Пепел на ветру

      Онемевшими руками она растирает кровь по лицу, стараясь дышать глубоко и медленно.       «Сдерживайся», настойчиво шепчет ее сознание. «Перед тобой твое любимое дитя», шепчет оно же. «Если не справишься, то твои драгоценные дети погибнут», дрожит все внутри нее.       И она вновь послушно сдерживает свою тьму, что гудит в крови и в воздухе, настойчиво требует ее выпустить и будь что будет!       — Не думай, что это будет просто, — спокойно говорит она, и собеседник презрительно кривит губы.       — Я убью тебя и займу твое место, — просто отвечает он. И в его голосе нет бахвальства, нет угрозы — это констатация факта.       И именно это приводит Арию в отчаянье.       Она не способна ранить своего сына, не способна причинить боль никому из своих детей. Вот почему ее меч сейчас стал таким тяжелым, неподъемным, вот почему тело тянуло к земле — она Мать и она, возложив на свои плечи ответственность и власть, поклялась никогда не причинять боль своим детям, подданым.       Клятва тьмы не давала ей нарушить свое слово.       И сейчас ее сын пошел против нее, позволил себя ослепить желанию власти. И именно это приводит Арию в отчаянье, ведь именно она сделала его таким.       Сломленным внутри, жаждущим силы, которую он не сможет удержать в руках. Ей ли не знать про бремя, которое на себя берет Король демонов?..       Меч ее, воткнутый в землю, дрожал, едва сдерживая те эмоции, что она испытывала. Сейчас она была неспособна контролировать их, и сталь трескалась, неспособна вместить силу ее чувств.       «Удар, нет, еще два удара выдержит», — подумала она, прекрасно понимая, что скоро станет безоружна. Ей нужно было что-то предпринять, придумать, но сил осталось так мало. И сбежать сейчас она не смогла бы, не позволила слепая материнская гордость за Сына, что пошел против нее, рискнул всем.       Кто, как не Мать, способна оценить по достоинству его смелость?       Но, как Мать, она была обязана наказать его. Сурово и справедливо, как требует Закон, коим она и является.       — Да поможет мне Хаос, — выдохнула Ария, поднимаясь и позволяя себя расправить плечи. Отныне ничего от нее не зависит.       Один удар. Подлый и быстрый, подобный броску змеи, спрятавшейся в траве.       …и пространство оглашает громкий вой раненного зверя, дорвавшегося до власти, коей так жаждал, и все же с горькой печалью смотрящего на то, как рассыпается в ошметки тьмы тело той единственной, что всегда поддерживала его.       Именно это чувство сожаления и заставило нового короля избавиться от всего, что хоть как-то напоминало бы ему о Матери, он вырезал сам кусок истории, подогнал новый мир под свои желания. И столетия сменяли друг друга, стирались воспоминания, многое позабылось.       И все же, все же…       Где-то там, очень далеко от взора Короля, оставались те, кто, умирая, шептал: «Мы помним тебя, прости наше бездействие».       И именно эти сожаления и позволили ей снова открыть глаза, откликнувшись на зов…