Кровавая жатва

      Чувствовал ли что-то к этой девушке?       Трудно сказать.        Вряд ли он и сам смог это понять за столь небольшой срок.       Лабиринты разума Ин Хо настолько были глубокими, что на распутывания нитей его сознания понадобилось бы слишком много времени. А его у него не было.       Одно точно ясно — она стала тем отправным механизмом, который запустил колоссальные изменения в нем самом. Вместе с пробуждением давно похороненной человечности, проснулись и сопутствующие людские элементы, такие как чувство вины, страх, совесть, сожаление.       Смог бы он жить дальше неся тяжелейший груз на своей душе?       Сомневаюсь.       Я думаю, что сомневался и он. Да и не хотел. Я уверена.       Одно могу сказать наверняка — сквозь броню, в его душу пробралось что-то трепетное, теплое. Там, в игре, перетягивая ослепленную девушку через веревки, он, впервые за много лет, почувствовал легкое жжение в районе солнечного сплетения. И там же, впервые, он потерял привычное ощущение своего внутреннего мира, своих запертых демонов.       Мог бы он ее спасти раньше?        Мог.       Но система сидела глубоко в его сознании, настолько, что впервые оказавшись против нее, он растерялся.       Как мальчишка.        И испугался. Себя. Обстановки вокруг. Испугался потерять контроль, который, на самом деле, он потерял как только почувствовал ответственность за кого то, кроме себя.       Уничтожение ВИПов и всей игры стало для него актом личного очищения. Стало финальной точкой возвращения его прежнего, давно закатанного в бетон реальности.       Единственной ниточкой, которая могла бы вернуть его к полноценной жизни человека, была Мави. Вернее те внутренние волнения, что она вызывала в нем. С ее смертью оборвалась надежда. Возможно, будь у него больше времени, что бы все взвесить, система с ее прагматичностью снова его поглотила. Но времени не было, были лишь башенные псы, сорвавшиеся с крепких цепей его души. Финал закономерен.