Теплота

      Тихий вечер окутал лес, окрашивая листву в золотисто-багряные тона. В уютной хижине, затерянной среди древних деревьев, мягкий свет камина играл на стенах, отбрасывая тени, которые лениво переплетались в танце.       Эграссель сидел, прислонившись к груде подушек, его длинные золотистые волосы рассыпались по плечам, как солнечный свет. В его объятиях устроился Лололошка, прижимаясь щекой к груди эльфа, слушая его ровное дыхание. Полуэльф был меньше ростом, но в эти мгновения он казался таким хрупким, таким нуждающимся в тепле. — Ты совсем как котёнок, — прошептал Эграссель, нежно проводя пальцами по его мягким каштановым волосам. — М-м, потому что ты греешь, как солнце, — пробормотал Лололошка, зарываясь носом в его шею.       Эльф рассмеялся, и его смех был похож на звон лесного ручья. Он наклонился, прижав губы ко лбу полуэльфа, оставляя лёгкие, едва ощутимые поцелуи. — Ты сегодня особенно нежен, — заметил Лололошка, поднимая на него глаза, полные безмолвной нежности. — А ты особенно мил, — ответил Эграссель, касаясь его носа своим. — Не могу устоять.       Лололошка потянулся вверх, поймав его губы в короткий, сладкий поцелуй. Их дыхание смешалось, а сердце полуэльфа забилось чаще — даже после стольких месяцев вместе каждый прикосновение Эграсселя всё ещё заставляло его трепетать.       Эльф обнял его крепче, ладонью поглаживая спину, чувствуя, как тот расслабляется в его руках. — Хочешь, я спою тебе? — предложил он, и Лололошка кивнул, закрывая глаза.       Тихий, мелодичный голос эльфа наполнил комнату, словно тёплый шёлк, обволакивая их обоих. Полуэльф вздохнул, прижимаясь ещё ближе, и Эграссель улыбнулся, продолжая нежно перебирать его волосы.       Они не нуждались в словах. В этом мире, полном опасностей и невзгод, они нашли своё тихое счастье — просто быть рядом, просто чувствовать тепло друг друга.       И этого было достаточно.       Лололошка приподнялся на локте, чтобы лучше разглядеть лицо Эграсселя. Камин освещал его черты мягким золотистым светом, делая зелёные глаза эльфа ещё ярче — будто весенняя листва, сквозь которую пробиваются солнечные лучи. Его светлые волосы, рассыпанные по подушкам, казались сотканными из самого лунного сияния. — Что? — улыбнулся Эграссель, заметив его взгляд. — Просто любуюсь, — прошептал Лололошка, касаясь кончиками пальцев его щеки.       Эграссель поймал его руку и прижал к губам, оставляя поцелуй на каждом суставе. Голубые глаза полуэльфа потемнели от нежности, и он снова потянулся к нему, на этот раз глубже, жадно, как будто хотел впитать в себя всё его тепло.       Эльф ответил на поцелуй с той же страстью, обвивая пальцами его тёмно-каштановые волосы. Они были мягкими, чуть вьющимися на концах, и Эграссель не мог удержаться, чтобы не запустить в них руку снова, нежно массируя кожу у висков. — Ты так вкусно пахнешь, — пробормотал Лололошка, зарываясь лицом в его шею. — Лесом… мёдом… чем-то тёплым. — А ты — свежестью после дождя, — прошептал в ответ Эграссель, целуя его в макушку.       Полуэльф засмеялся, и этот звук был таким лёгким, таким беззаботным, что эльф не удержался — перевернул его на спину и прижал к подушкам, осыпая поцелуями его лицо: нос, щёки, веки, уголки губ. Лололошка хихикал, пытаясь увернуться, но его запястья были мягко зажаты в ладонях Эграсселя. — Сдаюсь! — рассмеялся он, когда эльф коснулся губами его шеи, вызывая мурашки. — Нет, ещё нет, — прошептал Эграссель, но его пальцы уже разжались, переходя к нежным поглаживаниям боков полуэльфа.       Лололошка вздохнул, расслабляясь под его прикосновениями. Он обнял эльфа за шею, притягивая ближе, пока их тела не слились в одно. Сердца бились в унисон, дыхание смешивалось, и даже без слов они понимали друг друга — в этом не было никаких сомнений. — Я так тебя люблю, — выдохнул Лололошка, глядя в его зелёные глаза.       Эграссель не ответил — он просто прижал лоб к его лбу, закрыл глаза и улыбнулся. Ему не нужны были слова. Всё, что он хотел сказать, уже звучало в каждом прикосновении, в каждом вздохе, в каждом мгновении, проведённом вместе.       И Лололошка знал это.       Они остались так — переплетённые, согретые огнём камина и теплом друг друга, — потому что иногда счастье заключается именно в таких тихих мгновениях. Минуты текли медленно, как густой мёд, наполненные лишь мерцанием огня и синхронным дыханием. Лололошка чувствовал, как сердце Эграсселя бьется ровно под его щекой, а тепло его тела обволакивало, как самое мягкое одеяло. В этом абсолютном покое, под ласковыми поглаживаниями пальцев эльфа по его спине, полуэльф начал потихоньку оживать от сладкого оцепенения. Он сладко потянулся, как котёнок, всем телом, чувствуя, как мышцы приятно ноют от долгой неподвижности, и тут же уткнулся носом в тёплую кожу Эграсселя где-то между ключицей и шеей, впитывая знакомый, успокаивающий запах. Его каштановые пряди рассыпались по плечам эльфа, а голубые глаза сонно прикрывались. — Ммм... — он издал довольный звук, когда пальцы Эграсселя снова погрузились в его волосы, медленно расчёсывая их и слегка почесывая кожу у висков. — Тебе хорошо? — прошептал эльф, чувствуя, как полуэльф буквально тает у него в руках. — Очень... — Лололошка прижался ещё сильнее, обхватывая его за талию. Его ладони скользнули под свободную рубашку Эграсселя, касаясь тёплой кожи. — Твои руки... такие мягкие...       Эграссель улыбнулся и наклонился, чтобы оставить поцелуй между его бровей, потом на кончике носа, потом на пухлых губах, которые тут же потянулись ему навстречу. Поцелуй был сладким и ленивым, как мёд, стекающий с ложки.       Они перевернулись на бок, и теперь Лололошка оказался прижатым спиной к груди эльфа. Эграссель обвил его руками, одной ладонью прижимая к своему сердцу, а другой продолжая гладить его живот, рисуя медленные круги. — Ты... это нечестно... — прошептал полуэльф, но его предательское тело тут же расслабилось ещё больше, а голова откинулась на плечо Эграсселя. — Что нечестно? — эльф игриво укусил его за ухо, заставив вздрогнуть. — Ты... ты делаешь так, что я вообще не могу думать... — Лололошка повернул голову, чтобы их лбы соприкоснулись. — Отлично, — Эграссель прошептал прямо в его губы. — Значит, всё идёт по плану.       Его пальцы снова запутались в каштановых волосах, слегка потянув их назад, чтобы получить доступ к шее полуэльфа. Он покрыл её поцелуями — лёгкими, как крылья бабочки, но от этого Лололошка задышал глубже, а его руки сжали предплечья эльфа. — Я... я тоже хочу тебя гладить... — вдруг пробормотал он, пытаясь перевернуться, но Эграссель мягко прижал его обратно. — Позже, — прошептал он. — Сейчас моя очередь баловать тебя.       И Лололошка сдался. Он закрыл глаза, растворяясь в прикосновениях: пальцы, скользящие по его рукам, губы, целующие плечо, сильные руки, держащие его так бережно, будто он самое хрупкое сокровище в мире.       Эграссель притянул его ближе, если это вообще было возможно, и Лололошка издал тихий звук удовольствия, когда их тела слились воедино. — Спи, солнышко, — прошептал эльф, продолжая нежно гладить его волосы.       И под эти тёплые, размеренные движения, под стук сердца любимого, Лололошка действительно начал засыпать — убаюканный, защищённый, любимый.       А Эграссель так и не перестал его обнимать.