Вечер мой

Очередной банкет сочетающий в себе кучу белых цветов: от занавесок до безвкусного белого вина, которое разливали официанты в, спасибо, чёрных костюмах, что однако не помогало избавится от вырезающей глаза цветогаммы. Томми был в синем костюме со своим длинным красным галстуком. Не то чтобы ему было особо плевать на правила приличия, просто банкет был посвящён какому-то очередному празднованию его участия в Евровидении.  Томми всё же старался держаться более менее адекватно, чтобы просто от него все поскорее отстали и он бы свалил побыстрее. Но кое что отвлекало его и сбивало с серьёзного настроя. Томми взял с собой Йоста, который на удивление согласился посидеть... за компанию. Йост же оказывается не разбирался даже в базовых правилах поведения за столом. Всё: приборы для того чтобы взять еду с общей тарелки, допустимое количество алкоголя в бокале, даже чёртовы салфетки, будто игнорировались им намеренно. Еду, которую в обычной жизни можно было брать руками, он хватал не раздумывая, протягиваясь через весь стол, вино лил сколько того его душа требовала, а требовала она много, и поэтому красная жидкость лилась не в маленький бокальчик, а в большой стакан для воды, а салфетки игнорировались потому что он не мог до них дотянуться. Так он, каждый раз, после того как брал какую-либо еду, облизывал кончики пальцев, что вызывало у Томми какое-то удивление смешенное с неким трепетом, появляющимся внутри, когда Кляйн в очередной раз касался кончиком языка своих пальцев. Тот замечал как Томми на него смотрит в такие моменты и, по началу, даже стыдился вроде бы, быстро сминаясь и переключаясь на какое-нибудь другое занятие. Но стеснялся он недолго. Пара тройка бокалов вина и его щёки уже покраснели, блондинистые волосы растрепались, а кошачья улыбка не сползала с лица, каждый раз как он засматривался на своего, становящегося всё более серьёзным, друга. А становился тот серьёзным оттого что Кляйн начал раскрепощаться. Касался его чаще, то за плечо тронет, то близко придвинется, небрежно кладя руку Томми куда-то на колено и похлопывая, что-то мурлыкая между английским и нидерландским. Томас не знал чего опасаться, чего ждать, но в очередной раз, когда Йост надолго оставил руку на его бедре и что-то ему рассказывал, при этом всё ещё умудряясь улыбаться и сверлить своими голубыми глазами Томми, тот почувствовал как всё в животе завязывается в узел и сердце всё больше пропускает удары. Всё стало только хуже, когда кровь прилила не только к щекам, но и куда-то вниз, где Томми бы не очень хотел её чувствовать. Однако поделать уже ничего было нельзя, от него ускользала даже мысль о том что он пялится на Кляйна, который давно замолчал и теперь просто как-то выжидающе смотрит на собеседника. Томми прикрыл глаза и тихо выдохнул, сосредотачиваясь, что у него получилось сделать только благодаря капельке соуса, которая находилась рядом с кончиком губ блондина.  – У тебя тут, – Томми тут же указал на место, вроде бы заинтересовавшее его. – М? Испачкался? – в очередной раз промурлыкал Кляйн и потянулся рукой.  После неудачной попытки правильно расслышать указания Томми, он уже приготовился было вытирать весь рот рукавом своей рубашки, но Томас быстро перехватил его руку, останавливая хотя бы от этого преступления.  – Нет уж, пойди умойся тогда, – он кивнул в сторону выхода в служебные помещения и уборные.  – Пойдём, – весело подхватил Кляйн, вставая со своего места. – Что? Вместе что ли?  – Ну да. – Я тебе в сиделки не записывался, – беззлобно бросил Томми, всё же поднимаясь. Они медленно обошли столы с кучей народа и зашли в туалеты, так интересно сделанные, что умывальники находились прямо в кабинках, что не радовало Томми, потому что хоть кабинка и вмещала в себя туалет и довольно большую раковину, но вот с двумя мужчинами она этого проделать не могла. А Йост, как только они зашли, потащил того за рукав за собой, уводя в кабинку чтобы "посмотреть всё ли он вытер", не смотря на зеркало, которое висело прямо над раковиной. Вот так Томми и стоял, не зная куда деть руки и что делать в такой близости от того, кто только что вызвал у него бурную реакцию на свои прикосновения.  Йост всё умывался, поглядывая на мужчину и всё также улыбался. В какой-то момент он закрыл кран и полностью повернулся к Кэшу. Тот попытался отойти назад, но врезался в кафельную стену и застыл, глядя в голубые глаза напротив. – Теперь всё? – поинтересовался Йост, указывая пальцев на свои губы. – Д-да, – выдохнул Томми, заметив как вокруг стало душно.  Он поправил свой галстук, чуть приспуская воротник. Йост и не думал отходить от него, продолжая стоять на месте и как-то выжидающе смотреть.  Томми занервничал, пытаясь найти опору в холодной плитке, но даже она не спасала от пристального взгляда блондина.  – Ну так... может вернёмся? – Томми, – блондин подошёл близко, можно сказать вплотную и лукаво улыбнулся.  – Да? Йост..., – осторожно спросил Кэш. – Надеюсь у тебя в штанах ружьё? Блять. И не только на дурацкую шутку от Кляйна Кэш подумал так, но и из-за того что в штанах Томми действительно творилось не пойми что, как и во всём теле мужчины.  Он взглотнул, когда Йост склонился над его ухом и заговорщически сказал: – В кабинке будет тесновато, не думаешь? Я видел что в одном из служебных помещений есть довольно удобный диван. И не дождавшись ответа, Йост схватил мужчину за руку и потащил из пиздецки душной кабинки.  В каком-то подобии подсобки, только немного шире и выше, тоже было жарко, либо так Томми казалось из-за того что над ним навис Кляйн, который не стесняясь лапал его во всех местах, особенно облюбовав шею шатена. Он прикусывал, целовал и снова прикусывал, практически не обращая внимания на вскрики Томми от особо болезненных засосов. От Йоста пахло выпитым вином и каким-то сладким десертом, который им подали в конце, и Томми этот запах пьянил не меньше чем алкоголь Кляйна. Он весь раскраснелся и даже начал сам распускать руки, но тут его остановили. – Nee, nee, nee, mijn liefste, – промурлыкал он на своём языке. – Да что ты несёшь, Кляйн, – закрыв лицо рукой, судорожно выдохнул Томми.  – Я хочу немного по-другому, – невинно похлопав глазками, Йост отодвинулся от него, опуская руки на галстук Томми и развязывая его.  Кляйн взял руки Кэша за запястья, завёл за спину, от чего Томми пришлось податься вперёд, потираясь стояком о брюки блондина. Йост зафиксировал его руки и стянул запястья красной тканью. Томми, ещё не отошедший от культурного шока, распахнул глаза, когда Йост спустился вниз, занявшись уже его штанами. – Кляйн... – Wees geduldig... Он быстро расправился с ними, стянув всё мешающее бельё. – Hoe lang ben je al zo? – Нет, иди нахуй. – Как скажешь, – усмехнулся блондин, наклоняясь вниз и обхватывая головку губами.  Томми выдохнул сквозь зубы. Кляйн дразняще обводил головку языком, но за дело приниматься не решался, всё поглядывая на подрагивающего Кэша исподлобья.  – Да возьми ты уже, – прошипел Томми. Йост усмехнулся, и тут же вобрал в себя член Томми так глубоко, как только смог, от чего сверху послышался приглушённый стон удовольствия.  Сосал Кляйн без удовольствия, скорее стараясь доставить его партнёру. Больше он любил останавливаться и дразнить раскрасневшегося Кэша, медленно посасывая только самую верхушку, но когда тот кидал не него выразительные взгляды, снова принимался за дело. В какой-то момент он начал помогать себе рукой, двигаясь от самого основания до того места, где только что скользили его губы. Томми извивался под ним, что-то тихо стонал и мычал, иногда раздражённо выдыхал, если Кляйн внезапно останавливался, чтобы позлить, поиграться с ним. А потом Кэш привык, подстраиваясь под такой же хаотичный, как сам Кляйн, ритм. Ближе к концу, Йост брал только верхушку, но Томми было уже особо всё равно, главное что горячие губы блондина сейчас находились на его члене, а рука размеренно скользила по остальной длине.  Он зажмурился перед тем как кончить, чувствуя как на периферии подступает приятная темнота, вокруг него пляшут звёздочки, а внизу приятно всё затянулось в тугой узел и тут же развязалось, освобождая его от тяжести, преследовавшей почти весь вечер.  Йост отстранился от него, подходя к стоящей за диванчиком раковиной, которая будто появилась тут по лени того, кто описывал это помещение, и сплюнул всё содержимое туда, тут же открывая кран и умываясь. Он прополоскал рот, лениво побрёл обратно к дивану, где лежал Томми, сел на колени перед ним и развязал руки Кэша. Тот сел, натягивая на себя обратно бельё и штаны.  – Посмотри, тут ничего не осталось? – он указал пальцем на кончик своих нагло улыбающихся губ. – Придурок, – сказал Томми и наклонился к лицу блондина, обхватывая его руками и утягивая Йоста в долгий поцелуй.