***
Ночь. Дорога. Лес. Холод. Он упал прямо посреди асфальта. Глаза еле открылись. — Где я… что... - Вдалеке — свет фар. Машина неслась на полной скорости. Он даже не успел подняться. УДАР. Всё взорвалось болью. Тело отлетело на несколько метров. Асфальт был мокрый. Лицо в крови. Он задышал тяжело. — Как… Тьма. Только гул. И ничего.***
Лололошка очнулся резко, как будто его выдернули из бездны. Свет больничной палаты слепил глаза, кожа была липкой от пота, дыхание прерывистое, словно его только что вытащили из-под воды. Он попытался пошевелиться — и вдруг осознал, что может. Хотя в памяти всплыл глухой удар, ночная трасса, свет фар… и ничего больше. В палату вошёл врач — мужчина средних лет с круглым лицом, покрытым усталостью, но с явным выражением шока. Он долго смотрел на Лололошку, будто не веря своим глазам, а затем выдавил: -Ты должен был быть парализован. Позвоночник — в щепки. Мы думали, ты больше не встанешь… - Но парень уже сидел, морщась от боли, и упёрся взглядом в стену. Он не помнил, кто он, откуда, зачем. В голове — пустота. Имя? Тишина. Только какое-то еле ощутимое внутреннее напряжение под кожей. Как будто что-то внутри затаилось, замолчало, но не исчезло. Спустя ещё сутки его выписали. Слишком быстро. Врачи объяснили это как “исключительно редкий случай”. На самом деле — они просто испугались. Что-то в нём не давало покоя даже медперсоналу. Он чувствовал это сам — как будто в него засунули чужой мотор, который мог запуститься в любой момент. Он стоял у выхода из больницы, завёрнутый в чужую куртку, и смотрел на мир. Перед ним раскинулся город: бесконечные здания, сотни окон, машины, проносящиеся по дорогам, звон трамваев, крик торговцев, гул улиц. Люди ходили, будто по заданному маршруту, не обращая на него внимания. Маршрутки вонзались в потоки, реклама мигала на огромных экранах, кто-то курил на углу, кто-то целовался у перехода. Город был живой, как организм. И он был в нём чужим. Он не знал, где он, кто он, и почему это место казалось… странно знакомым. Как будто он уже бывал в подобных местах. Только не в этом мире. Он сделал первый шаг на тротуар и ощутил, как под кожей что-то вздрогнуло. Тот самый орган. Он не исчез. Он просто спит. Но не навсегда. Он шёл по улицам чужого города, не зная ни его названия, ни своей цели. Асфальт под ногами, шум машин, запах уличной еды, музыка из открытых окон и тысячи лиц вокруг — всё было слишком живым, слишком настоящим. Он чувствовал себя актёром, которого закинули в спектакль без сценария. Несколько раз он останавливался, чтобы рассмотреть витрины, вывески, рекламные баннеры. Названия были на английском, но он понимал язык — как будто знал его с рождения. Или… в прошлой жизни? В магазине у него переспросили имя. Он замялся. Он не знал, как себя назвать. Тогда продавец, не дождавшись ответа, улыбнулся: -Ты очень похож на одного человека. Джон Дейви Харрис. Гений нашего времени! - Лололошка не отреагировал. Он просто запомнил это имя. Джон. Дейви. Харрис. Почему-то оно зазвенело в ушах. Не как что-то чужое — а как будто это… его имя, но не совсем. На выходе из аптеки пожилая женщина схватила его за рукав и, прищурившись, произнесла: -Мистер Харрис? Вы вернулись? Господи, мы думали, вы… — она осеклась, словно передумала заканчивать фразу. Лололошка посмотрел на неё с недоумением. -Извините, вы ошиблись — выдавил он. И ушёл. Но сердце в груди стучало так, будто она сказала нечто важное. Что он упустил. Лололошка пошел на площадь, там была ярмарка и все на ней были. Аниматоры развлекали детей, кто то продавал на своих лавках игрушки, украшения, но вдруг Лололошку кто то сзади окликнул, он обернулся и увидел перед собой двое парней: Один высокий брюнет с очень бледной и холодной кожей, другой такой же брюнет только уже среднего роста. -Лололошка... - сказал высокий парень, Ло не понимал, почему его назвали по имени? Неужели они его знали -Дилан ущепни меня... - говорил парниша среднего роста, Ло не понимал почему к нему подошли эти 2 фрика -Кто вы? -Ло, ты нас не помнишь?... Это же мы... Дилан и Ричард... -Дилан и Ричард... Впервые эти имена слышу...