдалеке раздался приглушенный звук, похожий на взрыв, за которым последовал слабый, затихающий крик. Юнь Фэй и Мэн Уцзи одновременно повернули головы в сторону звука. На лице Юнь Фэя отразилась неподдельная тревога. Юнь Фэй: Это... это был кто-то из секты! Он рванулся в сторону, откуда донесся звук, не обращая больше внимания на Мэн Уцзи.Мэн Уцзи, как сильный практик, использовал технику демонов для передвижения по воздуху, как будто летя, и последовал за Юнь Фэем. "Эй, Звездочка"-сказал он,-"с чего ты взял, что это именно кто то из Секты?" Юнь Фэй не замедлил шаг, но его взгляд метнулся к Мэн Уцзи, парящему рядом. Недовольство смешалось с легким удивлением — видеть, как Мэн Уцзи без стеснения использует демоническую технику передвижения в пределах секты, было... показательно. Юнь Фэй: Потому что этот крик... он был мне знаком! Я слышал, как Цзянь Ли практиковал свою технику Защитного Грома. Это был его крик, я уверен! Он прибавил скорости, его алые одеяния мелькали в лунном свете, пока они мчались к источнику звука. Напряжение в воздухе сгущалось, фиолетовый туман, который он мельком видел ранее, казалось, становился плотнее, почти осязаемым. Каждый шаг отдавался глухим предчувствием. "Цзянь Ли?"-задумчиво и слегка удивлённо переспросил Мэн Уцзи,-"Я не помню его. Кто он такой?". Он не стеснялся техники, которую он использовал для полёта, ведь она не была враждебной и не вредила никому. Мэн Узци вздохнул покачивая головой и сказал,-"Звездочка, я же не говорю что не знаю его. Мне его имя казалось знакомым, но я не помнил его. Всего навсего это". После этого он опустился на землю, чувствуя зловещую ауру. Юнь Фэй лишь коротко хмыкнул в ответ, не отрывая взгляда от сгущающегося тумана. Объяснение Мэн Уцзи звучало натянуто, но сейчас не было времени для препирательств. Зловещая аура, которую он чувствовал, становилась всё сильнее, проникая даже сквозь его защитный барьер духовной энергии. Земля задрожала сильнее, и Юнь Фэй почувствовал, как из-под ног поднимается мощный поток фиолетовой энергии, источающей холод и мрак. Он поспешно выхватил свой меч, готовясь к неизвестной угрозе. Туман вокруг них закрутился воронкой, а затем с чудовищной силой рванул вниз, утягивая всё в себя. Юнь Фэй попытался удержаться, вонзая меч в землю, но тщетно. Гравитация места внезапно изменилась, и он почувствовал, как его неудержимо тянет в разверзшуюся бездну. Последнее, что он увидел, прежде чем тьма поглотила его, это фигура Мэн Уцзи, который, казалось, даже не пытался сопротивляться, а лишь спокойно смотрел в глаза вихря. Внутри Древней Запечатанной Гробницы Юнь Фэй с глухим стоном приземлился на что-то твёрдое и холодное. Воздух здесь был спёртым, пропитанным запахом пыли, тлена и какой-то жуткой, металлической сырости. Он откашлялся, поднимаясь на ноги, и первым делом осмотрелся. Они находились в огромном, полуразрушенном зале. Темнота была почти полной, но слабый, неестественный свет проникал откуда-то сверху, выхватывая очертания массивных колонн, покрытых мхом, и обвалившихся стен с выветрившимися фресками. Повсюду валялись обломки камня и истлевшие останки чего-то, что когда-то было живым. Холод пронизывал до костей. Сквозь полумрак Юнь Фэй смог разглядеть несколько багровых трещин на полу и стенах, из которых сочилась та же фиолетовая энергия, что затянула их сюда. Атмосфера была давящей, полной древнего зла. Юнь Фэй: (хрипло, обращаясь скорее к себе, чем к кому-либо) Что... что это за место? В нескольких шагах от него послышался легкий шорох, и в тусклом свете проступила фигура Мэн Уцзи. Он, казалось, приземлился без единой царапины, его белые волосы были в идеальном порядке, а на лице играла та же легкая усмешка, что и секунду назад, будто он только что прогуливался по саду. Мэн Уцзи сказал (его голос эхом разнесся по залу, совершенно спокойный),-"О, а вот и наша Звездочка очнулась. Неужели тебе не понравилось приземление? Думаю, это место куда интереснее, чем твои скучные фолианты." "Но не важно"-покачал головой он и продолжил осматриваясь,-"Это место весьма интересное. Нам стоит разузнать побольше" Он провел двумя пальцами по стенам, пытаясь понять насколько все разрушено. Казалось бы, есть какие то надписи или рисунки из камня на стенах, но света можно сказать совсем не было, поэтому Мэн Уцзи не мог посмотреть и сказать наверняка что-то Юнь Фэю. Юнь Фэй проигнорировал колкость Мэн Уцзи, его внимание было полностью поглощено окружающей обстановкой. Слова Мэн Уцзи о "разузнать побольше" заставили его внутренне напрячься, ведь это означало, что им придется работать вместе. Не то чтобы у них был выбор. Он подошел к одной из колонн, пытаясь рассмотреть узоры на ней. Свет был слишком слабым. Фиолетовая дымка, исходящая из трещин в стенах, казалось, поглощала даже те немногие лучи, что пробивались сверху. "Разузнать?" — голос Юнь Фэя был ровным, без эмоций, но в нем слышалась стальная нотка. — "Вы предлагаете исследовать место, которое затянуло нас сюда без предупреждения, вместо того чтобы искать выход? Или вы уже успели найти способ выбраться, Мэн Уцзи?" Он огляделся, затем опустил взгляд на свои ладони, пытаясь собрать остатки духовной энергии. Её было мало, словно сама атмосфера этого места подавляла культивацию. Это было плохим знаком. "Воздух здесь... он давит на духовную энергию", — пробормотал Юнь Фэй, скорее для себя, чем для Мэн Уцзи. — "Не думаю, что мы сможем свободно использовать свои техники, пока не поймем, что это за место." "Вот ты и сам все понял. Конечно нам нужно узнать что это за место. Вдруг оно..."-затянул Мэн Уцзи,-"..связано с ищезнавениями?" Он тоже попытался высвободить духовную энергию, чтобы показать, что у него тоже не получается. Хоть и у Мэн Уцзи получилось высвободить духовную энергию лучше и больше, но её все равно было мало. Он как бы хотел показать этим, что он не причём, точнее доказать на всякий случай.Юнь Фэй проследил за движением Мэн Уцзи. Тот легко вытянул ладонь, и вокруг неё тонкой, едва заметной дымкой замерцала алая энергия — значительно ярче, чем та, что смог бы собрать Юнь Фэй в этом месте. Но даже эта вспышка быстро угасла, подтверждая слова Юнь Фэя о подавлении энергии. Это был красноречивый жест, почти демонстрация — Мэн Уцзи не мог этого контролировать, по крайней мере, не полностью. Юнь Фэй ощутил приступ раздражения. Мэн Уцзи, даже в такой ситуации, умудрялся играть на нервах. Юнь Фэй: Выглядит так, будто наши проблемы только начались, Мэн Уцзи. Если этот туман подавляет духовную энергию даже у вас, то для меня это будет ещё хуже. Вы правы, нам нужно понять, что это за место. И, если ваши догадки верны, то оно может быть куда опаснее, чем просто ловушка. Он подошел к ближайшей стене, на которой были видны смутные очертания рисунков, и провел по ней ладонью. Камень был холодным и влажным. Юнь Фэй: Здесь слишком темно. Мы ничего не увидим, пока не найдем источник света. Ваша демоническая техника, возможно, поможет нам увидеть больше, если она не сильно зависит от внешней энергии? Он посмотрел на Мэн Уцзи, в его взгляде читалось не доверие, а скорее вынужденная необходимость. Они были заперты вместе, и выбора, кроме как сотрудничать, не было. "Можешь говорить со мной на ты. А насчёт техники, я не знаю, но стоит попробовать"-довольно спокойно сказал Мэн Уцзи. Он подошёл к стене, у которого стоял Юнь Фэй и использовал одну из техник. Мэн Уцзи подобрал/занянул темно-фиолетовую ауру, энергию вокруг них, затем как будто взорвал ее спомощью своей малой, но всё же энергии. Энкргия, аура Мэн Уцзи направилась в зловещую ауру, которую подобрал он и будто заставила светиться. Эта техника осветила местность вокруг Мэн Уцзи до пару метров. Юнь Фэй кивнул, его взгляд был прикован к Мэн Уцзи. Он оценил разрешение говорить на "ты" — это было… неожиданно, учитывая их предыдущие взаимодействия. Но сейчас это было неважно. Важнее была техника, которую Мэн Уцзи собирался использовать. Юнь Фэй: Хорошо, Мэн Уцзи. Попробуй. Он отступил на шаг, давая Мэн Уцзи пространство. То, что произошло дальше, было не просто использованием энергии, а скорее… взаимодействием с ней. Мэн Уцзи протянул руку, и Юнь Фэй увидел, как темная, фиолетовая дымка, пронизывающая воздух гробницы, словно потянулась к его ладони. Демон Мэн не издавал энергию, а собирал и управлял уже существующей зловещей аурой, концентрируя её. Его движения были плавными и точными, почти грациозными, несмотря на жуткую природу самой энергии. Затем, с едва слышным шипением, эта собранная фиолетовая масса вспыхнула. Это был не яркий, чистый свет, а скорее мрачное, пульсирующее фиолетовое свечение, которое распространилось на несколько метров вокруг Мэн Уцзи. Оно было достаточно сильным, чтобы прогнать самую густую тьму и выхватить из неё ближайшие участки стен и колонн. В этом свете казалось, что сами тени обрели форму, а трещины на стенах зазмеились еще зловещее. Юнь Фэй подошел ближе к освещенному участку, его глаза быстро бегали по стенам. В тусклом фиолетовом сиянии стали видны древние, вырезанные в камне фрески. Они изображали не культиваторов и не божеств, а странных, когтистых существ, поглощающих души и искажающих реальность. Эти фрески были зловещими и явно не принадлежали к известным сектам. Некоторые из них были повреждены, но другие оставались поразительно чёткими. Юнь Фэй: Эти рисунки... Они не похожи ни на что, что я видел в записях нашей секты или других известных кланов. Это какая-то древняя демоническая гробница, или что-то ещё более жуткое. Посмотри, Мэн Уцзи, они изображают... поглощение. Он указал на одну из фресок, где когтистая фигура тянулась к парящим сферам, похожим на человеческие души. Юнь Фэй: И эта энергия... она похожа на то, что мы ощущали перед тем, как нас сюда затянуло. "Ох, Звездочка, даже не знаю что это такое. Они и вправду похожи на демонических монстров."-начал Мэн Уцзи осматривая рисунки,-"А энергия, ту что я 'взорвал'..да, когда я взял её мне показалась похожей на ту что мы ощущали ранее. Возможно из-за неё мы сюда попали, а возможно, что..." Юнь Фэй внимательно слушал Мэн Уцзи, чувствуя, как внутри нарастает холод. То, что даже Демон Мэн, который, казалось, был знаком с самыми мрачными аспектами культивации, не мог сразу распознать эти изображения, говорило о многом. Юнь Фэй: Или, возможно, мы попали сюда не из-за неё, а вместе с ней, Мэн Уцзи. Если эта сила похищает культиваторов, то, возможно, мы — следующие. Посмотри на эти изображения. Они поглощают духовную энергию, души. Цзянь Ли... Его крик был такой же, как эти узоры. Он мог быть жертвой этой же силы. Он указал на другую фреску, где когтистые фигуры вытягивались из трещин в земле, подобных тем, что были на полу зала, и тянулись к смутным силуэтам. Юнь Фэй: Нам нужно двигаться дальше, Мэн Уцзи. Если это место — ловушка, то сидеть на месте бессмысленно. Нужно найти источник этой энергии и... и выход. Возможно, эти фрески расскажут нам, как это сделать. Можешь поддерживать это свечение, пока мы будем идти? Его тон был деловым, лишенным прежней колкости. Сейчас не было времени на споры или личную неприязнь. Они были в одной лодке, в очень опасной лодке. "Я думаю, что держать свет смогу ещё немалое время, но потом мне потребуется перерыв. Твоя теория вполне вероятна, что мы попали сюда вместе с этой энергией"-сказал он бросая взгляд в глубь помещения,-"Но если это так то значит, что здесь замешано не 'что-то', а 'кто-то'. Но..с Цзянь Ли все впорядке сейчас." Юнь Фэйнахмурился. "С Цзянь Ли всё в порядке"? Что это должно значить? Либо Мэн Уцзи шутит, что в данной ситуации было бы крайне неуместно, либо он что-то знает, чего Юнь Фэй не знает, и это "знание" вызывало тревогу. Юнь Фэй: Что значит "в порядке"? Мы только что слышали его крик, а эта энергия... она буквально пожирает всё на своём пути. Вы считаете, что он просто... отвлёкся? Или вы что-то скрываете, Мэн Уцзи? Это не время для ваших загадок. Он указал на фрески. Юнь Фэй: Здесь изображено поглощение. Если то, что затянуло нас сюда, и то, что похищает людей, — это одно и то же, то Цзянь Ли, вероятно, стал жертвой. Единственное "в порядке", что с ним может быть, это если он уже... полностью поглощен. Не дожидаясь ответа, Юнь Фэй сделал шаг вперёд, его взгляд был прикован к мрачному свету, исходящему от Мэн Уцзи. Его голос стал более твёрдым. Юнь Фэй: Ведите. Идите вперёд и освещайте. Я буду прикрывать сзади и осматривать стены. Возможно, найдём что-то, что поможет нам понять, как здесь выбраться или как остановить эту... силу. Он старался звучать решительно, хотя внутренне ощущал нарастающее беспокойство. Каждое слово Мэн Уцзи, каждый взгляд вглубь этого места, подтверждали, что они попали в нечто куда более зловещее, чем обычная ловушка. "Звездочка, хватит злиться"-сказал Мэн Узци. Он шёл, как и приказал Юнь Фэй,-"смотри, на этих фресках нарисованы чередующие картины. Это какой-то ритуал, похожий на пожирание душ людей. Ритуал проходит здесь, и если Цзянь Ли нету тут, то это означает, что он попал в другое место. Может быть, он был лишь приманкой и на самом деле этот 'кто-то' хотел заполучить наши души, либо одного из нас. Ритуал проходит длительное время, и они бы просто не успели закончить его до нашего прибытия. Значит Цзянь Ли сейчас просто в какой то ловушке или тюрьме а его жизни не грозит ничего. Ты лучше бы о себе подумал" Юнь Фэй сжал губы, подавляя очередной приступ раздражения. "Хватит злиться"... Мэн Уцзи был невыносим, но его слова о ритуале заставили Юнь Фэя сосредоточиться. Он поспешил следом за Мэн Уцзи, внимательно вглядываясь в то, что открывалось в пульсирующем фиолетовом свете. Действительно, на стенах были не просто разрозненные картинки, а последовательность изображений, словно страницы древней книги. Они рассказывали историю, и эта история была жуткой. Юнь Фэй: Вы правы, это ритуал. Чередование символов... Это не просто пожирание, это накопление. Они собирают души для чего-то большего. И если Цзянь Ли не здесь, значит, он где-то в другом месте этой... гробницы, или как бы это ни называлось. Он указал на одну из фресок, на которой когтистые фигуры, похожие на те, что видели снаружи, направляли поток энергии в некий центральный резервуар. Юнь Фэй: Но почему мы? Что здесь такого особенного, что заставляет этого "кого-то" рисковать, затягивая сюда не только Цзянь Ли, но и нас? Вы ведь не простой культиватор, Мэн Уцзи, ваша энергия... она отличается. Возможно, именно она и привлекла внимание. Он чувствовал, как холод от стен пробирается сквозь одежду, а пульсирующая аура гробницы медленно, но верно истощает его силы. Слова Мэн Уцзи о собственной безопасности Юнь Фэй пропустил мимо ушей — сейчас главное было понять, что происходит, и найти выход. Юнь Фэй: Нам нужно найти начало этого ритуала, или его конец. Где-то должен быть источник, или... или жертвенник. В таких местах всегда есть центральная точка. И она должна быть более освещена, или, по крайней мере, источать больше этой фиолетовой энергии. Его взгляд метался по освещенным участкам, пытаясь уловить хоть какие-то подсказки в древних фресках. Мэн Уцзи продолжал двигаться вперёд, и фиолетовое свечение от его руки рассеивало мрак, открывая всё новые и новые участки круглой залы. Поместье действительно было не слишком большим, его стены, украшенные жутковатыми фресками, описывали некий зловещий цикл. Они шли вдоль этих стен, и каждая новая фреска словно добавляла часть к пазлу, но общая картина оставалась ужасающе неясной. Мэн Уцзи: Возможно, ты прав, и затащило нас сюда и вправду из-за меня. Но... чем я приглянулся им? Может, из-за моей демонической ауры и меня хотят втянуть в эти тёмные делишки..? Юнь Фэй усмехнулся, но в этой усмешке не было веселья. Юнь Фэй: Твоя демоническая аура, Мэн Уцзи, достаточно уникальна, чтобы привлечь чьё угодно внимание. Но "втянуть в делишки"? Ты сам по себе ходячие "тёмные делишки", кому нужно тебя втягивать? Ты слишком эгоистичен для чьих-либо планов, кроме своих собственных. Он склонился к одной из фресок, на которой была изображена фигура, похожая на жертву, связанную на алтаре, в то время как другие существа собирали некие светящиеся сферы. Под изображением был вырезан древний символ, напоминающий глаз, из которого струились линии. Юнь Фэй: Скорее всего, они хотят не втянуть тебя, а использовать. Твоя сила... она отличается от обычной духовной энергии, и, возможно, именно она нужна для завершения этого ритуала. Или ты сам — идеальная жертва. Юнь Фэй провёл пальцем по символу "глаза" и заметил, что линии от него тянутся к небольшому, едва заметному углублению в стене. В темноте его было бы невозможно увидеть. Он осторожно надавил на него, и раздался тихий щелчок. Рядом с углублением открылся узкий проход, скрытый до этого под слоем грязи и древних наслоений. Из прохода потянуло более сильным потоком фиолетовой энергии и ещё более гнетущим холодом. Юнь Фэй: Кажется, я нашёл способ продолжить путь. Это должен быть он. Готов отправиться дальше, Мэн Уцзи? Или ты хочешь обсудить, какая из твоих "особенностей" больше всего привлекает внимание демонов? Он посмотрел на Мэн Уцзи, его взгляд был прямым и выжидающим. "Пф"-фылкнул он,-"с чего ты взял, что я такой эгоистичный. Ты меня знаешь от силы 30 минут. Но возможно твоя теория правдивая и меня хотят использовать в своих 'тёмных делишках'. Но по факту их ритуал куда хуже, чем мои, как ты назвал 'тёмные делишки'. Не такой уж я и жёсткий. Если бы я был жестоким, то тебя держать здесь мне не хотелось бы. У меня есть все возможности избавитьсяот тебя, но я же сделал тебе ничего плохого." —Затем он посмотрел на маленький проход и кивнул. Юнь Фэй лишь коротко хмыкнул, услышав пылкую "защиту" Мэн Уцзи. Возможно, тридцать минут знакомства были не так уж и много, но слухи и общая аура Мэн Уцзи говорили сами за себя. Однако его слова о том, что он мог бы избавиться от Юнь Фэя, но не сделал этого, невольно заставили насторожиться — в них читалась скрытая угроза, даже если сейчас они были "союзниками". Юнь Фэй: О, я прекрасно знаю, что ты способен на большее, Мэн Уцзи. И, возможно, именно потому, что я здесь, ты пока ещё не сделал ничего "плохого". Давай не будем испытывать судьбу и двинемся дальше, пока эта гробница не решит сделать выбор за нас обоих. Он жестом указал на узкий проход, из которого всё сильнее веяло холодом и зловещей энергией. Несмотря на дискомфорт, Юнь Фэй первым шагнул в темноту, держа наготове меч. Стены прохода были такими же древними, как и главный зал, и ощущались скользкими от влаги. Пульсирующее фиолетовое свечение от Мэн Уцзи освещало лишь несколько метров пути, отбрасывая причудливые тени. Юнь Фэй: Иди за мной. И постарайся не отставать, Мэн Уцзи. Неизвестно, что ждёт нас впереди. Мэн Уцзи лишь изогнул бровь в лёгкой усмешке на последнюю реплику Юнь Фэя, но промолчал. Он послушно последовал в узкий проход, его алые глаза внимательно изучали каждый сантиметр стен, освещаемых фиолетовым мерцанием, исходящим от его руки. Здесь рисунки были ещё более детализированными, рассказывая свою мрачную историю. Мэн Уцзи словно нанизывал эти изображения на невидимую нить в своей памяти, ища совпадения, какие-то зацепки. В его лице мелькала тень концентрации, иногда подёргивалась едва заметная морщинка между бровей, словно он пытался ухватить ускользающую мысль, что-то очень важное, что почти просилось наружу. Он старательно скрывал эти моменты от Юнь Фэя, поддерживая маску холодного спокойствия. Его взгляд скользнул по фигуре Юнь Фэя, идущего впереди. В нём не было и тени враждебности, лишь расчётливое наблюдение. Мэн Уцзи прекрасно понимал, почему Юнь Фэй так к нему относится, его репутация не была тайной за семью печатями. Но его удивляло, почему Юнь Фэй так упорно цеплялся за свои убеждения о некой "высшей справедливости" или "добре", когда мир был полон куда более тёмных сил. Впрочем, это было не так уж и важно. Пока они были "в одной лодке", как выразился Юнь Фэй, Мэн Уцзи не собирался разжигать открытую вражду. Ему нужен был проводник, чьи "моральные компасы" могли бы указывать путь в этом забытом месте. Проход вёл их вглубь, постепенно опускаясь вниз. Холод становился острее, проникая сквозь одежду и забираясь под кожу. Стены прохода были неровными, из них местами торчали острые обломки, а пол становился всё более скользким. Фиолетовая дымка здесь была плотнее, почти удушающей, и она несла с собой слабый, но явственный запах... крови и разложения, смешанный с едким металлическим привкусом. Внезапно проход расширился, открывая вход в ещё одно, чуть меньшее помещение. Но это не было облегчением. Отсюда исходил тот самый пульсирующий звук, который Юнь Фэй слышал перед падением, только теперь он был гораздо громче, ощутимый как удар по груди. В центре помещения, в тусклом свете Мэн Уцзи, виднелся алтарь, сделанный из чёрного, блестящего камня, покрытого такими же зловещими символами, как на фресках. А на алтаре... лежала фигура. Юнь Фэй: (его голос прозвучал глухо, полный тревоги) Цзянь Ли! Это был он. Молодой культиватор лежал на алтаре, его тело было неестественно изогнуто. Над ним клубились нити той же фиолетовой энергии, что наполняла гробницу, и они, казалось, вытягивались из его груди, собираясь в парящий над алтарём сгусток. Цзянь Ли был без сознания, но не мёртв. Его грудь медленно поднималась и опускалась, но лицо было бледным, а на нём застыло выражение боли и ужаса. Юнь Фэй с удивлением наблюдал за Мэн Уцзи. Легкий щелчок пальцев, и невидимая преграда словно окутала его, мгновенно ослабляя давящее ощущение от фиолетовой ауры. Это было одновременно и удивительно, и тревожно — способности Мэн Уцзи явно превосходили его ожидания. Мэн Уцзи подошел к алтарю, словно вокруг него не клубилась смертоносная энергия. Его движения были расчетливыми, каждый шаг — уверенным. Затем он вытянул ладонь к пульсирующему сгустку над Цзянь Ли. Юнь Фэй: Мэн Уцзи, что... Его слова оборвались, когда он увидел, что происходит. Мэн Уцзи не рассеивал энергию. Он поглощал её. Зловещий фиолетовый сгусток втянулся в его ладонь, исчезая в теле. Лицо Мэн Уцзи на мгновение исказилось, и Юнь Фэй почувствовал волну чистой, пронизывающей боли, исходящей от него, прежде чем она быстро угасла. Это был колоссальный риск, и то, что Мэн Уцзи сделал это без колебаний, потрясло Юнь Фэя. Из уголка губ Мэн Уцзи потекла тонкая струйка алой крови, но он мгновенно вытер её тыльной стороной ладони, его лицо оставалось почти бесстрастным, лишь едва заметное напряжение выдавало скрытую боль. Мэн Уцзи: Забирай своего Цзянь Ли и поставь его на пол, пусть так сидит, я его вылечу. Юнь Фэй кинулся к алтарю. Руки дрожали, когда он осторожно поднял безжизненное тело Цзянь Ли. Тело было холодным, но пульс ощущался, хоть и был слабым. Юнь Фэй: Мэн Уцзи, ты... ты в порядке? Это было... безумно. Он бережно опустил Цзянь Ли на холодный пол, прислонив его спиной к алтарю. Тревога за Цзянь Ли смешалась с непривычным беспокойством за Мэн Уцзи, который только что поглотил такое количество зловещей энергии. Юнь Фэй: Что теперь? И что ты будешь делать с этой... энергией? Он смотрел на Мэн Уцзи, ожидая его следующих действий. "Да нормально всё со мной. Я же...демон",-лживо усмехнулся Мэн Уцзи,-"С энергией я потом подумаю, что сделать, а сейчас главное твоего Цзянь Ли спасти." Юнь Фэй наблюдал за Мэн Уцзи с нескрываемым изумлением. Заявление "Я же... демон" прозвучало как нечто среднее между шуткой и мрачной правдой, но усмешка Мэн Уцзи была настолько лживой, что Юнь Фэй почти поверил в его показное спокойствие. Тем не менее, кровь на губах говорила об обратном. Когда Мэн Уцзи достал из своего, казалось бы, пустого рукава маленькую бутылочку, Юнь Фэй моргнул. Это был один из тех трюков пространственной магии, которыми владели лишь самые могущественные культиваторы. Мэн Уцзи небрежно сунул одну пилюлю в рот Цзянь Ли, затем, устроившись за его спиной, прикоснулся двумя пальцами каждой руки к определенным точкам на спине Цзянь Ли. Его движения были точными, почти хирургическими. Через несколько секунд Цзянь Ли сильно закашлялся, изо рта хлынула кровь, смешанная с фиолетовыми сгустками. Его глаза резко распахнулись, и он сдавленно застонал, пытаясь вдохнуть воздух. Сознание вернулось к нему, но в глазах читались ужас и растерянность. Мэн Уцзи тут же отстранился, словно его прикосновение обжигало, и бросил Юнь Фэю бутылочку с пилюлями. Мэн Уцзи: Остальное сам. Говори и расспрашивай его сам. Юнь Фэй поймал бутылочку и бросился к Цзянь Ли. Юнь Фэй: Цзянь Ли! Ты как? Что произошло? Он осторожно помог Цзянь Ли сесть ровнее, затем достал еще одну пилюлю из бутылочки. Юнь Фэй: Возьми это. Она поможет тебе восстановиться. Цзянь Ли дрожащей рукой взял пилюлю и медленно проглотил её. Его взгляд беспорядочно метался по зале, пока не остановился на Мэн Уцзи, стоящем чуть поодаль. В его глазах мелькнул страх, смешанный с непониманием. Цзянь Ли: (хрипло) Юнь Фэй... что... что это за место? И... он... Он указал на Мэн Уцзи, его голос был полон отвращения и ужаса, словно он только что увидел самого дьявола. Юнь Фэй: Неважно. Главное, что ты жив. Кто это сделал, Цзянь Ли? Кто затянул тебя сюда? И что это за место? Юнь Фэй посмотрел на Мэн Уцзи, ожидая, что он вмешается или даст какой-то знак. Теперь им нужна была информация, и Цзянь Ли был единственным источником. Мэн Уцзи поймал взгляд Юнь Фэя — тот взгляд, что умолял о вмешательстве, о слове, которое могло бы успокоить или хотя бы объяснить. Но Демон Мэн лишь беспомощно вздохнул, его алые глаза закрылись на мгновение, словно от усталости или нежелания. Когда он снова открыл их и заговорил, его голос был абсолютно ровным, лишённым всяких эмоций, той самой едкой насмешки или даже намёка на скрытый интерес, что он демонстрировал Юнь Фэю. К Цзянь Ли он обращался с полным безразличием, словно к предмету. Мэн Уцзи: Парень, мы нашли тебя, теперь рассказывай что произошло. Цзянь Ли вздрогнул, его взгляд, полный страха и непонимания, метнулся от Юнь Фэя к Мэн Уцзи. Он попытался отползти подальше, но Юнь Фэй крепко держал его за руку. Юнь Фэй: Цзянь Ли, слушай меня! Он спас тебя, так что не бойся его. Сейчас важно то, что произошло. Расскажи нам всё, что помнишь. Кто это сделал? Как ты здесь оказался? Юнь Фэй сжал руку Цзянь Ли, пытаясь придать ему уверенности. Его сердце сжималось от боли за товарища, но он понимал, что сейчас эмоции должны уйти на второй план. Выживание зависело от информации. Цзянь Ли: (голос всё ещё хриплый, сдавленный, он говорил сбивчиво) Я... я тренировался у Восточных Врат... Как всегда. Потом... потом появился туман. Фиолетовый. Он был такой... холодный. И... и я видел их. Тени. Когтистые. Они... они шептали. Обещали силу... Цзянь Ли закашлялся, снова схватившись за грудь. Цзянь Ли: Они затянули меня сюда... в эту тьму. А потом... потом я был на алтаре. И они... они вытягивали из меня энергию. Словно... словно она была их едой. Это было... это было больно. Очень больно! Я чувствовал, как силы покидают меня, как... как я исчезаю! И голос... голос говорил, что я лишь... первая капля для Великого Призыва. Последние слова Цзянь Ли были сказаны срывающимся голосом, в его глазах читался первобытный ужас. Он тяжело дышал, пытаясь осмыслить произошедшее. Мэн Уцзи застыл, его алые глаза расширились. Он повернулся к Цзянь Ли, и Юнь Фэй впервые за всё время увидел на его лице нечто, кроме привычной насмешки или безразличия. Это было чистое, неподдельное удивление, граничащее с потрясением. Мэн Уцзи: Тени с когтями? — повторил он, его голос был громче обычного, в нём прозвучала непривычная нотка. — Обещали силу... и "Великий Призыв"? Он шагнул ближе к Цзянь Ли, игнорируя страх, который вновь вспыхнул в глазах молодого культиватора. Взгляд Мэн Уцзи был напряжённым, словно он пытался собрать воедино разрозненные кусочки головоломки. Юнь Фэй почувствовал, как по его спине пробегает холодок, не от гробницы, а от того, что происходило с Мэн Уцзи. Эта реакция была слишком сильной, чтобы быть простой заинтересованностью. Юнь Фэй: Что это значит, Мэн Уцзи? Ты знаешь что-то об этом? Что за "тени"? И что за "Великий Призыв"? Цзянь Ли явно что-то видел, что-то, что ему угрожает. Он крепко держал Цзянь Ли, который начал дрожать, пытаясь отползти от Мэн Уцзи, но был слишком слаб. Ужас вновь сковал его, когда он услышал, как Демон Мэн произносит те же слова, что шептали ему тени. Мэн Уцзи, едва заметно дрожащими пальцами, дотронулся до холодного камня алтаря, присаживаясь рядом с Юнь Фэем и Цзянь Ли. Шок, промелькнувший в его глазах, быстро угас, сменившись привычной маской циничного спокойствия. Видимая усталость от поглощенной энергии была ему, очевидно, неприятна, но он старательно скрывал ее. Он вновь посмотрел на Цзянь Ли, а затем перевел взгляд на Юнь Фэя, словно убеждаясь, что они оба внимательно его слушают. Мэн Уцзи: Да, я знаю, кто за всем этим стоит. И парень, не бойся меня, ничего я тебе не сделаю. Его голос был на удивление ровным, без обычной насмешки, но и без тепла. Это было констатацией факта, который, очевидно, давался ему нелегко. Юнь Фэй, который всё это время крепко держал Цзянь Ли, почувствовал, как напряжение в теле последнего немного спало. Он посмотрел на Мэн Уцзи с новой смесью удивления и настороженности. Этот человек, который до сих пор был лишь мрачной тенью на периферии жизни секты, внезапно оказался ключом к разгадке самых жутких исчезновений. Юнь Фэй: Кто? Кто это, Мэн Уцзи? И почему ты так уверен, что Цзянь Ли нечего бояться? Что это за "Великий Призыв"? Ты должен нам всё рассказать! Он ждал. В этой гробнице, наполненной древним ужасом и зловещей энергией, слова Мэн Уцзи были единственным светом в кромешной тьме неизвестности. Мэн Уцзи, едва заметно дрожащими пальцами, дотронулся до холодного камня алтаря, присаживаясь рядом с Юнь Фэем и Цзянь Ли. Шок, промелькнувший в его глазах, быстро угас, сменившись привычной маской циничного спокойствия. Видимая усталость от поглощенной энергии была ему, очевидно, неприятна, но он старательно скрывал ее. Он вновь посмотрел на Цзянь Ли, а затем перевел взгляд на Юнь Фэя, словно убеждаясь, что они оба внимательно его слушают. Мэн Уцзи: Да, я знаю, кто за всем этим стоит. И парень, не бойся меня, ничего я тебе не сделаю. Его голос был на удивление ровным, без обычной насмешки, но и без тепла. Это было констатацией факта, который, очевидно, давался ему нелегко. Юнь Фэй, который всё это время крепко держал Цзянь Ли, почувствовал, как напряжение в теле последнего немного спало. Он посмотрел на Мэн Уцзи с новой смесью удивления и настороженности. Этот человек, который до сих пор был лишь мрачной тенью на периферии жизни секты, внезапно оказался ключом к разгадке самых жутких исчезновений. Юнь Фэй: Кто? Кто это, Мэн Уцзи? И почему ты так уверен, что Цзянь Ли нечего бояться? Что это за "Великий Призыв"? Ты должен нам всё рассказать! Он ждал. В этой гробнице, наполненной древним ужасом и зловещей энергией, слова Мэн Уцзи были единственным светом в кромешной тьме неизвестности. Юнь Фэй проследил за движением Мэн Уцзи. Тот легко вытянул ладонь, и вокруг неё тонкой, едва заметной дымкой замерцала алая энергия — значительно ярче, чем та, что смог бы собрать Юнь Фэй в этом месте. Но даже эта вспышка быстро угасла, подтверждая слова Юнь Фэя о подавлении энергии. Это был красноречивый жест, почти демонстрация — Мэн Уцзи не мог этого контролировать, по крайней мере, не полностью. Юнь Фэй ощутил приступ раздражения. Мэн Уцзи, даже в такой ситуации, умудрялся играть на нервах. Юнь Фэй: Выглядит так, будто наши проблемы только начались, Мэн Уцзи. Если этот туман подавляет духовную энергию даже у вас, то для меня это будет ещё хуже. Вы правы, нам нужно понять, что это за место. И, если ваши догадки верны, то оно может быть куда опаснее, чем просто ловушка. Он подошел к ближайшей стене, на которой были видны смутные очертания рисунков, и провел по ней ладонью. Камень был холодным и влажным. Юнь Фэй: Здесь слишком темно. Мы ничего не увидим, пока не найдем источник света. Ваша демоническая техника, возможно, поможет нам увидеть больше, если она не сильно зависит от внешней энергии? Он посмотрел на Мэн Уцзи, в его взгляде читалось не доверие, а скорее вынужденная необходимость. Они были заперты вместе, и выбора, кроме как сотрудничать, не было. Юнь Фэй: Я не знаю, Мэн Уцзи. Но я знаю, что ты только что поглотил невероятное количество этой жуткой энергии, и это явно не прошло для тебя бесследно. Учитывая твою репутацию и то, как ты себя ведёшь, я не могу быть в тебе уверен. Но сейчас мне нужна правда. Кто это сделал? Ты сказал, ты знаешь. Рассказывай. Цзянь Ли чуть не умер, и нам грозит та же участь, если мы не поймём, что происходит. Юнь Фэй сжал кулаки. Его голос звучал твёрдо, несмотря на внутреннее беспокойство. Он взглянул на Цзянь Ли, который всё ещё дрожал, затем снова на Мэн Уцзи, ожидая ответа. Мэн Уцзи увидел эту решительную реакцию и голос. Он посмотрел в никуда, будто вспоминая всё и сказал,-"Эх. Ты прав, я правда пострадал от того что поглатил эту энергию. Мне придётся найти что то живое и направить в неё эту злую энергию, надеюсь здесь увидим что то. Правильно, я знаю кто в этом замешан. То что мы видели на фресках, это не демонические монстры, а теневые твари. Их создал...эм..один демон. Его зовут Мэн Куанг. О нем мало что известно людям, но зато на землях демонов он довольно популярным...был. Он создал такую технику ритуала. У демонов это было нормально, естественно. У него был брат, с которым он враждовал, так как его брат не одобрил его решение. Мэн Куанга охвотило безумие и в один день он просто пропал. Все это его рук дело. Я думаю, что это очень большая теретория и в самом центре находится Мэн Куанг. Он внешне похож на своего брата, но по характеру не очень.." Мэн Уцзи умолк, его алые глаза словно поглощали последние слова, сказанные о Мэн Куанге, прежде чем переключиться на реакцию Юнь Фэя. Он выдержал паузу, наблюдая за ним.Юнь Фэй, который внимательно слушал каждое слово Мэн Уцзи, почувствовал, как по его коже пробегают мурашки. Не от холода гробницы, а от осознания того, кто стоит за этим ужасом. Он перевёл взгляд с Мэн Уцзи на Цзянь Ли, который всё ещё дрожал, и обратно. Юнь Фэй: Теневые твари... демон Мэн Куанг. — его голос был глухим. — Значит, это не просто затерянная гробница. Это ловушка, расставленная безумным демоном. И он... он использует наших культиваторов для какого-то ритуала? Зачем? Что за "Великий Призыв", о котором говорил Цзянь Ли? И каковы его истинные намерения, если он настолько безумен, что способен на такое? Он сжал кулаки. Теперь ставки были намного выше, чем просто побег. Они столкнулись с чем-то куда более масштабным и зловещим. Юнь Фэй: И что ты собираешься делать, Мэн Уцзи? Ты сказал, тебе нужно "что-то живое", чтобы направить эту энергию. Здесь, кроме нас, только Цзянь Ли. А если мы доберёмся до Мэн Куанга, что тогда? Ты будешь сражаться с ним? Цзянь Ли, едва пришедший в себя, тихо всхлипнул, услышав упоминание "Великого Призыва" и имени Мэн Куанга. Он снова попытался отползти от Мэн Уцзи, его глаза были полны невыразимого ужаса. Цзянь Ли: Великий Призыв... он говорил... он говорил, что это вернет ему то, что он потерял... Он говорил, что я лишь... первая капля... для его триумфа... Юнь Фэй... это ужасно... он... Цзянь Ли закашлялся, его тело начало дрожать сильнее, словно вновь погружаясь в тот же кошмар. "Если мы встретимся с Мэн Куангом, то я не смогу его победить. Мне нужно как можно быстрее избавиться от этой энергии, чтобы в битве одержать победу над этим безумцем. Он...очень силен. Я не знаю что делать. А ты и этот парень не сможете сразиться с ним. Ты и Цзянь Ли ему не ровня.."-вздохнул Мэн Уцзи. Ему было крайне неприятно говорить о Мэн Куанге в таком формате, но это было необходимо. Юнь Фэй внимательно слушал Мэн Уцзи, и каждое слово, сказанное Демоном Мэном, словно оседало тяжелым камнем на сердце. Признание в слабости, особенно от такого человека, как Мэн Уцзи, говорило о многом. Если даже он сомневался в победе, то ситуация была по-настоящему отчаянной. Юнь Фэй: Значит, ты не просто поглотил энергию, а теперь она... мешает тебе? — он посмотрел на Мэн Уцзи, затем на дрожащего Цзянь Ли. — И ты хочешь избавиться от неё, направив в кого-то другого? Цзянь Ли едва жив, Мэн Уцзи! И я... я не позволю тебе использовать его. Неужели ты не можешь просто рассеять её? Его голос был твёрдым, несмотря на слабость и усталость. Возможность того, что Мэн Уцзи может использовать Цзянь Ли как сосуд для своей тёмной энергии, была невыносима. Юнь Фэй: Что значит "он вернёт то, что потерял"? О чём говорил Мэн Куанг, Цзянь Ли? Что за триумф? Он повернулся к Цзянь Ли, пытаясь ухватиться за любую деталь, которая могла бы прояснить мотивы безумного демона. Юнь Фэй: И если ты не можешь его победить, Мэн Уцзи, то что нам делать? Просто ждать, пока он закончит свой ритуал и поглотит нас всех? Должен быть другой выход. Эта гробница... она ведь не просто так здесь построена. В ней должны быть какие-то секреты, уязвимости. Юнь Фэй оглядел окружающие стены, его взгляд лихорадочно метался по мрачным фрескам. В его голове складывалась ужасная картина: безумный демон, ритуал поглощения душ, и два культиватора, один из которых был смертельно опасен сам по себе, а другой — обессилен и напуган. "Не собираюсь я использовать твоего друга как сосуд. Смысл тогда был ему мне помогать? Мне нужен кто то другой. А теперь, Цзянь Ли, скажи, что хочет этот безумец? Ты знаешь?"-сказал Мэн Уцзи чётко и твёрдо. Каждое его слово звучало уверенно. Он упираясь об алтарь начал ждать ответа. Юнь Фэй облегчённо выдохнул, услышав слова Мэн Уцзи. Отказ использовать Цзянь Ли как сосуд был значимым, пусть даже в голосе Демона Мэна не было и намёка на сострадание. Это лишь подтверждало, что у него были свои, отличные от Мэн Куанга, мотивы. Юнь Фэй: Спасибо. — Он коротко кивнул Мэн Уцзи, затем повернулся к Цзянь Ли. — Ты слышал, Цзянь Ли? Расскажи нам. Что именно говорил Мэн Куанг? Что он потерял? И зачем ему это "Великий Призыв"? Каждая деталь важна. Цзянь Ли, всё ещё бледный и дрожащий, поднял на них мутные глаза. Его взгляд метнулся к Мэн Уцзи, затем остановился на Юнь Фэе, словно ища поддержки. Он крепче вцепился в рукав Юнь Фэя, пытаясь собраться с мыслями. Цзянь Ли: Он... он говорил о прошлом. О том, что у него... у него отобрали что-то очень важное. Семью... или... или силу. Я не понял до конца. Он был в ярости. А "Великий Призыв"... он сказал, что это врата в Хаос. Что он откроет их, и тогда... тогда он получит то, что ему по праву принадлежит. Что-то, что было у него отнято очень давно. Он говорил, что моя энергия... и энергия других... это лишь малая часть для того, чтобы питать... Великую Печать. Он хочет её сломать. Последние слова Цзянь Ли были едва слышны, его голос совсем охрип. Он закрыл глаза, словно вновь переживая тот ужас. "Врата в Хаос", "Великая Печать" — эти слова были наполнены зловещим смыслом. "Возможно Мэн Куанг имел ввиду оба варианта. Я думаю, он ищет брата. А силу, он безумец, у него как ни у кого есть эта сила и возможно он лишь от безумства думает что её отняли у него"-предположил Мэн Уцзи. Его голос был странно глух, когда он говорил о брате. Юнь Фэй, который всё это время внимательно слушал, почувствовал, как холодок пробежал по его спине от слов Мэн Уцзи. "Ищет брата"... Значит, Мэн Уцзи и Мэн Куанг были связаны куда глубже, чем он мог представить. Это объясняло странное поведение Мэн Уцзи и его знание о "теневых тварях". Юнь Фэй: Он ищет своего брата? — голос Юнь Фэя был напряженным. — И для этого ему нужно похищать культиваторов и открывать "Врата в Хаос"? А что тогда с "Великой Печатью", которую он хочет сломать? Если это безумие, как ты говоришь, то это самое опасное безумие, которое я когда-либо встречал. Он не просто хочет кого-то вернуть, он собирается разрушить нечто фундаментальное. Юнь Фэй взглянул на Цзянь Ли, который всё ещё дрожал, но уже с меньшей силой. Юнь Фэй: Цзянь Ли, ты помнишь что-нибудь ещё? Какие-нибудь детали? Как выглядят эти "тени" помимо когтей? Их может быть много? Цзянь Ли, бледный и слабый, попытался сосредоточиться. Цзянь Ли: Они... их было много. Они были похожи на тени, но с красными глазами, как у него... — он дрожащей рукой указал на Мэн Уцзи. — И они шептали. Непонятные слова, но я чувствовал... это был язык, который мог свести с ума. А эта печать... она была повсюду в его словах. Он говорил, что она мешает ему. Мешает найти... истинную силу. Цзянь Ли снова закашлялся, его голос сорвался. Юнь Фэй: Истинная сила? — Юнь Фэй повторил, его мысли лихорадочно работали. — Что это может быть за "Печать"? Если это не демоническая, то... может быть, это связано с древними защитами, которые были установлены в мире, чтобы сдерживать Хаос? Это звучит как нечто, что может разрушить весь наш мир. Юнь Фэй посмотрел на Мэн Уцзи. Он чувствовал, что Демон Мэн знает гораздо больше, чем говорит. Когда Цзянь Ли указал на него, он вздрогнул и отвёл взгляд. Ему было чуть неловко от этого, но он вернул взгляд и сказал,-"Цзянь Ли, ты..ты видел Мэн Куанга, тогда, в тумане? А про истинную силу, а думаю что он напридумал себе что то. И, как ты, Звездочка сказал, печать он возможно хочет разбить для того, чтобы пробудить Хаос" Юнь Фэй заметил, как Мэн Уцзи вздрогнул, когда Цзянь Ли указал на него. Мимолетное выражение неловкости промелькнуло на лице Демона Мэна, прежде чем он снова взял себя в руки. Юнь Фэй: Цзянь Ли, ты слышал? Ты видел его? Самого Мэн Куанга? Постарайся вспомнить. Любая деталь важна. Цзянь Ли, всё ещё бледный и трясущийся, попытался сосредоточиться. Он приложил палец к виску, словно пытаясь пробиться сквозь туман в своей памяти. Цзянь Ли: Я... я не уверен. В тумане всё было размыто. Были только тени, они шептали... Но голос. Голос был другой. Глубокий, властный. Он звучал так, будто исходил отовсюду сразу. Это был не шепот теней, а их... хозяин. Возможно, это был он. И он говорил о силе, которая ждёт его. Юнь Фэй нахмурился. "Голос хозяина". Это подтверждало, что Мэн Куанг был где-то поблизости. Слова Мэн Уцзи о "пробуждении Хаоса" прозвучали зловеще. Юнь Фэй: Если он хочет пробудить Хаос... это означает конец всему. Это не просто разрушение секты, это конец света, который мы знаем. Мы не можем позволить ему это сделать. Мэн Уцзи, ты должен знать больше. Что такое "Великая Печать"? И если Мэн Куанг так силен, как ты говоришь, как нам его остановить? Есть ли у него слабости? Он крепче сжал рукоять своего меча, его взгляд был полон решимости. В этой безвыходной ситуации, когда их жизни висели на волоске, он был готов бороться. "Великая печать"-повторил Мэн Уцзи,-"Это печать которая находиться на границе между землями людей и демонов. Эта печать сдерживает сам Хаос. Если его разбить, то Хаос посеется в мире и случится конец света. Мэн Куанг, его я сам одалею, ни в коем случае не вмешивайтесь. Мне нужно лишь избавиться от этой чёртовой энергии!" Он сжал кулаки, но не в сторону Юнь Фэя и Цзянь Ли, а скорее в сторону Мэн Куанга. Юнь Фэй ощутил, как по его телу пробежал холодок от слов Мэн Уцзи. "Великая Печать"... это было нечто из древних легенд, то, о чём говорили лишь шепотом старейшины, а теперь это было реальностью. Угроза конца света не могла быть более явной. Юнь Фэй: Великая Печать... Если это так, Мэн Уцзи, то мы должны остановить его. Но как ты собираешься победить его, если ты ослаблен этой энергией? И что значит "не вмешиваться"? Мы здесь заперты, и наши жизни зависят от того, сможешь ли ты его остановить. Он посмотрел на Мэн Уцзи, чьи кулаки были сжаты, а лицо исказилось от невидимой злости. Это была личная битва для Демона Мэна, но она касалась всего мира. Юнь Фэй: И как ты собираешься "избавиться" от этой энергии? Тебе нужно что-то живое, ты сам сказал. Что это за "что-то"? И есть ли у нас время искать его? Если Мэн Куанг активирует этот Призыв, то будет слишком поздно. Цзянь Ли, который всё это время слушал, дрожал всем телом. Цзянь Ли: Врата... Хаос... Это правда? Конец света? Его голос был полон отчаяния. "Подождите, есть ещё кое что. Если разбить печать то Хаос посеется на земле, но если его обезвредить на время, то появятся Врата и открыв их можно попросить Хаоса о помощи. Возможно, Мэн Куанг ищет брата, а в брате и есть эта истинная сила либо он ключ к этой силе и в его поисках он хочет попросить помощи у Хаоса. Боже мой, он и вправду безумец! БЕЗУМЕЦ!" Он сделал паузу, чтобы вспомнить все вопросы, которые задали они и попробовать ответить на них. "Я говорил не вмешиваться. Это значит, что когда нам придётся столкнуться с ним, то сражаться буду только я."-Мэн Уцзи снова остановился и сделав вздох продолжил,-"Но...я не знаю откуда найти что то живое" Юнь Фэй слушал, как Мэн Уцзи объясняет истинное значение "Великого Призыва" и "Врат в Хаос". Каждое слово Демона Мэна, особенно когда он называл своего брата безумцем, заставляло Юнь Фэя чувствовать нарастающий ужас. Мэн Куанг был не просто злодеем, а разрушителем, способным поставить весь мир на колени ради своей цели. Юнь Фэй: Просить помощи у Хаоса... Это безумие! Это самоубийство! Даже если он найдёт своего брата и обретёт эту "истинную силу", это не стоит уничтожения мира. Мэн Уцзи, мы не можем просто сидеть сложа руки. Если ты будешь сражаться с ним один, а мы не сможем помочь... тогда нас всех поглотит Хаос. Он посмотрел на Мэн Уцзи с отчаянной решимостью. Юнь Фэй: "Не вмешиваться" не означает, что мы не можем помочь тебе подготовиться к битве. Тебе нужно избавиться от этой энергии, верно? И ты не знаешь, откуда взять "что-то живое". Здесь, в этой гробнице, должно быть что-то, что Мэн Куанг использует для своего ритуала. Может быть, это нечто, что он уже поглотил или приготовил? Цзянь Ли, всё ещё дрожащий, тихо пробормотал: Цзянь Ли: Тени... они шептали о других. О тех, кто был здесь до меня. Их много. Они... они в стенах. Юнь Фэй резко повернулся к Цзянь Ли. Юнь Фэй: В стенах? Что ты имеешь в виду? Он вновь уставился на окружающие фрески и мерцающие фиолетовые трещины.