Лето. Лагерь. Сережа.

Под пирсом места было мало, приходилось чуть опуститься, чтобы не касаться головой дощечек. Дмитриева эти неудобства не смущали, поэтому он положил одну руку на шею Ицкова, а вторую повел ниже. — Что ты делаешь? - волнуясь, шепотом спросил зеленоглазый - А если кто-то увидит или услышит? Сережа отстранился и посмотрел с улыбкой. В голове пронеслась мысль, что он никогда не видел настолько милого и одновременно горячего парня . Дима точно уникальный. — Значит, придется сделать так, - голубоглазый переложил одну руку на губы напротив, полностью накрывая их, и припал к шее, кусая и целуя кожу.  Дмитриев услышал сладкое мычание в свою ладонь и почувствовал, как Ицков пытается слабо оттолкнуть парня от себя. Молодой человек смог убрать чужую руку и, сдерживая стон, проговорил. — Прекрати. — Умоляй, - потребовал Сережа, игриво смотря в чужие глаза. Ицков еще сильнее покраснел. Он стоял молча, пока Дмитриев не начал спускаться рукой под его плавки. — Умоляю, - горячо выдохнув, попросил зеленоглазый. — Хороший мальчик.  Сережа напоследок лизнул место очередного засоса, оставленного на чужой бледной коже и, взглянув на парня напротив, проговорил. — Ты бы знал, как я давно этого ждал. Дима и правда не догадывался, что происходило в сердце голубоглазого последние несколько лет, но сейчас было немного не до этого. Парень прислушивался к голосам, которые доносились со стороны пляжа. Они становились все громче, вдруг удалось различить слова. — Да что ты боишься, тут никого нет. Ицков хотел верить, что ему показалось, но голос был ужасно похож на Голубина.  — Твой что ли пришел? - спросил Сережа, который смог прочитать эмоцию на лице второго - Ну всё, теперь точно донесу на тебя. Но тут послышался еще голос. На этот раз женский. — А если нас увидят? Точно прилетит, - и после добавила - Погоди, а чьи это тут вещи?  Теперь уже пропала улыбка с лица Дмитриева. — Это ведь Соня, да? - уточнил Дима, хотя и так понимал, что Глеб только с этой девушкой мог бы куда-то сбежать - Ну всё, теперь точно.. - хотел передразнить парень Сережу, но получил короткий поцелуй. — Все-все, тише, малыш, - попросил Дмитриев, замечая, как краснеет парень перед ним.  — Не знаю, может забыл кто-то? - вновь подал голос Голубин - В воде вроде никого, - от этих слов сердца обоих молодых людей на мгновение замерли. — Пошли отсюда, пожалуйста, - попросила Соня - Вон там, кажется, тоже заход в воду и людей нет.  — Лааадно, трусиха, - по-доброму согласился Глеб, после чего голоса начали отдаляться. — Ну что, продолжим? - сокращая расстояние, спросил Сережа. — Ты с ума сошел? У нас дети сбежали, - Ицков едва мог рационально мыслить рядом с Дмитриевым, но понимал, что надо возвращать парочку как можно скорее.  — И что ты предлагаешь?  — Я вылезу и пойду за ними, а ты - в лагерь. — А если я хочу с тобой? - голубоглазый не прекращал заигрывать, произнося все прямо в губы напротив.  Дима закатил глаза и повернулся, чтобы выбраться из-под пирса, как услышал еще один вопрос. — Мы ведь продолжим? - звучало больше как утверждение. — Если объяснишься, - сказал Ицков на прощание.  Зеленоглазый сорвался, но это не означает, что он простил Сережу. Ему точно надо все обдумать еще не один раз.  Быстро выйдя из воды и наспех вытеревшись, вожатый поспешил за двумя удаляющимися фигурами. — Слушай, может в лес свернем? Все равно солнце палит жесть, - спросил Голубин у своей спутницы, не подозревая, кто у них за спиной.  — Стоять, Глеб, - строго проговорил Ицков, отчего двое молодых ребят дернулись и обернулись - Вы что тут делаете?  Егорова и Голубин лишь безмолвно смотрели то друг на друга, то на вожатого несколько секунд, прежде чем блондин решил взять ответственность. — Мы… - парень запнулся и поправил себя - Я хотел искупаться и подговорил Соню пойти со мной. Она не хотела, пыталась отговорить, но я не послушал. Извините нас, пожалуйста. Дима, конечно, немного разозлился от такого легкомыслия ребят из старших отрядов, но не мог не умиляться с того, как Голубин жертвовал собой. — Так, я потом придумаю, что с вами сделать. Надо еще Сереж.. Сергею рассказать об этом инциденте, а пока возвращаемся.  Троица шла молча обратно. Вновь проходя мимо пирса, Ицков заметил, что Дмитриев его послушал и ушел вместе со своими вещами. В лагере Дима отправил Соню к своим, а Глеб попросился зайти в домик, чтобы взять кепку, поэтому вожатый пошел с ними. Весь их путь зеленоглазый ощущал на себе заинтересованный взгляд подростка.  — Ты во мне дырку прожечь хочешь? - уточнил Ицков. Голубин смутился. — Извините, я не.. Можно задать вам вопрос? - аккуратно начал блондин.  — Ну попробуй. — А где вы были на пляже? Мы видели ваши вещи, но в воде вас не было. — Я в лес отходил, - стараясь как можно будничнее отвечал вожатый. — А с кем?  Этот вопрос сбил с толку. — Ты к чему клонишь, Голубин?  — Ни к чему, просто.. - парень не решался сказать прямо - У вас тут.. - он указал на шею. Тут Дима все понял, прикладывая ладонь к красным участкам кожи. Повисло молчание.  — У меня аллергия просто, - тихо решил сказать Ицков, ну мало ли прокатит. От такого ответа Глеб еле сдержал смех. — Да ладно Вам, я все понимаю. Вы тоже человек, имеете право. Попросить у девчонок консилер?  — Нет, спасибо, - голубоглазый резко стал еще более серьезным и задумчивым - Прошу тебя не говорить об этом, тогда и тебе с Соней ничего не будет, по рукам? — По рукам, - довольно согласился Голубин.  Когда подросток забрал необходимое, вожатый провел еще одну профилактическую беседу с беглецом и отправил его на ярмарку к остальным. Призадумавшись, Дима написал сообщение Жене, где спросил, в домике ли она. Девушка ответила, что зайдет к себе через десять минут.  Прождав нужное время, Ицков отправился к подруге.  — Слушай, у тебя есть консилер? - с порога спросил молодой человек. — А тебе зачем? - не успев развернуться, вопросом на вопрос ответила Нирка. Через секунду её взгляд упал на шею друга, на лице поползла довольная улыбка. Парень начинал опять краснеть, не понимая, хочет ли он делиться событиями последних часов. Произошедшее все равно казалось ему чем-то слишком неправильным. Помолчав несколько секунд, Женя все-таки передала консилер со словами: «Можешь не возвращать». Буркнув что-то наподобие благодарности, Дима поспешил обратно к себе, чтобы все замазать. Стоя перед зеркалом и маскируя красные следы, Ицков невольно останавливался каждый раз, засматриваясь на засосы. Не верилось, что совсем недавно их оставлял Дмитриев. От вспоминаний легко щекотало в области живота, сильнее билось сердце, но парень продолжал сомневаться в правильности совершенного поступка. Отрицать более было глупо - Дима влюбился. Впервые и так сильно. Он никогда бы не поверил, что такое произойдет между ним и другим парнем, тем более Сережей. Ицков прокручивал из раза в раз фразу «я люблю тебя» из уст Дмитриева. Это казалось шуткой - они же почти не общались, а до этого так вообще враждовали. Или голубоглазый специально это сказал, чтобы расположить к себе Диму? В это верить не хотелось, но других объяснений не находилось.  Дмитриев тем временем был у себя. Улыбка никак не сходила с лица, а, закрывая глаза,  Ицков вновь и вновь будоражил его воображение. Сережа знал - они еще не закончили. Вдруг на телефон пришло уведомление о новой заявке в друзья, после которой сразу последовало сообщение. @nirkaxxtreme дима заходил отдала ему консилер)) Отчего-то от этих слов на душе стало приятно. Столько времени он мог лишь мечтать о подобном взаимодействии с Ицковым. Парень быстро поблагодарил Женю за помощь в реализации их общего плана.  Дверь неожиданно распахнулась, в комнату вошла Режина. — И где ты был? Я тебя обыскалась, - недовольно с порога начала девушка. Сережа даже не успел придумать отмазку, как она продолжила - В общем, завтра еще жарче будет, отряды поведут купаться. Попроси, чтобы наших вместе поставили.  От упоминания речки приятное волнение прошло по телу. Естественно, проводить время с Нтахомпагазе с каждым днем становилось все более невыносимо, поэтому парень начинал подумывать о том, как отвязаться от девушки.  — Ну и что ты молчишь?  Дмитриев вышел из размышлений. — Да, окей, - на автомате ответил молодой человек, уже представляя, что будет делать ночью. Вечер прошел ярко: дети с вожатыми провели интересный и яркий концерт, многие родители смогли пообщаться с наставниками своих детей и посмотреть территорию. Дима удивился, но к нему подошло много взрослых, которые благодарили его за ответственность и хорошее отношение к детям. Выслушивать комплименты было мило, но приходилось аккуратно прикрывать шею рукой, чтобы никто точно ничего не заметил.  Приятнее всего было ловить взгляд Сережи каждые несколько могут и неловко отводить глаза в сторону. «Какой ужас, мне как будто пятнадцать», - удивлялся с себя Ицков. Он не хотел смотреть на Дмитриева, предпочел бы переварить все произошедшее в сотый раз, но зрачки расширялись из раза в раз, натыкаясь на знакомую фигуру.  Время перед отбоем тоже прошло хорошо, на свечке одни ребята делились впечатлениями родителей от лагеря, другие же рассказывали, что смогли выиграть на ярмарке. Только Аня как-то странно посматривала на вожатого, что сильно смущало Ицкова.  — Девчонки, мне показалось, или у Дмитрия и правда шея в засосах? - все-таки решила обсудить девушка со своими соседками.  — Вот я тоже что-то заметила, он как будто замазать пытался, - поддержала её Настя - Интересно, это они с Евгенией?..  — Блин, ну нет, я так перестану верить в дружбу между мужчиной и женщиной, - не хотела принимать предположение Аня - Уж лучше пусть с Сергеем будет. От таких слов комната девочек заполнилась смехом. Они даже не догадывались, что их диалог услышал Дима, который сейчас изо всех сил старался убрать краску с лица и зайти пожелать спокойной ночи, как ни в чем не бывало. Получилось по итогу как-то скомкано, вожатый решил как можно скорее покинуть комнату, что тоже заметили молодые девушки, многозначительно переглянувшиеся между собой.  Планерки, к счастью, не было, поэтому Ицков отправился к себе. Лежа на кровати и смотря в потолок, парень точно не ожидал, что в его дверь неожиданно постучат. В голове успела промелькнуть мысль о том, что кому-то стало плохо или, не дай бог, кто-то опять решил покинуть домик в ночи. Чего Дима точно не ожидал, так это увидеть Сережу перед собой.  — Ты зачем пришел? - удивленно спросил зеленоглазый. — Мы не договорили, - шепотом, смотря точно в зеленый омут, проговаривал Дмитриев, параллельно закрывая за собой дверь в комнату.  — Слушай, я не знаю, что на меня нашло, наверное зря.. - он не успел договорить, потому что Сережа накрыл его губы своими. Коротко, но этого было достаточно, чтобы полностью сбить Диму с толку.  — Может, хватит уже бегать друг от друга? - спросил Дмитриев. Ицков в глубине души понимал, что хочет отдать всего себя этому самоуверенному и, как бы он не пытался отрицать, невероятно обворожительному парню напротив. Мешали мысли о том, что все это слишком резко и необдуманно, так еще и порицается в обществе. Зеленоглазый, скрепя сердце, ответил: — Пожалуйста, дай мне время, я не могу так, - он тяжело вздохнул - Я не понимаю, что происходит между нами, чего ты хочешь от меня? Это же все несерьезно, я знаю.  Сережа, вновь испытывая несвойственное волнение, аккуратно начал: — Я тебе все объясню, только обещай, что выслушаешь полностью. Дима пообещал, и голубоглазый начал рассказывать ему все: как впервые увидел, как пытался подойти, как думал о нем постоянно, как ждал новой встречи и надеялся, что в очередной раз повезет и они начнут общаться. — …и в этом году я правда изменился. Изменился ради тебя, - он посмотрел на своего собеседника - Я хочу быть с тобой, меня к тебе тянет, как никогда и ни к кому не тянуло. И если бы не Режина, то я давно бы уже подошел, но я ведь переживаю. Знаю, что тебе эта работа нужна, поэтому последнее, чего мне хочется - это причинить тебе вред, - парень перевел дыхание - Да, я поступал неправильно и вел себя, как последний мудак, но прошу.. - ему не дали договорить, потому что Дима аккуратно потянулся за поцелуем. В этот раз все было медленно, нежно, будто пробуя друг друга на вкус. Ицков понял - еще никогда ему не говорили ничего подобного, так не влюблялись. Пусть все сказанное все равно не укладывалось в голове, парень был счастлив и делал то, о чем просило его сердце.  — Останься у меня до утра, - попросил Дима, когда они ненадолго отдалились. От этого предложения глаза Сережи засияли. — И чем же мы будем заниматься? - на ушко спросил Дмитриев, оставив на мочке поцелуй.  — Дурак, - красный и с нескрываемой улыбкой ответил Ицков. На самом деле они всю ночь говорили обо всем: честно рассказывали о себе, делились переживаниями и чувствами друг к другу, насколько позволяло стеснение каждого. Они будто познакомились заново и поняли, что похожи намного больше, чем им самим казалось. Когда солнце начало вставать, молодые люди лежали в обнимку на кровати Димы, наслаждаясь тишиной. Голубоглазый понимал - ему надо возвращаться к своему отряду.  — Дим, - тихо позвал Дмитриев парня, голова которого находилась на его груди. Ответа не последовало, его лишь сильнее сжали чужие руки.  «Значит, приду утром», - решил Сережа.