Лето. Лагерь. Сережа.

Настроение у Ицкова было на нуле. «Если еще выбирает между мной и Режиной, то пусть идет к черту», - считал парень. Да, он понимал, что Сережа защищает его и пытается сделать, как лучше, но ревность душила и перекрывала все разумные доводы.  Как говорится, утро вечера мудренее, поэтому Дима почти сразу же лег спать. Возможно, если бы он не был таким вымотанным физически и психологически, уснуть было бы сложнее, но в тот момент он отрубился практически моментально прям до будильника. Утро начиналось неплохо, молодой человек быстро проснулся и сразу полез проверять телефон в поисках сообщений от недавно разблокированного Дмитриева. Они там и правда были, только вот внимание зеленоглазого привлек незнакомый контакт, отправивший несколько фотографий. Открыв диалог, Ицков замер и на мгновение забыл, как дышать. На экране телефона красовались снимки того, как Сережа с Димой стояли на крыльце в сантиметре друг от друга, как Дмитриев перелезал через окно четвертого домика, но самым страшным кадром были они же целующиеся в реке. Тот самый первый поцелуй. Ицков никогда не испытывал паническую атаку, но ему казалось, что он явно вот-вот впервые узнает, каково это. Добило текстовое сообщение от незнакомца. «Дорогой Дима, я надеюсь, что ты хорошенько подумаешь и перестанешь уже лезть к Сереже. Если еще хоть раз увижу вас вместе - эти фото полетят прямо к администрации» Парню было все равно, кто за этим стоит, теперь его беспокоило только собственное благополучие. Ицков понимал - если снимки дойдут до вышестоящих, то он вылетит из лагеря, как пробка из-под шампанского, и вполне возможно, что узнают дети, и дальше информация может разлететься повсюду. «Не дай бог узнают дома», - с пустым взглядом думал парень, вспоминая отца. Дима абсолютно точно станет разочарованием всей семьи, от которой и так не было особой поддержки. Неожиданно в дверь тихо постучали.  — Войдите, - как будто не своим голосом ответил вожатый. — Дмитрий, вы себя хорошо чувствуете? - спросила взволнованная Настя. — Да, а что? - пытаясь придать устойчивости своим словам, ответил старший. — Через десять минут зарядка, а мы все еще не вышли.  — Точно.. - шепотом вырвалось у молодого человека - Дайте мне пару минут. Девушка вышла, а Ицков принялся в спешке собираться. «И как только я настолько выпал?», - удивился парень.  На зарядку отряд все-таки немного опоздал, что было некритично, но не ускользнуло от внимания Жени и Сережи. За завтраком Нирка всеми силами пыталась разговорить друга, но ответы были слишком сухими и односложными, что из раза в раз приводило беседу в тупик.  — Что опять случилось? - не понимала девушка. — Я не могу здесь сказать, давай потом. — Ну не надо так мрачно, - Женя уже сама начинала напрягаться. — Если бы ты знала.., - тихо сказал Дима, после чего они продолжили есть молча.  Дополнительно давил пристальный взгляд Сережи и растущее количество неотвеченных сообщений от него же. Не выдержав, Ицков заблокировал Дмитриева и кинул диалог в архив, чтобы меньше заходить в него. Была мысль полностью почистить сообщения, но рука так и не поднялась сделать это. После долгих раздумий парень решил, что лучше просто резко оборвать общение и постараться больше не давать поводов для его возможного возобновления. Правда почему-то сердце неприятно сжималось от мыслей о том, что он больше никогда вновь не станет с Сережей так близок, как был совсем недавно. «Все к лучшему», - повторял он себе, пытаясь убедить.  На тихом часу в очередной раз прогонялась постановка, что хоть немного отвлекало Диму. Ребята очень хорошо подготовились, каждый точно знал, что и где говорить, а вожатому оставалось только гордиться своими детьми. Неожиданно к ним в домик пришла Женя, после чего старшие удалились в комнату Ицкова.  — Ну точно мутят, - хитро сказала Настя Ане. — Эх, видимо, ты права, - грустно подтвердила Пурцен. — Еле выбралась к тебе, Юля не хотела оставаться с нашей оравой наедине, - проговорила Нирка, когда дверь в комнату вожатого закрылась - Начинай.  Дима вместо лишних слов передал свой телефон подруге, наблюдая, как расширяются ее глаза и полностью пропадает дружелюбная улыбка с лица. — Как думаешь, кто это сделал? - спросила девушка, после того как немного переварила только что полученную информацию. — Мне все равно, это дела не меняет - Ицков опустил голову - Я решил, что разорву все связи с Сережей. — Но Дим, вы же так нравитесь друг к другу - тихо сказала Женя, боясь, что и тут их могут услышать.  — Да ну брось, это просто мимолетная интрижка, ничего такого, - безразлично отвечал Ицков, все так же не смотря в глаза и перебирая кольца на руках.  Молодые люди продолжили сидеть в тишине. Оба понимали, что Дима врет и страшно переживает, но сделать с этим ничего не могли. Нирка лишь пододвинулась поближе и опустила свою голову на чужое плечо. Они как будто общались на каком-то телепатическом уровне, разделяя страх и грусть одного на двоих, чтобы было легче. Спустя минут пять Жене уже надо было уходить. Без слов, лишь коротким кивком, она попрощалась с другом и ушла к себе. Ицкову потребовалось еще немного времени, чтобы лишняя влага на глазах ушла, и он вышел к своим, продолжая контролировать репетицию.  После тихого часа у Дмитриева была одна безуспешная попытка подойти к зеленоглазому, но тот ушел сразу, как заметил приближающуюся фигуру. На глазах у Сережи читалось удивление и непонимание. «Ну неужели настолько обиделся из-за вчерашнего», - думал он. Даже Женя ничего ему не рассказала, потому что решила, что Дима сам должен поговорить с Дмитриевым и рассказать ему все, если сам того захочет.  Время близилось к вечеру, в каждом отряде возрастало волнение насчет предстоящего мероприятия. Все активно готовились: кто-то наряжался, кто-то красился, кто-то в сотый раз повторял текст. За ужином Аня пересеклась с Лешей. — Волнуешься? - поинтересовался Узенюк. — Еще спрашиваешь, смотри - девушка показала на трясущиеся руки, которые неожиданно обхватили ладони парня.  Краснея, Пурцен подняла взгляд на молодого человека, который с широкой улыбкой произнес: — У тебя все получится, я в тебя верю.  После этого Леша поспешил к своему отряду, который уже отходил к атриуму. Обернувшись к своим, Аня увидела одобрительные взгляды соседок по комнате, которые незаметно наблюдали за всей картиной со стороны. — Милашки, - прошептала Настя подруге, вызывая у той смущенную улыбку.  Через пятнадцать минут все отряды уже находились в актовом зале, заполняя пространством шумом голосов. Ровно в восемь вышел ведущий, чтобы начать программу и вызвать первую команду для выступления. Время пролетало незаметно, все постановки были интересными и запоминающимися, но особенно выделялись младшие отряды, у которых стабильно пару человек забывали свой текст и начинали выкручиваться на ходу, забавляя зрителей. Скоро должен был выступать четвертый отряд, поэтому Дима повел своих ребят ближе к сцене. Одарив всех мотивирующими словами напоследок, вожатый развернулся и пошел обратно на свое место. Идя вдоль небольшого коридорчика, спрятанного за сценой, парень точно не ожидал, что из открытой двери сбоку вылезет рука и, резко схватив, утащит в темное подсобное помещение, параллельно защелкивая замок. Ицков даже не успел испугаться и осознать, что происходит, как перед ним уже стоял Дмитриев, прожигая взглядом.  — Пусти, что ты делаешь? - отшатнувшись, как от огня, спросил Дима.  — Ты меня избегаешь, я хочу поговорить. — Нам не о чем.  Сережа еле сдержался, чтобы не закатить глаза.  — Прошу тебя, хватит так резко реагировать. Да, я понимаю, что тебе неприятна вся ситуация с Режиной, но я обещаю тебе.. — Не надо мне ничего обещать, - резко перебил Ицков - Я совершил ужасную ошибку, решив тогда поцеловать тебя, - парень начал сочинять на ходу - Я стал сам себе противен, потому что.. презираю таких, как ты. Да, ты симпатичный, но не более. Мне такой не нужен, - не замечая, как глаза заполняются слезами у обоих, Дима продолжал каждым словом ранить Сережу - Пожалуйста, сделай одолжение и никогда больше не подходи ко мне.  Уже через секунду Ицков пулей вылетел из помещения, оставляя Дмитриева в ступоре. Голубоглазый, оперевшись на стену позади, начал медленно опускаться вниз. «Нет, он не мог мне такого сказать», - убеждал себя парень. Сережа искренне считал, что впереди у них есть общее будущее, но после этого он уже не был так уверен. Потратил столько времени в работе над собой, но так и остался пустым местом для человека, который был так важен. «Почему?», - так и не смог найти ответ. Дима тем временем выбежал из атриума и обошел его сзади. Он чувствовал себя монстром, который ранил того, кто впервые заставил почувствовать что-то настолько прекрасное. Слезы сами стекали по щекам, но глаза так и продолжали быть абсолютно стеклянными. Ицков смотрел в сторону уходящего солнца, провожая взглядом. Вместе с тем закатом парень пытался мысленно попрощаться и с Сережей.  Диме пришлось вернуться в зал, где его отряд как раз закончил выступление. Все громко аплодировали, ребята на сцене стояли невероятно счастливые. Глеб один из первых подбежал к вожатому. — Ну как вам?  — Очень круто, вы молодцы, - натянув улыбку, ответил старший, который искренне был рад и горд за своих, но просто не мог унять до конца эмоции, разгорающиеся внутри. Повернувшись к Ане, Ицков добавил - А ты особенно.  Он понимал, что ей важно это услышать. Девушка засияла. Выйдя на сцену, волнение сразу отпустило ее, а после удачного выступления она тем более была довольна собой. Остаток дня прошел прекрасно. Счастливые и уставшие отряды дошли до своих комнат и довольно быстро ушли спать. В ту ночь так и не смогли уснуть только двое вожатых.  Сначала к Сереже в домик заглянула Режина, любезно поинтересовавшаяся, почему у молодого человека как будто совсем нет настроения.  — Устал, - односложно отвечал он.  — Помочь расслабиться? - заигрывающе начала девушка, но парень ее остановил. — Нет, сейчас точно не хочу. Мне нужно побыть одному. Нтахомпагазе намек поняла и решила дать немного личного пространства Дмитриеву.  Голубоглазый отказывался верить в произошедшее, вспоминая все ночные беседы с Ицковым, которые отличались особенной искренностью. Столько точек соприкосновения в интересах, такое очевидное взаимопонимание и явная связь, которую Сережа ощущал практически физически. Теперь же все в одночасье рухнуло, оставив пустоту внутри и множество вопросов.  Дима страдал еще сильнее. Как же ему было плохо, что сделал все так. Никогда и никто не был с ним настолько близок, поэтому парень и не знал, как следует себя вести в подобных ситуациях, как решать проблемы вместе. В его голове самым лучшим из худших вариантов было поступить так, как поступил, и жить дальше. «Завтра будет лучше», - пообещал себе парень. Но на утро лучше не стало точно. Организм, за сутки так и не отдохнувший, давал о себе знать. Вдобавок ко всему Ицков понимал, что ему нужно собираться и проживать очередной день в лагере, где постоянно видишься с остальными отрядами и вожатыми.  Дети обеспокоено шептались о внешнем виде старшего. Красные глаза, пустой взгляд и ощущение того, что человек явно мыслями не здесь.  Сидя на завтраке, девочки повернулись к столу парней и вдруг спросили. — Слушайте, вы заметили, какой Дмитрий сегодня?  — О, мы об этом же говорим, лол, - удивился Максим. — Походу чет серьезное. Гляньте, он даже с Евгенией не общается, - указал Глеб на столик неподалеку, после чего несколько пар любопытных глаз устремились на старших.  — Может, они расстались? - предположила Настя. — С чего вы взяли, что они вообще встречались? - спросил Олег.  — Ну, мы просто предполагали, они так много времени вместе проводят. — Да не, бред, они бы тогда вместе не сидели, - уверенно говорил Лазин - Вон там еще столько свободных столов.  — Блин, да неважно это, - перебила Аня - Надо порадовать Дмитрия, показать, что мы тоже рядом. Он всегда готов с нами поговорить и поддержать, теперь наша очередь.  — Ладно, ты права, - согласился Голубин - Какой план?  Девушка пододвинулась ближе и начала рассказывать свою очередную идею, теперь уже по спасению их вожатого от плохого настроения.  Остальные внимательно слушали, потом начали активное обсуждение, которое резко прервалось, потому что надо было покидать столовую.  — Продолжим на тихом часу, - решительно заявила Пурцен.  Сережа же не подавал виду, что у него что-то произошло. Потрясающее умение, выработанное за многие годы, давало о себе знать. Правда взгляд все равно не мог оторваться от Ицкова. Видел, что тому плохо и никак не понимал, почему парень так страдает, если сам разорвал их взаимоотношения. Хотелось подойти, обнять, узнать, что же случилось. Дмитриеву бы хватило еще всего один раз провести рукой по чужой ладони, вызвать легкое смущение и почувствовать, как у самого щеки начинают розоветь. Нельзя. Диме противно, неприятно, он же сам сказал. Но почему тогда так сильно прижимался к Сереже, когда целовал?  На тихом часу план четвертого отряда был доработан, смогли подключить всех в задумку. Осталось только дождаться вечера, на котором проводили квиз. Не самое интересное мероприятие, зато после подобного свечки были подольше, потому что дети не так сильно уставали. Вот и сейчас отряд Димы уже сидел в кругу. Вожатый начал первым.  — Ну что, ребят, большая часть смены уже позади. Я вижу, как мы с вами стали настоящей командой, где каждый важен. Я искренне счастлив быть вашим наставником, помогать вам и просто общаться. Хочу, чтобы темой нашей сегодняшней свечки стали ваши незаконченные цели на эту смену. Хорошенько подумайте или вспомните, чего вы пока так и не успели сделать. Может быть, вы так и не подошли и не познакомились с кем-то, или не реализовали смелую идею, или не до конца насладились этим местом. Вам не обязательно делиться, если не хотите. Просто я хочу, чтобы вы точно взяли от этой смены максимум и не жалели, что упустили момент.  В этот момент Ицков постаралась освободить голову и полностью находиться с детьми, внимательно вглядываясь в каждого и запоминая, какие они на самом деле классные ребята.  Первым голос подал Голубин. — Знаете, за эту смену я понял, что так ни разу и не поблагодарил своего вожатого за его работу, - парень повернулся к старшему - Дмитрий, спасибо за ваш труд. Другой бы давно уже отвел меня к директору и позвонил родителям, но не вы.  Его слова подхватила Аня. — Представляете, а я вообще в прошлом году не поучаствовала ни в одном мероприятии, где нужно было выступать на сцене. Да, приходилось выходить, но я стеснялась, поэтому меня ставили куда-нибудь в конец, где не видно. Тогда, в конце той смены, я ужасно жалела, что так и не решилась показать себя, но здесь, благодаря Вам, Дмитрий, я смогла приложить свою руку к созданию стольких номеров! Вы всегда в меня верили и поддерживали, когда было нелегко, спасибо.  Сразу после начала говорить Настя, затем Максим, Олег и так далее до последнего ребенка в отряде. Каждый нашел добрые слова для вожатого. Ицков был поражен до глубины души, он впервые ощущал, как слезы счастья застилают глаза. Когда последний человек закончил, старший еще несколько секунд молчал, делая глубокий вдох.  — Вы лучшие, - слеза предательски начала катиться по щеке - До чего довели меня, ужас. Идите сюда. Дима развел руками, после чего все поспешили обнять вожатого. Сколько бы не было переживаний у Ицкова, в ту секунду, благодаря своему четвертому отряду, он был определенно самым счастливым.