Неправильно. ( Но я люблю тебя, мой мальчик.)

Почти неделю Милан подготавливал себя к первому разу. Он задумчиво рассматривал себя в ростовом зеркале в одной из комнат дома. Зачем им пять комнат, если их только двое? Да, на девчонку смахивает. Даже девушки иной раз мужиковаты, такие бруталки есть! А может, ему нужна девушка-бруталка? Будет ебать его съемным дилдо. А что? Всё бывает в жизни, кстати. Саша согласился помочь, но что-то не очень он доверял бахвалистому дружку! Откуда у того в восемнадцать лет опыт актива? И вообще хоть какой-то опыт? Милан снова посмотрел на своё отражение. Скажи ему сейчас, что через полгода его не будет в этом роскошном доме, а ещё через полгода хрупкий Мил станет далеко не хрупким и не только физически, но и по характеру, то он бы рассмеялся в лицо тому, кто сморозил такую глупость. Кожа на его холёных ручках будет грубее, пальцы мозолистее, но это нисколько не огорчит его. Будет добивать совсем другое... А пока красивый юноша по-девичьи любовался своей красотой, загадочно улыбаясь своему отражению. *** Нигматов был плохим отцом. Но это можно пережить, а как принять то, что он извращенец? Милан пытался ластиться к нему, но мужчина не проявлял особого внимания к сыну, старался поскорей добраться до своей комнаты и закрыться на замок. Не от Милана – самого себя закрыть от него. Сын любил сладости, особенно шоколадные сырки. Несдержанно повинуясь тупорылой нежности, Нигматов купил самых дорогих сырков штук двадцать. Приехав домой, молча сунул пакет в руки ожидающему его в гостиной сыну. Да что он мог ещё, в конце концов?! Через три недели у Милана день рождения, восемнадцать.. Что подарить? У мальчишки многое есть... Яр прикрыл глаза. На смуглой попке отлично бы смотрелись женские белые стринги, член и яйца мальчишки точно не вместятся в крохотные трусики. Ткань бы натирала всё это, а на стройных ножках охуенно бы выглядели белые чулочки.. Да лять же! Яр зарычал, закусывая губу. В церковь надо, и желательно, чтобы из него этого похотливого беса выбили кадилом! — Да почему ты мой сын?? Почему?? Что я сделал в этой жизни не так?? Почему я люблю в первый раз и.. Вот так мерзко? Горячий шепот прервался тихим стоном, Яр начал дрочить член яростно, грубо, словно не пытаясь сделать себе хорошо, а напротив, причинить боль. Отец опять пропадал невесть где, но теперь это только на руку! Мил затворил дверь комнаты, не закрывая на шпингалет, всё равно дома кроме него и друга никого не было. Сашка натурально облизывался, с восхищением глядя на одноклассника в белой юбчонке и гольфиках на ногах. У дружка, как выяснилось, было несколько раз только с одним парнем. Выходит, Шурка безбожно лгал Милу, что он-де прошарен в этих интимных делах! — Какой ты красивый, сладкий... – сглотнув, прохрипел Сашка, жадно хватаясь за бедра юноши. Мил только поморщился: какой же всё-таки идиот.. Или оба недалекие, а он, Мил, ещё и дважды придурок! Нашел кому доверить ломать целку! Может, перетерпеть? Сашка, изображая из себя брутального самца ( только разве что в грудь себя кулаками не бил, как Тарзан), повалил юношу на разобранную кровать. Он неловко тыкался губами в лицо Милана, как будто слепой щенок, ищущий сиську матери. "Бля-я! – тоскливо подумал Милан, сжимая губы, чтобы не чувствовать мокроту Сашкиного рта. – Он ещё и целоваться не умеет!" Но ноги парня Шурка раздвинул довольно быстро, стягивая вниз кокетливые ажурные трусики. В следующую секунду Сашку почему-то отшвырнуло с полуголого Мила. Юноша сел в постели, судорожно натягивая трусы обратно. Он вытаращил глаза в удивлении, открыв рот, лицо Сашки тоже выражало крайнюю степень охуения. Милан оторопело смотрел на гневно сведенные к переносице брови отца, его рука крепко держала за отворот футболки не успевшего раздеться Сашку. Точно как собачонок! — Потрудись объяснить мне, сынок, что здесь происходит? – почти нежно спросил мужчина, разжимая ладонь. Сашка рухнул на пол, в ужасе глядя снизу вверх на разъярённого отца Милана. Яр говорил спокойным тоном, по крайней мере старался, но парни чувствовали, что если попытаются спорить, то перепадёт обоим и нехило. — Пап! – набравшись смелости и решив, что лучшая защита – это нападение, завопил юноша, соскакивая с кровати как был в юбчонке и гольфах. – Я - гей! Собственно, мне уже восемнадцать почти! Значит, ты можешь приводить домой кого заблагорассудится, а я нет?? Я тоже хочу! Мне нужен партнёр! Было бы лучше, если бы я трахался где-нибудь в чужом номере мотеля не пойми с кем?? — Он успел что-то сделать? – словно не слыша вопли сына, Яр указал на съёжившегося у ног парня. Сразу вспомнилась случившаяся много лет назад сцена с бывшей женой. Она тоже орала, что тот, кого он выебал позже, настоящий мужчина, что Яр сука и козёл.. Милан так не говорил и не стал утверждать, что зеленый соплячонок сидящий на полу, настоящий мачо. Да и трахать на глазах сына это недоразумение Яр бы не стал. Желания не вызывает. Но эта сука прикоснулась к его мальчику! — Он успел тебя тронуть там?! – жёстко переспросил Яр, удерживая в себе бешенство. — Пожалуйста.. – прошептал придурок, вставая на коленки перед мужчиной и прижимая руки к груди. – Нет.. Я ничего не делал! Да скажи ты ему, Мил! – отчаянно выкрикнул парень, умоляюще глядя на Милана. "Боже, и я позволял "этому" к себе прикасаться?" – с отвращением промелькнуло в голове Мила. — Да не трогал он меня! – устало подтвердил юноша, садясь на кровать, сгорбившись и опуская руки между колен.– Не трогал..Пусть идёт, па... *** После этой некрасивой сцены прошли сутки, а Мил до сих пор чувствовал себя отвратно. Отец тоже ходил мрачнее тучи. Ну не может он навредить сыну! Это противно самой природе – влечение к родному ребёнку.. Мил в юбке и гольфах не выходил у Яра из головы. И ведь как удачно домой вернулся! Услышал странный шум в комнате, и вуаля! Сюрприз, блять! Нет, пусть уж лучше он сам найдёт сыну партнёра, только надежного и опытного. А то удумал, шкет: сопляка какого-то несуразного выбрал! Есть у него на примете один. Один из его работников. Анатолий Крепышов, 28 лет, би. Толика Яр не трахал, не трогал даже. Есть заблуждение, что если гей, то член на всех мужиков стоит! Да прямо стопроцентным геем Яр не был. Раньше. Но после бывшей жены хорошо ещё, что импотентом не остался. Лучше уж пусть гей... А Толик.. Толик просто поможет и всё. Если уж Милану так взбрендило с мужиком переспать, то пусть надежный будет. Гей он, видите ли! И ведь ничего не скажешь в отместку, учить не будешь, будто это неправильно! У самого рыльце в пушку. Толик-то согласится, а вот как позволить ему сделать непотребное с сыном и шею не свернуть, как курчонку? Это ещё подумать надо.. Нелегко далось Яру решение, тяжело. Заранее позвонив сыну и договорившись с ним, чтобы тот оставался дома, Яр приехал с работы пораньше и решительно постучался в комнату Милана. — Входи! – крикнул Мил, отчего-то волнуясь. Когда Яр вошёл, то сын уже сидел на кровати, целомудренно приняв позу послушного ученика, сложив руки на коленях. — Что ты хотел, пап? – тихо спросил Мил, настороженно глядя из-под длинной чёлки. Яр не торопился садиться рядом, но стульев в комнате не было, пришлось всё-таки присесть на постель, но немножко поодаль от сына. — Я уже понял, что ты не оставишь мысль переспать с мужиком... Яр бросил пытливый взгляд на мальчика, и тот лишь упрямо кивнул в ответ. — И поэтому у меня есть предложение..сын.