I promise

      Намгю лежал на кровати Субона на их общей кровати, облокотившись о мягкую подушку, отдыхая после долгой игры. Кажется, только час назад они веселились в «ключи и ножи», убивая всех, кого только можно, а потом вырезая на трупах свои имена, рассматривая их «кукольный» взгляд и «играя» с ними. Конечно, чтобы чувствовать себя более увереннее и усилить эффект эйфории они закинулись парой-тройкой таблеток. Ну, вернее, Намгю – Субон взял всего одну, понимая, что им нужно оставить их до следующих двух игр. Для Гю ему было не жаль, поэтому он позволил взять больше, чем нужно.       «Что ж, видимо, зря...» – подумал про себя Намгю, чувствуя, как действие наркотика постепенно проходит, и его начинает ломать. Он уже чувствовал нарастающую боль в мышцах и невероятную жажду. А ещё, голод. Таблетки, как оказалось, снимали не только стресс и страх, но и притупляли голод, который терзал Намгю с самого первого дня, хотя, наверное, не только его одного. На каждые сутки им выдавали ничтожно мало: обычно булочку с водой или пару крупных картофелин, но сути это не меняло. Учитывая то, что все находились на стрессе, жрать хотелось ещё больше. Почти каждую ночь Намгю мучался не только от тревоги и бессонницы, но и от голодных спазмов в желудке.       Смотря на свои уже начинающие трястись от нехватки наркотика в организме руки, Намгю выдохнул и медленно начал поглаживать свои живот, колени и плечи, дабы успокоиться. Такие размеренные и нежные поглаживания всегда помогали ему справится с тревогой.       От этих действий, спавший всë это время, Субон очнулся и посмотрел на парня самым странным взглядом. – Hey, ты что такое делаешь? – резко спросил он, и тот сразу же перестал. Не особо хотелось, чтобы Субон видел его в таком состоянии. – Ничего. – ответил он непринуждённо, будто не понимает, о чëм говорит парень.       Субон нахмурился. – Нет, ты что-то делал. Are you okay, Гюшечка?       Намгю старательно подавил улыбку. Он любил, когда его называли милыми прозвищами, но тщательно это скрывал. – Просто... Немного тревожно. Но, всё хорошо, не переживай. – он показал жест окей и слабо улыбнулся. – Don't worry, you with me. I'll protect you. – Не сомневаюсь в этом. – Намгю рассмеялся и улыбнулся, на этот раз искренне. После этой фразы ему стало гораздо спокойнее и теплее, беспокойные мысли в его голове станли чуть тише.       Субон улыбнулся ему в ответ и прижался щекой к оголëнному животу парня, нежно потираясь. – Hey, do you know, что у тебя такой soft tummy?– поинтересовался он, легко прижимаясь губами к коже. – Как подушечка.       Намгю рассмеялся и ткнул его локтем. – Прекрати. – сказал он, на самом деле желая, чтобы тот не прекращал.       Ему нравилось, когда Субон прикасался к нему, нежно целовал его в макушку перед сном или когда брал за руку во время очередной игры, хоть и пытался это скрыть. – Hey, – резко окликнул его Су бон , не поднимая головы. – Гю, ты голоден?       Не прошло и минуты, ну как он догадался? – С чего ты взял? – Твой желудок через чур громко урчит, спать невозможно.       Ну раз собственное тело его выдало, нет смысла отрицать. – Да. Если они думают, что маленькая булочка способна утолить мой голод, то ошибаются. Она меня только раздразнила. – Намгю криво усмехнулся.       Заметив его раздражëнность, Субон запустил руки под футболку, начиная плавно его поглаживать. – Когда мы выйдем отсюда, мы пойдём в кафе, и я куплю тебе самую большую порцию токпокки, и ты будешь есть, пока не лопнешь. Эй, чего ты замолчал? Don't like tokpokki?       Намгю ни сразу понял, что эта фраза адресована не ему, а его желудку. Что ж, под наркотой и не такого бреда скажешь, хотя ему показалось это предложение даже милым. – А потом напьёмся в Пентагоне. – добавил он. – Да, и будем праздновать нашу победу.       «Дожить бы до неё...» – подумал про себя парень. Ломка становилась всё сильнее и сильнее. Он молча, не, естественно, не спрашивая разрешения, взял чужую, рядом лежащую бутылку и залпом начал пить. Свою он выпил ещë давно. Когда глотать стало тяжело, Намгю наконец отлип от горлышка и заметил, как Субон изумлëнно на него пялится. – Чего? – поинтересовался он. – Тебе воды жалко?       Субон тяжело вздохнул, будто готовясь к тяжёлому разговору. – Listen up, Гюша, – начал он с серьёзным вражением лица, не отвлекаясь на шутку. – я знаю, какого это, я сам прошёл через это. – Намгю молча слушал, понимая, к чему тот клонит, – Но таблеток осталось очень мало, если сейчас всё сожрëм, то на следующих играх будем хер с маслом вместо них глотать.       После окончания фразы Намгю помрачнел, несколько от обиды на то, что ему не хотят давать заветный наркотик, сколько от страха и осознания. Его затрясло, как в лихорадке, сердце застучало так быстро, что, казалось, сейчас остановится от перегрузки, а на его глазах выступили слëзы. Теперь, когда Субон уже понял в чëм дело, ему не надо врать, не нужно строить из себя бесстрашного-сумасшедшего, для которого важны только деньги. Сейчас весь его мир крутился только вокруг цветных таблеточек, способных облегчить его страдания. Пусть, не на долгое время, но Намгю больше не мог этого терпеть, ему стало слишком страшно за свою жизнь. – П-пожалуйста... – произнёс он резко. Голос дрожал, как и всë тело, – Дай мне хотя бы половинку, мне без них очень плохо. Пожалуйста, Субон, прошу тебя!.. – Нам гю приложил ладонь к ладони в умоляющем жесте, моля в буквальном смысле, чтобы тот дал заветную наркоту, но тот лишь отрицательно покачал головой. – Если ты съешь её now, тебе будет гораздо хуже без них after. Потерпи немного. Закупимся экстази, когда выйдем и всё будет okay, тогда будем хавать и колоться сколько захотим.       Намгю сглотнул подступающий всхлип и проморгал выступившие слëзы. – Мне не нужно потом, мне нужно сейчас. – прошептал он. – Я не могу без этих таблеток, понимаешь? Я не выживу без них, мне... Мне без них страшно!       Субон обнял Намгю, и они перевернулись, получилось так, что они поменялись местами. Первый взял голову парня и прижал еë к своему плечу, касаясь макушки губами. – Когда ты стал таким зависимым, Гюша? – вопрос явно задан с сарказмом, который был совсем не уместен в этой ситуации – они оба были те ещё наркоши.       Намгю не ответил. Его дрожащая рука потянулась к чужому кресту, но едва она его нащупала, как чужая ладонь аккуратно убрала её. Когда последняя надежда получить таблетки пропала, на его глазах выступили слëзы. Потом едва ощутимо они начали скатываться по щекам, оставляя влажные дорожки. А потом он зарыдал в голос, уже не боясь косых взглядов других игроков. – Почему ты не хочешь давать мне их?!! – отчаяние сменилось злостью от бессилия, а потом наоборот. – Стерва Сэ ми была права, – всхлипывая, признал он. – я ни что без этих таблеток!       Субон первый раз видел Гю в таком переимчевом настроении, да в принципе в состоянии ломки. Он не знал, как реагировать, поэтому плавно начал поглаживать его по спине, стараясь успокоить не только его, но и себя. Он понимал, чем может всë закончится, если он даст Намгю наркотик прямо сейчас, но смотреть на то, как он мучается тоже не было сил. – Не говори бреда, – немного грубо отозвался Субон. – Ты что, реально поверил ей? Она сказала это просто так, дура потому что. Ты очень даже кто-то, когда не под веществами. И... Таким ты нравишься мне куда больше. – Не ври... Ты не понимаешь... – сдавленно прохрипел Намгю, чувствуя, как чужая рука медленно гладит его по волосам.       Тот тихо вздохнул. – Я не вру. Ты такой настоящий без них. Тревожный, ранимый... – Намгю удивлённо поднял красные от слëз глаза. – И милый. Ты нравишься мне таким. – Тре-в-вожный? – всхлипывая, переспросил тот. – ... В такие моменты я могу тебя утешать и заботится о тебе. – Субон продолжал свой монолог, будто не слыша вопроса. – Да, Гюша, ты как маленький тревожный котёнок.       Намгю уткнулся в его плечо, всхлипывая, но постепенно его тело перестало так сильно колотить, в первый раз. Его ладони взяли чужие холодные и сжали, помогая справится с тремором. Намгю затих, только всхлипывая. Слова Субона хоть немного утешили его. – Я хочу домой. – тихо прошептал он в чужое плечо. – I'm know baby, i'm know... Тогда нажмëм на крестик в следующем голосовании.       Намгю в шоке поднял взгляд. Субон всё время голосовал за кружок и говорил, что не уйдёт с игр, пока не выйграет всë, а теперь сам предлагает отказаться? – Я давно хотел предложить, но думал, ты не захочешь. – Опережая вопрос, ответил Субон. – Этих денег нам вполне хватит. Что думаешь? – Я... Не знаю. – прошептал Намгю. – Тебе не нужно делать это ради меня. – Почему?       Намгю не ответил. Сколько он себя помнил, никто никогда не шёл на уступки ради него, никто не заботился о нём, даже его родители. И теперь он был в растерянности. – Не знаю. – только и смог выдавать он.       Субон крепче обнял его и пару раз поцеловал в макушку. – Мы выйдем отсюда, Гюша. И всё будет хорошо. I promise.