Груз Ответственности

«Белый кот — охотник и убийца, его путь озарен серебряной луной. Все темные, потайные уголки и существа обнаруживаются в этом неумолимо нежном свете. Ты не можешь отказаться от своего белого кота, потому что твой белый кот — это ты сам.»

Тишину прерывало довольное мурлыканье пушистого котика на коленях шляпника. Он сам невольно улыбался, поглаживая белоснежную шерстку, сидя рядом с Модди.  — Тебе бы пошел белый.  Пугод вопросительно хмыкнул, поворачивая голову в чужую сторону, не переставая гладить зверька. — Может быть, но белый слишком легко пачкается.  — Так ты вроде и не вечно в грязь лезешь.  — Да на нем любую соринку видно, а пыль то везде.  Прежде чем Чат успел высмеять перфекционизм собеседника, Пугод добавил уже более серьезно, — не знаю даже, это выглядело бы странно наверное. Все время в черном и тут резко белое без повода? Разве что на свадьбу, — он усмехнулся своим же словам.  Модди задумался, видимо представляя, как бы Пугод выглядел в другом цвете. Его взгляд упал на ласкающегося кота, чья белая шерсть поприлипала к черному костюму. Тяжело будет очистить…  Белый обычно всегда ассоциировался с чистотой, не так ли? как будто бы это было больше похоже на попытку скрыть изъяны, чем на реальное воплощение стерильности.   С другой стороны, разве черный был настолько лучше? Только у этих двоих и не было своей «грязной версии». Этой версией был совершенно другой цвет — серый. Можно было часто услышать словосочетания «грязный розовый», «грязный желтый» и другие. Для белого и черного же такой опции не было. Мечта перфекциониста, не правда ли? Тогда почему при всем стремлении к идеалу, Пугод все равно выбирал не черно-белое, а золотое? Первое золотое место? Но ведь есть же белая платина. — Не поверю, что ты носишь черный только потому что по твоему мнению на нем хуже видно грязь.  Пугод лишь пожал плечами, — просто черный больше ассоциируется с деловым стилем и его часто сочетают с желтым. Ну и да, в какой-то степени кажется, что с ним меньше мороки. Меньше ответственности.  — Странное у тебя виденье.  — Разве это не наиболее базовое мнение?  Модди лишь усмехнулся, — короче, лучше просто носи все желтое и дело с концом.  Отвлекая Пугода от диалога, кот резко сменил свое настроение, хватая его руку лапами и кусая играючи. Секунда, и он резко встрепенулся и спрыгнул с его ног. Пугод лишь молча начал отряхивать штаны от шерсти. Вполне ожидаемо, это не особо помогло. Н̬а͜д̕о было сͭ п̏и͝н͂цеͬтом͝ п̚од л̮у̏по̓й си̎д͓е̛ть̸, ч͞тобыͥ уͪдалит͝ь к̄аждӹ́й͟ мӑ̫ле͜н̪ь͠к͐ий б̳ел͐ый̦ куͪс̕очё́к̄, д̯о п̆о͘сл̻ед̏нͨег͡ӧ це̊пл̾я̴ю̋щийся за̌ шͤв̲ы со͝з̠н͇а͡н̀и̺я̪.

«Новолуние»

Это была довольно забавная идея. А Пугод любил повеселиться подобным образом. Разок переодеться в белое все же могло быть достаточно интересным. Кто знает, может ему могло понравиться настолько, что он решил бы сменить имидж. Такой способ разбавить его плотный график был вполне себе оригинальным. Во всем остальном же это был такой же обыденный день, ничем не отличающийся от остальных. Разве что, к вечеру он все же понял, что белый цвет не для него. Пугод не мог дать точного ответа почему. Может, если бы он и пробыл в нем дольше, он бы привык, но зачем было менять то, что и так работало? Черный в каком-то смысле был частью его бренда, которому он должен был соответствовать. Своего рода ответственность. Ответственность перед самим собою? Ответственность, не вынеся которой, его замучила бы совесть. Казалось бы, это был всего лишь цвет, но в его случае за ним стояло слишком многое.  А может, все действительно заключалось всего лишь в том, что ему не понравилось. Слишком болезненно бледный выходил…Это было достаточно хорошим оправданием. Зачем ему было лишний раз себя нагружать по пустякам? Костюм остался висеть в шкафу. Может однажды он и соберет достаточно пыли, чтобы его было не так жаль пачкать своим видом.   — А мне понравилось. Тебе стоит почаще менять наряды.  Пугод усмехнулся, — он больше похож на парадный костюм. Надену на нашу свадьбу, раз так хочешь. Модди повис у него на плече, — блин, а я то думал увижу тебя в красивом платьишке.  Пугод аж вздрогнул от такого заявления, ярко демонстрируя свое свое возмущение, — да кто тут еще в платье будет?!  Чат продолжал как ни в чем ни бывало, — так уж и быть, если будешь чаще менять образы, сможешь просто прийти в белом.  — Эйй, мы так не договаривались! Парадные костюмы носили на ответственные мероприятия. Будь то обычный праздник или что-то действительно важное, общество все равно предполагало, что нужно держать перед всеми подобающее лицо в такие моменты. Даже если это был твой праздник. Пугода никогда особо не волновало чужое мнение. Его волновало собственное. Будь оно тоже навязано или нет, его личное стремление к идеалу стояло превыше. Перфекционизм, ответственность, навязанная совестью.  Его совесть с недавних пор была одета в белое. Пугод давно еще думал о том, что ей не подходил ласковый черный. К сожалению или счастью, он не являлся своей совестью — идеалом. Было бы правильнее разделять себя с ней.  Разговаривать со своей совестью было свойственно многим людям. Точнее, это она разговаривала с людьми. Нет, даже, скорее, вела монологи. Но не многие удостаивали ее своим собственным видом и открыто выходили на конфронтацию. Были ли такие вовсе? Совесть можно было игнорировать, но не спорить с ней, как это делал Пугод. Он считал это достаточно нормальным. Было же выражение «совесть мучает». Значит, он не сошел с ума, это было повсеместным явлением. Пока что. Право же, совесть скорее пыталась свести его с ума своими нареканиями, чем мучать. Ему не стоило думать об этом при ней. Важно было в конечном счете и стать этой совестью. Удостоиться носить чистый чернильный белый. Да, пожалуй, Пугод не осмеливался продолжить носить белое не потому что ему не шло, а поскольку он еще этого не заслужил. Было слишком много вещей, которые ему нужно было исправить в ᶜᵉᵇᵉ, чтобы он мог с гордостью нарядиться в парадный костюм и показать свое лицо обществу во всей красе. Совесть гордилась его решением.  С получением своего собственного вида, совесть стала громче. Пугоду это даже нравилось, наверное. Модди часто его критиковал не в серьез, шляпник не мог его винить в этом, но ему нужно было услышать кого-то, кто бы помог ему стать еще лучше — своего внутреннего критика. Совесть учтиво встала на его место. Пугод не видел в этом особой проблемы. Совесть всегда была главной. Что бы она не делала, она была права. Она ведь была его единственной непорочной частью. Говоря об этом, вскоре она предложила ему показать пример в благодарность за полученный образ. Пугода не волновало, что подумали бы другие, после того, как он сказал, что ему не хочется изменять черному цвету. Технически, это не он собирался нарушить свои слова. Точнее, он и вовсе их не нарушал и не собирался. Весь груз ответственности был на его ◖ ⬤ ▙ █☰ ◖ ▀█▀ ▐▄█  Совесть улыбалась, когда он вновь доставал из шкафа то неприкосновенное. Она помогла его дрожащим рукам одеться. Она осторожно подвела его к зеркалу, где отбросила в сторону его челку, озаряя собственное уверенное лицо, разрешая своему подопечному померить его раз. Они оба светились от счастья, не обращая внимания на то, как Пугод хватался за края зеркала, чтобы не упасть на подкошенных ногах. Это было не его лицо.  Идеально сидящие вещи, идеально чистые. Сегодня покрывшуюся мурашками кожу Пугода колол каждый миллиметр жесткой ткани — Нежную белую кожу ████ укрывала мягкая ткань. Стук каблуков громко разлетался по полу — еле слышные шаги скользили по паркету. Чуть ли не задыхаясь от быстрого темпа речи громкого голоса — одаривая тихим неясным ответом по настроению. Активно жестикулируя — строго держась. За все объяснения перемен совесть брала ответственность на себя. Наверное, ей стоило бы дать свое имя.  Тяжело было понять, кто из них не хотел пачкать святое. Примеренное лицо смотрело с пренебрежением и с высока, очень скоро добавляя к образу перчатки, перед этим усиленно намывая и руки, и оставшиеся нелепые черты, от которых нужно было избавиться, если Пугод хотел однажды присвоить себе этот вид. Веснушки не отмывались.   Возможно, часть про то, что он смотрелся бледно в этом образе тоже была правдой. Казалось, он весь был белым, включая кожу и волосы. На Пугоде это выглядело странно. На ████ как что-то само собой разумеющееся. Иначе быть и не могло. Он не был уверен, как расценивать то, что его пример для подражания оставил золотые элементы. Он боялся ответственности за то, что бы последовало за его вопросом. Тем не менее было приятно думать, что это был мост между ними. Надежда, что он сможет достигнуть того же уровня однажды. Особенно, когда казалось, что его новая версия специально выставляла себя полной противоположностью. Но это не отменяло ее правоты: ежели Пугод был весь из себя хороший, значит-ся, она была плохой, раз пыталась его изменить. Даже если белый принадлежал ей. Пугод не был с этим согласен, но его логика, вероятно, была полна изъянов. Не даром ведь у каждого человека совесть была именно для того, чтобы она не позволяла бредовым мыслям заходить слишком далеко. Вероятно, она многим могла мешаться — в этом случае назвать ее плохой имело смысл. Получается, его совесть умела смеяться над собой. Чья еще могла таким похвастаться?  Черной ночью, благодаря за имя, в качестве мотивационного презента Бэд оставил ему седую прядь, явясь сонным параличом.

«Серповидная луна»

У Пугода с совестью были странные отношения. Порой он неосознанно начинал отвечать ей вслух. Если бы не ночной очень даже реальный подарок, он бы мог подумать, что свихнулся. Конечно, тяжело было назвать это приятным презентом, и в своем репертуаре Пугод успел поутру наорать на собственную совесть, как идиот при этом смотря на белую одежду в шкафу. Однако, почему-то любые его аргументы рушились, когда Бэд легко признавал свою вину. В любом случае, много ведь кто разговаривал сам с собой?  Модди отреагировал неоднозначно. Разумеется, Пугод не был настолько некомпетентен, чтобы заставлять чужую совесть чувствовать себя виноватой в том, что она не уследила за его собственной. Бэд с радостью брал ответственность на себя. «Никто не застрахован от кошмаров», «Вот и новинка в образе», «Она делает меня более брутальным!». Бэд нашептывал в ухо оправдания как мантру. Итогом стало, что Чат оставался с ним на ночь еще целую неделю. Пугод был только рад. Тем более Бэд избавлял его от любого чувства вины перед Модди.  Пока Пугод не мог себе позволить большего, он начал постоянно убираться на базе, сортировать вещи. Раньше он не находил на это времени. Теперь и мыло для рук уходило пачками. Если бы за воду нужно было платить, он бы уже был банкротом. Конечно же, его подначивал Бэд, но Пугод и без него считал чистоту хорошей привычкой. Право, это оборачивалось тем, что он начинал видеть грязь везде. В скором времени Пугод стал постоянно носить перчатки. Еще одно изменение в копилочку. Теперь Бэд меньше брезговал и был очень доволен собой. Тот с гордостью заявлял, что ответственность за это была на нем. Пугода это забавило.  Чем же Бэд совершенно не был доволен, так это случайными замашками Пугода с тем, что представлять его как тульпу рядом. Во-первых, Пугод слишком плохо представлял свое лицо, особенно в нехарактерных себе эмоциях, так что в своей фантазии он тоже закрывал его волосами. Это было недопустимо. Во-вторых, он не имел право даже задумываться о том, чтобы контролировать его действия. И в-третьих, мы — о̓дн͝о͠ цел͜оеͅ.͜ Черной ночью Бэд оставил второй подарок за хорошо усвоенный урок, в котором его марионетка принимала активное участие. Следы удушения можно было скрыть.

«Первая четверть»

      Пугод потратил битый час, до мозолей замыливая шею, прекрасно зная, что это не поможет. Сегодня утром его лицо было совсем бледным после праздничной ночи. Он решил на пару дней изолироваться от мира под предлогом генеральной уборки. Не то чтобы здесь еще оставалась хоть пылинка. Единственной несовершенной грязью был он. Если бы его не мучила совесть, где бы он сейчас был?   Он таки нашел еще несколько новых седых волос, намывая теперь уже лицо в очередной раз.  Стремительно развивающаяся мизофобия не осталась не замеченной остальными. Однако, она вызывала больше шуток, чем реального беспокойства. Пугод считал это все незначительной жертвой ради высшей цели. Бэд считал это самой малой данностью, без которой он бы вообще не помогал черному. Одного Чата это напрягало, но даже он скорее думал об этом как об очередной замашке, которая быстро пройдет. В любом случае, до Пугода все же начинало доходить, что его ответы из разряда «меня иначе совесть замучает», звучали уж слишком часто. Тем не менее, он не находил причин, почему это могло быть плохо. Пока в один прекрасный день его не начала мучать совесть, которая не была Бэдом. Весь мир как-будто рухнул в этот момент. Хотелось вымыть все свои органы изнутри, в особенности прочистить мозг. Не могло же у него быть две совести? Бэд уходил от ответа. Он говорил, что это был внутренний диалог. Разве это не одно и то же? Что важнее — кем тогда был Бэд? Тот снова и снова отвечал совершенно размыто: «Ты ведь не моя настоящая совесть?» — «Я могу ее заменить», «Кто ты?» — «Я — это ты», «Как я мог сам себя кошмарить ночами?» — «Сны — это иллюзия», «Мои седые волосы не иллюзия» — «Твои белые волосы — это проявление меня», «Как я могу быть проявлением себя же?» — «Тебе вовсе не нужно брать на себя подобные размышления».  Пугод хотел под землю провалиться, лишь бы не думать о последствиях того, что он облажался. Голова разрывалась на части, в то время как другой просто молча наблюдал. Он никак не комментировал происходящее, никак не критиковал, никак не поддерживал. Он издевался и ждал, пока Пугод сам к нему обратиться за тем, чтобы переложить всю ответственность на него. «Если ты — это я, то какая часть?»  Теперь бэд предпочитал отвечать не в голове, не откуда-то сзади, а напрямую пользуясь предоставленным телом. Полностью Управляя им. Это было безумием. Пугоду не шла эта роль. Но он не мог сойти со сцены сам. — Разве ты сам не назвал меня плохим?  Пугод даже не осознавал, что с ним происходит. Будто бы ничего и не изменилось вовсе. Их лицо маниакально улыбалось.  «Это ведь было просто в шутку.» — Жалкая попытка отмазаться. Ты неисправим.  «Но ты не плохой». — Я этого и не говорил.  «Тогда как мне тебя называть?» — Глупенький, ты забыл свое имя?  Пугоду нужно было время в одиночестве. Чтобы максимально отдалиться от Бэда нужно было выставить его на показ. Наверное, это звучало странно, но становясь им, они не могли пересечься. Для того, кто клялся себе, что не изменит своему черному, он открывал шкаф слишком часто.  Бэд был недоволен своей попыткой сбежать, так что он решил перекрыть себе один из путей. Он одним движением отрезал челку, обычно закрывающую лицо. Теперь он всегда будет видеть обе свои стороны. Самолично изъяв подношение, в обмен он разрешил Пугоду некоторое время носить белое самому. Это играло им обоим на руку. В свободное же время Бэд занялся чисткой его мозга. Казалось, он буквально заливал ему в голову сплошную пенящуюся химию, мешающую думать, вместо серого вещества. За каждый промах в ушах шумел пылесос. Бэд прекращал только когда у них уже темнело в глазах от звона в ушах. Бэд «прочищал» организм рвотой, «эстетично» поглощая одни лишь грибы дa траву под магнитным излучением. Постоянно вдыхал острый перец, выжигая слизистую и изливаясь ручьями слез; жег синяки крапивой, прекрасно зная, что это не поможет. Казалось, если бы кровь была иного цвета, он бы совершал акты кровопускания под предлогом ее чистки.  Черным при черным днем, за пережитую генеральную уборку своего организма, Бэд подарил Пугоду еще больше белоснежных волос.

«Выпуклая луна»

Справедливости ради, после подобной «чистки» Пугод действительно чувствовал себя … опустошенным от чего-либо в принципе. Благо, Бэд не считал эмоции грязью. Или же считал, но скрывал от Пугода, чтобы оставаться с ним в хороших отношениях. В любом случае, теперь с возвращением к черному все ощущалось гораздо острее. А бэд на все претензии к изменениям во внешности только и делал, что указывал на это, благодаря свою санитарную работу. Право, кажется, вскоре ее придется проводить снова: Модди решил в серьез за него взяться. Благо, в полностью укрытом черным Пугод мог не бояться прикосновений.  Если честно, с каждым днем он скорее больше привыкал к Бэду, нежели уставал от него. Оттого ему вовсе не казалось, что у него были проблемы, которые он мог скрывать от Чата. Оттого его ложь звучала совсем искренне, как истина. Истиной же его слова для самого него и были.  Чтобы удовлетворить Бэда, Пугод составил свой собственный план ежедневной чистки. Вместо отравления организма, он начал пить гораздо больше воды, потребляя за день литры. Принимал душ дважды в день; чистил зубы после каждого приема пищи; обзавелся новыми одинаковыми костюмами на каждый день недели; драил всю базу каждый день; держал окна нараспашку круглосуточно, пуская белый свет дня. Теперь в его убранной голове была лишь одна цель: достичь идеально-белого. Отдать Бэду свой ум, разум — въевшиеся пятна. Это не могло продолжать оставаться незамеченным, однако уже было слишком поздно. Скоро было полнолуние. Когда белый полностью вытесняет черный.  Пугод помотал головой, пытаясь вернуться в реальность. Модди за что-то его отчитывал, вероятно, за его волосы. Пугод старательно скрывал, сколько на самом деле прядей поседело даже перед самим собой.  Ему казалось их было не так много, и у него было еще время на прощание с черным…. Чат будто сковородкой его огрел, когда убедил Пугода в том, что он почти весь поседел всего за месяц. Все это время сам Пугод будто и не замечал этого вовсе. Однако, почему-то, его это более совсем и не заботило. Он даже сам себе удивлялся. Зато это беспокоило Модди еще больше. Ему казалось, что последнее время Пугод переодически выпадал из физического тела. Уходил в астрал. Бесконечно витал в облаках и что-то талдычил про чистоту. Словно кто-то с хлоркой хорошенько промыл ему мозги. Только вот он был один? Модди чувствовал себя ужасно из-за того, что послушал Пугода и позволил ему побыть наедине, как тот просил всего несколько дней назад. Это решение определенно сделало все только хуже. Чат не знал, чем тот конкретно занимался это время и, если честно, вовсе не мог ничего предположить. Сначала он думал, что Пугода настиг траур или кризис. В какой-то момент он даже гадал, что все пошло в тартарары из-за его комментария о смене имиджа. Будто бы он так оборвал тонкую ниточку, на которой держался чужой рассудок. Иначе как объяснить то, что никаких признаков плохого самочувствия он не наблюдал? Пугод становился иррациональнее, нелогичнее, безумнее, а не депрессивнее. Сам виновник лишь улыбался и отнекивался на любые расспросы и предложения. Его бледность говорила не о лжи, а о состоянии разума. Пожалуй, более не было бы странным, если бы тот надел белое.  Модди даже уже начинало казаться, что это он сошел с ума, в то время как с Пугодом все было нормально, и лишь он видел седые пряди и цеплялся за погрязшие за белоснежным цветом кожи веснушки. Два Пугода говорили ему, что с ним все в порядке: один — привычный веселый и беззаботный, прячущий седые волосы под шляпу и привычно утопающий в любви к нему; другой — бесконечно намывающий руки, куда-то спешащий и не замечающий ничего вокруг. Первый вечно закрывал лицо руками из-за «случайно» отрезанной челки, второй не понимал, что вообще изменилось. Как бы Чату не хотелось уличить шляпника во лжи — не получалось. Для него и этот Пугод не был черно-белым: две части не заменяли друг друга, а смешивались. Они не противоречили друг другу, а только спорили между собой. В каком-то смысле Пугода будто бы было не два, а полтора. Это даже немного успокаивало… С двумя бы он не справился. Право, кажется, и с одним не смог. Модди принял решение не отходить от Пугода далеко в ближайшее время.  Это не помогало. Все свободное время Пугод натирал помещение до блеска. Даже когда Модди заставлял его заниматься чем-то другим, тот делал все возможное, чтобы все равно параллельно продолжать уборку, называя это эффективным времяпрепровождением. Тем не менее, вряд ли именно уборка довела его до седой головы, возможно, с этим можно было разобраться и потом.  В первый раз Пугод отмазался тем, что ему снились кошмары. Однако, когда Чат оставался с ним на ночь еще тогда, они резко перестали его мучить. Модди был бы рад назвать себя лучшем в мире ловцом снов, да вот становилось не до шуток, когда он начал замечать, что Пугод посреди ночи куда-то проподал, а уже утром просыпался под боком как ни в чем ни бывало. И это не было бы проблемой, если бы, как это обычно всегда бывало, вместо бесшумного исчезновения он бы будил Чата недовольным бурчанием под нос и желанием незамедлительно включить свет. Сейчас же он поднимался, будто из могилы, и совершенно безмятежно удалялся, как средь бела дня. В первую ночь Модди решил, что Пугод начал лунатить, однако его действия выглядели слишком осмысленно. Вместе с этим, поутру тот всячески отрицал свои ночные рандеву. Справедливости ради, люди могли не помнить, как сквозь сон просыпались из-за случайного шума или чего еще. Да и Пугод никогда не врал Чату всерьез. Что ж, был иной способ узнать наверняка. Было бы опрометчиво верить, что Модди не мог проследить за ним. 

…

Скрип кровати. Тело будто механически село. Несколько неподвижных секунд, и ████ также безразлично встал и медленно двинулся на выход, не бросив и взгляда назад. Еще мгновение, и тот уже скрылся в темноте. Сцена выглядела довольно жутко, но этого было недостаточно, чтобы остановить старшего.  Конечно же, первой мыслью было позвать беглеца или включить свет, но любопытство взяло над ним верх. Ему было интересно, действительно ли Пугод занимался чем-то, что не было характерно для подобного контекста или же нет. Модди подождал несколько минут и, поняв, что тот не собирался возвращаться в скором времени, хмуро поднялся с кровати. Стоило лишь немного пройти по бесформенному темному пространству, как Чат уловил еле слышимый звук ножниц. Вскоре он обнаружил Пугода всего в белом, безжалостно кромсающего остатки русых волос под лунным светом, используя для отражения гладь разлитой воды. Чтобы его не спугнуть, Модди обошел его со со спины и… — Что ты делаешь? — Чат схватил руку с ножницами, готовый к тому, что Пугод и ударить мог с испугу.  ████ даже не шелохнулся. Он немного заторможено повернул голову с невинным выражением лица. Два больших желтых кошачьих глаза с непониманием уставились на помешавшего. Он пару секунд молча сверлил его взглядом. — Я просто подумал, что выгляжу нелепо с разноцветными волосами, — голос звучал совсем монотонно, — этих осталось меньше.  Модди лишь сильнее сжал его руку. — Почему ты в белом и делаешь это ночью… над водой? — «Пугод никогда не врал Чату всерьез». Ответ был все также без эмоционален, — Белый лучше видно в темноте, днем я все время забываю, а вода чище. Заодно помою пол, — он перевел взгляд на руку, которую удерживал Модди.  Он нехотя ее отпустил. Все это было очень странно. ████ тут же вернулся к делу, и Чат чуть было снова не схватил его, — хватит, — тот послушно остановился.  — Что ты делал остальные ночи? Ты не мог все это время стричь волосы. Почему просто не включить свет, почему не… — он нахмурился, окидывая того взглядом с ног до головы. За все время в этом мире происходило много необъяснимых вещей, так почему это не могло быть еще одной? Так было бы намного проще. Все бы само собой разрешилось со временем. Просто небольшая неприятность. Никакой ответственности. — Кто ты?  Пугод непонимающе хлопал ресницами, теперь он звучал напуганно, — Я просто просыпался из-за кошмаров и если бы включил свет, мог бы тебя разбудить. А если бы рассказал, то ты бы волновался еще сильнее, хотя ты и так преувеличиваешь масштаб проблемы… — Ты не ответил.  Взгляд «жертвы» помрачнел. Было очевидно, что он недоволен происходящим. ████ тихо процедил: — Я тот, кем является Пугод. Тот, кого ты называешь этим именем.  — И кем является Пугод? — Мной.  Модди промолчал. Он вовсе не был доволен этим ответом, однако ████ перед ним определенно был тем, кто лег с ним спать вчера. Физической подмены не было. Однако, эта версия будто вовсе и не пыталась подражать поведению оригинала. Подделка заговорила первой:  — Почему бы нам не пойти спать, а утром тебе не спросить у «настоящего» Пугода обо мне еще раз?  — Сначала замети следы, — Модди посмотрел в сторону воды на полу, смешанной с прядями волос. 

«ПОЛНОЛУНИЕ»

Пугод как обычно проснулся раньше. Так ему казалось, пока его вновь не схватили за руку, когда он попытался встать.  — Ты просыпался сегодня ночью?  Пугод недоуменно повернул голову в чужую сторону. Уже через мгновение выражение лица сменилось сомнением, — мм,  да? — он по-доброму усмехнулся, — ты спутал меня с призраком? Прости, если вел себя странно, ночью голова плохо соображает.  Чат продолжал сверлить того взглядом, сам лихорадочно пытаясь понять, в каком месте пазл не складывался. Он отпустил его. — Совесть замучала?  Пугод встрепенулся, будто его холодной водой облили. Обычно он легко констатировал этот факт, но слышать его из чужих уст почему-то было неприятно.  — Ага. вроде того… — До белого каления.  — Ха-ха, получается так, — фальшивый смех. — А ты не думал о том, что она позволяет себе слишком многое? Чем же ты ей так не угодил? Пугод явно не хотел отвечать и мечтал поскорее смыться, — думал. Но не могу же я ей просто отказать? — А ты знаешь, чем конкретно занимался ночью? Пугод затих на мгновение, — наводил порядок?.. Модди нахмурился, — явно не у себя в голове, — Пугод вопросительно посмотрел на него, — ты полностью поседел.  Пугод впал в ступор. Он не знал как реагировать и боялся проверить. У него не укладывалось в голове, что происходит. Он знал, что Бэд зачастую не спал по ночам, но понятия не имел, как Чат мог его встретить, если тот был лишь частичкой его сна, чей образ он иногда изображал на публику, чтобы абстрагироваться от ответственности? С другой стороны, разве он не должен был быть рад, что Бэд не был лишь его выдумкой? Но тогда, действительно ли он просто примерял его роль?.. Внезапно становился непревзойденным актером, что был готов жертвовать собой, чтобы исполнить роль идеально? Абсурд. На самом деле, Бэд бы никогда не позволил ему подражать себе. На самом деле, у  ████ были полные права на тело и разум. На самом деле, Пугод в свою очередь был его совестью. Ему не нужно было видеть себя, чтобы знать, что он был весь белым в не идущем ему черном. Они не понимали, хотят ли смеяться или плакать. 

Сознание с громким звоном окончательно раскололось. 

      Не замечая Чата, взгляд быстро бегал из одного угла комнаты в другой. Руки на сотый раз переворотили все вещи, пытаясь обвинить во всем свою невнимательность или растерянность. Он сам никак не мог быть виноватым. Его не могло быть где-то еще. ████ хранил свой кусочек белого как зеницу ока, он не мог просто потеряться. 

М⃪о⃪ж⃪е⃪т⃪ б⃪ы⃪т⃪ь⃪,⃪ █⃪█⃪█⃪█⃪ р⃪е⃪ш⃪и⃪л⃪ е⃪г⃪о⃪ н⃪а⃪к⃪а⃪з⃪а⃪т⃪ь⃪?⃪ З⃪а⃪ ч⃪т⃪о⃪?⃪ О⃪н⃪ в⃪е⃪д⃪ь⃪ н⃪а⃪о⃪б⃪о⃪р⃪о⃪т⃪ в⃪с⃪е⃪г⃪д⃪а⃪ б⃪ы⃪л⃪ д⃪о⃪б⃪р⃪ к⃪ н⃪е⃪м⃪у⃪?⃪ Б⃪ы⃪л⃪ л⃪и⃪?⃪ И⃪з⃪ 

⌌Ж̙⌏⌌А̙⌏⌌Л̙⌏⌌О̙⌏⌌С̙⌏⌌Т̙⌏⌌И̙?

Вся ответственность за белое никогда не принадлежала ████, так почему теперь она должна была ле̕чь̩ наͧ нег͟о ? Он стоял посередине комнаты, беспомощно глотая воздух, чуть ли не пытаясь задушить себя руками, не слыша, как до него пытались докричаться. Черный теснил его, сковывал, пожирал. Ему было необходимо увидеть белое, завладеть им, разделиться с ним. Вырвавшись из чужих рук, пошатываясь, он доковылял до зеркала в надежде вновь увидеть там другого нормального себя. 

Столкнувшись с реальностью, зрачки сузились… в ужасе ли? Все в груди сжалось, не давая выдохнуть. Волосы и впрямь совсем побелели, сливаясь с нереалистично белоснежной кожей. Ни о каких «поцелуях солнца» и речи быть не могло. на нёг͍о с͡в̀етил л̦и̗ш͢ь лу̍нный бе̇л̿ый. Отражение стеклянно улыбалось ему с пустым взглядом. ████ улыбался в ответ с истеричным. Неужели уже? Ему было пора на сцену.

Е͢го п͋ере̚пол͡н͟яла н͞е͝н̚авͅисть к͝ чѐрн̕о̚м̒у цв̚ету͗. Резкими движениями ████ стянул с себя этот поганый черный пиджак, небрежно растягивая ткань и бросая ее в сторону. Следом отправилось и остальное, разукрашивая помещение черными пятнами. На двери висел парадный, указывая ему на выход. Ему действительно вовсе не хотелось замечать его там. 

Бе̶лый́ ц̓вет успо́кͪа͆и̑вал е̃г̏о.͆ О̚н по̕дхо͝дилͤ к е͌г̓о͞ лӥ̊цу,̀ под͡ар͡е͎н͝н̾ом̐ ████͐.͡ ██͞█͞█ ни́_͑коͅгдͣа е̿го͠ неͅ п̽о̒к͘и̠дал.͛ О̍н̔и ник̔огда не по̕кид̊али͋ друг друг̗а̎. Р̹а̣з̊в͢е что͉ теперь,ͬ это на ни̰х об̔о̕их͛ л͢е̃жа̌л

груз ответственности.