Ты - мой маяк

Предисловие

Итак, наступили каникулы. Отец Элиаса вернулся из тура, и кажется, они помирились. Не обошлось, как я думаю, без вмешательства его мамы. И напряжение в нем спало. А мой клуб первого июня закрывался на двухнедельный ремонт. Предвкушение от потенциальных возможностей перевешивало то, что у меня не будет заработка все это время. Но, с другой стороны, полный ап-грейд от интерьера до аппаратуры не мог не радовать. К тому же папа подарил мне за успешный переход в старшую школу новый ноутбук с отличными возможностями, потому я наскреб денег на Ableton Live и углубил свое профессиональное обучение. Раньше в мои обязанности было ставить лицензионные треки для удовольствия непритязательной публики, но теперь, как мне намекнули, в клубе будет совсем другая атмосфера, и мне хотелось показать себя.

Подсобка

- Ты готов? - еще на входе крикнул мне Элиас. - Да, сейчас. Забери пока мой рюкзак из подсобки. И замкни ее Элиас нырнул в дверь запасного выхода. Некоторое время я отключал пульт, шнуры, стикеровал, сворачивал и упаковывал: рабочие “эвакуируют” все на время ремонта. И вдруг до меня дошло. Ключи в рюкзаке. Но там не только они! Как ошпаренный я полетел в подсобку, распахнул дверь и увидел Элиаса стоящего ко мне спиной. Да, в руках у него был мой блокнот. Я рванул к нему и протянул руку, чтобы забрать блокнот, но он отступил на шаг назад и с полуулыбкой сказал: - Улица врезана в каменный город? Серьезно, Алекс. Это стихи? - Отдай! - Мггмгмгм… - проговорил Элиас нараспев как бы пропуская строки. - Ты мой маяк? - Элиас, отдай! - я попытался вырвать у него блокнот, но он захлопнул его и спрятал за спину. - Ну хорошо, - сказал я. Растопырив пальцы, я впился ему в ребра и быстро подвигал ими. Элиас взвизгнул непривычно высоким голосом и сложился пополам. Я не останавливался, щекоча его не только по ребрам, но и в подмышках, и везде, где доставал. Он уворачивался как мог, отскакивал и работал свободной рукой как мельницей, но я загнал его в угол подсобки между стеллажем и большими пыльными коробками и продолжил свою “пытку”. - Аль. Але… Алекс, отцепись! - вопил сквозь улыбку Элиас сдавленным голосом. - Хвааатииит! Я наступал, и мы почти соприкасались телами, но Элиас все равно не выпускал из рук блокнот, хотя сопротивляться одной рукой было неудобно. Мы уже задыхались: я от напряжения, которое применял окружая его, он – от невозможности дальше терпеть. Наконец мне удалось прижать его к стене. Я запустил руку ему за спину и выхватил блокнот. Несколько секунд мы стояли в едином пространстве в полной тишине, стараясь отдышаться. Я посмотрел ему в глаза и попросил полушепотом: - Только никому - Ты что, - с чувством воскликнул Элиас, - я должен прочитать как минимум. А вообще, они классные. Первые два точно, я не успел прочитать еще, но, думаю, и остальные тоже - Просто, ты необъективен - Неа, я вижу, они настоящие Я покачал головой: - Я пишу для себя… - Это же обо мне? Мой маяк? Я толкнул его легонько в плечо и улыбнулся: - Поехали домой

Мерч и креатив

1 июня, мессенджер, 22:15 Э: кстати, почему ты пишешь в блокноте? в телефоне удобнее Я: не знаю… ручка и бумага - это душа пишет. а на клавиатуре - только мозги Э: круто. смотри какая тема. отец мне поручил дизайн для партии футболок к его новому альбому. в рамках примирения, так сказать. вот что я замутил

(фото)

Вместо пошлых сиреневых сердечек, которыми кричал прошлый мерч папы Элиаса, – во всю белизну футболки красовалось анатомически правильное кислотно-розовое сердце наполненное шестеренками и мелкими цветами, и снизу салатовая лента с надписью “Первая любовь foreva” Я: он тебя убьет) Э: не поверишь, ему понравилось. правда, пободались немного за надпись. но я отстоял Я: что за шрифт? Э: Milkshake Я: вот это ты папу прокачал Э: а то Элиаса тошнило от папиного творчества. Все его однообразные песенки были о вечной любви, объятьях и поцелуях. Но их ностальгический флер очень нравился людям постарше, особенно дамам, и дело шло. Э: это не все. если дело пойдет, 10% от партии – мои. и я смогу вложиться в наш мерч Я: какой наш? Э: твои стихи Алекс. они стоят того, чтобы быть на футболках. цитаты на принтах! Я: Элиас. не знаю что сказать Э: скажи какие! выберешь, скинь. я подумаю над принтами 2 июня, мессенджер, 13:27 Я: эй гений я выбрал “Ты – мой маяк” или просто “МАЯК” и “голова под водой” Э: так и знал. идеально Я: серьезно, тебе зашло? Э: да. не думал что ты еще и поэт Я: ты меня недооценивал, что ли? Э: нет. просто ослеп от твоей шикарной внешки и твоего интеллекта) Я: иди ты Э: думаю о тебе всю ночь, поэт 2 июня, мессенджер, 20:45 Э: я выбил 10% сразу. смотри визуал

(изображение)

(изображение)

(изображение)

(изображение)

выбери варианты Две картинки бросились в глаза сразу. На первой был изображен абрис головы будто начерченный черным маркером, почти без лица, только губы в полуухмылке, а на уровне глаз – лаконичная многослойная волна. И внизу “голова под водой. дышу лишь тобой” в две строки. Вторая – маяк напоминающий башню Саурона, но рельефно-кирпичный и сияющий в разные стороны неоновыми лучами, и внизу “ты – мой маяк”. Я переслал ему эти картинки. Я: это оно. круто. я бы такое не придумал. Э: для этого есть я. ты родил идею. я воплотил. отдаю в печать или поправить что? Я: нет. все идеально. придешь сегодня на ночь? Э: хотел бы. не могу. папа скоро вернется. надо переговорить Я: ок. скучаю Э: я тоже 2 июня, мессенджер, 22:35 Э: спишь Я: неа. что там? Э: я в шоке… папа посмотрел мои дизайны. и вот. он дает мне деньги на учебу в Parsons! Я: что это? Э: школа дизайна, нью-йорк. дистанционная программа 4К американских денег. но оно стоит того. я буду летать в работе Я: фух, главное, ты не уедешь. а так – для тебя это бомба Э: дааааа. я специально выбрал дистанционку. но! придется подтянуть английский и сделать портфолио. я пока не очень во всем. Алекс без обид. буду занят дней 10. надо стараться. у меня очень медленно идет Я: Элиас, все в норме. тем более мне тоже надо поработать. я купил Ableton и хочу вникнуть. мне обещали премьеру на открытии Э: ОГО! уже смотрю на тебя влюбленными глазами из зала, диджей Я: целую тебя, веб дизайнер И потянулись дни. Без работы и без Элиаса. С одной стороны я был рад за него: ему светила очень перспективная школа, после которой он сможет войти в профессию, а с другой - я уже скучал без него. Каждый вечер он присылал мне кружок. Он любил валяться в кровати и записывать мне кружки о том, как прошел день. Я отвечал просто голосовыми. И неизменно с обезьяньими гифками. Это был наш прикол. Но пересматривал эти кружки по несколько раз, каждый раз замечая в нем что-то новое: утомленные глаза и синяки под ними, красные от напряжения и слезящиеся, блестящие и счастливые, угрюмые и почти не смотрящие в камеру… Я знал каждое его настроение. Я страшно его любил. Почти две недели Элиас старался над портфолио для Parsons и усердно совершенствовал свой английский. Он, хоть и с заметным акцентом, вполне мог поддержать разговор на общие темы, но для поступления на сертификатную программу - для полного понимания заданий и свободного общения онлайн - требовался уверенный уровень IELTS 6.0, тогда как его знания едва дотягивали до 4.0. Меня поражало, с какой страстью он погрузился в тему. Элиас никогда не делал ничего вполсилы, но тут каждую задачу он хотел выполнить идеально. Я тоже не терял времени даром. Пока наш клуб был на ремонте, я с головой ушел в изучение творчества ведущих мировых поп-диджеев. Я впитывал информацию с YouTube и Boiler Room, подписался на самые популярные блоги, пересмотрел сеты Tomorrowland за последние пять лет и кучу подкастов. Даже глянул несколько документалок о таких легендах, как Стив Аоки, Мартин Гаррикс и Карл Кокс. В голове накопилась тонна информации; я не всё запоминал с первого раза, потому ставил записи на повтор и делал закладки, забывая о сне и времени. Иногда на меня накатывали всякие мысли. Я ставил на паузу ноут и ходил туда сюда по комнате. Я не мог лежать, когда нервничал. А мысли были практически параноидальные: а что, если я провалюсь, если я недостаточно хорош? А что, если у меня не будет вообще никакой работы? Если Элиас поступит, выучится, начнет зарабатывать и перерастет меня? Если его папаша отправит его в какую-нибудь элитную школу? Я отказался от перспективного лицея ради него в прошлом году, но сделает ли он это ради меня? Кроме музыки и него у меня в жизни мало что было... Потом меня отпускало, моей психике было свойственно быстро переключаться от одного состояния к другому. Но рано или поздно я всегда возвращался к своим сомнениям.

Комната

Как-то поздно вечером, когда я сидел за столом с ноутом (я старался смотреть все сидя, на кровати всегда тянуло в сон) и смотрел очередной диджейский сет в полной темноте, ко мне без стука ворвался Элиас. Загорелый, быстрый, в легких шортах и чуть растянутой футболке, он принес в комнату глоток вечерней прохлады. Легонько стукнув меня кулаком по плечу, он тут же выложил из карманов телефон, ключи и флешку: - Вставь, кое-что покажу! - А просто бросить нельзя было? Картинку? – Я покрутил в руках теплую флешку. Элиас нетерпеливо переминался с ноги на ногу: – Это исходник, вектор. Формат .ai, для портфолио. Ну не тяни! Я вставил флешку, нашел в списке файлов Task1_Geometry_Elias.ai. Клик. На экране всплыло стандартное окно ошибки: "Не удается открыть файл. Проверьте, установлено ли соответствующее приложение". - Черт, у меня ничего такого не стоит. Не открывается - Я как знал! – воскликнул Элиас возбуждённым полушепотом. – У тебя только твои диджейские проги везде! Дай-ка! Он сдвинул меня своим корпусом на стуле, сел сам и лихорадочно защелкал курсором по папкам флешки и экран ожил. Элиас кликнул ещё раз. - Присмотрись хорошо, – сдавленным от волнения голосом произнес Элиас, снова уступая мне место на стуле. – Это мое задание. На использование фигур На экране распахнулась картинка - не фото, а нечто графичное, сложное и структурированное. Издалека это могло показаться изображением ярко-голубого речного льда с хаотичными трещинами и пузырьками воздуха, но при ближайшем рассмотрении оказалось замысловатым набором линий и кружков разной формы и величины. Графика повторяющая саму природу. - Это… - протянул я, теряясь в догадках. - На уникальность я уже проверил, - вставил Элиас, опережая мой вопрос. - Я не это имел в виду. Это же, блин, искусство! - Я знаю, правда, это что-то с чем-то? - Что-то? Это мега-круто, я в ауте! - сказал я с чувством. Не чтобы польстить, я действительно был поражен. Меня всегда восхищали люди, которые обладали навыками за гранью моих, но это было сделано им. Я снова повернулся к ноуту, пытаясь рассмотреть мельчайшие детали его работы. Элиас стоял за моей спиной, его руки легли мне на плечи, и от него веяло такой чистой гордостью за свой маленький шедевр. - Чем сегодня занимался? - спросил Элиас и сжал мои плечи. - Ходил помогать в клуб – немного таскал мебель и убирал завалы в подсобке. Смотрел аппаратуру. Сейчас вот сижу, пересматриваю интересные куски. Я вглядывался в картинку Элиаса с трудом понимая, как такое возможно было создать. Но единственным реальным ощущением в этой темной комнате оставалось его тепло за моей спиной. Мы не виделись эти две недели - я весь в сетах, он в подготовке - и я чувствовал, как сильно соскучился по нему. Просто по его присутствию, его прикосновениям, голосу, привычному нетерпению и энергичности. И я соединил наши пальцы. Внезапно Элиас наклонился и поцеловал меня за ухом. Щекотный, легкий поцелуй взорвал во мне кучу эмоций. Я крутанулся на стуле и усадил его на колени спиной к себе, обнял и прижался лицом. Его футболка пахла кондиционером для белья, и в этот момент я осознал, какой запах постоянно витал у них дома - запах чистого белья и свежей выпечки. Задрав его футболку, я губами сделал дорожку между его лопатками и провел пальцами по коже. Элиас содрогнулся, положил ладони поверх моей руки, обнимающей его живот, и прошептал: - Еще Целовать его было моим фетишем. Его удивительная красота, нешаблонная, не с обложек журналов, живая, легкая, чистая как летнее утро – была объектом моего вечного восхищения. Он еще сохранял в себе черты подростковости: покрытые золотистым пушком загорелые щеки, привлекательную дерзкую худобу, низкий иногда срывающийся подростковый голос. Этого всего я не видел в темноте, но сознание того, все это было рядом и могло принадлежать мне, сводило с ума. Я слегка приподнял его и продолжил целовать его ребра, позвоночник, едва касаясь губами его нежной кожи. Он потянулся к столу, освободив пространство для моих действий. Мы были напряжены до предела, наше громкое дыхание перекликалось, и вдруг Элиас слегка повернул ко мне голову и серьезно твердо произнес: - Я подумал… может, попробуем то, что еще не делали? В висках застучало, я знал, о чем он. Это предложение рано или поздно должно было прозвучать от него. Я ждал этого с тех пор, как впервые мы позволили себе большее. Где-то в глубине я хотел этого, но понимал, что сегодня и здесь – не время и не место. И ещё сильнее меня останавливал страх причинить ему боль и разрушить эту хрупкую связь протянувшуюся между нами. Но с какой смелостью он предлагал мне всего себя! И я не мог выдавить из себя ни да, ни нет. Что-то за пределами сознания подсказало, что делать дальше. Я прикрыл крышку ноута и стянул с него футболку. Обняв сзади за плечи, я провел языком по его шее, пальцами по груди, и все это было невыносимо хорошо. Элиаса трясло от возбуждения и, возможно, от страха, который передавался мне. Он стоял, оперевшись руками о стол и покорно ожидая моих действий. Обычно громкий, сейчас он коротко и прерывисто дышал. Я расстегнул пуговицу на его шортах, и этот тихий металлический звук был как спусковой крючок: внутри возникло щемящее нетерпеливое чувство нежности. И я порывисто обнял его, взяв в кольцо своих рук, прижался грудью к спине и щекой к затылку: - Не сейчас. Мы сделаем это, обещаю. Но не так, не сейчас, - прошептал я, и отчетливо услыхал его вздох, полный облегчения. Его тело расслабилось в моих руках, но я держал его в полной неподвижности еще некоторое время, желая дать ему хотя бы часть своего контроля, о котором он просил. Но после развернул его лицом к себе и снова обнял: - Ты… не против, что всё так? - Да, - ответил Элиас и так поспешно кивнул, что стало ясно: я не ошибся. Мои губы вновь скользнули по его шее, пальцами я нашел дорогу в его растегнутые шорты, но он отодвинулся: - Не надо. Если ты не хочешь, то и я не хочу Я снова повторил свою попытку и Элиас оттолкнул мою руку. - Не надо, - снова пробормотал он. Я опустился перед ним на колени не отрывая взгляда от его лица. Моя настойчивость и близость моего рта, и обещание того, что я мог ему дать, сломили его сопротивление. Мои движения были медленными, осторожными, я обнял его за бедра, и он положил свои ладони на мои руки. И когда он содрогнулся в последней пульсации, я отпустил его и снова прижался к нему всем телом. Мягкий, теплый, полностью открытый, он был в моих руках, и это успокоило нас. Обещание возможного порой бывает значительнее, чем реальность. Я глянул через его плечо на прикрытый ноут, и тут до меня дошло, что именно напоминал мне его проект: это был рисунок его радужки. Глаз, которые я любил больше всего на свете. Он принес мне лучшее свое творение, и мне хотелось тоже подарить ему что-то личное: - Останешься сегодня? - Да, сейчас маме напишу Мы улеглись на моей узкой кровати, каждый на своей подушке, я покопался в телефоне и предупредил: - Давай я тебе что-то прочту, из того что ты хотел почитать. Только не ржи - О, ты их оцифровал? Давай про маяк - Слушай Улица врезана в каменный город. Груды железа на трёх полосах. Выхлоп как выдох, сердца – как моторы В этих местах. Вечер, сожжённый огнём сигареты. Нервы намотанные на кулак. Люди звучат, как пустые ответы – В общем, никак. Если ты спросишь: зачем в этот город Душу свою принесли впопыхах Мы, кто запутались в чатах и спорах, Острых словах, И, как табло на вокзале, зависли Тусклым неоном в бегущих строках... В мраке моей ускользающей жизни Ты – мой маяк. В воздухе повисла пауза, но в ней не было неловкости, только максимальный комфорт. В комнате было настолько тихо, что были слышны сверчки и звуки машины, проезжающей по соседней улице. - Знаешь, для одного вечера два оргазма - это слишком, - проговорил сквозь улыбку Элиас и ткнул меня пальцем в бок. - Спи, чудовище, - я обхватил его рукой за шею, слегка потрепал по волосам и отпустил. Элиас приподнялся на локте, серьезно посмотрел мне в глаза и, приблизившись, нежно, стремительно, страстно поцеловал. Он опустил руку мне на шорты и замер. Я бросил телефон на пол и перестал о чем-либо думать…

Клуб и футболки

12 июня, мессенджер, 21:27 Э: привет. ты завтра в клубе? Я: да. прогон. держи за меня пальцы Э: у меня идея. хочу предложить наш мерч твоему руководству. ты как? Я: почему нет. тематика подходит. знаешь как теперь наш древний Moonlight будет называться? UnderWave Э: твоя магия. завтра во сколько? Я: я иду к 9.00 Э: почему идешь, я везу Я: ок. до завтра Мое сознание было полностью поглощено завтрашним днем. Неделю я готовил сет - микс из техно и прогрессив, вдохновленный Tomorrowland и Fuse Club, включил два моих собственных ремикса, спасибо Ableton, сведение было доступным для моего мозга начинающего диджея. Проверил переходы, собрал ноут, карту, наушники. Нашел в шкафу лаконичную темно-синюю, почти черную, рубашку и черные шорты ниже колен. С новыми черными кроссами будет смотреться хорошо. Полтора часа сидел в ванной – отрабатывал уверенное взаимодействие и подачу. И все равно нервничал до дрожи и плохо спал. Элиас с утра выглядел как чистый лист: он был заряжен на деловой разговор и продвижение наших творений, и не заметил моего волнения. Но я заметил перемены, которых не увидел в темноте: лихорадочный блеск в глазах, проступившие скулы, заостренный подбородок, запястья, на которых висели дорогие кожаные браслеты, которые раньше сидели плотнее. Сам он был в “папиной” футболке с механическим сердцем и при встрече просиял: - Ого, ты не просто диджей, ты модель! - Ну я хорош не только в музыке, - улыбнулся я. - Я бы посмотрел, что под рубашкой, - хитро заглянув мне в глаза, сказал он. - Давай уже, опоздаем, - бросил я и надел шлем, протянутый Элиасом, но мои щеки под ним вспыхнули. Клуб было не узнать. Деревянный интерьер уступил место минимализму и почти киберпанку. Хромированные столики и узкие длинные диваны встали на место подиума для караоке, стены выкрасили в стальной и темно-синий цвет с диагональными неоновыми линиями, которые светились в темноте. Пол залили полуглянцевым покрытием с крошкой, имитирующим мокрый после дождя асфальт. Установили новую световую аппаратуру. Барная стойка из древне-деревянной превратилась в остров из пластика и металла. В общем, выглядело круто как в столице. Я подключил и проверил звуковое оборудование, через софт синхронизировал свет. Пока Элиас сидел в дальнем углу зала и ждал возможности поговорить с управляющим. Мне пришлось вновь понервничать. Я отправлял заготовку нашему старому опытному диджею, который уезжал работать в Гент, и администратору, и все было согласовано. И даже десять раз до этого прогонял его дома на предмет ошибок и переходов, все равно при запуске налажал: свет не синхронизировался с музыкой, софт заглючил и первый переход провалился. Сердце екнуло, руки вспотели. Я остановился, поковырялся немного в ноуте и начал заново. Больше проблем не возникало, но сет мне показался “плосковатым”, хотя еще вчера дома казался шедевром. После 20-ти минут я остановился и подошел к барной стойке, где меня ждали администратор, менеджер и хозяин клуба. Элиас тут же оказался рядом. Я встал как вкопанный, сцепил руки в замок за спиной и стал ждать вердикта, ощущая как пот с ладоней просачивается наружу и капает на пол. Я еще никогда так не нервничал. - В общем, Алекс, все хорошо и нам все понравилось, - спокойно и ободряюще начал менеджер. - Завтрашний вечер твой. Открытие в девять, надеюсь, ты понимаешь, что нужно явиться пораньше? - Конечно! - торопливо подтвердил я. - В половину восьмого буду. - Отлично, - и он представил меня хозяину. - Ээээм, - мягко встрял Элиас. - Алекс, не представишь меня? - Да, пожалуйста, познакомьтесь. Это мой друг Элиас - Я знаю тебя, - отозвался хозяин. - Мы в детстве дружили с твои отцом, Элиас. Ты всегда желанный гость здесь - Спасибо, - сдержанно, но с волнением заговорил Элиас. - Не будет большой наглостью… у нас с Алексом есть для вас небольшое деловое предложение - Да? - вскинул брови хозяин. - У нас есть 60 футболок с моим дизайном и цитатами, которые придумал Алекс. Вот они И Элиас как фокусник быстро и виртуозно извлек из рюкзака две футболки: - Ваша тематика. Волна, маяк, голова под водой, полное погружение, так сказать Руководство окинуло взглядом наши футболки и с понимающей улыбкой переглянулось. Менеджер посмотрел на хозяина, тот кивнул. Менеджер заговорил: - Футболки отличные. Креативные. Но кто и где их будет реализовывать, и каковы ваши условия? Мы не можем позволить торговать ими с лавки как на базаре. Как видите, наша стилистика изменилась - Можно попробовать следующее, - включился в беседу администратор. - Мы оденем барменов и персонал в эти футболки, наша форма – лаконично синий – поскучнее будет. Сделаешь небольшой стикер на стену в коридор? Могу продавать я или бармены - Да, понял, сделаю стикер: футболки с Маяком и Головой ---> у администратора. Цена? Себестоимость 15 евро, если толкать по 25, то 5 прибыли вам, 5 нам. Это возможно? - с очаровательной улыбкой протараторил Элиас. - Молодец, Элиас, - усмехнулся хозяин и вышел. - Отлично выглядишь, DJ. Рубашка топ, - подбодрил меня администратор на прощание. - И не волнуйся. У тебя все получается как надо. 13 июня, мессенджер, 18:30 Э: как нервы? Я: как канаты. скоро лопнут Э: я отвез и налепил на кассе стикер Я: ок Э: быстро прошло Я: ты был (огонь) Э: ты тоже (горящее сердечко). у меня еще работа. до завтра Я: ты со мной? Э: я подойду прямо в клуб. не хочу мелькать и тебя нервировать Я: ок Э: УДАЧИ (искры) Я не мог ни о чем думать кроме завтрашнего дня, и поэтому не стал вникать в решение Элиаса прийти позже.

Вечер

14 июня, 21:00 Я приглушил свет в клубе и включил на экране позади себя абстрактные визуалы, синхронизированные с ритмом; запустил первый трек с мягким глубоким басом. Я слышал его десятки раз, но даже в этот у меня кожа на руках стала гусиной. Зал наполнялся людьми: кто-то потягивал коктейли, кто-то переговаривался у барной стойки, парочки уже заняли места на диванчиках. Я смотрел прямо в зал, не тушевался и не опускал головы, чтобы иметь контакт с публикой. Бас медленно накатывал, заполняя зал, перкуссия задавала ритм. Кто-то начал танцевать. Я плавно подкрутил высокие частоты, добавляя звонкости и включил световое оборудование в зале. Я покачивал головой в ритм, будто был опытнейшим диджеем в мире, и чтобы подзадорить народ, поднял руку и подал сигнал: включаемся! В толпе я заметил ребят из нашей компании: Матео с Зои, Томаса с Валери, мою любимую Мики с Майком и послал им “привет” сомкнутыми над головой в замок ладонями. Надо будет подойти к ним потом. Три-пять минут, переход, следующий трек: я добавил вокальный сэмпл для эмоционального отклика. Мини-дроп. Бас, усиление. Я работал, и вместе с количеством людей на танц-поле росла моя уверенность. А еще, я давно это замечал, когда ты с помощью своего дела, своего творчества ведешь людей, то в атмосфере появляется такая мощная пронизывающая энергетика, которой ты наполняешься до состояния эйфории. Я был почти уже там. Я отработал три трека. Девушки и парни танцевали уже почти полностью заполнив все поле видимости, но я искал глазами Элиаса. И нашел, но едва узнал. Он сидел облокотившись на барную стойку локтями, и на белой футболке на его груди огромными буквами шрифтом Blanka было выведено: МАЯК. Но не это было главное. Его густющие волосы были коротко сострижены, и я увидел наконец их настоящий цвет: светло-пепельный. Длинные светлые выгоревшие кудри Элиаса канули в Лету. Он поймал мой взгляд, лучисто улыбнулся и махнул головой с одобрением, а потом крутанулся и двумя пальцами, как голосующий на дороге, указал мне на барменов и официантов. Они были в наших футболках. Тепло и восхищение смешанное с азартом разлились во мне. Толпа реагировала на мой сет как я и надеялся: все танцевали и двигались все ближе и ближе к сцене. Я добавлял новые переходы, иногда подносил палец к наушнику создавая образ “артиста” и смотрел иногда в глаза той или иной девчонке, чтобы создать эффект заинтересованности в ней лично. Это работало! Танцпол оживал все сильнее и превращался в единый организм, людей было много вообще везде: в зале, в проходах, за столиками, возле бара… но там я уже не видел Элиаса. Его не было и возле нашей компании. Прошерстив глазами весь зал, я включил следующий трек и обеспокоенный стал готовить вставку для 10-минуной паузы. Все же диджеи тоже люди, и имеют право отлучиться. Я приглушил свет над собой, подозвал одного из официантов и показал как держать паузу, включил заготовленный для этого фрагмент и улизнул в дверь для персонала. Я знал, где его искать. Элиас в любой кризисный момент уходил туда, где его не могли найти. Или могли. На всякий случай заглянув в подсобку и туалет, я вышел в дверь запасного входа, расположение которой было известно только персоналу, и нашел его там. Он сидел у стены на корточках прижавшись к ней спиной, вытянув шею. Его привычка вытягивать вперед шею и слегка сутулиться нравилась мне, но в этой его позе не было привычной легкости. Поникший, в своей лучшей джинсовой куртке и нашей футболке, Элиас был переполнен усталостью. Дежавю. Стена, он, сомкнутые брови, “хочу быть только с тобой” - ударило под дых. Я молча подошел. Он скосил на меня свои прекрасные синие глаза, влажные, потускневшие, и почти механически спросил: - Ты чего тут? - Искал тебя - Иди к своей толпе, - горько усмехнулся он. - Хватит, Элиас. Что случилось? Он закрыл лицо руками и потер лоб. - Я больше не могу, - глухо проговорил он, глядя в асфальт. Его голос споткнулся, и он замолчал на некоторое время. - Я. Я… просто реквизит своих родителей. Мальчик-певец, мальчик-дизайнер, мальчик-надежда отца. А ты… просто диджей на подработке. Они там… Толпа. Весело. А я вижу. Мы просто дети, которые стараются, Алекс - Элиас? - во мне поднималась тревога за его состояние. - Как тебе нравится? Это не мы создали их! Это мой папа договорился - Что это значит? - А то, Алекс, он сказал мне вчера вечером: я договорился за вашу партию с хозяином клуба. Все будет отлично. Можешь готовить следующую Слова ударили как пощечина. Его великолепный папаша не просто влез куда не просили, но и разрушил последнюю тонкую броню, которая держала личность Элиаса в эти дни. Парсонс, английский, дизайн, недосып и последний удар – непризнание его самостоятельности и вмешательство в наши дела. Ярость вспыхнула во мне – за него, за нас, за наш труд и наши идеи. Но передо мной был не его отец, а мой Элиас. Несмотря на то, что его слова всколыхнули во мне что-то такое, что я подсознательно понимал и в чем боялся себе признаться - о нашей зависимости от других, о наших сырых еще навыках, о нашем неопределенном будущем, - я подавил в себе желание заорать. Я обхватил его предплечья и потянул на себя, Элиас поддался и встал, но голову не поднял и в глаза смотреть не стал. - Слушай, ты устал. Такая нагрузка кого угодно убьет, - я аккуратно взял его пальцами за запястья. Болтающиеся браслеты. - И пошел он. Все равно это твой дизайн и мои стихи - Твои стихи. Твоя музыка, твой клуб. Ты все делаешь сам, - он продолжал самобичевание. - А я наследничек популярного певца! Где в этой схеме я сам? - Перестань, Элиас. Без тебя ничего этого не было бы. Ни этого вечера, ни нашего проекта. Сам знаешь - Правда? - Элиас поднял на меня глаза полные слез. - Да, - и все что я смог – это прижаться к его губам. Хотя во мне еще теснились злость и раздражение, я стал целовать его так, как если бы мои губы могли его успокоить: мягко, долго. Элиас сначала напрягся, но потом инстинктивно подался ко мне. Его рот пах мятной жвачкой и был отчаянно, болезненно притягательным. Его опущенные вдоль тела руки, напряженные плечи, вся та тяжесть, которую он нес эти недели, - мне хотелось прекратить это, и я прикоснулся пальцами к его лицу: - Пусть и так. Мы дети, которые захотели быть взрослыми. Но мы есть друг у друга - Прости. Испортил тебе вечер, - хмыкнул Элиас. - Не тупи. Ты его украсил Я положил ладонь ему на затылок и прижал его голову к своему плечу. Как тогда, два года назад. Помнил он или нет, но этот жест стал для меня тайным кодом: я здесь, я с тобой. - Идем, а то меня уволят, - мягко попросил я. - Да, диджей. Веб-дизайнер готов, - сказал Элиас и резко, решительно вытер глаза тыльной стороной ладоней. - Кстати, зачем ты постригся? Бунт? - спросил я пытаясь разрядить обстановку по максимуму. - Захотелось. Теперь ты будешь единственный красавчик в городе - А мне так нравится даже больше, - и мы вернулись в клуб.

Эпилог

- Эээээй, Алекс, - тихонько протянул Элиас и провел пяткой по моей ноге. - Ты просил разбудить в семь - Да. Точно, - я перевернулся на подушке и прикрыл ладонью глаза, хотя этого и не требовалось: окна были зашторены и полностью рассеивали жаркое закатное солнце. Перейдя на ночной график, я теперь отсыпался днем, чтобы быть готовым стоять у пульта до двух ночи. Это была больше не подработка. Моя сцена. Мой второй дом. - Сегодня останусь дома. Мне надо закончить, - Элиас потянулся на стуле, зевнул, слегка прикрыл ноут, выпрямил ноги, привычно упиравшиеся в мою кровать, и заявил: - Ты должен выбрать себе диджейский псевдоним! - Ага, Матео уже предложил DJ Брюнет. Смешно. Уж лучше как сказала Мики – DJ Heartbeat. Или вариант – DJ HeartWave. Типа наша символика. Волна. Надо подумать… Ты поговорил с отцом? - Да. У нас перемирие, - Элиас дёрнул ноздрями и отвел взгляд: он не решался на этот разговор несколько дней. - Он не лезет в мои дела. Я не касаюсь его… творчества - Так просто? - Не просто. Разбор полетов был еще тот. Бедной маме пришлось все это выслушивать. Я поставил ультиматум: я дома только до окончания школы. Он платит за Parsons и считает, что может меня контролировать - это звучит мерзко. Но я хочу учиться, Алекс, и это цена, - Элиас скривил улыбку и хмыкнул. - Единственное, пообещал больше не лезть со своими связями. И, в конце концов, моя комната – моя крепость. Глядя на Элиаса, трудно было поверить, что еще неделю назад он был полностью разбит. В нем будто открылось второе дыхание. Он посвежел, научился красиво укладывать свой бунтарский пепельный ежик и весь светился изнутри как человек уверенно идущий к цели. Я любовался его свежим румянцем сквозь полуприкрытые веки и чувствовал такое приятное умиротворение. У нас получилось. Мы смогли. - Понятно. Много тебе осталось? - его портфолио уже было оценено, он получил правки, поэтому ему хватало моего ноута, и он работал, пока я отсыпался. - Мелочи. Слушай, что пишут, - улыбнулся он и забарабанил по клавишам, видимо, открывая почту. - “Оригинальное видение геометрии, уверенная презентация”. А? - Не сомневался в тебе Элиас сжал губы, обмозговал недолго что-то и спросил: - Насчет футболок что думаешь? Будем еще печатать? - Посоветуюсь с админом. Может нам плакаты на стены сделать – в холл, в коридоры? МАЯК, как думаешь? - я сделал пальцами три огромных скобки. И вдруг вспомнил: - Кстати, я знаю как называется твоя болезнь, я гуглил - Иии? - Синдром самозванца - Надеюсь, это заразно, - Элиас лукаво посмотрел на меня и заговорнически приподнял брови. - Да, я уже болен, - твердо сказал я. - И давно - Тогда можно целоваться! - он вскочил, быстро переложил ноут на стол и набросился на меня. Он покрывал поцелуями все мое лицо, и в этот момент от меня ушли далеко: трудности новой работы, неуверенность в завтрашнем дне и все остальное, что отравляло нам жизнь. И в комнате остались только Элиас и я - дети, которые попытались стать взрослыми за одно лето.