Трудности гибридов.

Глава 1. Часть 4. Интерлюдия.       Лос-Анджелес, штат Калифорния, 10 августа 2004 года, 22:45       Департамент по оказанию помощи детям и семейных услуг.       Пожилой чернокожий мужчина заканчивает выполнять еженедельную тщательную уборку перед выходным протирая начисто пол последнего кабинета на верхнем этаже.       Пару лет назад сокращение персонала лишило его работы, но жить на что-то нужно было. Сбережений у мужчины хватило лишь чтобы продержаться пару месяцев до того как он устроился сюда. Преступная молодость и отсутствие жизненного опыта не позволили ему позаботится о будущем и сейчас всё что у него есть это потрёпанная квартирка в многоквартирном доме в Скид-Роу и мебель в ней. Да район неблагополучный но своя квартира и отсутствие долгов это уже повод для гордости.       Старик смотрит на проделанную работу и с удовлетворением замечает: «Блестит как яйца у бульдога». Забрав ведро и швабру он закрывает дверь кабинета и вешает объёмную связку ключей за карабин на пояс.       Прополоскав тряпку и выжав её мужчина выливает грязную воду и идёт в сторону лестницы. Его комбинезон уборщика хоть и потрёпан но чист и даже неуклюже поглажен. Мать всегда учила его чистоте а отец что «одежда есть отражение тебя самого, если одежда грязная, мятая и не идёт тебе люди будут считать тебя человеком третьего сорта, будь ты даже самым богатым человеком земли». Жили они бедно, но не смотря на это отец всегда был хоть и дёшево но прилично одет. Белый мужчина высокого роста с широкими плечами и массивными руками.       Старик как сейчас помнит как его отец часами катал его на своём предплечье совершенно не уставая. Чисто выбритый, всегда в поглаженной рубашке и накрахмаленных прямых брюках. Вычищенные ботинки сверкали на солнце а часы на мощной кисти были отполированы.       Спускаясь по лестнице старый человек сетует на больные колени но больше по привычке, последние дни колени не беспокоили его. Спустившись на первый этаж он ставит уборочный инвентарь в кладовую и идёт в комнату персонала.       Среди многих людей что окружали его семью его отец отличался словно начищенный квотер среди пенни. Бывший рабочий завода, повышенный до «рекламщика» продукции. «Моё лицо и одежда это моя обложка Джорджи. Люди чаще смотрят на обложку когда выбирают книги.» Говорил он. «Главное чтобы и внутри было что интересного почитать хахаха» добавлял он почти всегда со смехом. Позже я узнал одно выражение ,короткое но чёткое что идеально описывало отца: «Встречают по одежде ,провожают по уму.»       Будучи маленьким он не очень понимал что отец имеет в виду и только с возрастом он понял суть его слов.       Мама же была африканского происхождения. Чернее других «черномазых» но с добрым и любящим сердцем. Отец в ней души не чаял и часто танцевал с ней на руках когда приходил с работы или приезжал из командировок. Хоть и африканка но среднего роста ниже отца и со стройным подтянутым телом. Постоянно ходила в своём воздушном платье немного выше лодыжек и желтой рубашке с короткими рукавами. Маленький Джо с малого возраста наблюдал как она невесомо порхает по дому занимаясь домашними делами а её платье воздушно развивается вслед за ней. И как нежно она поглаживала его голову проходя мимо.       «Бедные но счастливые», пот такой была его семья.       По дороге в комнату персонала он вспоминает о том что надо проверить чёрный ход и окна первого этажа.       Отец часто выезжал в командировки где предлагал продукцию завода разным предприятиям. Иногда ему разрешали брать с собой семью и маленький Джо всегда был рад когда вся семья выезжала куда-то за черты привычного города или даже района. Но очередная поездка окончилась горем. На выезде из города из за поворота на красный вылетела легковушка на полном ходу и протаранила их машину. Удар пришёлся на отца и мать, они умерли мгновенно. Только маленький Джо остался в живых. Сидя на заднем сидении его голова лишь чудом разминулась с пролетевшим через окно заднего сидения куском чужой машины. Малыш потерял сознание и слава господу, ребёнок никогда не должен видеть как умирают его родители, тем более видеть то во что удар превратил родителей Джо.       Хоронили родителей в закрытых гробах. Из людей только бабушка, мама его отца, что держала горюющего мальчика за плечи и священник с гробовщиками что опускали гробы. Больше никто не пришёл. Так он в возрасте 6 лет остался сиротой.       Окна и чёрный ход оказались закрыты. Теперь можно расслабится.       Последующие несколько лет с бабушкой были словно в тумане. Жизнь утратила краски. Школа, улица, сомнительная компания. Так он и втянулся в преступный мир города. С 13 лет, воровство, избиения, нападения, грабёж, угоны.       Почти всегда ему везло и его ни разу не поймали. И только бабушка удерживала его от окончательного погружения в этот омут. Но она не бессмертна.       Однажды придя домой после очередного долгого отсутствия он обнаружил её. Мирно умершую в постели и записку с завещанием. Она мирно ушла оставив ему свою квартиру и просила его завязать с преступностью. И он пытался, нашёл работу, ушёл из банды, даже девушку завёл. Но тяжёлые времена были сильнее. Так на очередном взломе с проникновением его оглушил пришедший раньше и подкравшийся хозяин квартиры. Очнулся он уже в наручниках. Позже участок, допрос, суд, вскрывшиеся другие преступления (подельники сдали его за уменьшение рока заключения), тюрьма.       Сейчас он признаёт что это было ему на пользу.       За несколько лет он смог накопить на обучение в вечерней школе в офисе платили всё побольше чем разнорабочим.       Комната персонала была обставлена комфортно, пара кресел, столик, старый кухонный гарнитур неплохо вписывался в интерьер комнаты.       Чайник, микроволновка, маленький холодильник. Начальство было не против того чтобы он обустроил комнату. Он был единственным уборщиком так что он расставил всё как ему удобно.       Иногда заходил Стив, он разносил но этажам воду для кулеров, коробки бумаги и прочие тяжести что подвозили к заднему входу. Молодой крепкий парень, подрабатывал здесь чтобы как он говорил «не размякнуть» он работал дома и был весьма начитанным с ним было приятно пообщаться вечерами когда он приходил сменить баки водой и проверить наличие расходников в кабинетах. Сегодня они увиделись только мимоходом лишь поздоровавшись.       Сделав себе слабый растворимый кофе с большим количеством молока старик растянулся в своём любимом кресле и сняв обувь расслабленно отпил из кружки.       «Фуууухх» кофе приятно разогревало пищевод и нутро ,принося ещё большее спокойствие. Постепенно старик сам того не заметив стал клевать носом. Встрепенувшись и чуть не разлив кофе старик стал собираться домой.       «Нука Джо ,не спать, забыл уже как шея болела? Вот то-то же»       Да, мужчина разговаривал сам с собой. Хоть этого и не признавал но тот был очень одинок. Женой так и не обзавёлся, детей нет. И не будет, слишком поздно, конечно, уже седьмой десяток идёт.       Старик очень хотел детей, но понимал что не даст им нормальную жизнь, да и какая женщина захочет иметь детей от уголовника неудачника. Хоть у него и были женщины но кроме секса больше ничего не было. Только последние пол года у него появилось достаточное количество свободных денег чтобы позволить себе детей, но опять же, возраст.       Выходя в тамбур главного входа старик увидел у остеклённых дверей главного входа какой то предмет.       Подойдя поближе старик подслеповато щурясь в темноте смог разглядеть корзину и свёрток с запиской на нём. Взяв в руки свёрток он ощутил тепло. Откинув край свёртка старик замер.       «... ребёнок? Совсем маленький... новорождённый что ли?»       Старик оглянулся вдоль улицы пытаясь увидеть удаляющегося горе родителя, но никого не было. Улица была пуста.       Взяв записку которая была уже кем то вскрыта (кто-то проходил мимо?) и раскрыв её мужчина начал в пол голоса читать:       «Пожалуйста позаботьтесь об этом ребёнке. Мальчика зовут Энки...» Мужчина по мере чтения письма интуитивно укачивал спящего ребёнка которого достал ранее.       «Так ты у нас мальчик, Энки, странное имя, похоже твои родители иностранцы.»       Старик положил ребёнка в корзинку и занёс её комнату персонала. Поставив корзинку на стол она достал ребёнка и продолжил нежно укачивать в руках. В груди расцвели странные чувства. Тепло и желание защищать. Похоже отцовский инстинкт проснулся. Отбросив лишние мысли старик стал дальше читать письмо.       «Его мать умерла во время родов а я, его отец смертельно болен. Мне осталось пару дней. Родственников у нас нет а ничего больше я сделать не ус...»       На этом месте текст обрывается, присмотревшись старик заметил мелкие красные капельки. Это кровь? Отступая от красных капель текст продолжился.       «У меня нет времени и некому оставить нашего сына. В корзинке под двойным дном есть чеки. Возьмите, эти деньги и позаботьтесь о нашем сыне. Умоляю вас...»       Дойдя до части с чеками старик порылся в корзине и действительно. Шесть чеков по 50000 долларов. От такого зрелища у старика голова заболела. Это же какие деньжищи. С чеками лежали несколько бумаг. Бумаги о недвижимости, свидетельство о рождении, бумаги о счёте в банке, и какой-то квадратный свёрток.       «Не дайте алчности поглотить вас. Дайте нашему ребёнку будущее. Не дайте в обиду наше сокровище. Передайте ему что мама и папа любят его больше жизни. П.С. Они не драгоценные, они часть его тела и если их вытащить мальчик умрёт.»       «Что? Не драгоценные? Часть тела? Не вытаскивать...»       Старик отложил записку и развернул мальчика. И правда, на его теле были большие камни разных цветов. Подняв спокойно спящего мальчика который инстинктивно подтянул ножки и ручки к себе что умилило старика, и осмотрев со всех сторон он заметил несколько образований в виде блестящих камней на руках и затылке, свежий шов на спине и воронку в центре груди...       Угловатая разноцветная что ступеньками уходила в глубь тела и с ещё одним маленьким таким же разноцветный, ступенчатым отростком в уголке. И старик знал на что это похоже. Кристалл висмута.       «Как такое возможно? Он же сантиметра на 4 в тело уходит. Магия какая то. А камни эти... крупные. похожи на драгоценные. Этот вообще на рубин похож.»       Мужчина говорил сам с собой осматривая камни и в особенности воронку в груди. Через несколько минут он решил оставить это на потом и обратил внимание на шрам на спинке мальчика.       «Совсем свежий но уже на половину зажил, точно магия.»       Опустив мальчика и завернув снова в ткань он взял его в одну руку а другой начал рыться в корзинке. Больше ничего. Обратив внимание на документы и поднеся один из них поближе прочитал: «9 августа 2004... собственность... субъект права: Энки Суэн Нинурт Шумар... дата рождения: 7 августа 2004... субъект: дом... владение. Законсервировано до 16 полных лет.»       « Ммм много же у тебя имён и все иностранные. Похоже родители очень любят тебя малыш... Энки. Вот целый дом оставили и не маленький, 90 квадратов целых! Ещё и счет в банке. Похоже твой папа пока мог сделал всё чтобы тебе было где жить когда вырастешь.       А кто твои мама и папа...»       Взяв свидетельство о рождении мужчина быстро пробежался глазами. «Отец: Суэн Нинурт Шумар, дата рождения не известна. Мать: Кори Шумар, в девичестве Мот'н, дата рождения неизвестна. И что же мне с тобой делать?»       Говоря это мужчина взял последний предмет, чёрную коробочку обёрнутую какой то тканью с прикреплённой запиской написанной красивым витиеватым почерком.       «Открой когда тебе исполнится 15. С любовью мама.»       Прочитав записку мужчина откинулся на спинку кресла и задумался продолжая укачивать в руке ребёнка.        Что ему делать? Отнести в полицейский участок? Позвонить в службу защиты детей? Что это за камни и виснут у него в теле? Не опасно ли его властям отдавать? Думая об этом мужчина посмотрел на мальчика. Тот уже не спал.       Маленькие глазки под пухлыми веками на пухленьком лице в попытках что-то увидеть медленно поворачивались из стороны в сторону но ничего не найдя малыш лишь зевнул и снова заснул.       Пожилой мужчина же просто сидел не в силах оторвать взгляд от маленького чуда в руках. Такой маленький, слабый, невинный. И не подозревающий об трудностях этой жизни. Такой спокойный. Умиротворённо спящий.       Мысли старика перешли на мать мальчика. Она должно быть так ждала его, хотела подержать на руках своё маленькое чудо, её ребёнка. А его отец. Похоже даже при смерти попытался сделать всё чтобы его сын ни в чём не нуждался. Слёзы наполнили глаза старого мужчины. Сожаление о том что мать и отец не смогут быть с их ребёнком и жалость к невинному созданию в его руках.       «Я сделаю это, я обещаю вам что воспитаю его, сделаю достойным человеком. Я сделаю всё. Он будет знать что родители не бросили его. Что они очень ждали и любили. Я обещаю.