До начала любви один миг

Он ушёл в армию по долгу, и она не видела его уже очень давно. Прошло два года с тех пор, как он находился где-то на боевых действиях. Письма от него были редкостью, но всегда были полны нежности и любви. Он тоже мечтал скорее вернуться домой к своей возлюбленной. Она сидела у окна, разбирая груду накопившихся писем. Да, писал он нечасто, но за два года у неё было целое море посланий от него, каждое из которых она прижимала к сердцу, будто бы это был он сам, будто он находился рядом с ней. Лэйн было тяжело думать о том, что Дмитрий где-то там, бьётся с кем-то на смерть, но она ждала, ведь она знала, что он обязательно вернётся. Она знала, что он жив, и ей этого было достаточно, чтобы оставаться сильной. В последнем письме Лэйн прочитала: «Жди меня, и я вернусь. Только очень жди… Хорошо? Поверь мне, до начала любви один миг остался. Немножко потерпи. Люблю, крепко обнимаю тебя. Твой Дмитрий». Это короткое послание было сжатым и написанным резко, явно второпях. И воображение Лэйн рисовало ей картинки, где Дмитрий сидит в каком-то грязном окопе, сам весь запачканный в саже, и пишет карандашиком ей эти строки. Вокруг идёт бой, раздаются взрывы, а он строчит ей, чтобы она знала, что он жив. Она не боялась, что он погибнет. Она надеялась на то, что он не погибнет. Она верила в то, что он всё сможет. И она любила его, чтобы он смог. В тишине леса раздавались пение соловья и стрекотания сверчков. Вдали слышался шум маленького горного водопада и такой же горной холодной реки. Когда-то она с Дмитрием часто бродили по этому лесу, вдыхая хвойные и наслаждаясь простыми, чересчур обыденными разговорами. И Лэйн нравилось представлять, что они продолжают прогуливаться по лесам возле своего домика уже в будущем. Она воображала себе, как он вернётся, как они крепко друг друга обнимут, как он снова, как прежде, чмокнет её в макушку, в лобик, в нос, и как они после этого вдвоём сходят сначала до старой могучей ели, а после до чистой кристальной речушки. Его возвращение равнялось возвращению их тихой семейной жизни. Лэйн перевела взор на камин, что находился напротив окна. Возле камина был маленький красный диванчик, накрытый пледом. Здесь она с Дмитрием слушали дождь и грозу, отмечали Рождество и Новый год. В этом уголке всегда находились покой и уют. И если они ссорились, они именно здесь всегда мирились. Они умели не только дарить друг другу страсть и нежность, но и умели слушать друг друга, понимать, прощать. Неожиданно Лэйн слышит звук чьих-то мужских сапогов с летней веранды около дома. Она выпрямляется, а сердце от предвкушения и возникшего яркого огонька радости стучит в груди так, словно желало выпархнуть, как птичка из клетки на волю. Девушка подскакивает с подоконника так резко и внезапно, что едва не падает на пол. Она мчится в сторону двери и замирает перед ней, слыша, как в дверном замке поворачивается ключ, когда она уже дома впервые за два года. Дверь открывается, и Лэйн видит перед собой самого дорогого и любимого ей человека. Глаза Дмитрия также вспыхивают радость долгожданной встречи. — Лэйн… — одними губами шепчет он, не сумев сказать ничего больше. Дмитрий успевает только скинуть сумки и шагнуть вперёд. Лэйн кинулась ему на шею, не дав даже закрыть ему дверь. Прижимаясь щекой к его колючей щеке, она облегчённо выдыхает, и из её груди вырывается всхлип. Слёзы счастья сами сбегают по её щекам и подбородку. Он наконец-то с ней. Он наконец-то дома. Дмитрий бережно заключает её в свои объятья крепче и тоже выпускает чувства наружу. Он целует её в шею и щёку несколько раз, желая утешить её (или себя?). Ему самому не верилось, что он находился дома, рядом с любимой. — Я так по тебе скучала, — сквозь слёзы смеётся Лэйн. — Спасибо, что живой. — Я же обещал тебе, — усмехается по-доброму Дмитрий, беря её за плечи и заглядывая ей в глаза, — что до начала любви один миг, надо было потерпеть. — Я люблю тебя, — говорит Лэйн в порыве. — Очень сильно люблю. — Я знаю. Твоя любовь меня и хранила, — он целует её в макушку, затем в лобик, в нос. — И теперь я хочу лишь одного. — Чего же? — осведомляется она. — Чтобы ты вышла за меня замуж, разумеется, — хмыкает мужчина. — Других вариантов быть не может. Я встретил тебя так, будто бы прошло буквально две минуты, а не два года. Ты стояла на пороге так, как в день прощания. Даже домашняя одежда на тебе та же самая… Так, что же? Ты выйдешь за меня? — Господи… — рыдает счастливо она и вновь кидается ему на шею, из-за чего Дмитрий ласково любяще смеётся. — Да! Да! Тысячу раз да! — Тогда тебе придётся иногда терпеть моё упрямство, — расплывается в улыбке Дмитрий. — Это ещё неизвестно, кто из нас кого терпеть должен, — хихикая, ехидничает Лэйн. — В самом деле, — Дмитрий неожиданно целует её в губы, и обоих охватывает жар, которого ни он, ни она не испытывали уже очень давно. Лэйн зарывается руками в его волосах и вкладывает в поцелуй всю страсть, на которую только была способна. Теперь им ничто не мешало. Никто и ничто не могли их разлучить. И неважно, что будет происходить дальше, они оба знают, что они встретятся и что смогут пройти многое в ожидании возвращения домой, где живёт и царит любовь.