Ваше внимание — это наркотик

— О, Боже, я умру, — пробормотал Стайлз, глядя на волка, находившегося примерно в восьми метрах от него. Видите ли, он не против животных. Серьёзно! Он их любит. Но — и это важно — только когда они не настолько велики, чтобы перекусить его пополам, и совершенно не подходят по цвету к окружающей среде. Яркий пример: какого чёрта волк песочного цвета делает в месте, где и следа песка нет?! Единственные волки, обитающие в Калифорнии — это, ну, семь с небольшим стай серых волков. Серых. Сер-ых. Не рыжих. И уж точно не песочных. Лучше всего, как может описать этого конкретного волка Стайлз — это помесь золотистого волка (он же африканский волк) и белого волка (он же арктический). Что, как он полагает, в каком-то смысле логично — арктические волки ведь являются подвидом серых. Так что, наверное, серый волк может стать альбиносом и, технически, считаться белым волком. Окей. Но это всё равно не объясняет, как серый волк умудрился спариться с волком в АФРИКЕ, чтобы в итоге получился этот волк, стоящий прямо перед ним. *** Стайлз посмотрел на волка, который зарычал и сделал шаг вперёд. — Э-э… Эй, приятель. — Стайлз нерешительно попятился, каждый его шаг назад точно отражал шаг волка вперёд. Это было странное подобие игры в кошки-мышки. К сожалению, он уже знал, кто в ней проиграет. Бежать? В этом ведь и был весь смысл — он сюда и пришёл, чтобы побегать. Прогуляться. Отвлечься. Пока он был погружён в свои мысли, волк подошёл ещё ближе. И Стайлз, который в определённого рода ситуациях сначала действовал, а потом только думал, вытянул руку вперёд, подняв палец. — Эй! Нет! Останься там. — Он указал прямо на волка… и едва не рассмеялся в голос, когда тот действительно остановился. Наклонил голову набок, будто пытаясь понять, что Стайлз вообще делает. — О, боги… ты послушался. Меня. Волк поднял нос, принюхался к воздуху и облизнулся. — Ладно… — Стайлз по-прежнему держал руку вытянутой, отступая на пару шагов. — Не ешь меня. Я просто… ухожу. Он медленно увеличил расстояние между ними ещё на несколько ярдов, опустил руку и продолжил свой путь. Как изначально и планировал. Время от времени он оглядывался. И первые пару раз волк всё ещё стоял на месте. А потом — пошёл за ним, лёгкой рысью. Догнал он его довольно быстро, и Стайлз немного запаниковал. Но волк, как оказалось, всё это время держался на расстоянии. Минимум двух ярдов. Это слегка успокаивало. Зачем он вообще пошёл за ним? Стайлз не имел ни малейшего понятия. Если он слишком уводил вперёд, волк начинал скулить, а потом ускорял шаг, пока снова не оказывался на привычном расстоянии — в восьми футах, но не ближе шести. — Ты странный волк, знаешь это? — сказал ему Стайлз. И был так уверен, что волк ответил ему фырканьем, что аж замер. Но это ведь не может быть правдой. Правда? Он же… не может его понимать. Совсем. Верно? __________________________________________________________________ Пройдя милю или две, Стайлз решил повернуть обратно. Он так отчаянно хотел хотя бы на время сбежать от общества, что даже не взял с собой ничего поесть. А теперь он был голоден. Очень голоден. __________________________________________________________________ — Нет, ты не можешь пойти со мной, — сообщил Стайлз волку, который всё продолжал кружить вокруг Роско. — Я не повезу тебя домой! — простонал Стайлз, вскинув руки вверх, и тут же пожалел об этом, когда волк отскочил назад и зарычал. — Извини, — вздохнул Стайлз, опуская руки и потирая глаза одной из них. — Я не могу отвезти тебя домой. Ты оставайся. — Он показал на лес, потом на волка: — Ты. Оставайся. Здесь. Волк уселся и уставился на него. — Не смотри на меня так, — взмолился Стайлз. Он был совершенно бессилен перед этим щенячьим взглядом, которым его одаривал волк с золотыми глазами. — Ты должен остаться! — И, о боже, вот оно, так он и умрёт. Милый, похожий на щенка огромный волк, который, наверное, мог бы сожрать его за пять укусов или меньше, смотрел на него как плюшевый. Вот так он умрёт. Знаете что? Его это устраивало. — Извини, но всё равно нет, — сказал Стайлз, присаживаясь. — Меня дома ждёт отец. Он поднимет всю станцию на поиски… — Стайлз проигнорировал, как волк ощетинился при слове «поиски», — если я скоро не вернусь домой, — закончил он. Волк лёг, но перестал скулить. Небольшая победа, подумал Стайлз. — Я вернусь… когда смогу. Понятия не имею, когда это будет. — Стайлз подошёл, сел в Роско и завёл свой верный джип. Волк смотрел, как он уезжает, выскочил на дорогу вслед за ним, а потом резко сел посреди дороги. Стайлз смотрел в зеркало заднего вида, пока волк не исчез из поля зрения, и тихо вздохнул. Чёрт возьми. Вот уж точно, ему было что рассказать Скотту. __________________________________________________________________ Стайлз свернул на подъездную дорожку, устало зевнув. Спать. Мне нужно спать. Мне нужно много спать. Спать до следующей недели. Хороший план. Или до следующего столетия. Следующее столетие звучит ещё лучше. Он не помнил, как добрался до кровати, как скинул обувь. Или как нерешительно стянул куртку с одной руки, прежде чем уснуть. А если Ною всё-таки пришлось прийти и помочь Стайлзу снять куртку, стараясь не разбудить его — ну, это уже дело между отцом и его фотоплёнкой. __________________________________________________________________ — Кажется, ты устала, — весело сказала Эллисон, когда они вошли в школу. — О, я в порядке. Я всего лишь встретил африканского волка в Калифорнии, пошёл с ним гулять, а потом вырубился, как будто кто-то высосал мою душу. Я не устал, — проворчал Стайлз. Может, это и было не совсем обязательно, но звучало вполне по-Стайлзовски-неуставшему… хотя, когда он вообще бывал не уставшим? Ладно, забудем, всё это точно не было необходимо. К счастью, Эллисон, как обычно, отнеслась ко всему спокойно и просто слегка толкнула его плечом. — Ладно, мистер "Не устал", это «нет» для рок-звезды? — она подняла апельсиновый энергетик Rockstar. — Я бы никогда не отказался от энергетика, Эллисон. Даже если бы я спал так крепко, как нормальный человек, я бы всё равно рискнул кофеиновым спадом и сказал «да» банке энергетика. Мне обидно, что ты вообще могла подумать, будто я откажусь. — Он схватил блестящую оранжевую банку с рандомными оранжевыми фигурами, открыл её и сделал несколько больших глотков. *** Мистер Харрис. Мистер Харрис Мистер Харрис. *** Проклятие существования Стайлза. И он был уверен — чувства взаимны. Этот человек просто обожал мучить его в классе. Почему ему опять достался в напарники саркастичный, задумчивый и подозрительно обаятельный светловолосый оборотень? И да. Он осознаёт иронию своих слов — горшок встретил чайник и всё такое. Но именно это его и бесило! То, как этот парень идеально соответствовал его энергии — даже Скотт не мог так. Скотт!! Его лучший друг с детства. И да, ладно, может быть, Айзек на время вписался в ту же лодку. Но ведь и Джексон был там пару месяцев — и теперь навсегда остался в голове Стайлза как «Каноэ-Засранец». Это ничего не значило. Он не хотел, чтобы это что-то значило. — Привет, Стайлз, — сказал Айзек, подходя. — Айзек, — кивнул он с лёгкой улыбкой и поставил сумку рядом с блондином. *** — Хорошо. Начнём с разминки. Вы с партнёром задаёте друг другу по одному вопросу. Когда партнёр А ответит, партнёр B выполнит свою часть задания — и наоборот. У партнёра A будет пробирка с 30% перекисью водорода. У партнёра B — пакетик йодида калия. Как только все справятся — я раздам настоящие задания. У каждого своё, так что не пытайтесь подглядывать в чужие таблицы. Стилински, Макколл. Стайлз вскинул руки, возмущённо: — Эй, я не…! — Не возражайте, иначе это закончится отстранением, мистер Стилински, — оборвал его мистер Харрис. Стайлз опустил руки, прикрыв рот ладонью. — Ненавижу его, — пробормотал он. — Не думаю, что он кому-то нравится, — заметил Айзек, доставая чайный пакетик. — Ладно, я рискну. Ты боишься смерти? — Ух ты. Жёсткий вопрос, — Стайлз моргнул. — Ну, так что? — Не уверен. Я ещё вернусь к тебе с этим, — сказал Стайлз, закатив глаза. Он явно не собирался отвечать просто «да» или «нет». Айзек пожал плечами и жестом показал, чтобы Стайлз налил перекись. — Ладно, теперь моя очередь, — сказал Стайлз, как только перекись оказалась в бутылке с «Опаки». — Эм... почему ты сказал «да» Дереку? Айзек пробормотал: — Контроль. — Контроль? — переспросил Стайлз. — Ты собираешься сказать что-то кроме этого? — Нет, — ответил Айзек, положил в бутылку пакетик чая, и они наблюдали, как внутри образовалось мутное облако. — Прекрасно, — пробурчал Стайлз с оттенком сарказма. *** Стайлз с глухим стуком уронил лоб на столешницу. — Это будет ад. Айзек торжественно кивнул: — Несомненно. Хочешь, после школы загляну к тебе, и выберем себе по напитку? Стайлз замер, поднял голову и прищурился: — Не сегодня. У меня планы. — О? И какие же? — спросил Айзек с ленивым любопытством, будто просто из вежливости. — Иду гулять, — с загадочной улыбкой ответил Стайлз, откинувшись на спинку стула и крутя карандаш в пальцах. — Поход? — приподнял бровь Айзек, сдерживая улыбку. — Ты? В поход? Конечно. — Я серьёзно! — фыркнул Стайлз. — Вчера ходил, мне понравилось. Так что сегодня иду снова. Айзек поднял руки в показном жесте капитуляции, на губах — насмешливая ухмылка. — Ладно, ладно. Моя вина. Без осуждения. Оставлю тебя с твоими... походными приключениями, — сказал он и, не дожидаясь ответа, скользнул прочь под звонок. Стайлз остался сидеть, моргнул, уставился в пространство. — Что, чёрт возьми, только что произошло? — пробормотал он, опуская взгляд на стол. Он не мог просто уйти, оставив эксперимент как есть. Не хватало ещё, чтобы Харрис вцепился ему в глотку за брошенный реактив. С тяжёлым вздохом он неохотно начал убираться. День будет долгим. Он это чувствует. __________________________________________________________________ Медленно — это не то слово. День тянулся мучительно. Чертовски. Медленно. У него было слишком много заданий, чтобы просто уйти на прогулку в лес, но слишком мало терпения, чтобы оставаться дома. В итоге он сидел на деревянной скамейке в начале тропы, сгорбившись, глядя в никуда. — Тупой, ебаный… — пробормотал он себе под нос, заглушив брань, когда припарковал Роско у края гравийной обочины. Колёса слегка съехали в траву. Здесь никогда не было ни души. Захлопнув дверцу, он привычным движением щёлкнул замком. Не то чтобы это было нужно — кто вообще крадёт джипы в глуши? Он сел обратно на скамью, кинул сумку под ноги и уставился на пролетающих пчёл. Одна из них неуклюже кружила, будто в нетрезвом состоянии, и села прямо на обложку его учебника. Он напрягся, но, заметив её вялость, нахмурился и медленно протянул палец. — Пожалуйста, не жаль. Я помогаю. Помогаю, помогаю, — бормотал он, осторожно поднимаясь с пчелой на пальце. Он пересёк тропинку, присел у куста с мелкими белыми цветами и дал ей перелететь. Пчела слабо зашевелилась и уцепилась за лепестки. Стайлз с облегчением выдохнул, выпрямился — и чуть не подскочил от неожиданности. — Чёрт! — выдохнул он, хватаясь за грудь. — Колокольчики! Почему всегда Колокольчики?! — голос его сорвался на высокий испуг. У скамейки сидел волк. Тот самый. Он лежал, вытянув передние лапы, и внимательно смотрел на него, голова чуть наклонена. Спокойный. Почти… слишком спокойный. — Эм... привет, — выдавил Стайлз, опуская дрожащую руку. — Мне... можно продолжить делать домашку? Или это момент из сказки, где ты съедаешь меня? Волк моргнул. Потом закрыл глаза. Стайлз колебался, но всё же медленно подошёл и снова опустился на скамью, вытаскивая учебник. Волк поднялся, обошёл его и улёгся прямо под лавкой. — Только если я тебя пну — знай, ты сам напросился, — предупредил Стайлз, снова открывая книгу. Ветер за эти пять минут уже успел перелистнуть страницу не туда. Раздалось лёгкое фырканье. Он почувствовал, как что-то холодное коснулось его лодыжки. Он вздрогнул, дернулся, и заглянул под скамейку. Волк уставился на него снизу вверх. И если «самодовольный» — это слово, которое вообще применимо к волкам, то сейчас оно было к месту как никогда. Потому что это был самый самодовольный волк, которого он когда-либо видел. И да, это всё ещё звучало абсурдно в голове. — У тебя нос холодный, — сообщил Стайлз, нахмурившись. — И мокрый. Волк снова ткнул его носом в лодыжку, как бы проверяя, та ли это, и удовлетворённо вздохнул, устроившись поудобнее. Голова — прямо под скамьёй, хвост — на тропинке, дыхание — ровное, почти сонное. Стайлз пожал плечами. — Ты странный волк, — пробормотал он, снова уткнувшись в учебник. *** Всё было спокойно около получаса, прежде чем волк снова начал его подталкивать. — Ладно. У меня в сумке есть мяч для лакросса, — пробормотал Стайлз, вытаскивая его и бросая в морду волка. Волк укусил его за лодыжку, и Стайлз вздрогнул. — Блядь, ой! — пробормотал он, но, когда посмотрел вниз, увидел, что волк с любопытством обнюхивает мяч. Ладно. Это было немного мило. *** — Солнце садится, — сказал Стайлз вслух, но не пошевелился. Посидев ещё немного на скамейке, он спустился на траву и отметил, что его копчик онемел и начал болеть. Волк приветственно фыркнул с места в двух футах от него, положив голову на лапы и удерживая мяч под подбородком. *** Стайлз закрыл глаза и вздохнул. Он не мог вспомнить, когда в последний раз его жизнь была хотя бы приблизительно такой спокойной. Его мозг никогда не отключался — особенно в компании друзей. Но здесь, хоть он и оставался активным, это была совсем другая активность, к которой он не привык. Вместо того чтобы его мысли метались во все стороны сразу, он мог сосредоточиться на каком-то одном звуке, распознать его и задуматься на пару минут, прежде чем переключиться на следующий. И цикл повторялся. Это не было утомительно. Вот почему он так любил свои походы. Даже если в этот раз он, по сути, никуда не ходил. — Теперь это моё место, — пробормотал Стайлз, зевая. — Моё. И твоё тоже, наверное. Он уже почти дремал — одна рука раскинута над головой в траве, другая лежит на животе, забытое домашнее задание по математике покоится на груди, а в свободной руке по-прежнему зажата ручка. *** Ему снились золотые глаза и пчёлы. Слишком много жёлтого. *** Он открыл глаза, почувствовав незнакомый вес на ногах. Приподнявшись на локте, он вытер глаза — и увидел, что поперёк его ног спит волк. Или, по крайней мере, он думал, что спит, потому что, как только Стайлз сел, волк открыл глаза. — Несёшь вахту? — прохрипел он сонным, сиплым голосом. Прочистил горло и проверил время на телефоне, поморщившись от яркого света. Убавил яркость до минимума. 2:43 утра. — Блядь, — пробормотал он, падая обратно в траву. Воздух с хрипом вырвался из лёгких. Волк фыркнул и ткнулся холодным носом в его лодыжку. — Фу! Холодный! Господи. Холодный. И завтра я буду чертовски разбит, — пробормотал он, глядя на мелкие вмятины от гравия на руках. Смахнув грязь, он заметил пару крошечных капель крови и поморщился. — Ой. Блядь. Волк сел, когда он слегка пошевелил ногами, чтобы его скинуть. Тот встряхнулся, и гравий посыпался на землю. — Ладно, мне пора домой. Надеюсь, Скотт меня прикроет, если ещё не слишком поздно, чтобы его об этом попросить, — пробормотал Стайлз, поднимаясь на ноги. Они чуть не подкосились и едва не уронили его обратно. — Фу. Он попытался забрать свой мяч, но волк зарычал, и Стайлзу пришлось отступить. — Ладно, хорошо. Оставь себе. Я вернусь на следующей неделе, но у меня будет куча дел, так что ничего не обещаю. Он вздохнул, швырнул сумку на пассажирское сиденье, забрался за руль, завёл «Роско» и уехал. __________________________________________________________________ «Ты выглядишь как смерть», — улыбнулся Айзек, когда Стайлз плюхнулся на сиденье рядом с ним, а его сумка с глухим шлепком упала на пол. Стайлз проворчал в ответ, положил голову на руки и, вытянувшись, потянулся к краю стола, чтобы покрутить карандаш. Двигаться было чертовски тяжело — спина ныла, руки ломило. Порезы от гравия были мелкие, перевязки не требовали, но одежда всё равно неприятно терлась о кожу, напоминая о себе. Айзек схватил его за запястье и прижал к столу. От того места, где он коснулся Стайлза, по его собственной руке вверх поползли чёрные вены. — Что за... ох... — только и выдохнул Стайлз, ощущая облегчение. — Это мило... — пробормотал он, закрыв глаза и ещё сильнее прижавшись к столу. — Не так уж плохо. Хотя и неудобно, — отозвался Айзек, слабо сжимая его запястье. — Угу, — откликнулся Стайлз. — Э-э, точно. — Он отдёрнул руку и сделал ряд пунктов. Восемь — по два на каждый напиток и соответствующие им дрожжи. — Какой напиток хочешь выбрать? — спросил он. — Кока-кола была бы интересной. А ещё... Ширли Темпл? Стайлз записал названия и немного подумал, прежде чем добавить: «Апельсиновую крем-соду» и «Взбитую клубнику Rockstar». — Отлично. А какие дрожжи будем использовать? — спросил Айзек, выхватывая у него ручку, чтобы самому что-то записать. — Сейчас посмотрю, что нам подойдёт, — сказал Стайлз, открывая ноутбук и вводя в поиск: «какие дрожжи можно использовать для ферментации алкоголя?» Когда результаты загрузились, он развернул экран так, чтобы Айзек мог видеть. — У нас есть дрожжи для шампанского, для эля... хотя, похоже, подойдут любые, — зачитал Айзек. — Думаю, возьмём шампанские и обычные — посмотрим, как это повлияет на текстуру и вкус... так это работает? Я не знаю. Никогда раньше не ферментировал алкоголь. Чёрт, я даже хлеб ни разу не пёк, — бормотал себе под нос Стайлз. Айзек наблюдал за ним, подперев подбородок ладонью и просто слушая. — Ты никогда не пёк хлеб? — переспросил он. — Нет. А ты? — Мелисса решила, что это будет хорошим занятием для сближения меня и Скотта, — пожал плечами Айзек. — Ну, тебе нравится Скотт, но почему ты так... раздражён? — Не бери в голову. Просто... мне показалось, — Айзек бросал взгляды в сторону Скотта, и Стайлз был уверен, что тот слушает. — Я вмешиваюсь? — предположил он. — За неимением лучшего слова, — кивнул Айзек. — Эй, я тоже раньше так думал. Но Скотт и Мелисса — отличные люди. Так что... не заморачивайся. — ...Спасибо?.. Почему ты такой... внимательный? — Эй! Я вообще-то внимательный. Я могу быть очень внимательным. Я, между прочим, невероятно внимательный человек, спасибо большое, — Стайлз прищурился, обиженный. — Умный — да, — Айзек склонил голову. — Внимательный — спорно. — Придурок, — пробормотал Стайлз. — Подожди-блядь. Айзек фыркнул и прикрыл рот, чтобы сдержать смех. — Хочешь перефразировать? — Иди на хуй? Нет, это хуже... — пробормотал Стайлз. — Отвали? Нет... Он начал произносить одно оскорбление за другим, но каждый раз обрывался на полуслове, так и не выбрав ни одного. В конце концов он сдался и откинулся на спинку стула. Айзек, держа кончик карандаша во рту, довольно ухмылялся, наблюдая, как бедняга Стайлз терпит поражение раз за разом. — Блядь, это ужасно. — Видишь, что... — начал Айзек, указывая на него карандашом. — Заткнись, — Стайлз поднял руку, прерывая его. — Ну-ну. Однажды ты научишься нормально оскорблять людей, я уверен, — ухмыльнулся Айзек. — Нет, забери свои слова обратно. Ты ужасен. Мне стоит сделать из тебя шубу. — О, бедняжка, — Айзек закатил глаза. — Бедняжка? Ты что, поэт? Рифмоплёт? Собрался стать следующим Доктором Сьюзом? — Терпеть не могу рифмы. Не фанат Сьюза, — задумчиво отозвался Айзек. — Стилински, Лэйхи. Планируете ли вы всё-таки обратить внимание? — вмешался Харрис. Стайлз уже открыл рот, чтобы что-то сказать, но Айзек лёгким шлепком по запястью заставил его замолчать. Хотя это больше походило на похлопывание — он едва коснулся его. Но всё равно было больно. Чёртова сила оборотня. — Да-да... заткнись, — пробормотал Стайлз. — Ладно, я зайду после школы за дрожжами, — сказал он, собирая свои вещи. — Ты принесёшь напитки? Айзек кивнул, тоже вставая и натягивая кожаную куртку. Стайлз, как всегда внимательный к деталям, прищурился, оглядывая Айзека с ног до головы. — Хм, — хмыкнул он. — Что? — Айзек наклонил голову с той характерной для него щенячьей смесью недоумения и лёгкого раздражения. — Тебе идёт кожа. Дерек, полагаю, хорошо выбирает, — бросил Стайлз через плечо, выходя из класса с наглой ухмылкой на лице. — Что?.. Стайлз? Ты не можешь просто сказать это и уйти... Стайлз! — воскликнул Айзек, смущённый и тревожный, его голос сорвался на повышенные тона, когда он поспешил за ним следом. __________________________________________________________________ — Да, меня поставили в пару с Айзеком. С ним легко работать, когда мы не грыземся. Но я всё равно не понимаю шарфов! — пожаловался Стайлз, обращаясь к волку. Они лежали на траве, и голова волка покоилась у него на лодыжках, пока он говорил. — Ну правда, сейчас март! Не так уж и холодно. Стайлз был абсолютно уверен, что волк только фыркнул и бросил на него выразительный взгляд — такой, в котором читалось безмолвное осуждение. — Розы красные, янтарь золотой. Хочу уйти, потому что твой нос ледяной, — протянул он с нарочитой обидой, когда волк ткнулся носом в его лодыжку и слегка прикусил, будто специально под рифму. — Грубо. Это, между прочим, было вдохновлено великим Доктором Сьюзом. Тебе не нравится Доктор Сьюз? — спросил Стайлз, наигранно возмущённым тоном. Волк снова фыркнул и закрыл глаза. — Грубиян. Точно как Айзек. Да что с вами не так? Доктор Сьюз — это же классика! __________________________________________________________________ За несколько недель Стайлз начал замечать небольшое сходство между волком и Айзеком, что показалось ему странным, поскольку почему он так сильно сосредотачивался на Айзеке? __________________________________________________________________ — И потом, его глаза! Ну вот серьёзно, блин, у кого вообще бывают такие синие и золотые глаза?! — Стайлз заныл прямо в подушку, лежа на животе и болтая по телефону со Скоттом, который дежурил у Дитона. — У меня раньше были золотые глаза, — напомнил Скотт. — Ага, а теперь они очаровательного оттенка кроваво-красного. Просто чудо, — пробормотал Стайлз. — О, ну спасибо, чувак. — Да-да… Нет, я серьёзно. Почему я вообще замечаю такие вещи? Это же то, на что я раньше смотрел только у… Лидии… и… о, боже. — Ты в порядке, Стайлз? — осторожно спросил Скотт, его голос стал ближе, как будто он поднёс телефон ближе к уху. — Скотт. Похоже, я... возможно, я гей. Или бисексуален. Я… я перезвоню. — с этими словами Стайлз в панике отключился. — Стайлз, что ты… — начал Скотт, но его голос оборвался, когда линия прервалась. *** Стайлз еще немного повыл в подушку, пока в дверь не постучал отец. — Ты там приличный, сын? — спросил он через дверь. — В моральном плане? Ну, наверное, не очень. Но штаны на мне, если ты об этом, — отозвался Стайлз, садясь. Через мгновение дверь открылась. — Йоу, пап, — ухмыльнулся он. — Стайлз, почему ты кричал? — устало спросил Ной, облокотившись на косяк, держа за ручку дверь. — Э-э, по причинам! Абсолютно нормальным, стопроцентно подростковым причинам, — затараторил он. Ной пару секунд моргнул, задумчиво глядя на сына. Потом устало вздохнул. — Знаешь что? Нет… Нет, я не хочу знать. — пробормотал он и, подняв руку в жесте капитуляции, вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь. *** Стайлз несколько секунд уставился на дверь, потом снова плюхнулся на кровать. — Христос на палочке, — выдохнул он, перекатываясь на бок. Всё начинало складываться в слишком чёткую картину. И это его пугающе настораживало. Волк и Айзек были похожи. Слишком похожи. __________________________________________________________________ — Стайлз, ты в порядке? — спросила Эллисон, пока он вёз их обоих в школу. — Кажется, я... гей. Или что-то типа того. По крайней мере, когда дело касается Айзека. И, кстати, я почти уверен, что он — тот самый волк, которого я видел во время своих прогулок в лесу. — Ого. Тут столько всего нужно распаковать, — ухмыльнулась она. — Так что давай, выкладывай всё. *** Стайлз так и сделал. Пока они работали над проектом, между ними с Айзеком явно возникла близость. Ну, вынужденная близость. Но всё равно. Он даже начал ловить себя на мысли, что ему действительно нравится быть рядом с Айзеком. *** Он всё рассказал Эллисон. Целиком. И это было... давно. Слишком давно он не высказывался вот так, напрямик. Просто вывалил всё из головы. И, на удивление, это было приятно. *** — Думаю, тебе стоит попробовать пообщаться с ним вне проекта, — сказала Эллисон, когда он закончил. Они уже почти час сидели в машине на школьной парковке. — Ага, конечно. И как ты это себе представляешь, Зеленая Стрела? Подойду к нему и скажу: «Эй, чувак, хочешь пойти на свидание, которое не совсем свидание, если ты не хочешь, чтобы это было свиданием, но если хочешь, то это может быть свиданием»? Блестящий план, Эллисон. А пока мы фантазируем, может, я просто позволю Питеру укусить меня, как он давно мечтает? — Прости, ЧТО Питер хочет?! — взвизгнула Эллисон. — Он предлагал укусить меня. Не один раз. — Стайлз покачал головой, особенно подчеркнув: — Несколько раз. — Но ты же отказался, да? — Абсолютно. Я более чем счастлив быть обычным человеком, поверь, — заверил он. — Ладно, хорошо. Так вот, насчёт твоей маленькой влюблённости в оборотня — всё не обязательно должно быть так сложно, — мягко сказала она. — Если бы. Проблема в том, что во всём этом участвую я. А значит, оно уже по умолчанию сложно, — пробурчал он и уткнулся лбом в руль. В следующую секунду раздался пронзительный сигнал, и он с визгом отпрянул. — Ах, чёрт побери! — Всё будет нормально. Обещаю. — Эллисон лучилась спокойствием. — Итак, мы хотим сходить на оставшиеся уроки или лучше прогуляем остаток дня? — Эм… Я, вообще-то, собирался поработать с Айзеком над проектом в обед, но, честно, мне нужен перерыв. Проветрить голову. Я просто напишу ему, — сказал Стайлз, уже доставая телефон. *** [Стайлз]: эй, я иду на обед с Эллисон, не смогу сегодня на проект. норм? [Айзек]: мхм, норм. но я ожидаю какой-то компенсации. хотя бы от Стилински. [Стайлз]: что-нибудь придумаю. *** — Всё, уладил. Поехали, — сказал Стайлз, и, запустив двигатель, выехал со стоянки. __________________________________________________________________ В тот вечер волк был куда более... чувствительным. Он нюхал его руки, тыкался носом в бедро, а когда Стайлз ложился — практически устраивался у него на животе. Стайлз был бы в полном восторге! Если бы не одно "но": он почти наверняка знал, что этот волк — Айзек. Айзек однажды обмолвился, что боится терять близких, даже если и не говорил этого вслух прямо. — Айзек, я знаю, что это ты, — тихо сказал он. Волк застыл. Он ткнулся ему в бок носом, затем медленно поднял голову. Уши были прижаты, взгляд — настороженный. Он негромко зарычал. — Эй, я не злюсь, я просто… немного в замешательстве, — быстро заговорил Стайлз, поднимаясь, садясь прямо. Волк — Айзек — отступил. Осторожно, но поспешно. — Айзек, подожди… — Стайлз потянулся к нему, но тот резко отскочил и рванул прочь. — Айзек! — крикнул он ему вслед. __________________________________________________________________ — Я его спугнул, Эллисон. Я слишком резко на него надавил, — с упрёком к себе сказал Стайлз, лёжа в кровати. Он позвонил Эллисон по видеосвязи, как только вернулся домой. — Я уверена, всё наладится, — ответила она. Она тоже лежала в кровати, экран телефона был направлен на неё, но всё её внимание было приковано к ноутбуку на коленях. — Нет, не наладится. Мы закончим проект, и всё вернётся на круги своя — только хуже. Потому что теперь я знаю о нём больше, чем хотел! — простонал Стайлз. — Если так переживаешь — позвони ему. — Ты что, с ума сошла, женщина?! — вскинулся Стайлз, сев и уставившись в камеру. — Я, вообще-то, довольно хорошо знаю Айзека. Он бы хотя бы выслушал тебя, — заметила Эллисон, мельком посмотрев в камеру, а затем снова уткнулась в ноутбук. — Да, может быть, — пробормотал Стайлз, откидываясь обратно. — Господи, как же ветрено… Почему так ветрено? Моё окно точно закрыто? Подожди, — бросил он, вставая с кровати и направляясь к окну. И как только потянулся к раме, заметил какое-то движение на заднем дворе. Он прищурился, будто это могло помочь лучше видеть в темноте. — О, боже. Эллисон, я тебе перезвоню! Он схватил телефон. — Что? Почему?! — в голосе Эллисон послышалась тревога, но у Стайлза сейчас были более насущные проблемы. — Он у меня во дворе, придурок! — выпалил он, сбегая вниз. — Ладно, люблю тебя, Элли, пока! Проходя мимо кухни, он швырнул телефон на стойку, распахнул заднюю дверь и выбежал на крыльцо. — Айзек? — прошептал он, заметив волка, сидящего на краю веранды. Волк уставился на него, а потом его тело начало меняться — и через секунду на деревянных досках уже сидел Айзек. — Серьёзно, почему вы ВСЕ возвращаетесь после трансформации без одежды? — пробормотал Стайлз, быстро отводя взгляд… а потом снова отводя. — Не знаю, я эти правила не придумывал, — хмыкнул Айзек, а затем вдруг сник. — Извини. Мне просто… холодно. Это всё напоминает мне о... — Морозильник. Я понял. Ну всё, пошли. Надо найти тебе худи, которое хоть как-то налезет. Но ничего не обещаю насчёт штанов — у тебя, блин, ноги до луны, — сказал Стайлз и зашёл в дом. __________________________________________________________________ — …Ты расстроен, — тихо сказал Айзек, когда они вдвоём сели на кровать Стайлза. — Ты убежал, — ответил Стайлз, откинувшись назад и глядя в потолок. — Мне стало страшно, — пробормотал Айзек. — Теперь у меня есть, что терять. И это пугает до чертиков. Стайлз посмотрел на него. Потом снова отвёл взгляд. — Полагаю, ты про меня. Потому что если нет — то это сейчас будет чертовски неловко. — Конечно про тебя, придурок. Когда ты сказал, что знаешь, что это я — я решил, что ты возненавидишь меня. Что тебе нравилось быть наедине с собой в походах, а я… — А ты просто был рядом. — перебил его Стайлз. — И не извиняйся за это. — Так… ты больше меня не ненавидишь? — спросил Айзек и чуть наклонился, чтобы заглянуть ему в глаза. — Нет. И кстати, насчёт того, что ты тогда спросил: я не боюсь умереть. Если это случится, значит — случится. — Ну, вообще-то это звучит как тревожный звоночек, — хмыкнул Айзек, и уголки его губ дрогнули в полуулыбке. — Почему? — Стайлз закатил глаза. — У тебя инстинкт самосохранения и на меня, и на тебя хватает. — Стайлз. — Да, Айзек? — Заткнись к чёрту, — пробормотал Айзек, прижимая его руки к подушке и наклоняясь, чтобы поцеловать. Поцелуй не был грубым. Но в нём чувствовались все дни, недели, месяцы, наполненные напряжением, страхом и желанием. Он был тихим, настойчивым — и опасно искренним. Стайлз чувствовал, как у Айзека буквально светятся глаза, и в какой-то момент с тихим стоном отстранился: — Чёрт, ну почему это так возбуждает?! Айзек неожиданно рассмеялся — взволнованно, немного безумно — и уткнулся носом в воротник его худи. Они не были идеальными. Они были дополнительными цветами — контрастными, сложными, несовместимыми и при этом идеально подходящими друг другу. — И к чёрту Доктора Сьюза, — пробормотал Айзек. — Ну вот, блестяще! — простонал Стайлз. — Айзек! Ты всё испортил!