Откуда берутся дети?

Редкий выходной, когда вся ваша небольшая семья собирается в просторной квартире и на фоне детского смеха слышится тихий гул телевизора. Для кого-то это норма, а для вас - редкость. Сукуна, в силу обстоятельств часто бывает в разъездах, ещё чаще он чертовски устал и едва успевает дотащить свое тело до постели, как заранее заведенный будильник в 4 утра широкой трещиной разрушает беспокойный сон.   Сыну и без того не хватает отца, а потому, в такие дни как этот, малыш вьюном вертится вокруг мужчины, по очереди хвастаясь недавно купленными игрушками и болтая без умолку.   — Пап? Откуда берутся дети?    Этот вопрос застал тебя врасплох. Вопрос, которого ты так сильно боялась и, что хуже всего, ваш сын задал его… Сукуне.    Господи, из всех людей на земле, ваш трехлетний малыш выбрал худший вариант из возможных для своего наивного любопытства. Потому что кто-кто, а твой муж точно не стал бы подбирать выражения, и ты застыла в ужасе, ожидая, что он в очередной раз не станет заморачиваться с одной из сказок, которые родители обычно рассказывают детям. Про аиста или капусту, черт бы её побрал…   Ты почти испуганно выглянула в дверной проем ведущий в гостиную. Розовощекий малыш вертелся у отца на коленях, перекладывая башенки из цветного конструктора и совсем не думал о том, какое древнее зло пробудил своим невинным вопросом.   — Воспитательница в садике сказала, что деток приносят аисты, – продолжил он, ворча себе что-то под нос и убирая несколько пластмассовых кубиков, отбрасывая их на ковер.   — Аист? Ну и бред. Слушай сюда, телепузик: дети появляются, когда мужчина и женщина любят друг друга очень-очень сильно. Настолько сильно, что мужчина отдает женщине крошечную частичку самого себя – она называется «сперматозоид». – ты не видела лица своего мужа, но была практически уверена в том, что сейчас Сукуна самодовольно улыбается, потому что знает как сильно тебе хотелось избежать подобных вопросов. Оттянуть процесс взросления хотя бы на пару лет, а там, глядишь, интернет сам бы заполнил этот неудобный пробел в воспитании. И о да, он точно знал, что прямо сейчас ты слышишь этот разговор, потому что речь его была отчетливой и достаточно громкой, несмотря на то, что сын сидел прямо у отца на коленях.   — Спер-ма-то-зоид? – повторил малыш, вытягивая губы в трубочку. Слово объемное, сложное в произношении для такого карапуза, но раз папа говорит так серьезно, он чувствует на себе обязанность запомнить его.   — Именно. А у женщины внутри есть специальное место, как домик, где живет ее частичка – «яйцеклетка». – мальчик уставился на отца так, будто тот вкладывал в его крохотную головку все знания мира и застыл, переваривая полученную информацию. Сукуна не торопил его. Вальяжно откинувшись на спинку обитого велюровой тканью дивана и рассмеялся. Всё верно. Так и должно быть. Хочешь ты этого или нет, но ваш ребенок не получит дешевых баек про аистов. В конце концов, этот малыш, с лохматыми волосами, которые попросту невозможно уложить, заслуживает правды. Потому что он не какой-то там наивный трехлетка, а его сын - СукуныРёмена.   — Как... как дракончик в пещере?    — Почти. Эти две частички встречаются в этом «домике». Если они находят друг друга – БАМ! – начинается магия. Из них, как из самого сильного семечка, начинает расти ребенок. Сначала крошечный, как горошина. Потом больше, больше... и через девять месяцев он выходит наружу. Обычно через специальный проход у мамы. – мужчина оглянулся через плечо, одаривая тебя самой непосредственной улыбкой, забавляясь происходящим. Да, это именно то, ради чего Рёмен когда-то согласился стать отцом - возможность выложить всё как есть и наблюдать за тем, как сложная смесь эмоций отражается на вечно спокойном лице супруги.   Его стоило бы остановить ещё до того, как эта «откровенность» пересечет все грани допустимого, но Сукуна упрямый. Все равно ведь по своему сделает, сколько не ругайся. Этот годами закаленный характер теперь как камень преткновения встрял между вами, не оставляя ни единого шанса на благоразумие.   — ‘Куна… Может как-то помягче? Он ведь ещё совсем маленький. – перекинув через плечо белоснежное кухонное полотенце, ты присела на диван и взяла сына на руки. — Не слушай его детка, твой папа не умеет следить за языком.   — Вагина. – Отрезал мужчина и сцепил руки на затылке. — Называй вещи своими именами. Ребёнок или нет, это простая физиология, и я уверен, что в интернете он все равно узнает все гораздо подробнее. Я не буду врать собственному сыну. – Он наклонился к мальчишке и ещё сильнее взъерошил пушистые волосы. — Твоя мама - трусиха, понял? Нет никаких аистов, только сила жизни.   Малыш неловко поерзал у тебя на коленях, уже совершенно позабыв о башенке из конструктора и пластмассовые блоки упали на ковер, где помимо него валялись другие игрушки, из которых на 90% состояла ваша квартира.   — Ма, а это больно? Ну… когда ребенок выходит? – Ты и рта раскрыть не успела, как Сукуна сделал все за тебя.   — Больно. Это как… получить самый сильный удар в печень. Но видишь ли, парень – женщины сильные, а твоя мама - самая сильная. Ты таким здоровяком родился, я до сих пор удивляюсь.   — Какой папаша, такой и ребенок. – закатив глаза, ты опустила сына на пол и уставилась на мужа тем самым взглядом, от которого Юджи уже бы щемился по углам, но с Рёменом это не работало. Сама виновата. Никто силком под венец не тянул. Какого выбрала - с тем теперь дело и имеешь. — С тобой я позже поговорю. А ты, детка, беги и собери все игрушки, пока мы с твоим отцом ноги себе не переломали об твоих лабуду.   — Лабубу, мам!   — Да, да. Иди, убирай.   Может оно и к лучшему? От честности твоего мужа пользы столько же, сколько и вреда. В конце концов, детство, оно же не длится вечно, а вопрос полового воспитания всегда будет остро стоять в вашей семье, когда в ней растет такой шебутной мальчишка. Но видит Бог, ты ни за что не позволишь Сукуне рассказать ребенку о сексе. Не за чем его неокрепшему уму знать обо всех подробностях, которые его отец с радостью выложит на блюдце.