Любовь по...одному трактату

На тёмном, словно небытие, небе мерцала огромная россыпь звёзд, будто уличный художник запустил струю серебристой краски прямо в вышину. Впрочем, остававшихся на улице горожан это не слишком волновало. Одни сейчас уходили домой, другие искали, где выпить или уже пили, третьи же только что освободились после работы. Дань Хэн и Лоча образовывали собой нечто между второй и совершенно новой—четвёртой группой. Они сидели в небольшой чайной за столиком, потягивая чай из скромных пиал. Скромных, ни то потому что недоставало денег на выбор более дорогого заведения, ни то потому что им было всё равно куда идти—лишь бы вместе. Будучи двумя интровертами, им не нужно было без конца болтать, чтобы чувствовать друг друга—присутствия было достаточно. Однако вдруг Лоча нарушил молчание. —Знаешь, в древних текстах говорится об искусстве видеть красоту во всем...—начал он задумчиво, его взгляд скользнул по руке Дань Хэна, обхватившей пиалу.—Эта пиала... она очень красиво смотрится в твоей руке. Как будто создана для нее. По привычке Дань Хэн немного растерялся. Он постоянно терялся от комплиментов, хотя, казалось бы, должен был привыкнуть—ведь в таких особенных отношениях парни находились уже пару месяцев. —Необычный комплимент,—сухо сказал Хэн, пряча легкую улыбку за пиалой. —Но это правда, — настаивал Ракша, его глаза светились. —Восхищение красотой—это дар, его нужно практиковать. Я никогда не устану открывать ее в тебе. Ты очень красивый. —Ты тоже,—ответил Дань Хэн чуть теплее.—Но... как ты думаешь, осталось бы это восхищение, например, в полной темноте? Когда видимость исчезнет, останется ли суть? — Ты что же это, обвиняешь меня в том, что я люблю тебя только за внешность?—усмехнулся Лоча, ставя чай на стол, но в его глазах не было обиды, лишь добрая усмешка. —Не совсем. Просто...было бы интересно проверить. Увидеть, что остается, когда исчезает форма. —Хаха... я как раз допил чай. Можем проверить хоть сейчас! И пара, расплатившись, действительно вышла из чайной в поисках истинно тёмного места. Поплутав немного по улицам, Дань Хэн и Лоча нашли мост над мелким ручейком, который, к их удаче (или судьбе?), не был освещён. Мужчины подняли головы вверх. Небо, будто подслушав их спор, ответило россыпью ещё более ярких звёзд, прорвавшихся сквозь городскую дымку. —Странная вещь, эти звёзды,—в темноте мечтательно прозвучал мелодичный голос Лочи с присущей его обладателю крупицей хитрости.—Они будто появляются лишь тогда, когда мы решаем их увидеть. Что, если они все созданы нашим взглядом? Дань Хэн бы начал лекцию о происхождении звёзд, но почему-то не хотелось. Вместо этого он ощущал странную, почти физическую связь между далеким светом и человеком рядом. Юноши вместе разглядывали эти "следы горящих глаз". Медленно, как будто подчиняясь незримому притяжению, их взгляды опустились друг на друга, приспособившись к темноте. В полумраке, где очертания теряли четкость, восприятие обострилось. Один увидел перед собой мужчину, чьи светлые волосы казались нимбом, а глаза, широко открытые и полные восторга, светились изнутри тихим святым сиянием. Красота Лочи была не в чертах, а в этом внутреннем свете, в самой его сущности, которую теперь видел Дань Хэн. Глазам же Лочи представился парень с миловидным и спокойным лицом. Сам вид его, обычно сдержанный, теперь казался загадочным и манящим. Он излучал не холод, а глубину, как темная вода, отражающая звезды, в которую хотелось окунуться, чтобы познать все тайны. Звёзды лишь слегка блестели над этой парой, подчёркивая свет в их глазах и придавая моменту загадочного, почти мистического вида. Они стояли, смотря не просто на лица друг друга, а на невидимую красоту, которая проявлялась сейчас. —Ну что,—тихо спросил Лоча, его голос был чуть хрипловат,—у тебя ещё остались сомнения? Видишь ли ты теперь то, что скрыто от глаз? Вместо ответа Дань Хэн твёрдо, но с внутренним стеснением притянул своего возлюбленного и поцеловал. Этот поцелуй был признанием красоты, увиденной за гранью видимого, красоты, которую они только что открыли вместе.