Больше нет

Последний диалог с Томасом закончился крайне печально. Кэш и так оставался последним человеком, который выслушивал Кляйна и просто был рядом при любых обстоятельствах. В любое время дня и ночи ему можно было позвонить или написать, и он всегда приходил. Последний разговор дал о себе знать. В тот момент повисло молчание, наполненное обидой и недоверием. Каждый чувствовал себя преданным и обиженным. Без единого слова прощания они разошлись, оставив все моменты, проведённые вместе. Обе стороны предпочли сохранить гордость и самолюбие, отказавшись искать компромисс и обсуждать ситуацию открыто. Прошло уже 2 года, но ни тот, ни другой не хотел написать и поговорить. Йост тяжело переживал этот этап в жизни. Он стал гаситься наркотиками, хотя давал слово, что никогда и ни при каких обстоятельствах не притронется к ним. Он давал слово тому, кто и стал причиной его «нового» состояния. Он снова плакал. Обычно в эти моменты он писал Кэшу, но на протяжении длительного времени в накаты эмоции он ещё больше употреблял. Во время отхода ему было хуже. Его тело было словно чужим. Каждая мышца ныла острой болью, суставы скручивало судорожной ломотой, будто кости были заменены железом, искривлённым и раскалённым огнем. Озноб сотрясал всё существо, заставляя стучать зубами и покрываться липким потом. Казалось, кожа стала тонкой пленкой, сквозь которую проникали звуки и свет, обостряя чувства до предела. Но хуже всего была внутренняя пустота. Внутри царила черная дыра отчаяния, всепоглощающая, способная затянуть любую надежду в свою бездну. Страх перед неизвестностью превращался в панический ужас, грозя лишить остатков разума. Разум путался между реальностью и воображением, порождая странные образы и голоса, шепчущие о неизбежности конца. Он лежал неподвижно, свернувшись клубком, пытаясь скрыться от мира, закрыть глаза и уши, избежать хотя бы на мгновение этот ад внутри себя. Но ничто не помогало. Каждый миг тянулся бесконечно долго, каждое движение казалось невыносимым усилием. Всё сводилось лишь к одному желанию — вновь ощутить тот мимолетный покой, подаренный дозой. Теперь мир стал тюрьмой, из которой невозможно выбраться. Наркотики превратились в хозяина, контролирующего каждую клеточку организма, диктующего условия существования. А человек оказался пленником собственного тела, подчиненного чужой воле, беспомощным рабом иллюзий и страданий. Снова Кляйн включает телефон, яркий свет бьёт в глаза, заставляя болезненно прищурить их. На автоматизме он заходит в Инстаграм, вновь просматривает сторис. На ней нет ничего сверхъестественного, просто счастливый Таммеметс, отдыхающий где-то в кафе. Йост судорожно приближает изображение, разглядывая лицо. Он так долго его не видел, его улыбки, его длинных волос, его. В живую.

***

«Страдания» заканчиваются. Он засыпает. Сон становится своего рода укрытием, местом, где можно забыть обо всех проблемах хотя бы ненадолго. Но даже во сне подсознание продолжает свою работу.

***

Лунный свет пробивается через зазор между едва открытыми шторами, но этого хватает, чтобы залить комнату блеском. Глаза болезненно открываются, медленно привыкая к обстановке. На стуле напротив сидит человек. Он вроде бы знает его, а кажется, что видит впервые. –Кто ты?– с каждым новым движением тело неестественно выворачивает, однако удаётся принять положение сидя. –Йост– эхом слышится голос. –Ты что, меня не узнаешь?– звук становится громче, человек медленными шагами подходит ближе. Страх окутывает его, заставляет вжаться спиной в стену, чтобы только не находиться вблизи. –И почему ты молчишь, разве тебя не учили отвечать, когда с тобой разговаривают– издевательский смех отдаёт в висках. Хочется закричать, убежать, просто не слышать этого. «Томми»–единственное, что смог он сказать. Но это не он. Оболочка его. А то, что внутри, сходства с ним не имеет. Кэш прикасается к груди. К сердцу. Оно отбивает бешеный ритм. Как будто вот-вот и не выдержит вовсе. –Боишься?– эстонец смотрит в глаза. Он не дожидается ответа, он видет его. На месте, где лежит рука,разливается тепло. Кляйн чувствует его и на минуту становится спокойно. –Сейчас, ты сам виноват. Ты обещал. Мне обещал– По телу проходит волна тока, она заставляет Йоста вздрогнуть. Кэш наклоняется ближе и шепчет «Поэтому я здесь». Короткий поцелуй в щёку и пустота, холод. Вокруг ничего больше нет. Вокруг никого больше нет. Его тоже больше нет.

***

Tijdstip van overlijden 04:13. Hartstilstand