Заключённый в объятиях

Два года спустя.

POV Kate

С того момента прошло два года, а может и больше. После того, что я услышала, я погрузилась в глубокую депрессию. Не ела, не разговаривала, не спала днями напролёт, а когда организм не выдерживал — вырубалась. Елена всегда была рядом, пыталась поддержать меня, но я не слышала её. Я не видела, хотя и чувствовала, как она всматривается в моё лицо, словно пытаясь вернуть меня к жизни, держа в своих ладонях мои ладони. Первые полгода были тяжёлыми — не только для меня, но и для неё. Она не отходила ни на шаг, оставалась рядом, даже когда я молчала, будто стала тенью моей боли. Пыталась кормить меня, уложить спать — всё тщетно. Временами приезжал врач, ставил какие-то уколы, но даже они казались бессильными. Потом Елена водила меня к психологу, всегда сидела рядом на сеансах, но я молчала. В комнате царила гробовая тишина, которая со временем стала невыносимой. И всё же, в какой-то момент до меня дошло: нельзя оставаться в этом состоянии. В конце концов, у меня есть любимый человек, есть Наташа и Ванда, которые, по словам Елены, навещали нас каждую неделю… С каждым месяцем, с каждым новым визитом к психологу, я начинала говорить. Моё здоровье было подорвано, но день за днём, неделя за неделей мы с Еленой двигались вперёд — пусть маленькими шагами, но сдвиги были очевидными. Я, наверное, даже ходить не могла, но подробностей тех дней в памяти почти нет. Помню лишь ночи, наполненные болью, и ту тяжесть, которая давила на меня, но постепенно всё начало налаживаться. Спустя полтора года я почти вернулась к жизни — смеялась, хорошо ела, гуляла. Но визиты к психологу не прекращались. Елена сказала: «Еще полгода — и, возможно, ты сможешь закончить курс». Я не смела даже думать об этом вслух. И вот сейчас мы на Мальдивах, на острове Ваадху. Время — около десяти вечера. Мы вышли на прогулку, когда вдруг Елена остановилась передо мной на колено, держа в руке бархатную коробочку с кольцом. Справа стояли Ванда и Наташа — они снимали каждый момент, наполненный трепетом и надеждой. — Знаешь, — начала она, — я никогда не думала, что когда-нибудь окажусь на коленях перед кем-то. Держать в руках коробочку с кольцом и волноваться. Если бы Наташа сказала мне об этом раньше, я, наверное, рассмеялась бы и назвала бы это шуткой. Но теперь... Я безмерно счастлива, что в ту ночь нашла тебя, что ты вошла в мою жизнь и перевернула её с ног на голову. Мы прошли через огонь и воду, и я хочу прожить всю свою жизнь рядом с тобой. А если есть другая жизнь — я хочу быть с тобой и там. Поэтому... Ты выйдешь за меня, Кейт Бишоп? Слёзы потекли по моим щекам, а буря эмоций внутри казалась готовой прорваться наружу в любой момент. — Да... Да! Тысячу раз да! — сказала я, голос дрожал. — Я хочу быть твоей женой. Ванда и Наташа завизжали от радости, а я опустилась на колени, бережно взяла лицо блондинки в ладони и нежно коснулась её губ своими. Мы отстранились, услышав вдалеке салюты. Елена аккуратно надела кольцо на мой безымянный палец. Салют вспыхивал яркими цветами, а остров вокруг казался волшебным — словно само время замедлилось, чтобы вместить этот идеальный миг. Собравшись вчетвером, мы направились на яхту, где нас ждало шикарное застолье и, конечно, незабываемая ночь.